добнымъ образомъ пропитанное, изъ конструкціи выставочныхъ зданій? Почему изъ дерева можно дѣлать
только двери, а оконные переплеты и рамы нельзя? Почему крыша можетъ быть только изъ желѣза и стекла, а не изъ черепицы, аспида и т. п.? Почему самыя по
стройки могутъ быть только изъ бетона или камня, а не изъ гипсоваго стюка на несгораемомъ каркасѣ? И такъ далѣе.
По моему докладу (о необходимости составленія нормъ для статическихъ разсчетовъ) секція значительно услож
нила задачу предлагавшейся мною комиссіи, поручивъ ей, по предложенію г. Лермонтова, разработать еще и вопросъ о нормировкѣ размѣровъ, качества и класси
фикаціи кирпича, выдѣлываемаго на русскихъ заводахъ.
Дѣло въ томъ, что въ дальнѣйшей теоретической работѣ вопросъ этотъ, послѣ доклада, сдѣланнаго еще на одномъ
изъ предыдущихъ съѣздовъ покойнымъ проф. Курдюмовымъ, и въ виду отличной разработки его, напр., въ Германіи, — не нуждается; практически же остается нерѣшеннымъ главное — какъ заставить заводчиковъ вы
дѣлывать кирпичъ, отвѣчающій нормамъ, а не какой попало. И это врядъ ли разрѣшитъ комиссія. Иное было бы дѣло, если бы г. Лермонтовъ вошелъ съ отдѣльнымъ, обстоятельнымъ докладомъ о томъ, какъ добиться цѣли въ этомъ случаѣ.
Врядъ ли принесетъ плоды и постановленіе по докладу Н. И. Богданова: образовать при бюро съѣздовъ комиссію по примѣненію огнестойкихъ пустотѣлыхъ стѣнъ въ зодчествѣ, — такъ какъ вопросы примѣненія разрѣшаются не комиссіоннымъ путемъ.
Переходя къ техническо-санитарному отдѣлу, надо имѣть въ виду общее, нами выше сдѣланное замѣчаніе — что вопросы научные (а таковы многіе изъ вопросовъ этого отдѣла) не могутъ рѣшаться путемъ голосованія.
По докладу В. Н. Томашевскаго признано желательнымъ пріурочить время созыва будущаго съѣзда зодчихъ ко времени очередного Пироговскаго съѣзда. Врядъ ли удобно предрѣшать время будущаго съѣзда исключительно по соображеніямъ, указаннымъ въ этомъ постановленіи.
Отмѣтимъ, между прочимъ, труизмъ, который представляетъ 2-й пунктъ постановленія по докладу А. Н. Аренса (см. предыд. № «Зодчаго»), Неужели при всѣхъ постройкахъ, кромѣ больницъ и операціонныхъ отдѣленій, архитектору нe вмѣняется въ обязанность сообразоваться съ главнѣйшими требованіями того рода дѣятельности, которая будетъ совершаться въ зданіи впослѣдствіи? И стоило ли дѣлать такое постановленіе?
Менѣе всего замѣчаній вызываютъ резолюціи юридическаго отдѣла, хотя и здѣсь не безъ курьезовъ. Такъ, по докладу К. С. Олешкевича постановлено: проекты всѣхъ частныхъ построекъ, представляемые въ городскія управы, должны быть за подписью лица,
имѣющаго право на производство работъ. Я не юристъ, но думаю, что такое постановленіе плохо согласуется съ общими правовыми понятіями. Составлять проекты и представлять ихъ куда угодно имѣетъ право каждый;
если проектъ плохъ, онъ долженъ быть забракованъ, независимо отъ того, имѣетъ ли дипломъ его авторъ; и наоборотъ, если проектъ безукоризненъ, то онъ дол
[*)] Докладъ будетъ полностью напечатанъ въ одномъ изъ ближайшихъ №№ «Зодчаго».
женъ быть утвержденъ, кѣмъ бы онъ ни былъ подписанъ.
Постановленіе по прочитанному въ одномъ изъ соединенныхъ засѣданій докладу I. С. Китнера (о жела
тельныхъ улучшеніяхъ въ дѣлѣ высшаго техническаго образованія), будучи сопоставлено съ нѣкоторыми дру
гими резолюціями съѣзда (по докладамъ: В. Н. Пясецкаго, Η. Ф. Савельева, H. Н. Мельникова, Л. В. Шмеллинга и Μ Ф. Гейслера) поставитъ, вѣроятно, будущій постоянный комитетъ съѣзда въ нѣсколько затруднительное положеніе. А именно, I. С. Китнеръ въ докладѣ своемъ [*)] проводилъ ту мысль, что студенты страдаютъ отъ перегрузки учебными занятіями, и что желательно было бы нѣсколько сбавить количество требуе
мыхъ отъ нихъ познаній. И если комитетъ, согласно состоявшемуся постановленію, обратится къ совѣтамъ
соотвѣтствующихъ учебныхъ заведеній съ просьбой обсудить это дѣло, то ему придется заодно указать, что съѣздъ постановилъ, кромѣ того, считать необходимымъ
введеніе въ учебный планъ: 1) курса всемірной исторіи изобразительныхъ искусствъ, 2) обязательнаго курса электротехники, 3) подробнаго изученія использованія электрическихъ станцій для цѣлей отопленія, 4) факультативныхъ курсовъ по холодильному дѣлу и 5) практическихъ задачъ по строительному законодательству. И, по
жалуй, вмѣсто сбавки окажется изрядная прибавка (либо ничего не окажется).
На этомъ мы пока и кончимъ нашу, и безъ того слишкомъ затянувшуюся, замѣтку.
В. Эвальдъ.


Пo поводу книги И. Грабаря „Исторія Русскаго Искусства“.


(Продолженіе).
Перейдемъ къ сумой «Исторіи», которая начинается изложеніемъ кіевскаго зодчества. Само собой разумѣется что всякій читатель ищетъ прежде всего всту
пленія; не угодно ли, въ самомъ дѣлѣ, отъ словъ «со времени принятія христіанства» перейти къ фотографіи алтарной стѣны кіевской Софіи. Хотя это и древнѣйшая изъ русскихъ построекъ, но далеко не простѣйшая; по своему богатству она производитъ впечатлѣніе чуть ли не барокко.
Исторія каждаго парода есть часть всемірной исторіи; исторія искусства отдѣльной страны есть звено общей исторіи искусства. Что было въ Россіи до при
нятія христіанства? Откуда пришли въ нее эстетическія вѣянія? На эти вопросы нужно прежде всего отвѣтить, но на нихъ вовсе не отвѣчаетъ разбираемая книга. А между тѣмъ кіевское каменное зодчество — одно изъ звень
евъ того архитектурнаго стиля, который исходилъ изъ Византіи и развивался во всей средней Европѣ, въ Россіи и на Кавказѣ.
Сопоставленіе всѣхъ этихъ памятниковъ не только желательно, но и необходимо для пониманія значенія русскаго искусства въ общей исторіи. Важно было бы