к

и

но

№ 46 (270)

 ника и др, «Потомок Чингис-Ха­линия», «На красном фронте», хро­на», «Простые сердца», «Генеральная



99K A T P A66 «Товарищи! Кто хочет покончить  лее, что стоящий в левом углу го­самоубийством, записывайтесь у тов. такого-то». Почти месткомовская привычная прозаическая записка: «Кто хочет… ваписывайтесь…». Если бы не жуткое: «покончить самоубийством». Это текст записки, приведенный тов. Ф. Кони в его рассказе об од­ном из эпизодов борьбы политка­торжан с тюремным начальством. Волнующая, полная героики стра­ница революционного движения-- каторга! Недоумеваешь, что советскому кино понадобилось почти одиннад­цать лет, чтобы набрести на эту те­му. Сценарий Ермолинского отли­чается настоящим мастерством. Фабула сценария проста и клас­сически лаконична. В развертывании сюжета автору удалось достигнуть большой ясно­сти и вместе с тем захватывающей напряженности. Строгий вкус и такт вполне культурного и зрелого ма­стера в выборе и развертывании всех эпизодов. Надо считать большой удачей, что работа Ермолинского нашла соответствующего исполнителя. Появление Райзмана в кино нео­жиданно. Райзман совсем молодой режиссер. «Каторга» его первая са­мостоятельная постановка. И это можно узнать по той юно­шеской и наивной манерности, с ко­торой у него взяты кадры камено­домных работ. В этих кадрах больше циркового изящества, чем подлинной правды. Молодость режиссера и даже не­давнее ученичество лезет из кадра общего плана каменоломных работ. Этот кадр кажется выражением несколько наивного вкуса, тем бо­родовой поставлен не столько для   Мы отрицательно говорим о том, что имеет право и на похвалу, но не хотелось бы разменять Райзмана на изящные ракурсы и эффектные планы. наблюдения, сколько для перспек­тивы. Достоинства мастерства Райзмана глубже: они в свойствах его темпе­рамента, физическом и социальном ощущении материала, в отказе от утвердившейся в кино манере ме­лодраматической подачи материала, в сдержанности, даже скупости там, где некритическая мысль погналась бы за эффектом. По мерзлой и пустынной сибир­ской дороге, по-деловому торопли­вой, и от этого жуткой, чуть пры­гающей и чуть суетливой походкой движутся страшно промерзшие лю­ди-каторжники. Райзман отбросил возможные здесь крупные планы отогреваемых рук, трясущихся людей и т. д., и т. д. С инженеральной верностью рас­чета. Райзман строит эту сцену на нескольких жестких общих планах, на резком контрастном и сухом све. те, и у зрителясовершенно физи­ческое ощущение мертвящего си­бирского холода Не хочется разменивать Райзмана на ракурсы! Еще пример: когда брошенные ка­торжниками бочки летят по круто­му спуску и на смену коротким, по­данным в острых ракурсах кускам резко вползает крупный план бочки, сферическая поверхность которой выпирает из кадра, мы явственно слышим оглушительный звук бью­щихся бочек. Вот два выхваченных примера не­обычайно острого ощущения ре­жиссером материала. 

заимствование, так как, кроме того, что концовка подготовлена и об­шим ритмом развития сюжета и стилем подачи образов, вырази­тельность достигнута здесь имен­но специфическим кино-приемом.мана Когда при получении вести о ре­волюции фигуры чиновников за­стывают в неподвижности, теряя вместе с движением и свою стере­оскопичность, то это превращение своих героев в двухмерное плоско­стное пятно есть блестящий обра­зец совершенно редкого социально­го темперамента и вместе с тем хо­рошего изобретательства. Несколько слов об актерах. Чуть несдержан Таскин, несколько буф­фонен Попов, некоторая иконооб­разность у Жилинского, но в общем актеры, конечно, хороши.

Как это далеко от учащающегося у нас примера механической пере­дачи словесной метафоры, как это далеко от других безвкусных выду-

Кадры из фильм:

АРСЕН.

 картины.

Смеется жизнь

Такие фильмы, как «Смеется жизнь», должны были бы, собствен­но говоря, расцениваться нами, как честные советские «середняки». В са­мом деле. Работа режиссера (Усоль­цева-Гарфа) легка и приятна, но все же особенными достоинствами не отличается. То же самое можно повторить и о работе оператора (Беляева). Актеры не более чем сносны. И над средним уровнем поднимается только сценарий (Па­вловского), хотя и он несколько по­блек в режиссерской трактовке. Однако, при теперешнем положе­нии советской кинематографии «Смеется жизнь», несмотря на все свои недостатки, заслуживает ма и весьма повышенной оценки.тельная. Кинематография наша почти сплошь смотрит назад. Я уже не говорю об «исторических» экскурсах Гардина и Ивановского, но и для большинства наших режиссеров и сценаристов пятый год и граждан­ская война являются непереходимой границей. Да и тогда, когда берет­ся современность, темы выбирают­ся обычно изученные вдоль и по­перек, Создаются целые теории от­носительно того, что художник должен отойти в сторону, чтобы начать творить. припоминаются не совсем кстати Основное достоинство «Смеется жизнь» в том, что это-картина се­годняшнего дня. Больше того, эта картина в известной мере открывает нам и завтрашний день. Таких ком­сомольских ячеек, как в «Смеется у нас пока не очень много. «Активисты» в роде Кузьмы Луна­того встречаются, может быть, ча­ще, чем Васька Цыган. Картина правильно угадывает тенденции, правильно показывает в каком на-

правлении растет комсомол в дерев­не. Отсюда новое «затруднение» для авторов фильмы; они не могли пользоваться литературой, мемуа­рами, историческими пособиями, и, следовательно, им приходилось «списывать» у самой действитель­ности.   Второе отличие «Смеется жизнь» заключается в том, что это-карти­на откровенно агитационная. И аги­тирует она за такую низменную вещь, как улучшение крестьянско­го коневодства (вероятно, поэтому картина была выпущена в прокат без рекламы и «в ударном поряд­ке» снята с коммерческих экранов). весь-Агитка вообще вещь малоубеди­Обычно делают так: берут, например, заем индустриализации и хотят убедить зрителя в том, что если он не подпишется на него, то вся наша промышленность вверх тормашками полетит. Т.-е. явление выхватывают из общей цепи и им орудуют. В «Смеется жизнь» част­ное (коневодство) увязано с целым, со всей хозяйственной политической и даже интимной жизнью крестьян­ства, причем пропорции не нару… шены. Лошадь в жизни крестьян­ства занимает большое место и по­этому агитация не помешала, а по­могла построитьхудожественное произведение. «Смеется жизнь» хороша и к сты­ду нашему, в значительной степени нова тем, что художественные устрем ения автора совпали с их практическими и с их идеологиче­устремлениями. Это то, что нашей кинематографии нужно. Это то, что делает «Смеется жизнь» фильмой современной в лучшем смысле этого слова. г. ЛЕНОБЛЬ.

Кадр из фильмы «Каторга».

мок идущих от механических сдви­гов. Надо отметить, что не в пример большинству, Райзман не испугался театра. Его образы по глубине трактов­ки, по тщательной разработке идут от театра, оставаясь, однако, в ме­тодах показа талантливым кинема­тографистом. Это не ставка на типаж, на кото­ром так легкомысленно и недостой­но отыгрываются у нас в работе над человеком. Райзман идет через типаж к образу и от этого момента начинается социальное в мастерстве художника. Отличающая черта социального облика художника: какая-то поло­жительно отцовская по сдержанно­сти нежность к своим и жаркая не­нависть к врагу. Совершенно про­сто, быть может чуть серовато да­ются блестящие драматургические сцены жеребьевки и сомнений моло­дого каторжанина, а рядом совер­шенно неистовая, совершенно нена­сытная жестокость в показе врага. Здесь социальный темперамент увлекает режиссера и в разверты­вании фигур царских чиновников автор доходит до какой-то биоло­гической свирепости, роднящей Райзмана с непревзойденным обли­чителем Мейерхольдом. поэтому так естественен и понятен финал ужина у начальника тюрьмы. Этот момент напоминает последнюю кар­тину мейерхольдовского «Ревизо­ра». Это, конечно, не механическое

Г. Б. - Армия советского кино. Л. КУЛЕШОВ. - Мои первые Г. К. и Л. Т. - «Новый Вавилон». «ПОТОМОК ЧИНГИС-ХАНА». ГЕРВИНУС. - Три фильмы. которое выходящем 13 ноября

ПУДОВКИНЕ. Корбюзье. НЕМЦЫ О O. ЖИЗНЕВА. -



возвращается». не

Кадр из фильмы «Каторга».

роший, чуть не новое достижение контрреволюционное  тал, что его постановкахорошая, чуть не новое достижение совет­Обычно вместо драматургическо­го нарастания действие «стоит на

Причины последних неудач скверная примета когда режиссер до выпуска картины выступает со статьями или докладами, значит нужно ожидать провала картины. Многим режиссерам и сценаристам действительно было бы лучше на­писать теоретическую статью или прочесть доклады в АРРК е и выз­вать дискуссию, чем ставить заве­домо плохую картину. Нам нужно подлинное кино-ма­стерство, а не наивное т. н. «изо­бретательство» «трюкичество», штукарство и т. п. Вместо мастер­ства много т. н. изобретательства, сильна «детская болезнь левизны». Уже несколько лет В. Шкловский развивает свою теорию кино-изо­бретательства, и не без успеха. На­ши кино-журналы сейчас перепол­нены разговорами и разговорчика­ми об «изобретательстве». В. Пер­цов в статье «Сегодня в кино-те­атрах» повторяет мысли В. Шклов­ского. Он считает ненормальным то, что «сейчас утвердилось такое положение: на каждой фабрике есть один два режиссера, кото­рые изобретают, а остальные -- де­лают картины». Он же в следующей статье «Первая фильма» хочет воз­вести в норму и в культ первые, якобы смелые пробы пера наших режиссеров. Нужно серьезно спро­сить стоит ли? Первая картина C. Эйзенштейна - короткометраж­ка­«На всякого мудреца до­вольно простоты», В. Пудовкина - «Шахматная горячка» (со Шпиков­ским), Роома - «Мос» и «Гонка за самогонкой», Фэксов - «Прохож­дения Октябрины» или еще что-то хуже и т. д. Режиссеры предпочи­тают не вспоминать о своих пер­вых фильмах - хвалиться нечем. Но многие уже начинают повторять слова В. Перцова и т. д. - снеж­ный ком растет. Наше несчастье не в том, что не все сценаристы и режиссеры на кино-фабриках занимаются «изоб­ретательством», исканием чего-то нового, а в том, что они в большин­стве не имеют хотя бы среднего мастерства. Обычно «изобретатель­ство» прикрывает вопиющую эле­ментарную безграмотность и без­дарную бесвкусицу. Много «изоб­ретательства» было в таких филь­мах, как в «Иван да Марья» («Ши­ворот на выворот») и в «Амоке», Характерно, что В. Шкловский в «Сов. Экране» умудрился защитить «по принципиальным причинам» К. Марджанова, автора «Буревестни­ка» (шедшего в Москве один день и без фамилии) и знаменитого «Амока»: «Изобретательнейший Марджанов создает неприемлемые фильмы, в которых, однако, есть счастливые ошибки». Неужели «Амок», эта невежественная и без­дарная халтура, и есть та самая вещь, которая построена «кинема­тографическими приемами? Разговоры о немедленном и все­общем кино-изобретательстве в ду­хе В. Шкловского в наше время вредны и даже опасны. Нельзя по­ощрять «гениальничания», игры в гении с раздачей призов. Новое в искусстве создается не путем наивного «экспериментатор­ства» и дешевого «изобретатель­ства». В кино господствует теория «ис­кусство для искусства», но мало кто ее узнает. Она перекрашена в за­щитный цвет: «нужно ставить фильму не для широкого зрителя, а для кино-производственников, для специалистов, с открытием новых приемов, в роде фильм Л. Кулеше­ва «Звенигора» и «Кружева». Обычно то, что нравится кино­зрителю, не нравится кино-произ­водственникам и наооборот. В «Ка­питанской дочке» сценарий B. Шкловского был ниже средней дра­матургической разработки (это бы­ло очевидно до постановки), а ре­жиссура Ю. Тарича ниже средней монтажной и игровой проработки фильмы. Не было ни одного зри­теля (без различия социального по­ложения и партийных убеждений), которому понравилась бы «Капи­танская дочка». Но даже после об­щественного просмотра В. Шклов­ский считал, что его сценарий­хо­КАК ЛИКВИДИРОВАТЬ КРИЗИС? Сейчас советское кино пережива­ет тяжелый кризис. В «Советском Экране» даже самые коротенькие статьи имеют страшные (без ковы­чек и без иронии действительно, страшные) заголовки: «Бьем трево­гу», «На картину страшно смо­треть», «Почему катастрофически тускнеет советское кино?» и др. Самое главное, как выйти из со­вдавшегося положения? Конечно, кино-пресса не должна уклониться от обсуждений самых главных и са­мых больных вопросов. Между прочим, надо высказать сожаление (а дирекции «Теа-Кино-Печати» осо­бо еще пару теплых слов) 1), что скоро будет год, как советское ки­но не имеет ни одного серьезного специального журнала: слияние «Кино-фронта» и «Советского Кино» будет продолжаться, очевидно, еще долго. И вот «Советский Экран» стал нашим единственным академи­ческим кино-органом. Первая задача нужно не бояться вскрыть все язвы кино-производ­ства. КИНО ДЛЯ СЕБЯ. Был «театр для себя» по Евреи­нову (вещь крайне дешевая), те­перь появляется «кино для себя»… по В. Шкловскому и другим (вещь крайне дорогая). Мы всегда пишем: «кино массо­вое искусство», «кино-искусство миллионов». Но наши режиссеры, сценаристы и администраторы (в частности худ. отдельщики) втихо­молку работают не для широкого врителя, а для себя, а иногда для жино-рецензентов. Мы еще плохо умеем работать на широкого зрителя. Прежде всего нам нужны картины, а не «экспе­рименты». У нас вместо художе­ственно законченных фильммно­го т. н. «экспериментов», в которых етавились и разрешались сомни­тельные кино-теории. Появилась 1) Я написал эти слова, будучи уверен, что редакция не вычеркнет

впечатление

ского кино. Кое-кто из постановоч­месте». Как фильма началась, так ной группы скромно сравнивал «Ка­питанскую дочку» из-за «игры ве­щей» с «Броненосцем Потемкиным» и «Матерью». Сценарист и режиссер она и кончается. Примеры: «Аль­бидум», «Проданный аппетит», «Ка­заки», «Капитанская дочка», «Дом на Трубной, «Белый Орел» и т. д. положи-Картина должна смотреться с мужественно боролись за тельную резолюцию актива ОДСК. Следовательно, они совершенно не обладают чувством реальной дей­ствительности и, в частности, ли­шены чувства юмора, не знают зри­тельских интересов и не умеют ра­удовольствием, но кино-зритель в последнее время стал смотреть фильмы только с трудом. Просмо­треть «Иван да Марью» или «Ка­питанскую дочку»тяжелый, почти каторжный труд, особенно после ботать на широкого зрителя. дневной работы. Сценаристы и ре-

ЧИТАЙТЕ  

жиссеры не сострадают зрителю. Средний американский и немец­кий режиссер, фамилия недостойна упоминания и запоми­которогоРежиссер и сценаристы «Продан­ного аппетита» не понимали, что с

нания, ставит картины наверняка. Фильма должна нравиться всем­идеологической точки зрения нет ничего вреднее, как трактовать со­«от американского миллиардера и до китайского кули» (формула Б. Шоу), не должно быть никого, ко­му не понравилась бы фильма­вот цель всякой американской филь­мы. Американское кино-пример того, что «господствующими иде­ями данной эпохи всегда были идеи господствующего класса». Мы же должны не работать на обывателя, а обрабатывать обывателя на все 100%. Классовая фильма может и должна быть классовой. Мы давно, но без успеха доказываем, что иде­ологически выдержанная фильма должна быть коммерческой. гвная приисвсей РИИ. В современной стадии развития кино-искусства сценарий это поло­вина фильмы. Наши фильмы обыч­но не имеют этой половины. В наших последних фильмах нет сценариев, нет никакой драматур­гической разработки действия. Са­мое главное в сценарии единство действия, обострение конфликта и нарастание действия. Когда есть растания действия, зритель не за­мечает никаких недостатков и про­щает все ошибки. Скучные карти­ны в процессе смотрения вызыва­ют тяжелые размышления. Недаром сценарий «Иван да Марья», по за­мыслу сценаристов идеологически выдержанный, произвел чуть ли не­циальные проблемы физиологиче­ски. Если бы зритель, смотря мучи­тельный и отвратительный физи­ологический - пищеварительный конфликт «Проданного аппетита» (д-р-р-рама толстой двенадцатипер­стной кишки, причем, «идеологиче­ски» выдержанная старательными сценаристами), начал бы по зако­нам драматургии «сопереживать» главному герою, страдающему от переполнения желудка и если бы он в кульминационный момент фильмы, по закону катарсиса (очи­щения), установленному стариком Аристотелем и подтвержденному современной рефлексологией, очистил бы свои эмоции, то навряд­ли это имело бы какое-нибудь от­ношение к эстетическому удоволь­ствию. В результате кино-памфлет не более и не менее, как по П. Ла­фаргу (?) физиологически может вызвать у широкого зрителя в луч­шем случае тошнотворное действие. «Проданный аппетит» в прессе в общем хвалили и никто не кричал караул. на-В «Капитанской дочке» снимались только одни малопонятные зрителю мотивировки и мотивировочки (ме­жевание земли, яшма, соляная мо­нополия), без всякой увязки с дей­ствием, без социальной трактовки эпохи и без характеристики геро­ев, но В. Шкловский считал это крайне оригинальным, ценным и



еценалж N 9