наго свинца, а на другой день появлялась подъ подбородкомъ большая опухоль и больно было глотать. Такая болѣзнь называлась «чушкой». Въ боль
шіе морозы для согрѣванія торговцевъ по всѣмъ
рядамъ протягивали толстые канаты, ихъ тянули съ крикомъ множество людей и этимъ согрѣвались. Затѣмъ еще (играли «въ ледки»—большой кусокъ льда гоняли ногами по рядамъ.
Ночью въ Сильные морозы, на Театральной площади и на перекресткахъ центральныхъ улицъ, жгли большіе костры, для согрѣванія бѣдныхъ людей. Возвращаясь изъ ежедневныхъ «походовъ» домой, часто съ отмороженными ногами и руками, такъ какъ намъ теплыхъ сапоговъ и варишекъ не давали, я (часто отогрѣвался у костра на Театраль
ной площади, цъ (компаніи кучеровъ и извозчиковъ, ожидавшихъ театральнаго разъѣзда.
Въ Гостиномъ дворѣ строго было запрещено курить табакъ и зажигать огонь, поэтому въ темные осенніе дни лавки запирались въ 3 часа дня.

Жизнь въ рядахъ была семейно-патріархальная. Какъ только отпирали лавки, сосѣди собирались

въ ряду кучками и сообщали разныя новости,, а то такъ просто разсказывали другъ другу, кто какъ вчера провелъ время.
Такія сосѣдскія бесѣды назывались «чёской»,— продолжать ее шли компаніей въ трактиръ, гдѣ за чаемъ сидѣли 2 -3 часа. Затѣмъ уходили въ свои лавки. Побывъ въ нихъ недолго, собира