‹ПАЗНАА О ДОБРОМЪ
ТРЕПУСЬ.
	Бъ нфкоторомъ царств, въ нЪкоторомъ госу­дарствв жилъ-быль Трепусъ. Человёкъ ows
быль добрый и такой жалостный, что безъ
слезъ не могь водфть ОЪдваго человфка. И
даже если только проелышить, что гдЪ есть
бФдный человфкь, сейчасъ это становится ему
нехорошо: бфда, да и только! Одолфли Obyane
люди!

А быль Трепусь важный человфкъ: ми»
нистрь—не мивистрь, а, пожалуй, воякаго
нинистра за пояеъ заткнеть. Было это не у
насъ, а Bb далекой отранф, а кто даль ему
тавую власть надъ министрами и вобми про­чими людьми—то есть невдомо.

И воть, епить однажды Трепусь и ВИДИТЪ
нехороший сонъ. Будто стоить онъ на высокой
горф, а вся страна передъ нимъ какъ на ла­дони. И повсюду, куда глазъ ни глАнеть, го­лая степь, а на ней безчисленное множество
бфдныхь люлей, з богатыхь совофыъ abr,

Bs erpaxé upocayaca Tpenyes—xen рубашка
нокрая оть пота, а по щекамъ слезы градомъ
такъ и катятся, Сталь онь будить жену. Про­внулаеь жена, видить, на муж лица нтъ—
испугалась.

— Что ты, Трепусъ? Что’ съ тобой? Ужь
не приснилея ли TeOk какой бБдный челов къ?

А Трепуеъ ей въ отвфть:

— Слушай, жена, что мн приснилось.

И туть разсказаль онъ еЙ свой cons.

Долго гадали мужь съ женой, какъ тутъ
быть, какъ горю пособить, всю ночь не спалн
и, наконець, налумали-таки, какъ разомъ из­бавитьея оть воёхъ бфдныхь людей въ той
стран.

Какъ только наступило утро, разогналъ
Трепуеъ ко вофмъ воеводамъ, что жили на зем,
гонцовъ съ приказомь истребать вофхъ бЁд­выхь людей и тЬхъ, что на фабрикахь рабо­тають, м тВхЪ, что лёташекъ уму-разуму учатъ,
и тЬхь, что въ квигахь пишуть, а пуще веего
жидовъ проклятыхъ, потому нфть народа, бЪд­не ихъ, и очень уже они надойли Трепусу.
А въ конц приказа стояло: „патроновъ не
жалфть, холостыхь выстрёловъ не давать!“

И началось великое истреблене бБдныхъ лю­дей, и избивали ихъ въ городахъ, ифстечкахь
и селахъ, на улицахъ, въ домахъь и на боль­ших» дорогахь и въ семь дней истребили семь.
десять тысячъ.
	И перестали Трепусу сниться сквероые сны.
Слава!

А случилось это вое не у насъ, a Bb. три­девятонь царствф, въ тридевятомъ государетв®.
Мы о такомъ ТрепусВ и слыхомъ не слыхивали.
У васъ есть Треповъ-—такъ то совефмъ oco­бая статья.‘ Треповъ-—не Трепусъ. И воеводъ

у насъ нфтъ, а все губернатеры и градона­ЧАЛЬНИКИ  TaKB-To!
	М. Львовичь.
		МЕЩЕРСКОЕ РАЗДУМЬЕ.
	Несомн®нно—мы близки къ концу страшнаго
суда надъ Росс1ею,—за что—неизвфетно. ибо
мы не хуже другихь народовъ, —и т сонмы
делегатовь, которые теперь правять Росфею
и насъ удивляюгь своею силою энерг и ди­сциплинирован!я, вполнё иизображають собою
пророченныхь Евангелемъ антихристовъ.

(<Гражданииз»)..
	— Антихриоты пришли!-—вопить Мещерский
князь:  
И страшный судъ насъ ждегь по волв рока.
Наказанъ буду я, навфрное, жестоко
За то, что втаптываль борцовъ свободы въ
грязь.
Автихристы пришлю! Я слышу крикъ ихъ
дерзюй.
Реакция безсильна дать отпоръ,
0, какъ мн ветать! Ужели, о позоръ, ,
Къ нимъ задомъ встанеть князь Мещерск!й!
		«Это ли женщина, другъ
мой, что каждому»...
К. М. Фофановъ.
	Это свобода ли, другь мой, что каждому
Ласки свои расточаеть патронныя,

Юность терзають орды фараонныя.
(Платять въ части хулигану продажному)?
Это свобода ли, другь мой? Военное
Вводять въ „свободной отранз“ положене,
А бюрократовъ сословье никчфиное
Женщинъ, дфтей обрекло на сожжеше.

0, нзть, свобода нужна не такая намъ:
Безъ покушен!й на жизнь пулеметами

И безъ разетрёла людей полуротами...

— Прочь, руки прочь!—дружно крикнемъ мы
	Kannan.
‘Евг. С—0.

а м а
	МЕЖДУ ЛИТЕРАТОРАМИ.
	— (жажи инф скорве риому къ слову; ху­лиГаНЪ+—

— Сколько угодно: [оавнъ, Крушевань.
	— Какая разница между подцензурную пе­чатью и печатью свободною?—
	— ИНодцензурная печать сначала осматри­вается, а потомъ конфискуется, а свободная—

сначала конфискуется, а потомъ ужь подлежить
осмотру.
	Буревтьстнинх.
	4ы знаешь край, гдф все
обильемъ дышитъ.
А. Толетой.
	Ты знаешь край, гдВ все насильемь дышеть,
Гд® льется кровь рфкой по вол палачей,
Гдф юность ›емерть ему!“ отъ Черной Сотни
’  блышитЪ,
Гл въ селахь, въ городахъ-—охота на людей.
Tams Дурново царить, другь искреннй
с свободы,
Готовить для нея тюремные онъ своды.
	Погромщики, иде подъ ручку съ властью,
Терзаютъ яростно и женщинъ и дфтей.
Реакщя съ раскрытой, гнусвой пастью,

Мечтаеть дать стран плетей, плетей, плетей.

Свобода тамъ дана десяткамъ злобныхъ
катовъ,

Чтобъ сохранили власть для кучки бюро­кратовт.
	Ты знаешь край, гдз мрачные застфики
Грозять  вождямъ воскликвувшимь „Долой!“?
ГдВ временщикъ съ народныхъ денегь пфнки
Снимаеть день и ночь. ГдБ дикою’ войной
Хотфли отдалить расплаты приближенье,
Но близокъ часъ врагамъ народа! мщенья.
				мамъ, редакция считаеть долгомъ предупредить
	читателей, что она слагаеть съ себя всякую
отвётственность за ихъ содержан!е. такъ` кака
	излагавмыя ВЪ нихъ : —
соб ‘
вЪъроятны: обыт!я сов‘ ршенно не­Милостивый Государь, г. Редакторъ!
	Прошу дать мъЪсто описан!ю отраднаго факта
очевидцемъ котораго я быль.

Вчера, профзжая поздно вечеромъ по Возне­сенскому проспекту, я чуть не сталь жертвою
черносотеннаго нападен!я, Быстрфе, чёмъ я
могъ замЪтить ихъ появленйе, откуда-то выбЪ­жали четыре хулигана страшнаго вида, окру­о За ь та ее

 
	a

“> а
Я И извозчика и, размахивая въ воз­дух огромными финскими ножами, стали угро­жать смертью намъ обоимъ. Я опустилъ руку
въ карманъ, гдЪ у меня всегда хранится Bpa­унингЪ, дабы дать отпоръ врагу, какъ вдругъ
изъ-за угла показался казач!й разъЪфздъ. За­BHAA посл дн, я р®&шилъ, что дальнЪйшее
сопротивлене безполезно, и, приготовляясь къ
смерти, началъ молиться.. (На случай, если мое
письмо попадеть въ руки как му нибудь не­просвЪщенному относительно нашихъ обычаевъ
европейцу, сообщаю, для его с ЪдЬН!я, что въ
Росс!и казаками называютъ ссобаго рода раз­бойниковъ, вооруженныхь винтовками и совер­шающихь Свои разбойничьи набЪги на лоша­дяхЪ, съ Которыми они никогда не разстаются),
Итакъ, я. началь м.литься, Препставьте же
сёбЪ мое радостное изумлен!е, когда казаки,
вмЪСто Того, чтобы застрВлить меня, наброси­А т
	туфа

лись на хул о
Улигановъ, которыхъ тутъ же разо

гнали,   .
		ОУчевидеце.
	Тамъ были казнены геройскою рукою  
Насильники... но сколько ихъ живеть!
Забывшись въ орми съ похмльной головою,
Оки не вВдають, что скоро гнеть спадетъ.
Кровь опьянила ихъ, невинных кровь
святая,
Й жадно users ee мерзавцевъь злобных
		TYKb-TYKb!
	Тукъ-тувъ! по лЁеу звонко льется,
Тукъ-тукъ! звучить по сгоронамт,
Тукъ-тукъ! Что это раздается

_Какъ бранный кличь то здЪеь. то тамъ?
	Тукъ-тукт! То дятель совершаете
Свой строго правильный контроль
Онъ межъ деревьевъ выбираеть

1%, что коячають въ жизни роль.
	тукъ-тукъ! и въ сердцВ великана,
Что какъ‘развалина стойтъ, р
Вндна з!яющая рана,

А въ ней микробъ кишуя кишит
	Тукъ-тукъ! Долой его изъ строя

Иль онъ испортить жизнь другнит
_ Оть сотни лёть стояль трухою

Простору надо молодымъ.
	Тукъ-тукъ! Что тамъ за пень убог!й,
Занявъ такой просторъ, гыетъ?
Долой неголный хламь съ дороги—
Здфсь смя новое взойдетъ,
	тукъ-тукъ! Все громче раздается,
Все чище дзлается лЪсъ,

Все ярче свфть на землю льется
И словно ближе лаль небесъ.
	Тукъ-тукъ! Асонъ неутомимо
Летить впередъ, виередъ ‘стрфлой,
И передъ нимъ проходить мимо,
Лесь новый, крёик@, строевой.
	Тукъ-тукъ! Нфть больше бюрократов —
Гнилыхъ остатковъ старины
Hbrb суннъ общественныхь пиратозъ,
Слфпыхь грабителей страны.
	Тукъ-тукъ! oo л%су звонко льется
Тукъ-тувъ! звучить по сторонам’
Тукъ-тукъ! кличь дятла раздается
На. сиертный приговоръ врагамъ.
	Щегловз.
oe
	Милостивый Государь, г; Редакторы
	СпЪшу подвлиться съ читателями Вашей
газеты съ замъчательнымъ фактомъ, очевид­цемъ котораго я быль.

В‘ера, въ два часа дня, въ Императорской
Публичной ВБибл/отекь по требован!ю посЪти­теля была выдана книга.

Если-бъ м,5 разсказали объ этомъ проис­шеств!И, я назваль бы разсказчика лгуномъ
или сотрудникомъ «Новаго Времени», такъ
какъ, когда меня выводять изъ себя, я не
люблю стфеняться въ выражен!яхъ. Но вы по­нимаете, я самъ, с мъ былъ свидфтелемъ этого
замфчательнаго случая. Къ вели айшему сожа­лЪ 10, долженъ прибавить, что посЪтитель,
получиви!й кни у, отъ изумлен!я тутъ же за­болфлЪ острымъ помфшательствомъ, отъ кото­раго и сконзался ‘ерезь полчаса. Воспользо­вавшщись суматохой, я взяль себ на память
зам чательную книгу, которая оказалась пер­Se pare
	РЫМЪ томомъ сочинен!й Ломоносова въ издан!и
Смирдина.
	Очевидець.
Съ подлиннымъ вЪрно М. Львович.
	Милостивый Государь. г. Редакторъ.
	Обращаюсь къ Вашему просвЪщенному со­дЪйстаНо для разрЪшен!я возникшаго Bo MHS
тЯжелаго сомньн!я !
	Нашь добрый консулъ предложилъ вс®мъ
проживающимь въ Петербург французскимъ
гражданамъ отказаться отъ всякаго участ!я. въ
ВоЗНикшихь уже и прсдолжающихъ возникать
въ Poccin полатическихь конфликтахъ.
	Между тТЪмъ, состоя на службЪ въ одномъ
изъ Петербур-скихь Креди ныхъ Учреждений‘
я былъ очень радъ подслужиться моему Прав­лен!ю и заняться маленькимъ сыскомъ среди
служащихъ, которые осмЪливаются быть столь
непоч ительны къ своему начальству, что дерз­нули образовать какой-то союзъ для защиты
	пручадлежащихь (?) имъ «правъ человЪка и
гражданина».
	Такъ вотъ, я хотзль бы знать, не буцетъ
ли содфйств!е, которое я окажу моему Правле­HiIO Bh ero борьб® съ возмутившимися служа­щими, равносильнымъ Tomy вмЪшательству,
	отъ котораго насъ предостерегъь нашъ добрый
консулъ,
	Я былъ бы Вамъ очень любезень *), много.
уважаемый г. Редакторъ, если бы Вы дали мн®
совфтъ, какъ сохранить добрыя отношеня съ
Начальствомь и право на дальнъйшее повы­шен!е по службЪ и, въ то же время. не ока­заться въ конфликтВ съ моимъ Правитель­ствомъ, которсе я обожаю.
	Довзренный одного изъ Петербургскихь
Банковъ французск!й гражданинъ (подпись не­разборчива). Дрозд.
		РАНШОННОЕ СПРЯЖЕНЕ
	Я Дурново Я провокаторь.
Ты Игнатьевь Ты кровошйца
Онъ Треповъ Онъ-—треповъ
	Мы Нейдгардты Мы погромшики
	Вы Бирилевы — Вы-— палачи
Они Мины. Они убйцы.

Ясновидящий.
a me
	Боть онъ весь какъ намалеванъ
„Черной сотни“ членъ,

Онъ участкомь намъ дорованъ
Изь казенныхь стфнъ.
Вдохновляемый рублями,

Ну и водкой тожь,

Для расправы звЪрекой съ нами
Точить мерзый ножъ.

Принявъ званье „патрота“,
ВЪфчно полупьянъ,

РАжеть тфхъ, кто противъ гнета,
Гразный хулиганъ.

Для разбойника и вора

Для убйць-—лафа:

Завелась для нихъ такъ скоро
Новая графа.

И въ графВ той полицейской
Каждый звбреюй шагъ,
Каждый подвигь ихь злодёйсвй
Пишуть нынче такъ:

„Виль евреевъ, билъ студентовъ,
Женщинъ и дЪтей,

Barb вообще интиллигентовъ...

Выдать пять рублей!..“
Ясновидяиий.
		*) Почтенный авторъ письма хо{Влъ, вЗроятно,
сказать: я быль бы Вамъ очень благодаренъ
(Прим. Редакцт).