В отношениях западно-европейского мира к древней России есть две черты, повидимому, исключающие одна другую и однокож существовавшие рядом, благодаря осо
бенным условиям, в которых находилась древняя Россия. С одной стороны, вследствие отчуждения между запад
ною Европою и Россией, продолжавшегося до самого XVIII века, западно-европейское общество оставалось почти в совершенном неведении о положении и судьбах России; вследствие этого неведения в нем распространи
лись и укоренились странные представления об этой стране. В начале XVIII столетия русский резидент при одном из западно-европейских дворов, подыскивая дело
вых людей для Петра, жаловался на то, что эти люди боятся ехать в Россию, думая, что ехать туда—значит ехать <в край света», что эта страна «с Индиями гра
ничит» 1). Между тем, в то самое время, как в западной Европе господствовали такие представления о Рос
сии, ни одна европейская страна не была столько раз и так подробно описана путешественниками из западной Европы, как отдаленная лесная Московия. Нетрудно найти некоторую связь между этими противоречащими явлениями: чем иервобытнее и малоизвестнее для путешественника страна, в которую он попал, чем более представляет она новых для него особенностей, тем сильнее затрогивает она его любопытство и тем легче дается наблюдающему
1) Поэтому Мейперсъ имел полное право сказать, что образованная Европа в начале XVI века знала о Роесіи гораздо меньше, нежели о Новой Голландіи в конце XVIII века. «Vergleichung des Sltern und neuern Russlandes», 4. I, стр. 2.

На «Электронекрасовке» ведутся технические работы и в ближайшие дни издания могут быть недоступны для чтения. Приносим извинения за возможные неудобства!