23 июня 1945 г., № 50 (348).

И СОКОЛ

стАЛИНСКИ

СУДЕБНЫИ ПРОИЕСС ПО ДЕЛУ ОБ ОРГАНИЗАТОРАХ, РУКОВОДИТЕЛЯХ И УЧАСТНИКАХ ПОЛЬСКОГО ПОДПОЛЬЯ В ТЫЛУ КРАСНОЙ АРМИИ НА ТЕРРИТОРИИ ПОЛЬШИ, ЛИТВЫ И ЗАПАДНЫХ РАЙОНОВ БЕЛОРУССИИ И УКРАИНЫ юстиции 2-го класса Р. А. Руденко. Затем выступили защитники подсуди­мых. После последних слов обвиняемых суд вынес приговор. На утреннем заседании 20 июня про­ступили государственные обвинители должался допрос подсудимых и свидетелей. Главный Военный Прокурор Красной Ар­После перерыва на утреннем заседании мии генерал-майор юстиции Н. А. насьев и

a

Речь государственного обванителя Главного Военного Прокурора Красной Армин генерал-майора юстиция Н. А. Афанасьеза Красная Армия и наш народ, наша вели­кая Родина одержали в союзе с народами других демократических свободолюбивых стран величайшую в мире победу над гит­леровскими ордами, когда победоновно закончена нами эта справедливейшая из справедливейших войн и враг повержен в прах, люди, подобные этим преступникам, не представляют уже той опасности, ко­торая требовала бы применения к ним та­кой меры наказания, как расстрел. Наша страна вступила в период мир­ного развития и под руководством больше­вистской партии и Советского правитель­ства, во главе с нашим великим веждем и гениальным полководцем советских ар­мий и всего советского народа товарищем Сталиным приступила к решению стоя­щих перед ней величественных задач. Ваш приговор ждет весь наш народ, весь мир. Ваш приговор прозвучит, как го­лос подлинной справедливости. Он прозву­чит вместе с тем грозным предостереже­нием всем врагам Советского Союза и все­го прогрессивного человечества, всем тем, кто попытается своей преступной рукой поколебать дружбу советского и польского В обвинительной речи Главный Военный Прокурор Красной Армии генерал-майор юстиции Н. А. Афанасьев на оспове ма­териалов предварительного и судебного следствия, многочисленных документов и других вещественных доказательств дает исчернывающую характеристику общест­венно-политической значимости настояще­го судебного процесса, вскрывает сущность подрывной деятельности польского под­полья и анализирует преступную деятель­ность обвиняемых по данному пропессу. Останавливаясь на преступлениях, совер­шенных подсудимыми Окулицким, Янков­ским, Бень и Ясюковичем, прокурор при­ходит к выводу, что эти подсудимые пол­ностью изобличены в совершении этих преступлений, Они полностью изоблича­ются неопровержимыми об октивными до­казательствами: приобщенными к делу под­линными документами, вещественными до­казательствами, показаниями свидетелей и собственными признаниями. В заключение своей речи государствен­ный обвинитель заявляет: «Мне остается только изложить сообра­Все четверо подсудимых во главе с Окулицким виновны в совершении тягчай­ших преступлений. Эт Эти престутении Эти преступления стояли многих и многих жертв лучших со­ветских людей.

И тем не менее, тт. судьи, я считаю возможным не настаивать на применении к ним высшей меры наказания. И не толь­ко потому, что они раскаялись в совер­шенных преступлениях (хотя по нашему закону это является смягчающим вину об­стоятельством и при определении меры наказания суд это обязан учитывать). И нетолько потому, что они действовали по директивам польского эмигрантского «пра­вительства» и, если можно так выразить­ся, во тьме польского подполья «светили» не своим «светом», а отраженным «све­том» эмигрантского «правительства» из Лондона. Я считаю возможным ограничиться применением к ним лишения свободы, а не расстрела, главным образом, потому, что мы сейчас переживаем радостные дни великих побед, одержанных нашим наро­дом и его героической Красной Армией. B условиях, когда наша доблестная

ь,

re к H­0- Ю 0- a. 0-

Гости Москвы - герои боев за Берлин. Слева направо: Герои Советского Союза гвардии подполковник В. Панфилов, гвар­Снимок наш. спец. фотокорр. капитана Т. Мельника. дин подполковник В. Макаров, майор В. Башкиров.

т, я Я, H­ЦБ ая T-

Здравствуй, Москва! Л. ЛЕРОВ Г. СЕМЕНИХИН Москве сейчас гостит и другой герой­лет­чик Валентин Макаров. Москва это его отчий дом. Здесь, на набережной Фрунзе, в доме № 105, живет его ста­рушка-мать Татьяна Михайловна, с кото­рой он не виделся более трех лет. Здесь друзья его детства. Здесь всё напоминает о лучезарном юношестве, о днях безмя­тежной довоенной жизни. Макаров видел праздничную Москву в первомайский день 1941 года с борта са­молета, когда он участвовал в воз­душном параде. В погожий майский день Макаров шагал по этой же площади в Кремль, где состоялся прием участников парада. Как прекрасна была в те пред­военные дни любимая Москва! А потом пришел день, о котором так часто нели мы в песне «Если завтра война». Мака­ров в этот день стоял на границе Роди­ны. И только мысленно представил он себе друзей-москвичей, мать, полную тре­воги, всю столицу, взбудораженную вели-зая ким несчастьем низвергнутую из мирара­с день достей, творчества, созидания в пучину войны, подариша смерто разрушенияненную Вирочем, тегда было не до размышле­ний. В первый же день войны он дрался немпами в воздухе. И в нервый же войны он, двадцатидвухлетний мо­сквич, сбил первый немецкий самолет. Увы, он увидел Москву раньше, чем он того бы хотел, да и не такой, какой он хотел бы ее увидеть. Он прибыл тогда на московскую землю не гостем, а вои­ном, испытавшим горечь поражений, но но мпятнавшим честь сына Россине не запятнавшим честь сына России, не веру. «Золотуюего потерявшим самое сильное оружие - Совсем близко к окраинам столицы истребительный передо передовым радость хе. славы нующей победу. 30 «ЯКов» сбитый упал самолет, Макаровым. в часы, ровать казывали снизился что серым мя израненную знамя, Макарова, героями торжественный ло незримо что воина, тысячи вали аэродромом истребителей ста­нст подеральный московский азропорт. перной сольной ощущения нашего превосходства в возду­В те морозные дни пред ним, как и перед всем народом, в сиянии величавой вырисовывалась, тог тогда еще столь далекая, столь желанная, полная победа. И вот он снова здесь, в Москве, празд­Макаровым с дистанции 50 м., в Тиргартен. Это был 34-й немецкий сбитый гвардии подполковником Когда горящий самолет упал парк, Макаров невольно взглянул на словно почувствовал, что это его последний за годы Отечественной войны воздушный бой и следует точно зафикси­минуту его завершения. Часы по­11 часов 30 минут. Макарсв над центром Берлина. Первое, он заметил, было красное знамя над зданием рейхстага. Это было зна­Победы, пронесенное через всю нашу землю, через наши рубежи, овеянное славой и Панфилова, и и сотен тысяч других героев. Это знамя сегодня в Москве. Вместе с боев за Берлин, приехавшими на парад Победы, оно прибы­«в гости» в Москву. Четыре года оно реяло над нашими полками и вдохновляло их. Тысячи рук пронесли его с востока на запад. И если случалось, знамя вышускали слабеющие руки павшего смертью храбрых, то других рук мгновенно подхваты­древко. Был ноябрь 1942 года. Молодой сер­жант Балкиров прилетел на избитом зе Он кончил воевать 1 мая в 11 часов минут. Утром он повел четверку на прикрытие нашей нехоты, ко­торая очищала от немцев западные квар­талы Берлина. Воздушный бой разгорелся над самым центром города, и «ФВ-190», нитными осколками «МНГе», сел на Ту­шинском аэродроме и, снимая кожаный шлем со вслютевшей головы, убежденно сказал товарищам: - Хорошо сегодня ударили; немцы будем скажет: на!». толго нас будут вспоминать. Но разве так мы бить немцев, когда командир «Проложите маршрут до Берли­Он говорил это таким тоном, словно его полк уже тогда базировался не в Ту­шине, а по меньшей мере где-нибудь в Штраусберге или Бернау. Он говорил эти слова, и в сердце его трепетала и горела неугасимая вера в победу. Она жила в Итак, они снова в Москве. Они помнят ее такой, какой она была в предвоенные дни, они видели ее и в страшные осенние дни 1941 года. И вот они снова здесь, на ее улицах и площа­дях, в ее театрах и музеях. Герои боев за Берлин, прошедшие ратный путь вели­ких побед, возвратились со славой в родную Москву на парад Победы. Ликующая, праздничная, расцвеченная красными флагами, полная радостного ожидания предстоящей исторической сес­сни Верховного Совета СССР, -- такой предстала перед ними вновь она -- сто­лица Родины, сердце страны, город, на который обращены взоры мира. Думами о ней жили воины на Волге и на Орллов­ско-Курской дуге, у стен Варшавы и под Берлином. «Москва моя, страна моя, ты самая любимая!…». Василий Панфилов шагает по Крас­ной площади, уже одетой в торжественный наряд алых полотен. Вечер. Прко горят кремлевские звезды. Мавзолей. Историче­ский музей. Мчатся машины. Бойко тор­гуют цветочные ларьки, Лампионы тыся­чами свечей озаряют площадь, гуляющую публику, дома и весь этот столичный блеск центра Москвы. И на какую-то долю минуты в памяти гвардии подполковника Василия Дмитрие­вича Панфилова воскресает декабрьский дель 1941 года. Вот так же, как и годня, он шагал по этой площади, воз­вращаясь из Кремля. Михаил Иванович се­е­Калинин вручил ему тогда «Золотую Звез­ду» Героя. Звезда жгла сердце, в котором сплетались воедино и радость, и горечь, и ненавиеть, и тяжелое чувство нензвестно­сти­что же будет дальше. немет еще стоял под Москвой, и Панфилов видел столицу хмурую и ощетинившуюся, гроз­ную и неприступную, закутанную в тем­ноту, опоясанную баррикадами, но пол­ную веры в победу. Василий Панфилов получил Звезду» за ратные дела на Ленинград­ском фронте. И туда, в осажденный де­нанграл, он снова улотал из осажденной увоя в сердце твердую веру в правого дела. Русский воин, он был тер­пелив и стоек, с твердым характером, ясным умом и глубокой верой в свое пра­вительство. Ровно четыре года назад, 23 июня 1941 г., лейтенант Василий Панфилов, молодой парень из Ивановской области, совершил свой первый боевой вылет. Это был второй день войны, неменкие танко­вые колонны выдвигались из-за Сана на Льзов. С каким ожесточением Василии бомбил эти танки! Он летал на «СБ» и хорошо знал, что означает попадание зе­нитного снаряда в этот самолет. Но, пре­набрегая опасностью, он снижался так низко, что, казалось, видел лица немцев. Четыре года прошло с того дня, и се­дина уже поблескивает на его висках, Ему, летчику, теперь уже командиру пол­ка, много довелось пережить за эти че­тыре года. Большая, сложная жизнь, пол­ная великих тревог и испытаний. И не отной только нифрой -- 270 боевых вы­летов - измеряется пережитое Панфило­вым за годы войны. Сталинград, Курск, Витебск, Бобруйск, Варшава, Поэнань, Кюстрин, Эти города - вехи его био­графии. Их названия будят в памяти вос­поминания о страшных минутах, когда самолет летит в море зенитного огня и ка­жется, что теперь уже наступил конец Самолет проносится на бреющем над вра­жескими траншеями, и земля встречает огнем всех видов оружия, а выше кру­жат, как коршуны, «Мессершмитты»… В последний раз это было над Берли­ном, над самым центром германской сто­лицы. Во время берлинской операции Ранфилов слелал 23 боевых вылета, хотя ему часто доставалось от начальства за то, что он сам водил группы «И.ов» на задание. Немцы еще отстреливались из Тиртар­тена. Еше действовали фашистские бата­реи у рейхстага. Панфилов повел своих летчиков на подавление артиллерии в центре Берлина. Тогда, в свой 270-й бое­вой вылет, он впервые с небольшой вы­соты увидел Берлин. Город был окутан пороховым дымом, охвачен огнем пожа­рищ, содрогался от грохота бомбовых раз­рывов. А через несколько дней Панфилов и его летчики приехали в Берлин на экскурсию, приехали посмотреть на ре­зультаты своей работы. Да, они хорошо поработали! «Земля» подтвердила это. …Вместе с Василием Панфиловым в

жения о мере наказания. Речь государственного обвинителя государственного советника юстиции 2-го класса Р. А. Руденко В заключение, переходя к роли подсу­димых Михаловского, Кобылянского и Стемлер-Домбского, государственный обви­нитель заявил, что он считает, что до­статочных доказательств их вины на су­дебном следствии не собрано, вследствие чего он не поддерживает обвинительный приговор в отношении их. нитель считает неопровержимыми обвине­ния, предявленные обвиняемому Пужаку, и поддерживает обвинение в отношении подсудимых Багинского, Звежинского, Мерзва, Чарновского, Стыпулковского, Ур­балского и Хапинского, но находит воз­можным в отношении всех 8 подсудимых ограничиться наказанием, не связанным с длительным лишением свободы. Приг овор Именем Союза Советских Социалистических Республик Военная Коллегия Верховного Суда Союза ССР в составе: Председательствующего -- Председателя Суда ОССР В. Военной Коллегии Верховного генерал-полковника юстиции Ульрих В. Членов Военной Коллегии Суда Союза ССР: генерал-майора юстиции Дмитриева А. Д. полковника юстиции Детистова И. В. при секретарях: полковнике юстиции Батнере А. А. и подполковнике юстиции Кудрявцеве Л. Н. с участием представителей государствен­ного обвинения: Главного Военного Прокурора Красной Армии --- генерал-майора юстиции Афанасьева Н. А. и сонетника встиции 2 класса --- Руденко Р. А. 9) Стыпулковского Збигнева Франце­вича, 1904 года рождения, уроженца го­рода Варшава, поляка, польского гражда­нина, члена президиума «Стронництво На­родове»: 10) Чарновского Евгения Станиславо­вича, 1904 года рождения, уроженца го­рода Лодзь, поляка, нольского гражданина, c высшим образованием, председателя правления об единения демократических организаций «Союз Демократов», члена «Рады Елности Народовой»; 11) Иосифа Хацинского Антоновича, 1889 года рождения, уроженца города Варшава, поляка, польского гражданина, с высшим образованием, председателя «Стронництво Праци»; 12) Урбанского Франца Андреевича. a. 1ции ского воеводства, поляка, польского граж­данина, ответственного секретаря «Строн­янцтво Праци», секретаря главной комис­сии «Рады Едностч Народовой»; напьского воеводства, поляка, польского стителя председателя правления об едине­ния демократических организаций «Союз Демократов»: 14) Нобылянского Казимира Самуило­СнслЯниаввного, вича, 1892 года рождения, уроженца го­реда Варшава, поляка, польского гражда­нина, с высшим образованием, члена «Стронництво Народове» и 15) Стемлер-Домбсного Иосифа Ген­риховича, 1888 года рождения, уроженца Львовской области, поляка, польского гражданина, с высшим образованием, за­местителя директора департамента инфор­мации польского подпольного «дравн-ветского тельства» и руководителя отделения кни­гоиздательства этого департамента всех одиннадцати в преступлениях, пре­дусмотренных статьями 17-58-8, 58-9 и 58-11 Уголовного Кодекса РСФСР. Предварительным и судебным следстви­ем установлено: Лондонским польским эмигрантским «правительством» была создана на вре­менно оккупированной немецко-фашист­скими захватчиками территории Польши, Литовской ССР и западных областей Украинской и Белорусской ССР неле­гальная военная организация - «Армия Крайова» («АК»). До сентября 1944 го­да ее возглавлял генерал польской ар­мии «Бур» - Комаровский, а с октября 1944 года, после его сдачи в плен нем­цам,его заместитель бригадный гене­рал Онулицний Леопольд. Руководство деятельностью «Армии Крайовой» осуществляли также предсе­датель подпольного польского «совета ми­нистров» Анковский Ян-Станислав и его олижайшие помощники Ясюкович Станис­лав и Бень Адам. После освобождения советскими вой­сками западных областей Украины и Бе­лоруссии, а также территории Литвы и Польши, обвиняемые Окулицкий, Янков­скии, Бень и Ясюнович явились органи­заторами и руководителями польского подполья, проводившего активную вра­жескую деятельность в тылу действующих войск Советского Союза. Командующим «Армией Крайовой» бритадным генерилом Онулицким был по­лучен из Лондона от змигрантокого «пра­силы «АК», В радиограмме от 8 декабря 1944 года Окулицкому был сообщен пол­ный текст постановления эмигрантского «правительства», в котором предлаталось законспирировать «Армию Крайову» и ее людские и материальные ресурсы. Выполняя эти указания, генерал Оку­«АК» и тщательно укрыв оружие, бое­припасы и действующие радностанции. Проведя этот «маневр» лжи и обмана, Онулицкий, Янковский, Бень и Ясюкович использовали переведенные на нелегаль­ное положение вооруженные отряды и ор­ганизации «Армии Крайовой» для актив­ной вражеской деятельности против Совет­ского Союза в тылу действующей Крас­ной Армии, освободившей Польшу от не­мецких захватчиков. В феврале 1945 года на заседании не­легального «совета министров» в Польше обвиняемый Окулицний внес предложение образовать для руководства созданной им из основных кадров «Армии Крайовой» подпольной военно-политической организа­«Неподлеглость» («Независимость» со­кращенно «НЕ»)- «политический центр» из представителей партий «Стронництво Людове», «Стронництво Народове», ППС и «Союза демократов». «Совет министров» в лице обвиняемых Бинь, Яскновича одобрил предложение кулинного и поручаы Пиков вопросу с представителями указанных партий. Основные задачи организации «Непод­леглость» заключались в сколачивании кадров и сохранении оружия и материаль­ных средств для подготовки восстания против Советского Союза, создании бое­вых отрядов и террористических групп для убийств противников «АК» и совет­ских военнослужащих, совершении дивер­сий и сборе шпионских сведений в тылу Красной Армии, а также в проведении вражеской пропаганды в отношении Со­Союза. в Террористические и диверснонные груп­пы «Армии Крайовой» в тылу действую­щих советских армий на территории за­падных областей Украины и Белоруссии, Литве и Польше систематически на про­тяжении 1944 года и в начале 1945 го­да совершали террористические акты в отношении бойнов и офицеров Красной Армии и диверсии на коммуникациях дей­ствующей Красной Армпи. Отряды «АК» производили также во­оруженные нападения на советские воен­ные и гражданские учреждения. По неполным танным за период только с 2 июля по 31 декабря 1944 года от­рядами «АК» было убито 277 и ранено офицеров и бойцов Красной Армии Наряду с террористическо-диверсионной деятельностью, местные организации «АК», при непосредственном руководстве Ону­лицного, выполняя директивы польского эмигрантского «правительства» в Лондо­не, запимались сбором в тылу действую­щих советских армий и передачей шиф­ром по радио сведений разведывательного характера. Государственный обвинитель государст­венный советник юстиции 2-го класса Р. А. Руденко излагает обстоятельства дела и конкретную вину подсудимых: Пу­жака, Звежинского, Багинского, мерзва, Стыпулковского, Чарновского, Хацинского, Урбанского, Михаловского, Кобылянского и Стемлер-Домбского. Государственный обви-

нем, звала на подвиги и помогала совер­шать их. Однажды в паре со своим боевым дру­гом Спицыным вылетел он с Тушинского аэродрома на штурмовку вражеских тан­ков. Вверху низкое мрачное небо, внизу изрытая траншеями и опутанная проволо кой земля Подмосковья, в памяти суровые слова командира: Немецкие танки под Яхромой, в за­ходах не ограничиваю, высота штурмов­ки -- бреющий полет. И вот под плоскостями «МИГ ов» уже сереет земля, русская земля, которую топ­чет враг. Впереди одно за другим рас­плываются облачка зенитных разрывов, все теснее и теспее окружают они само­лет. Но сквозь огненную завесу Башкиров прорывается к цели, наносит с пикиро­вания удар. Горят на шоссе немецкие танки. - Второй заход! -- командует Спицын. У Башкирова перебита тяга элеронов, в правой плоскости зняет большая дыра, но он не выходит из боя. Вот третий сна­ряд попадает в машину, осколки внива­ются в тело. Башкиров ранен, бедро и ле­нога в крови. Он ощущает страшную слабость, левая рука становится непос­изра­лушной. Теперь только бы довести машину, только бы сесть, только бы выжить, чтобы завтра с еще большей яростью драться за родную Москву, Но в это время в наушниках раздается сдер­жанный голос Спицына: «Мессершмитты» атакуют «ИЛов». Берем их на себя, И вот новое испытание: бой с «Ме­109» на тяжелой, плохо повинующейся машине. Заметив, что машина Башкирова избита, «Мессершмитты» наваливаются на набита латнгосудавствонного него, Впереди и с обеих сторон вспыхи­отрассы Сержант до боли повторяет: - Это еще не все, я так легко не а дамея Один «Ме-109», просчитавшись в ке, выскочил вперед и нопал в прицел. Башкиров раненой рукой жмет на гашет­у, и очереть вривается в самолет немда, в Враг подбит, отваливает в сторону, Еще несколько тяжелых минут полета. В гла-

». Bа T­ой ой

C­e­C­y­ы, K

B

Ю-

H­)B­ь­p­toe 110 30- и-

ру­Ж­ет­ми­вой He на­ть

откратом судебном заседании в городе Мосява 18 21 июня 1045 года рассмот­рела дело по обвинению: Брауде И. Д., Михальского В. И., Миловидова Н. Н., Казначеева С. Н., Маркевича В. П., Оцеп М. А. и Плевано С. Ф.

за­МИ го­не­ин­ис­B0  Им ду. ект ра­ии, ве­aer но­Эту B

зах темнест. Почти без сознания Башки­188 года рождения, уроженца Краков­ского воеводства, поляка, польского граж­данина, бригадного генерала польской ар­ров сажает мащину на своем аэродроме. Разве забыть эти дни! И не раз впо­следствии, поднимаясь с аэродромов при-

крывать нашу пехоту, танки и артилле­мии, окончившего военную академию поль­ского генерального штаба в преступ­лениях, предусмотренных статьями 58-6, 58-8, 58-9 и 58-11 Уголовного Кодекса РСФСР; рию, наступавшие на Берлин, Башкиров вспоминал жестокие сражения под Моск­на глазах у нашей пехоты, наблюдав­шей за боем. И вот он снова в Москве, Герой Совет­ского Союза майор Виктор Башкиров. Вместе с полком от стен Москвы, сквозь огонь орловско-курской битвы, сквозь дым сражений на полях Белоруссии, Польши дошел он до Берлина, в районе которого сбил последний самолет. На его возмужа­лом лице под широкими, чуть прищурен­ными глазами пролегли новые морщинки. Но разве могут они состарить воина. Слов­но зачарованный, ходит он по улидам родной столицы, наполненной шумом троллейбусов и трамваев, веселыми голо­сами москвичей. Он всматривается в се­рыс спокойную, счастливую жизнь которых же­стоко дрался с врагом. Отгремели бои. Над израненными сна­рядами и бомбами налними землями, над городами и селами, полями и реками про­стерлась долгожданная типина. И до че­го же чудесной выглядит сегодня зрерняя и вечно молодая Москва! Она цветет рами гирляндами разноцветных огней, она звенит голосами людей, которые снова об­рели спокойствие и мир, которые знают, что теперь песню не оборвет сигнал воз­душной тревоги, а в осленительно гозубом небе больше не раздается надрыввнкай про­рывистый вой немецких «Юнкерсов». Этот мир и тишину завоевали в жесто­ких сражениях они, герои-воины, люди, пронесшие красное знамя Победы от мос­ковского Кремля до стен рейхстага в Бер­лине. Их, героев-победителей, чествует се­годня торжествующая столица! А завтра торжественным маршем они пройдут па нараде перед стенами Кремля, перед мав­золеем, в котором покоится прах великого Ленина, неред трибуной, на которой будет высопольного вой. В районе Берлина он, теперь уже майор Башкиров, опытный ас, мастер ко­роткой прицельной очереди, сбил свой 18-й немецкий самолет. Летчик видел, как беспорядочно заштопорила влиз не­мецкая машина, как врезалась в землю стоять любимый Маршая, Верховный Главнокомандующий, великий Сталин тот, кто привел их к Победе!

местителя премьер-министра польского лондонского «правительства» с пребыва­нием в Польше и руководителя подполь­ного польского «правительства»: 2) Янковского Ян-Стапислава Посифо­вича, 1882 года рождения, уроженца Вы­соко-Мазовецкого уезда, поляка, польского гражданина, с высшим образованием, за­5) Пужана Казимира Войцеховича, 1883 пода родления трожениа города Терно­3) Бень Адама Валентьевича, 1899 года рождения, уроженца Сандомирского уезда, поляка, польского гражданина, с образованием, члена президиума «Стронництво Людове», министра подполь­ного польского «правительства»; 4) Ясюновича Станислава Игнатьевича, d, 1882 года рождения, уроженца города Ле­нинград, поляка, польского гражданина, с высшим образованием, члена президиума «Стронництво Народове», министра под­польского «правительства» всех троих в преступлениях, преду­смотренных статьями 58-8, 58-9 и 58-11 Уголовного Колекса РСФСР: польского граждавина, с поль, поляка, высшим образованием, генерального секре­Едности Народовой»; таря ППС, председателя подпольной «Рады 6) Звежинского Александр сандра Казимиро­вича, 1880 года рождения, уроженца Лод­польского зинского воеводства, поляка, гражданииа, с выешим образованием, пред­селатели «Строннинтво Народове» и вине­президента «Рады Едности Народовой»; с ча, 1890 года рождения, уроженца города Варшава, поляка, польского гражданина, высшим образованием, заместителя пред­седателя президиума «Стронництво Людо­ве», вице-президента «Рады Едности На­родовой»; 8) Мерзва Станислава Францевича,

че­зет­СИИ кую ряд че­ез­де­Жи­eрo­BOM Ap­He­Я

НОВ еДЫ бра­ите­ему

Подпольное «правительство» в Польше и организации «Армии Крайовой», распо­лагая скрытой от советского военного командования разветвленной сетью радио­передающих стапций, использовали послед­ние для передачи польскому «правительст­ву» в Лондоне и главному командованию «АК» информации о выполнении ими приказов и лилектия, шопонских следений о советских войсках, явно провокацион­божденной от неменких захватчиков тер­ритории Польши, тенденциозной и клевет­нической информации о политическом по­ложении в освобожденной Польше. Распространением своих провокапион­ных измышлений руководители подполья в Польше обвиняемые Окулицкий, Янков­ский, Бень и Ясюкович пытались сры­вать мероприятия советского военного командования. (Окончание на 4-й стр.).

ЯЧО НОВ, ы и

бы­ус­эко­ста-

оект СТОВ

1905 года рождения, уроженца Краков­ского воеводства, поляка, польского граж­данина, с высшим образованием, члена ЦБ лицкий, с целью действующих советских армий, в декабре 1944 года издал приказ о фиктивном рос­и «Стронництво Людове»; организации пуске «Армии Крайовой», сохранив при этом и законспирировав основные кадры

рце аль-