„Ультиматумъ Америки былъ для Германіи ударомъ грома на ясномъ небѣ.“
(Изъ газетъ.)
Нѣмецъ:— О, какія прекрасныя серебряныя звѣзды на чудномъ голубомъ фонѣ!... Я бы всегда хотѣлъ любоваться этимъ флагомъ, а древко, прямо, хочется потрогать.


ВОЕННО-МОРСКАЯ ЛЮБОВЬ.


По морямъ играя носится
Съ миноносцемъ миноносица.
Льнетъ, какъ будто къ меду осочка, Къ миноносцу 'Мйноносочка.
И конца бъ не довелось ему, Благодушью миноносьему, —
Вдругъ прожекторъ, вздѣвъ на носъ очки,
Впился въ спину МИІНОНОСОЧКИ.
Какъ взреветъ мѣдноголосина : «Р-р-р-астакая миноносина» !
Прямо ль, влѣво ль, вправо ль бросится, А сбѣжала миноносица.
Но ударить удалось ему
По ребру, по миН'Оіносьему.
Плачъ и вой морями носится: Овдовѣла миноносица!
И чего это несносенъ намъ
Миръ въ семействѣ миноносиномъ!
__________ В. Маяковскій.


ИСПРАВЛЯЙТЕ БЫЛИНЫ!


(Руководство для преподавателей словесности.)
Чтобы разъ навсегда избѣжать назойливыхъ и тормозящихъ урокъ вопросовъ со стороны не въ мѣру любознательныхъ учениковъ:
— А что такое зелено вино? — Пьяный медъ?
— Брага хмельная?
— Водочки стоялыя? и т. д.,
преподаватель словесности долженъ передѣлать былины на современный ладъ, изгнавъ изъ нихъ всѣ отжившіе свой вѣкъ напитки.
Вотъ образцы такихъ перекроенныхъ на современный ладъ былинъ — для мужскихъ учебныхъ заведеній.
...Какое количество денатурата выпивалось на пирахъ у князя Владиміра Красное Солнышко, — объ этомъ можно судить по слѣдующимъ словамъ былины :
Повыкатилъ князь политурочки девяносто пудъ, Ханжи пьяненькой девять бочечекъ, Девять бочечекъ-сороковочекъ.
...Ополчается Василій Буслаевичъ противъ Батыгушка и зятя его Тараканчика, и князь Владиміръ потчуетъ его на дорогу:
И Владиміръ князь столёнъ-Кіевскій Наливаеіъ ему чару лака крѣпкаго, Лака крѣпкаго полтора ведра,
Другую наливаетъ спирту древеснаго, Третью наливаетъ спирту свѣтильнаго, И составили питье въ одно мѣсто, Становилося питья полпята ведра.
И принимаетъ Василій единой рукой
И выпиваетъ Василій на единый здохъ.
...Послѣ побѣды надъ Калиномъ, царемъ татарскимъ, Владиміръ велѣлъ отпереть всѣ запыленныя „пивныя лавки“ и запечатанные погреба для народа:
Растворилъ какъ онъ всѣ погреба, пивныя онъ, Чтобы весь народъ какъ пилъ денатуратъ; Кто не пьетъ денатуратушку,
Тогъ бы пилъ да иолитурушку чистую, А кто не пьетъ иолитурушки чистой, Тотъ бы пилъ лаки стоялые, — Чтобы всѣ да веселилися.
...Богатырь Михайло Потокъ Ивановичъ, возвратившись изъ Заморскаго царства, гдѣ онъ, по порученію князя, справлялъ дани, взамѣнъ княжеской награды, проситъ :
Мнѣ не надо городовъ съ пригородками, Селъ твоихъ да со приселками,
Мнѣ дай-ка ты лишь волюшку:
На столичныхъ всѣхъ на аптекахъ
Давали бы мнѣ по рецептамъ безпрепятственно: . Вино красное и бѣлое,
Да коньякъ, да ромъ, да шампанею.
А вотъ образцы русскихъ былинъ — для женскихъ учебныхъ заведеній:
... Ѣдетъ богатырь Дунай Ивановичъ въ Золотую Орду высватать для князя Владиміра невѣсту, и тутъ не обходятся безъ угощенія :
Подносятъ Дунаю чару шпанки (безъ алкоголя) въ полтора ведра, Турій рогъ сидра яблочнаго въ полтретья ведра;
Выпиваетъ онъ, Дунай, чару тоя шустовской шпанки И турій рогъ сидра сладкаго.
...Владиміръ проситъ Соловья Разбойника засвистать, но Муромецъ объясняетъ князю, что Соловью необходимо предварительно промочить горло:
Ай же ты, князь стольно-Кіевскій! Теперь у него уста запечатаны,
Запеклись уста кровью горючею.
Налейте ему чашу фруктовой воды, Вѣсомъ чашу полтора пуда, Мѣрой чашу полтора ведра.
... Попадается Садко, богатый гость, къ морскому царю въ водное царство, и тутъ разливное море:
Напивается Садко питьями разными — Кувакой, Эссентуки № 20,
Нарзаномъ, содовой водой,
И сельтерской водой, и лимонадомъ,
И сухарнымъ квасомъ, и клюквеннымъ. И развалялся Садко, и пьянъ онъ сталъ, И уснулъ Садко купецъ, богатый гость.
Ни сельтерская вода, ни лимонадъ, ни сухарный квась, ни содовая не вызовутъ въ ученицахъ недоумѣнія, какъ не вызоветъ его Садко, пьющій Эссентуки № 20, — и урокъ словесности пройдетъ гладко, ни разу не прерываемый досадными, нервирующими преподавателей вопросами...
Мих. Пустынинъ.
Желаніе нѣмца исполнилось, но не совсѣмъ: звѣзды остались, древко потрогалъ не онъ, а оно его, и фонъ сталъ цвѣта свинцовыхъ тучъ.
}