Беседы о жизни и произведениях наиболее замечательных живописцев, древних и современных

«Entretiens sur les vies et sur les ouvrages des plus excellens peintrres anciens et modernes / Беседы о жизни и произведениях наиболее замечательных живописцев, древних и современных» — многотомное издание Андре Фелибьена, французского художника и историка искусства, официального придворного историка времен короля Людовика XIV.

Про автора

Издание 1696 года, вышедшее в издательстве Дениса Мариетта «под покровительством его величества» и хранящееся в фонде Некрасовки, начинается с предисловия-посвящения. Оно обращено к маркизу Жану-Батисту Антуану Кольберу (1651–1690), старшему сыну покровителя Фелибьена, Жана-Батиста Кольбера-старшего. Последний, будучи министром финансов Франции, к тому же благоволил искусствам и науке: при его покровительстве были основаны Академия надписей и изящной словесности (1663), Королевская академия наук (1666), Королевская академия музыки (1669) и Королевская академия архитектуры (1671). Кольбер-старший старался способствовать продвижению Фелибьена по государственной службе: искусствовед стал одним из первых членов Академии надписей и изящной словесности, а позже его послужной список пополнился рядом других высочайших должностей, таких, как, например, хранитель кабинета редкостей в дворце Пале-Рояль. Однако, наиболее выдающимся достижением Андре Фелибьена стало создание ряда трудов по истории искусства.

О чём эта книга?

Фелибьен описал в своём произведении «Беседы о жизни и произведениях наиболее замечательных живописцев, древних и современных» историю искусства — с античных времён по вторую половину XVI века — и стал продолжателем искусствоведческой традиции, заложенной Джорджо Вазари, который в своём труде «Жизнеописания» рассматривает художественные шедевры в совокупности с биографиями их создателей.

Как устроена книга

Композиционно труд Фелибьена представляет собой 10 «бесед» — жизнеописаний выдающихся живописцев с перечислением художественных достоинств их работ; по пять в каждом из двух томов.

Интересно построен текст трактата: «повествование» разворачивается в форме диалога автора и его собеседника — героя по имени Пэмандр. Это имя, очевидно, использовано автором не просто так: оно связано с герметизмом — гностическим учением Гермеса Трисмегиста, якобы жившего в III веке до н.э. В Новое время считалось, что герметические тексты несут подлинную, не искажённую христианской традицией и Тёмными веками, мудрость античности. В одном из них рассказчик встречается с божественным светом — Разумом, носящим имя «Поймеандр», или «Пэмандр». Божественный разум раскрывает страждущему автору тайну возникновения мира и действующих в нём стихий, а также сообщает задачу и смысл жизни человека; он состоит в том, чтобы познавать — и в результате познания стать равным Богу. Весьма вероятно, что люди конца XVII века вполне отчётливо могли считать эту отсылку автора: сами герметические тексты служили источником вдохновения уже для деятелей итальянского Возрождения, стоявших у истоков познавательного пафоса новоевропейской науки (среди которых — гуманисты и учёные, Дж. Бруно, Пико делла Мирандола, Марсилио Фичино, считавшие учение Гермеса основанием для возвеличивания человека и силы его познания). К концу же XVII века, когда создавался трактат, в Европе уже широко распространилось рационалистическое учение Декарта, согласно которому познание — наивысшая цель для разумного существа — осуществляется посредством божественного благоволения. Принципы герметической магии, завязанной на экспериментальной алхимии, астрономии и математике, находили отклик в умах представителей рационалистической науки. Просвещённый разум, сумевший постичь истинный порядок вещей, обретает власть над горним миром — в издании 1696 года, хранящемся в Некрасовке, об этом напоминает подпись к виньетке в самом начале трактата, перед первой главой. 

Под гравированным изображением механизма, поднимающего тяжести строительного крана, написано: «mens agitat molem», что с латыни переводится как «разум двигает тяжесть».

Автор и его юный, но проницательный собеседник Пэмандр, споря, поправляя друг друга, ведут свой изысканный рассказ. Упоминания заслуживает язык автора: его стиль совсем не походит на то, как написаны современные академические тексты. Например, автор считает, что нужно дать некую «завязку» для начала разговора о мире искусства — и даёт ее следующим образом: «Поскольку государь некоторое время назад пожелал, чтобы наиболее выдающиеся художники королевства ознакомились с моделью Лувра и высказали своё мнение о том, как украсить фасад сего великолепного здания, Пэмандр, будучи наиболее любознательным в отношении подобных дел, не упустил возможности отправиться осмотреть этот прекрасный дворец».

Ведя рассказ об изобразительном искусстве, Фелибьен раскрывает его историю от античных времен до современных себе художников.

Так, всю восьмую беседу Фелибьен посвящает Николя Пуссену — выдающемуся художнику-классицисту и своему старшему другу. Он пишет: «Он (Пуссен) созерцал внимательно всё, что видел наиболее прекрасного, и крепко запечатлевал в уме образы этого, говоря часто, что живописец больше научается мастерству, созерцая предметы, нежели утомляя себя их копированием». В целом, как утверждает крупный искусствовед Б.Р. Виппер, Андре Фелибьен требует «возвращения к античным идеалом красоты, исправления и очищения природы разумом, и там и здесь провозглашаются лозунги «высокого вкуса», ясности и благопристойности. Фелибьен дополняет эти требования соображениями о важности композиции как духовного начала, способного облагородить природу, о преобладающем значении рисунка над колоритом, об экспрессии как душе живописи. <...> Наконец, Фелибьен аргументирует в пользу разработанной в Академии иерархии жанров, начиная с самых высших, аллегорической и исторической картины, и кончая низшими — пейзажем и живописью цветов и фруктов».

Закрепление жанровой иерархии, систематизация эмоций и движений, изложенная в трудах Фелибьена, способствовали фиксации формальных принципов классицизма в живописи.

Особенности издания

Второе издание трактата, находящееся в распоряжении Некрасовки, увидело свет в 1696 году. Оно состоит из двух томов. А вот другие издания, начиная с первого, выходившего с 1666 по 1688 год, насчитывали другое количество томов: три, пять и т.д..

Пишущий человек с пылающим сердцем в руке, изображение которого можно увидеть на титуле издания 1696 года, — не кто иной как Блаженный Августин, охваченный божественным вдохновением. Это один из вариантов иконографии христианского святого. А слева от Августина судьба книги в России оставила свои следы: здесь можно увидеть штамп Фундаментальной библиотеки Военно-инженерной академии РККА, где книга, судя по всему, находилась на хранении в середине прошлого века.

Почитать эту книгу можно на сайте «Электронекрасовки». 1 том. 2 том.

Подготовил Никита Бобров

Больше про книги и интересные находки вы найдёте в telegram-канале «Электронекрасовка» (@electronekrasovka). Подписывайтесь! 

 

Хроника московской жизни
Хроника московской жизни: 30 июля — 5 августа. 1940 год
Истории
Как проходила предвыборная кампания в Моссовет в 1929 году