Гипноз, наркотики, красота ушей и парафиновые уколы: о чём писали в дореволюционном «Журнале для хозяек»

В рамках рубрики «Ревизия» «Электронекрасовка» делает тематические обзоры оцифрованных изданий. В очередном выпуске — ревизия дореволюционных выпусков «Журнала для хозяек», выходившего с 1912 по 1926 год.

О журнале

Появившись в 1912 году, «Журнал для хозяек» стал самым массовым и коммерчески успешным женским изданием в стране: его тираж составлял 150 000 экземпляров — огромная для того времени цифра, а номера выходили дважды в месяц.

Издание стало образцом периодики для женщин среднего класса, посвятивших себя делу «охранения и воспитания семьи».

За годы существования журнал проделал путь от статей о воспитании детей и «мыльных» рассказов до материалов о правах женщин и женском образовании.

Неизменным оставался интерактивный характер и внимание к проблемам читательниц. В авторской колонке «Беседы „Игрушечной Маркизы“» анонимная колумнистка рассуждала на темы любви и отношений.

В рубриках «Модный отдел» и «Косметический отдел» освещались вопросы моды, красоты и здоровья. Издатели рекомендовали новейшие препараты и методики из Франции и Англии — от кремов и лосьонов до пластических операций — и мягко отговаривали от рискованных практик.

В рубрике «Почтовый ящик» авторы всех отделов отвечали на вопросы читательниц.

О красоте ушей

Вопросы гигиены, в том числе ушей, нередко освещались в периодике тех лет. «Журнал для хозяек» не ограничился заметками об уходе: несколько статей журнала за 1916 год посвящены макияжу ушей, а также оценке красоты и «правильности» их внешнего вида.

Редакторы выделяют строгие, вполне в духе Винкельмана, критерии оценки их привлекательности. Так, величина уха должна равняться величине носа и ухо должно располагаться параллельно ему.

Крайне важен оттенок: кожа «должна быть живой, свежей и розоватой — ни в коем случае не мертвенно-бледной, что придаёт лицу болезненный и старческий вид, не очень красной, что заставляет ухо казаться больше, чем оно есть на самом деле».

Такое внимание к ушам связано и с очередным изменением модной укладки. В начале века на смену замысловатым причёскам с обрамляющими лицо локонами в моду вошли высокие свободные пучки — как у девушек на рисунках Чарльза Гибсона.

Позднее, в годы Первой мировой войны, женщины расставались с длинными волосами, отправляясь на фронт медсёстрами. Тогда и стали актуальными стрижки а-ля гарсон: простой боб и буби-копф — его завитая разновидность.

Тем не менее колумнистка призывает не слишком сокрушаться при обнаружении «недостатков». Бледность или красноту ушей маскировали румянами или пудрой, а лопоухость предлагали ликвидировать бандажем: «уши настолько хрупки, что изменить их форму в целом нетрудно» — достаточно надевать повязку на ночь.

Таким же методом «исправляли» и форму пальцев на ногах.

Другой путь — всё же прикрывать уши причёской, по примеру известной танцовщицы Клео де Мерод.

Клео де Мерод

Отдельно авторы рассматривали пирсинг ушей, как один из пунктов общего ухода и гигиены. Проколы ушей назвали «обычаем дикарей», травмоопасным при неправильном исполнении, — и советовали ни в коем случае не доверять операцию «старой няне»:

«Кроме всех перечисленных заболеваний и дефектов, до наших времён сохранился обычай дикарей прокалывать уши и носить в них серьги. Операция эта несложна, но лучше её сделать чисто и умело, чем поручать старой няне, которая «проймёт» девочке уши по-своему, и от этого «по-своему» иногда неделями пухнут и болят бедные детские ушки».

Как добиться блестящих глаз?

«Знаю молодых барышень, которые пьют коньяк перед балом, «чтобы глаза блестели». Знаю таких, которые пускают лимонный или апельсиновый сок в глаза, с той же целью. Это ещё, пожалуй, более невинно, но всё же кислота разъедает слизистую оболочку, и нередко глаза, вместо того, чтобы блестеть, краснеют».

Рубрика «Косметический отдел» в первом номере за 1916 год разбирала популярные среди современниц способы придать глазам особый блеск. В статье «Как не надо делать» Э. Адам выводит формулу «рассудительного кокетства» — принцип, который необходимо вернуть в свою жизнь «некоторым читательницам»:

«Легковерные юные существа, слушая и читая поэтов, прониклись желанием стать «героинями» с магическими очами... <...> ...женщины не останавливаются ни перед чем, чтобы придать глазам необыкновенное выражение, блеск, глубину, «фатальность», и т.д.».

Помимо алкоголя и кислот, не менее популярный способ заключался в использовании эфира и атропина. Последний содержится, например, в белладонне — частом ингредиенте косметических составов того времени. Так смесь одеколона и настойки белладонны, рецепт которой приведён в номере, была призвана спасти от чрезмерной влажности ладоней. 

Под действием атропина зрачок расширяется — появляются желанные «фатальность» и глубина. Однако применение атропина давало лишь временный эффект, а за ним могло последовать ухудшение зрения, вплоть до его потери. Автор стращает читательниц:

«Совсем молодая, красивая женщина из высшего общества покончила самоубийством из-за слепоты. А ослепла она от атропина. Ей мало было красоты серых глаз, она хотела их иметь всегда чёрными».

После чего советует чайные примочки, умывания солевым раствором.

Кроме того, перед выходом в свет можно подвести глаза персидской сурьмой или выделить несколько часов для особого способа:

«А если вы хотите, чтобы глаза блестели больше обыкновенного, то посидите в тёмной комнате часа два, перед тем как выйти в освещённый зал. Так поступали наши бабушки, и глаза у них всегда блестели».

Как лечиться гипнозом?

Гипноз рекомендовали при нервных болезнях не только взрослым, но и детям — но как последнюю меру в особенно сложных ситуациях. Врачей-невропатологов в Москве было не так много. Авторы «Медицинского отдела» советовали двоих — профессоров Минора и Россолимо.

Гипноз применялся для того, чтобы расстаться с «излишней застенчивостью» или навязчивыми идеями. С его помощью предлагали избавиться и от привычки грызть ногти — если не помогал известный «бабушкин» метод:

«Альмине. Вы пишете, что с детства обладаете дурной привычкой грызть ногти, и что такие меры, как обмакивание пальцев в горькие составы, не принесли никакой пользы. Как единственный способ избавиться от этой болезни, я бы посоветовала полечиться Вам внушением у хорошего врача. Оно помогает нередко в самых упорных случаях».

А как увеличить бюст?

В журнале находим советы о том, как пополнеть в отдельных частях тела. Для каждой зоны существовал особый набор продуктов, однако в целом рекомендации сводились к употреблению жирной и углеводистой пищи.

Вот такой список продуктов для увеличения груди приводят авторы журнала. Заметно, что вопрос волновал немалое количество читательниц.

«Бедной Анюте, Раннему утру, Эсмеральде, Маленькой козочке, Д. З. Для того чтобы развить грудь... старайтесь кушать возможно больше мучного, сладкого, больше всяких каш. В суп прибавляйте сырое яйцо и размешайте. Очень помогают полноте: сливки, какао, толокно».

На страницах журнала неоднократно публиковалась таинственная листовка компании Венус Карнис — реклама способа увеличить объём груди, открытого благодаря «провидению». Подробности и описание не разглашались — получить их можно было в ответном письме.

Колумнисты отмечали эффективность способа доктора Бира с использованием банок и воздушного насоса:

«Банка должна быть выбрана, конечно, по размеру груди. Эту банку приставляют к груди, предварительно смазывая края её вазелином, чтобы она лучше присосалась, и выкачивают из неё воздух, вследствие чего грудная железа втягивается в банку».

Время процедуры варьировалось от трёх до десяти минут. «В это время происходит сильный прилив артериальной крови, он питает ткани, помогая им обогащаться необходимым жировым отложением».

Советовали и метод для ещё более решительных девушек. Пластическая хирургия получила импульс к развитию в 1920-е годы, однако уже в 1913 году «Журнал для хозяек» пишет о первых довольно распространённых, но дорогостоящих операциях:

«Существуют парафиновые впрыскивания, которые производятся теперь и у нас в России некоторыми врачами-специалистами. Парафин застывает под кожей, создавая полную иллюзию упругой груди. Форма ей придаётся по желанию».

С помощью парафиновых инъекций проводили и операции по изменению формы носа.

Тем, кто не был готов к «внутренним методам» для увеличения бюста, предлагали практиковать универсальную гимнастику Йёргена Мюллера. В те годы к ней пристрастились многие современники и современницы, а реклама книги «Моя система» (1904) содержалась едва ли не в каждом номере журнала.

Какую косметику стоит заказать?

Косметические рубрики журнала пропитаны любовью колумнисток к «заграничным товарам». Восхищённая французской командировкой Э. Адам спешит написать в майском номере за 1913 год:

«Нигде так, как в Париже, не чувствуется стремление женщин быть красивыми, обворожительными и нигде, как там, нет такого огромного количества различных кабинетов красоты».

Ощутимую часть номера занимала реклама разнообразных косметических средств и процедур — в основном трёх парижских фирм: Bourjois, Clarks, Lesquendie.

Bourjois представлена румянами и пудрой. Парфюмерная компания Lesquendie предлагала ряд продуктов на основе натуральных компонентов: «Воды красоты», напоминающие современную термальную воду или мист для лица, кремы, такие как стягивающее поры «Банановое желе» или омолаживающий крем на персиковом соке, а также очищающие лосьоны.

В каталоге встречаются не только уходовые средства для лица, но и привычные сегодня товары для тела: кремы для депиляции парижской фирмы Clarks или революционная «Бразильская ингантина против пота» — аналог современного дезодоранта. Обыкновенно для защиты платьев использовали тальк или непромокаемые кисейные «подмышники». Рекламу такого «охранного средства для всякого платья» немецкого производства можно найти на страницах журнала за 1913 год. Ногти предлагалось покрывать эмалями или использовать «Камень Аполлона» для блеска.

Брови и ресницы затемняли красками Indiano, которые можно было использовать и на усах, а водой доктора Вотье закрашивали седину в светло-русый цвет. Для осветления волос применяли специальные пудры, а для окрашивания — хну и басму, смешивая которые в равной пропорции получали «приятный каштановый оттенок».

Отдельного внимания заслуживает аппарат фирмы «Салюс» для массажа лица и тела. На страницах журнала Игрушечная Маркиза рекомендует его в качестве практически универсального средства: как для увеличения бюста, так и для избавления от красноты носа.

Через редакцию можно заказать товары с доставкой «в любой город Европейской России по 35 к. с банки, а в Сибирь — вдвое дороже».

Как очистить кожу домашними средствами?

В то же время колонки «Косметического отдела» показывали, что средства не обязательно заказывать из-за границы. Рецепты эффективных косметических составов стали особенно востребованы в годы войны, поскольку было непросто заказать привычные баночки из Франции, да и товары выросли в цене.

Разнообразие косметики того периода объединял акцент на уходовые, а не декоративные свойства продукта: ещё в конце XIX века излишняя напудренность с выбеленным, подобным холсту лицом вышла из моды и уступила место более натуральному образу.

Кроме того, основой большинства средств служили натуральные ингредиенты — потому их аналоги можно было сделать дома.

Этот период отмечен интересом к очищающим средствам. Редакция рекомендовала миндальные отруби и «вяжущие обмывания» для улучшения цвета лица:

Розовой воды . . . . . . . . . . . 200,0.
Миндального молока . . . . . 20,0.
Сернокислого глинозема . . 4,0.

Более экстремальный метод очищения — паста доктора Йесснера. С её помощью также избавлялись от веснушек. Для приготовления пилинга смешивали масло сладкого миндаля, митин и резорцин, сильно раздражающий кожу и вызывающий кашель даже при вдыхании паров.

Процесс полного обновления кожи был довольно болезненным: пасту наносили на лицо в течение нескольких дней — до тех пор, пока кожа не воспалится. После отменяли пасту, запрещались любые контакты с водой, а лицо смазывали охлаждающим кремом.

«Неудобство этого лечения заключается только в том, что на время лечения придётся совершенно отказаться от общества и запереться одной в комнате, так как болезненность кожи, а иногда и опухоль, обезображивает лицо, и никуда нельзя показаться, по крайней мере, дней 10–12».

После лечения стоило запастись увлажняющими и питательными кремами. Колумнисты приводят несколько рецептов средств, например:

Сладкое миндальное масло . . . 100, 0.
Розовая вода . . . . . . . . . . . . . . . 20,0.
Спермацет . . . . . . . . . . . . . . . . . 15,0.
Росная настойка . . . . . . . . . . . . . 10,0.
Квасцы в порошке . . . . . . . . . . . 2,0.
Настойка гамамелиса . . . . . . . . 15 капель.

Такой крем к тому же избавлял от морщин.

Как выбрать траурный наряд?

В номерах журнала за 1915 год образцы траурных платьев, «требование переживаемого времени», публиковались наравне с одеждой для тех или иных случаев: домашними туалетами, нарядами для прогулок и занятия спортом.

«Ярких [цветов] нет, они явились бы кричащим пятном среди тёмных тонов и траурных туалетов, которым отводится далеко не последнее место на страницах журналов и в модных магазинах».

При составлении траурных туалетов учитывались не только модный покрой и длина, но и особые правила выбора ткани и отделки. Например, уместными считались только некоторые виды меха:

«Меха, допускаемые трауром, прежде всего каракуль, сконгс, чернобурая лисица, которая вошла давно в моду, и всё ещё держится».

В августовском номере журнала за 1915 год опубликованы два образца траурных нарядов. Первый — платье из шерстяной ткани, «изящное и скромное». Верхняя часть сделана из крепа, а талия перехвачена драпированным поясом. Украшения на юбке — нашивки из полос ткани, их называли бие — представляют собой «траурное бие». Второй наряд с более сложным кроем — «элегантное пальто-жакет, составляющий вместе с траурной юбкой шикарный туалет». Пальто шили из сукна или шевиота, плотной костюмной ткани из шерстяной пряжи. Отделка сзади — модное в тот период плиссе; украшали наряд крупные обтянутые пуговицы.

Предлагалось и два траурных головных убора: круглая шляпка, обтянутая шёлком, и шляпа с узкими полями и украшением в виде крылышек. Обе модели дополняла креп-вуаль, мягко спадающая на плечи и спину.

Траурные наряды украшали и другими символичными аксессуарами. Авторы колонки предлагают обратить внимание на опыт француженок:

«Женщины, носящие траур по дорогим покойникам, павшим в бою за родину, изобрели как бы значок. Это очень маленький кусочек чёрного сукна с вышитыми в середине трёхцветным знаменем и зелёной пальмовой веткой».

«Значок» носили и мужчины — на шляпе или обшлаге. Женщины прикрепляли их в виде бутоньерки на костюмы tailleur — повседневный фасон в мужском стиле.

Тальер состоял из жакета и юбки в сером или чёрном цвете. Отсутствие декора усиливало простоту и монохромность тальера, что так контрастировало с актуальными в начале 10-х восточными вышивками и яркими цветами, например, модным «густо-жёлтым» — fauve.

Хотя чёрный и тёмно-серый тауп считались символами скорби, эти цвета вошли и в повседневный гардероб.

«Развлечением служили только театр и небольшие вечеринки в кругу своих близких знакомых. В связи с этим, конечно, и туалеты. Тёмные, скромные платья, изящные в своей простоте юбки и блузы».

Еще в 1913 году лучшим сочетанием редакторы «Журнала для хозяек» признали чёрный и белый, а цветами 1915 года — монохромные: «преимущественно тёмные», «из светлых — белый и серый».

Мода на чёрный возникла ещё на рубеже веков и была связана с долгим трауром королевы Виктории, примеру которой следовали придворные дамы. Тёмные оттенки носили и за пределами Англии — с такими тканями работали модельеры Чарльз Уорт, Поль Пуаре и другие.

Визитное платье Марии Фёдоровны.

Стоит ли отказаться от мяса?

«Вот последний вывод науки о человеческом питании. Поток энергии, посылаемый солнцем земному шару, превращается растениями в материю, потребляемую живыми существами в пищу. Следовательно, пища есть солнечная энергия, а живые существа — дети солнца».

В XIX веке Европу захлестнула мода на вегетарианство, хотя его приверженцев можно было встретить едва ли не в каждой эпохе. Первое Вегетарианское общество было основано в середине столетия в Англии, в 60-е и 90-е годы — в Германии и Франции. В России вегетарианство стало популярным уже в конце века.

В мае 1913 года, вслед за первым в стране Съездом вегетарианцев, «Журнал для хозяек» публикует статью «О вегетарианстве».

Колумнисты называли растительное питание прогрессивным и отвечающим духу времени. А вдохновлять читательниц на переход должны труды Шопенгауэра и русские крестьяне.

«Наше русское крестьянство, питаясь почти исключительно ржаным хлебом, гречихой и просом и только в редких случаях употребляя в пищу мясо, является безусловно более здоровым и сильным нежели обитатели городов».

Редакторы посвятили ряд материалов физиологии вегетарианства, отмечая работы учёных Кювье, Лоренса, Белла и Гассенди.

«От употребления мясной пищи происходят многие болезни, как подагра, ревматизм, несварение желудка, запоры, падучая, паралич и т.п. Существует масса примеров, что люди освобождались от этих болезней вместе с переходом на вегетарианскую диету».

Влияние растительного рациона на организм описывали через примеры локальных культур:

«Китайцы, индусы, арабы, которые не едят мяса, а питаются только рисом, маисом (кукурузой — прим.) и пшеницей, превосходят другие народы своей мускульной силой и выносливостью».

Не всю растительную пищу признавали одинаково полезной. Среди опасных продуктов выделяли те, что содержат мочевую кислоту: бобовые, грибы и спаржу, которыми «старое вегетарианство хотело заменить мясо».

Вред мочевой кислоты авторы журнала освещали неоднократно, ссылаясь на книгу Маргариты Бранденбург «Безмочекислое питание», которая переиздаётся и сегодня.

В 1913 году «Журнал для хозяек» объявил растительный рацион «пищей будущих поколений». Уже через несколько лет сокращение мяса в рационе стало вынужденным. В номерах журнала 1915 года авторы сравнивают его с избавлением от привычки — подобно другой традиции довоенного времени:

«Так как от всякой привычки можно отвыкнуть, то беды в отсутствии мяса ещё большой нет. Кажется русский человек привык к водке, однако отвык же теперь, пользуясь лишь в очень редких случаях контрабандными суррогатами. А между тем, от водки пришлось отвыкнуть даже солдату».

В этот период сократилось количество статей о вегетарианстве, что могло быть связано со сменой общественного мнения: слово «безубойник» носило негативную окраску и ассоциировалось с толстовцами и солдатами-пацифистами.

Рецепты вегетарианских блюд продолжали публиковать — как наиболее доступные, — однако основную сложность составлял процесс их приготовления.

«Требуются основательные кулинарные познания и некоторая изобретательность, каковыми качествами у нас, к сожалению, обладают очень немногие хозяйки».

На страницах журнала встречаются как привычные сегодня блюда (веганская окрошка, постная выпечка), так и действительно «изобретательные»: например, суп-пюре из свежих огурцов или капустный суп с молоком.

Попробовать вегетарианские блюда можно было и в столовых — в начале века такие заведения открывались в крупных городах империи, около десятка были расположены в Петербурге.

***

Больше про книги и интересные находки вы найдёте в telegram-канале «Электронекрасовка» (@electronekrasovka) и в наших пабликах в Facebook и «ВКонтакте». Подписывайтесь!

Подготовила Валерия Фоменко