7 MАРТА 1942 г., № 65 (9867

ПРАВДА

2

Th

DRF-

При освобождении г. Юхнова от немецких оккупантов части Красной Армии захватили большие трофеи. На снимках: i. Немецкое орудие. 2. Грузовые и легковые автомобили. 3. Один из самолетов, брошенных немцами на аэродроме  Последние дни варсвмасного отвада Немцы не вечно будут в нашем Пено. Недалек день, когда их оттуда вы­шибут. Надо узнать, много ли там у них сил, где находится штаб. Отправляйтесь, девушки, сейчас же. Сведения доставьте завтра к вечеру. Встретимся в этой же землянке. За старшую в разведке будет Лиза. Понятно? Та, которую командир назвал Лизой, - секретарь Пеновского райкома комсомола Лиза Чайкина,-заправила под белую ша­почку выбившийся локон волос и отве­тила: - Понятно. Не первый раз. Пошли, Маруся. Девушки ушки попрощались с командиром и вышли из землянки в ночь, в мороз, в снега. Они знали каждую тропинку в лесу и уверенно шли сквозь густой ельник. - Я войду в Пено со стороны желез­ной дороги, говорила Лиза подруге, a ты -- через речку. А встретимся вон на той опушке. …Встреча произошла утром там, где уславливались. За ночь девушки сильно устали и про­толодались. Маруся предложила: - Зайдом к моей матери в поселок Красное. Позавтракаем, а потом-к своим. Девушки не знали, что этим же утром в штаб к немцам явился бывший кулак Тимофей Колосов и сказал офицеру: - Ночью здесь опять были партизан­ки Чайкина и Купорова. Офицер завтракал. Он вскочил из-за стола. Почему во-время пе донес? Куда ушли партизанки? - крикнул по-русски немец. Этого предатель не мог сказать. Но он знал, где жили Купоровы. Лизы Чайкиной Мот ва одобряюще. -Я не боюсь, доченька. Знай себе, молчи. Опять выстрел. Старушка упала около сына. В ту же секунду Маруся плюнула офицеру в глаза. Расстрелять! - завизжал фашист. Лизу Чайкину привезли в Пено в штаб. Через какой-нибудь час около штаба на­чали собираться женщины и девушки. Часовые толкали их прикладами, настав­ляли винтовки. Но они сбивались теснее и кричали: - Отпустите Лизу! Она никому зла не сделала. На крыльце показался офицер. Вслед за ним вывели Лизу. Со следами крови на бледном лице она стояла выпрямив­щись, спокойная и твердая. Кто подтвердит, что она партизанка, будет награжден, обратился гитлеровец к женщинам. Все молчали. И вдруг от толпы отдели­лась Аришка Круглова. Как всегда, пья­ная, опухшая, она, пошатываясь, подошла к крыльцу и указала на Лизу: - Партизанка. Была главной комсо­молкой. Кто-то глухо простонал в толпе. Седово­лосая женщина схватила Аришку за кон­цы платка. - Потаскушка! Спишь и пьянствуешь с немцами! Теперь предаешь. Часовые пустили в ход приклады. Лизу вывели за линию железной дороги. Она сама остановилась на краю сугроба, ровно сказала: Я готова, палачи. Перед залпюм она подняла руку и вос­кликнула: Да здравствует Сталин! Все это видели школьники. Они помогли родителям Лизы схоронить ее тайком от немцев. Ее схоронили на той опушке, где встретились с Марусей после развелки. Северо-Западный фронт. К. ГОРБУНОВ. * * * Партизаны отряда знали, кто выдал фашистским палачам Лизу и ее боевую подругү Марусю Купорову. Командир от­ряда выделил группу партизан и поста­вил во главе ее товарищей К. и Сашу Б. - Сегодня же ночью приведите в ис­полнение приговор партизан над провока­торами Колосовыми и Кругловой! В ту же ночь мы отправились на вы­полнение задачи. Мы вошли в избу к Колосовым. Собирайся, - приказал изменникам т. К.,- настал час расплаты. Предатели плакали, молили о пошаде. Партизаны вывели фашистских наймитов в лес. Здесь совершилось возмездие. Не ушла от мести и Арина Круглова. Поздно ночью к ней постучал Саша Б. - Выходи, надо потолковать! Предательница почуяла свой конеп и хотела было улизнуть. Не удалось. Партизан Н. Г. Северо-Западный фронт.

ф

близ города. Фото А. Устинова,

ЗАЯВЛЕНИЕ НЕМЕЦКОГО ВОЕННОГО ЛЕТЧИКА, ПЕРЕЛЕТЕВШЕГО НА СТОРОНУ СОВЕТСКИХ ВОЙСК находится в полной исправности. Только при посадке сломались винты. Посадку я совершил в открытом поле и повредил се­денинсттерелетнаое ппришел том, что кончаю проклятую несправелли­вую войну, пишу левой рукой. До войны работал на машиностроитель­ном заводе Обергаммера в Инсбруке, где больше половины рабочих ненавидели фа­шистов и сочувствовали Советскому Союзу. Мое решение перелететь на сторону рус­ских является также результатом того влияния, которое оказали в свое время на меня товарищи по заводу, с любовью от­зывавшиеся о Советском Союзе, гле у вла­сти стоят рабочие и крестьяне. Я должен сказать, что я был принят очень тепло и ралушно. Гитлеровские бас­рни о том, что русские плохо обращаются с пленными, оказались, как и следовало ожидать, сплошной ложью. Со-Я призываю своих товарищей летчиков лейтенантов Кренса, Лессмайера, старших лейтенантов Вагнера, Ломана, Кляйна и всех немецких летчиков покончить с пре­ступной войной Гитлера против Советско­го Союза и последовать моему примеру. Лейтенант Герберт БАУМГАРТНЕР. Командир самолета «Хейнкель-111» 27 эскадрильи 4 корпуса 4 возлуш­ного флота. Немецкий военный летчик лейтенант Герберт Баумгартнер, командир само­лета «Хейнкель-111», 4 марта 1942 гола врымтоне нашу сторону и сдался в плен. При допросе Баумгартнер сообщил, что не хочет участвовать в войне против СССР и поэтому решил добровольно сдаться в плен. Немецкий военный летчик из явил желание в письменной форме сделать следующее заявление: «Я, лейтенант Герберт Баумтартнер, команлир самолета «Хөйнкель-111» 27 эс­кадрильи 4 корпуса 4 воздушного флота, вылетел 4 марта по маршруту Кирово­град-Запорожье. Я попросил разрешения своего начальника - обер-лейтенанта Кляйн -- лететь чевез Сарабуз с трениро­вочной целью. Такой марширут я избрал иобы перелететь поторову Краспой мии. Я убедился, что война против Советской России спровоцирована Гитлером, что ветский Союз никаких злых намерений против Германии не имел. Это начинают сознавать многие немецкие солдаты. В несправедливой, прабительской войне про­тив русского народа участвовать не желаю, и поэтому я решил при первом удобном случае перелететь к русским, что я и сле­лал. Мой самолет, с которым я перелетел,

ПартийНая жизнь ПАРТБЮРО ПОЛКА корреспондента «Правды») (От специального военного



ми и минометными батареями. Поминути над передней линией вражеской обороны взлетали ракеты, и их яркий колеблющий. ся свет вырывал из темноты кусок без­людной голой степи, и немцам казалось: все спокойно. Ни одним движением не выдали себя бойцы. А когда приблизились вплотную поднялись, как один человек, полоснул огненным смерчем, в ожесточении зарабо тали штыками. Враг заметался зверем пойманным в капкан, огрызнулся вое силой своего огня, но поздно. Уже пробираются вверх по круты склонам бойцы, забрасывают гранатан пулеметные гнезда немцев, выбивают фа­шистов из блиндажей. Один только ра замешкались в первом батальоне. Врагн подпускал к гребню высоты, поливал скз­ты огненным шквалом. Одновременно ра­нило командира и комиссара батальна Тогда член партбюро старший политру: Вороненко принял командование на себя Он обошел пулеметные расчеты, указы цель и вернулся к стрелкам. По его си­налу затоворили «максимы». Вороненк полнял батальон в атаку, и нервы немц­ких пулеметчиков сдали. Враг бежал. * * * Хорошая традиция сложилась у комму­нистов полка - после каждого боя, боль­шого ли, малого ли, обсуждать итоги его на партсобрании. В глубоком разборе бое­вой операции рождаются дельные предло­жения, к которым охотно прислушивается командование части. Так совершенствуется военное мастерство людей, устраняются не­дочеты. полку бывают периоды большого на­пряжения, активных действий, а затем, случается, наступает временное затишье. В партийной работе этого быть не может. Партийная жизнь должна быть полно­кровной, кипеть ключом. 300Поэтому партбюро полка всегда знает, чему надо заняться. У каждого ко­муниста есть свое поручение, свой участк работы, за который он отвечает. Здесь вы­соко поднято звание члена партии, и бес­партийный красноармсец, написав заявл­ние о желании вступить в члены ВКП(б), не отдает его тут же секретарю, а носи на груди и ищет случая отличиться в бов, чтобы сказать самому себе: да, я ногу быть коммунистом. Немало способных фронтовых агитато­ров воспитано в полку за время боев. Вы­дается в окопах минута затишья, и бой­цы с увлечением слушают рассказы аги­таторов об успехах Красной Армии на Западном фронте, об ударах, нанесенных врагу на Украине, о международных ново­стях. Многое интересует красноармейцев: как работает тыл, какие у нас резервы, каковы перспективы войны на Тихом океане. За месяцы отечественной войны выросла, закалилась, окрепла полковая парторгани­зация, Подвиги многих бойцов и команди­ров отмечены высокой правительственной наградой - орденами и медалями сОоР. В числе награжденных 70 проц. коммуни­стов и комсомольцев. фронт. A. КРИВИЦКИЙ.

Комиссар возвратился к вечеру. Он усталый, слегка возбужденный и перед тем, как спуститься в землянку, еще раз обвел долгим взглядом поле завтрашнего сражения. По-зимнему быстро надвинулись сумер­ви в потускневшем небе едва разли­чимы были очертания высоты, к штур­му которой готовился полк. Вместе с командиром полка и начальником штаба на рекогносцировку местности ходил ба­тальонный комиссар Цибаровский. Были они неподалеку от немецких окопов, чуть­чуть не напоролись на засаду автоматчи­ков. Но местность разведали, прощупали каждый холмик, каждую балочку. Карта картой, а когда своими глазами увидишь путь, по которому на рассвете должны наступать батальоны, сердцу спокойней. Подошли и остальные члены партбюро полка. Секретарь партбюро старший полит-В рук Вороненко открыл заседание. Скупыми и точными фразами изложил он суть бое­вого прикава командования и познакомил членов бюро с обстановкой. До начала штурма осталось 5 часов. жеоизаседание партбюро, проходившее в Придвинувшись ближе к негаснущему камельку, комиссар развернул испещрен­ную разноцветными значками карту и по­дозвал секретаря партбюро. План пред­стоящего боя построен был на внезапности наступления, на прорыве вражеской обо­роны на участке, гле этого меньше всето ожидает противник. Два батальона должны будут бесшумно подойти вплотную к вы­соте, просочиться между минированными полями и зажать немцев в стальные клеши с флангов. Третий батальон ударит в лоб. Артиллерийской подготовки не бу­дет. Сила штыкового удара, слаженность действий всех подразделений решат успех боя. Отсюда и задача коммунистов, ком­сомольцев, политбойцов: подготовить, обес­печить успех. метрах от немецких окопов, было непро­должительным, Обменялись мнениями, сообща наметили оперативный план работы на ночь и разошлись по подразделениям. Почетная и трудная задача выпала пол­ку. Преждо всего нало, чтобы каждый обец хоропенько знал эту задачу. Из окопа в окоп, от одной группы бойцов к другой переходят члены партийного и комсомольского бюро, политруки рот, аги­таторы, коммунисты. Команлиры и политработники готовят полк к атаке. И в этом ответственном деле им кропотливо и энергично помогают члены партбюро. Все они - квалифици­рованные в военном отношении люди, умудренные опытом многих жарких схва­ток с врагом. Их совет - грамотный совет, их мнение -- авторитетное мнение. В напряженной работе прошла ночь. Было еще темно,когда полк бесшумно покинул окопы и двинулся вперед, каж­дый батальон своим путем. Впереди под­разделения, рядом с командиром и полит­руком шли члены партбюро. Используя каждую складку местности, плотно прижимаясь к родимой донской земле. двинулись бойцы к высоте, опу­танной проволокой, изрытой окопами и блиндажами, укрепленной артиллерийски-Южный

B

C

В освобожденном Юхнове Мы в Юхнове, в городе, гле вчера еще хозяйничали немцы, где выброшенные из Калуги фашисты создали свою зимнюю ци­тапель. Оставляя под ударами наших бойцов го­род Юхнов, враг не успел вывезти боль­шое количество своей техники. Всюду ви­дишь повалившиеся на бок грузовики, мо­тоциклы, орудия. А в центре города, на площади, так и остались, зарывшись в снег, четыре разбитых с воздуха «Мес­сершмитта». За городом - большой аэродром, отку­да не раз поднимались в воздух и пы­тались совершить налеты на Москву фа­шистские коршуны. Враг очень поспеш­но эвакуировал аэродром, и на снежном псле остались большие транспортные самолеты, целые горы металлических бо­чек из-под горючего. Враг успел все же люто, по-фашист­ски разделаться с городом, из которого его выбивали на мороз. Теперь только по каменным руинам, по отдельным уцелев­шим фасадам с колоннадами и карниза­ми можно представить себе, какой это был красивый город, город-сад в брон­зовой раме сосновых лесов. Немпами уничтожены все здания, где были размещены советские, партийные, профсоюзныю учреждения и органи­то, что кропотливо, любовно создавалось в течение многих лет, немецкие варвары успели уничтожить в короткие часы пе­ред своим бегством из Юхнова. И вот он перед нами­вновь возвра­щенный в семью советских городов - го­род Юхнов. Еще дымят догорающие строе­ния, всюду щебень, исковерканное клочья пряжи, обгоревшая и изломанная утварь. Немного жилых домов уцелело здесь. Люди остались без крова. И этого было мало фашистам! Бездомных, ограб­ленных жителей города враг погнал по пу­ти своего отступления. Люди вырываются из фашистских лап и маленькими группами возвращаются в родной город. И уже на второй день после освобожления Юхнов начинает оживать. По улицам непрерывно движутся автома­шины, конные обозы. Саперы исправляют дороги. Связисты ремонтируют и приводят в порядок провода. Когда по пути в этот только что осво­божденный город проезжаешь малояросла­веп и Мелынь, то на примере этих, пере­живших ужасы фашизма городов, убеж­даешься, что и Юхнов, разрушенный, рас­топтанный фашистским сапогом, будет вос­становлен, будет жить нашей полнокров­ной жизнью. л. миТнИЦкИЙ, А. УСтинов. (От специальных военных корреспондентов «Правды»)

Через час машина, наполненная эсэсов­пами, понеслась к Красному. По бокам у офицера сидели Тимофей Колосов и его сын Василий. Дома были марусина мать и четырнад­патилетний братишка Коля. Офицер схва­тил старушку за плечо: - Где дочь? - Не знаю. Немец рванул Колю за ухо. - Где? - Не дерись!-крикнул мальчик. Иши сам. Грянул выстрел. Когда расееялся дым, старушка увидела, что Коля лежит на полу, раскинув руки. От головы бежала к порогу струйка крови. - Теперь скажешь, где?-потрясал фа­шист револьвером. Купорова, не отрываясь, глядела на труп сына и шептала побелевшими гү- бами:

3 B

M

a

- захотели! Чтобы мать выдавала родных детей… * Как только Лиза и Маруся вошли в се­ни, их схватили. Офипер держал револь­вер у виска матери Купоровой и спра­шивал Марусю: - Где партизаны?

зации, разрушен памятник Ильичу. Все Западный фронт, 6 марта.

JI И тогда Дуся Иванова, дочь питерского виселипы и спущенная до земли петля, корреспондента «Правды») (От специального военного а сзади в голубом сиянии ночи безмолвно стояли украинские мазанки, тополя, куд­рявая листва садов, Огни во всем селе были погашены. На улицах ни души. оПолуживая женшина, напрягая послед­ние свои силы, ползком по огородам, по пустым дворам, под собачий лай пробра­лась на самый край села в какую-то балку и там уснула. Это было в селе Шевченко. Утром ее уғидела колхозница Марфа Семенова. Она шла по воду к ручью и заметила седую израненную женшину, лежащую на косо­горе. Дуся дышала тяжело. Тогда кол­хозница дала ей воды, затем вынесла са­рафан впветочках черный платок, кофту и вместе с бабушкой Акулиной привела Дусю в избу Бабка суетилась, причитала, положила на раны столетник, а к сожжен­ным ногам привязала тряпки с подсолнеч­ным маслом и луком. Три дня Дуся Ива­нова пролежала на печке, а ночью старик запряг свою лошадонку и отвез Дусю зз 25 километров в лес и сказал: Иди, родимая, вон туда прямехонь­ко Как раз кнашим попадешь.- Затем добавил: - Гляди в оба. …Помнятся горячие дни сентября на Днепре, когда батальон капитана Чистова смелым рывком бросился на крутой вал острова Хортица и вел жестокие бои на песчаных его склонах. Именно в эти минуты здесь, в дыму и огно сражения. появилась Дуся Иванова, только что вырвавшаяся из плена, изму­ченная и израненная. Она переправляла бойцов через Днепр на яликах, подносила снаряды, стреляла, выносила раненых и вновь шла к огню. В этот день она полу­чила ранение в ногу… слы-С тех пор прошло пять месяцев. Дуся лечилась в Грузии, на курорте Боржоми, поправилась, отлохнула, и вот снова мы ее видели на фронте. Сквозь огонь, через зве­риное логово немецкого генерала, сквозь пытки, мучения, страдания младший по­литрук Евдокия Иванова пронесла листок своего партийного билета и пред явила его своей партии, своей армии, своей ро­дине. Она вновь ходит в защитной гим­настерке с красной звездой на рукаве и спешит в часть. Южный фронт. м. МЕРЖАНОв.   говорить. Она говорила о своем отпе, убитом в семнадцатом году под Петроградом и по­хороненном в ряду борцов за честь и свободу на Марсовом поле, говорила своих братьях, выросших на Выборгской стороне и погибших в дыму войны. -Недавно мне принесли обезображен­ную голову, оторванную у брата,про­должала она.-Тело его так и не нашли. Он погиб в бою с вами. Голову я похоро­нила близ Белой Церкви, в селе Подолы, под украинским тополем, и лолго плакала. Это был мой последний брат. Ей не дали договорить, связали руки, ноги и подвесили к старому ржавому крюку, который торчал в потолке и был, видимо, предназначен для большой тя­желой лампы. Ее долго били шомполами, били ногами, кулаками, плевали в лицо. Очнулась она в погребе. На следующий день Дусю вновь привели к вновь допрашивали, издевались, выжгли на теле две пятиконечных звезды, уда­рили ножом в грудь, в бок, скребницей сдирали кожу, ставили на раскаленный круг железа. Генералу надоело смотреть на это зре­лище, и он приказал: Отправить ее на виселицу. Когда Дуся выходила из комнаты, гене­гал выстрелил ей в спину. Эго был акт слабости, Звери, наряженные в аксельбан­ты, увешанные орденами, носящие на сво­их фуражках гербы германской армии, из­девались над оголенной, измученной рус­ской женщиной, не понимая того, что она их победила своей гражданской гордостью, непоруганной совестью, прямотой, волей. Иванову повели на казнь. На улице стояла лунная августовская ночь. Горели крайние хаты села, тянуло дымом, и шен был ровный гул самолетов и разры­вы бомб. Солдат торопливо взялся за ве­ревку. в это мгновение посльшался на­свист бомбы, мелькнул огонь, разлался страшный грохот и вздыбилась земля. Солдат упал, видимо, убитый оскол­ком, а офицера отбросило воздушной вол­ной в сторону. Дуся пришла в себя через несколько минут. Она лежала под плетнем в пыли у небольшого деревца. Кругом было тихо, вдали в лунном свете виднелись контуры

Было начало августа. В памятные те знойные дни армия отходила на восток по широким украинским просторам. Горели хутора. Густой рыжий дым полз по хатам, по плетням, прижимался к стройным тополям и взлохмаченными кусками уходил в небо. По балкам, овра­гам, сквозь сухие, пожелтевшие пролески, мимо посадок в обход хуторам, крадучись, шли измученные долгим маршем бойцы. Так шла пехотная часть в районе Кировограда. Ее отход прикрывала батарея, у которой оставалось три красноармейца, младший сержант Гаврилов и младший пелитрук Дуся Иванова. Решено было от­биваться до последнего снаряда, до послед­него патрона в карабине и четырех вин­товках. Люди к вечеру устали, движения их стали расслабленны. Последние снаря­лы со свистом ушли в ночную тьму и через несколько секунд грохнулись и вспыхнули голубым огнем на большой проселочной дороге. Пошел дождь. Стало тихо. Артиллеристы засели у орудий и ждали машину, которую командир части обещал прислать. Иванова уничтожила все документы, и лишь первый листок партий­ного билета спрятала в резинки рейгуз. В эту тяжелую минуту, вспомнила она свои боевой путь. Свежи еще в памяти были бои на Украине, в дни отступлений, когда она, кадровый артиллерист Красной Армии, политрук батареи, громила немцев. Наконец, нец, машина пришла. Предстоял трудный путь. Справа и слева появились огоньки и послышались очереди пулемета. Немцы на мотоциклах осторожно двига­лись по обочинам размытой профилирован­ной дороги и беспорядочно стреляли. Вдруг грузовик заскрипел колесами, дрог­нул и остановился, Шофер включил свет, и две ярких белых ленты упали на землю. Стало отчетливо видно: разбросав ноги, грязи лежал человек. Иванова выпрыгнула из кузова, подошла к свету и осторожно толкнула ногой лежащего на дороге. Ей казалось, что это был труп бойца, но человек застонал. Тогда Дуся нагнулась и увидела, что это был ее муж, кацитан ар-

тиллерии Михаил Иванов, тяжело ранен­ный в грудь и руку. Свет фар выл замечен немпами, и они, как голодные волки, рыскавшие по Украине в эту тем­ную дождливую ночь, бросились к маши­не, окружили батарейцев, ударами при­кладов и штыками убили капитана и схватили Дусю Иванову. Вечером ее привезли в хату, втолкнули в освещенную комнату и быстро сорвали с головы мешок. Перед глазами была большая чистая комната, на стенах по­висли пустые рамы, на окнах стояли раз­битые гипсовые фигуры, валялись какие­то книги, тепради, в углу мерно бились ходики. Прямо перед ней, за столом с бе­лой скатертью, сидел тучный человек в генеральской форме с эполетами, аксель­бантами, нарукавными знаками и свасти­кой. На столе лежали наган, пистолет и пачки советских и немецких денег. Слева эт генерала сгрудилось несколько немецких офицеров. Все молчали. Евдокия Иванова взглянула на генерала и, заметив над его головой на стене стеклянную табличку «заместитель председателя сельсовета», засмеялась. - Смирно! - по-русски крикнул один из офицеров, подбежал и ударил Дусю по лишу, Она, стояла, перет нимполной военной форме: в гимнастерке, брюках и сапогах. На рукаве горела краоная звезда младшего полипрука, на воротнике были знаки различия, а на груди, на красной ленточке, висела серебряная медаль «За отвагу». - Баба-комиссар,прохрипел офицер. -Да, ответила Дуся. -Где партийный билет? Нету! Где ваши части? Не скажу, ответила женщина.растающий И тогда послышавись бранные слова, угрозы петлей, расстрелом, пытками. Ге­нерал кричал, стучал кулаком по столу, вскакивал, затем, тяжело дыша, вновь са­дился на стул. В комнату внесли и поло­жили на стол лезвия для бритья, гвозди, топор, перочинный нож, скребницу.

Пленум ЦК КП(б) Грузии

ТБИЛИСИ, 6 марта. (ТАСС). На со­стоявшемся пленуме ЦК КП(б) Грузии были обсуждены вопросы о весеннем севе и мерах укрепления парторганизаций в колхозах. Выступивший на пленуме секретарь ПК КП(б) Грузии К. Н. Чарквиани оста­новился на важнейших задачах всех организаций в проведении весеннего сева. Одной из основных задач, - сказал Чарквиани, … является расширение посе­вов зерновых и завоевание высокого уро-

жая. Отметив ослабление внимания в ряде районов к цитрусовым пасаждениям н чайным плантациям, тов. Чарквиани пред­ложил обеспечить лучший уход за этими дальнейшего укрепления общественного хозяйства и повышения трудовой диспип­лины в колхозах, воспитания, подбора п выдвижения руководящих колхозных кадров, особенно из женщин. По обсужденным вопросам пленум принял соответствующие решения.

Пленум ЦК КП(б) Армении сянокий) отстают с переброской на колхоз­ные поля навозо-зольных удобрений. Рабо­та этих организаций была подвергнута на пленуме суровой критике. го использования в городах, поселках п районных пентрах каждого свободного зе­мельного участка для засева овощами, кар­тофелем. Выступивший в прениях секретарь Ць тов Арутюнов подчеркнул исключительное значение правильной организации труда в колхозах и создания условий для привле­чения к работе всех трудоспособных, осо­бенно женщин. По обсужденному вопросу пленум при­нял соответствующее решение. АКТИВА г. СТАЛИНСКА

ЕРЕВАН, 6 марта. (ТАСС). Закончился пленум ЦК К.П(б) Армении с участием секретарей райкомов, начальников полит­отделов МТС и совхозов. Пленум подверг всестороннему обсуждению вопрос о подго­товке к полевым работам. Наркомзем Армении тов. Марджанян доло­жил пленуму о значительном расширении посевной площади. Только по техническим и овоще-бахчовым культурам площадь по­севов увеличивается почти на 30 тысяч гектаров, во многих районах впервые за­севаются лен-кудряш и просо. Тракторный парк республики в основном готов к выхо­ду в поле, колхозы полностью обеспечены семенами. Отдельные районные организации (Дуз­кендский, Сисианский, Амасийский, Гука­СОБРАНИЕ ПАРТИЙНОГО

СТАЛИНСК, 6 марта. (Корр, «Прав­ды»). В Сталинске состоялось городского партийного актива. С докладом о подборе, воспитании и подготовке кад­ров в военное время выступил секретарь горкома ВКП(б) тов. Москвин. В прениях, развернувшихся по докладу, были затронуты самые различные стороны подготовки кадров. Многие из выступав­ших указывали на неудовлетворительную 

постановку производственного обучения, собраниобщественно-политического воспитания бытового устройства учащихся школ и ремесленных училищ. Актив принял решение, предусматри­вающее проведение ряда мероприятий, на­правленных на улучшение работы пар­тийных и хозяйственных организаций в области подбора, воспитания и подготовыц кадров в военное время.