РО Д Н А Я Р В Ч

№ 15.

2

,,Ревизоръ -Гоголя и ,,Не въ свои сани не садись - Островскаго. Рабочіе на свалкахъ, задержанные за прошеніе мило­стыни, пьяные босяки будутъ играть ,,Ревизора  и Островскаго!… Ръшительно устроителямъ такихъ спек­таклей мъсто на 7-ой версть… Финансовая комиссія выработала текстъ ходатайства о дарованіи льготъ объ оплать за отчужденную у крестьянъ землю подъ поля орошенія. Обсуждался во­просъ объ уплать процентовъ крестьянамъ. Большин­ство высказалось за немедленную уплату. H. Н. Шильдеръ. Скончался совершенно неожиданно для друзей и почитателей скоропостижно директоръ Императорской публичной библіотеки, инженеръ гене­ралъ-лейтенантъ Николай Карловичъ Шильдеръ. Въ его лиць наука и служба понесла большую поте­рю. Войско потеряло въ немъ отличнаго боевого цера, украшеннаго золотымъ оружіемъ и многими орде­нами съ мечами, полученными въ компанію 1877-78 года. Кромъ того, съ его смертью скончался прямой и единственный потомокъ славнаго боевого генерала, подвигами котораго, храбрости безумной, ознаменованы какъ штурмъ Воли подъ знаменами Паскевича въ 1831 году, такъ и осада Силистріи въ 1854 году, гдъ отецъ Николая Карловича погибъ жертвою своего безгранич­наго самоотвержонія.

Скажу, что н вкоторыя, гуманныя на словахъ и либе­ральныя, слушательницы третирують прислугу не лучше дурной помъщицы временъ кръпостного права. Что я говорю ,,прислугу ! спросите добросов Бстную и не­устрашимую надзирательницу какого-нибудь частнаго или общественнаго ,общежитія для слушательницъ  въ Москвъ, Петербургъ, Кіевь, и она навърное скажетъ вамъ, что остается на мъсть только потому, что не могла найти другое!! Слушательница не проситъ, она кричить, требуетъ; дай ей все, потому что ,она прівхала учиться , а она ничего тебь не даетъ, кромь грубости, дерзости; она наговоритъ вамъ невозможныхъ вещей самымъ наглымъ, вызывающимъ тономъ; но вы не смвете ей ничего ска­зать: она обидчива, щепетильна. ,,Какъ вы со мной го­ворите, развъ со слушательницами такъ говорятъ  (?!) офи-бросаетъ она вамъ въ лицо на самое справедливое за­мъчаніе въ самой любезной формъ. Наглость-ея щитъ, ея оружіе въ борьбъ за то, чтобы занять въ обществ ь мъсто мужчины, но вмъсть съ тъмъ оставить за собою привилегію русской женщины вообще-тратить деньги, не думая и не считая! Дама эта говоритъ, что много настрадалась, глядя на нихь… Ей и книги въ руки. При­бавлять что-нибудь отъ себя не связанному съ этимъ оригинальнымъ , бытомъ  -рискованно! **

прежде полковникомъ лейбъ-гвардіи Семенов­скаго полка. Рукоположеніе при весьма тор­жественной обстановкъ совершалъ митрополитъ Антоній. На чинь рукоположенія собрались бывшіе товарищи о. Тидебеля-офицеры лейбъ­гвардіи Семеновскаго полка во главъ съ пол­ковымъ командиромъ, и многіе гвардейскіе офи­церы и нижніе чины, бывшіе подчиненные о. Ти­дебеля по полку, гдъ онъ прослужилъ 17 лътъ. Священникъ I. С. Тидебель назначенъ на­стоятелемъ новой русской церкви въ Гам­бургъ. Женщины-инспектрисы. Здъсь возбудили хо­датайство передъ правительствомъ объ учреж­деніи въ Россіи ремесленной инспекціи, по примъру фабричной, но съ тъмъ непремън­нымъ условіемъ, чтобы ремесленными инспек­торами обязательно были женщины. Почему же обязательно женщины?-Потому видите ли, что женщинь ближе ,страданіе  рабочихъ (?!), чъмъ мущинь, (?) почему женщинь именно и долженъ быть ввъренъ правительствомъ ,ра­бочій вопросъ  !! Ходатайство объ учрежденіи въ Россіи ре­месленныхъ инспектрисъ возбуждено отъ име­ни , Общества охраненія здоровья женщины ; нужно думать, что учрежденіе новой долж­ности необходимо въ видахъ охраненія здо­ровья нашихъ ,либеральныхъ  особъ, нуждаю­щихся, въроятно, въ моціонъ для здоровья. Фіакры. Два года тому назадъ на улицахъ Петербурга появились фіакры. Казалось бы, самый подходящій экипажъ для нашего хо­лоднаго и мокраго климата. Однако, фіакры не привились, почему-то проявили къ нимъ полное равнодушіе, и они почти исчезли. Французы, однако, ръшили во что бы то ни стало засадить насъ въ фіакры, и теперь на үлицахъ Петербурга появляются фіакры-авто­мобили, которые, быть можетъ, завоюютъ сим­патіи капризныхъ петербуржцевъ. Кошки. Есть въ Петербургъ собачій клубъ, въ которомъ всъ члены титулуются именами своихъ собакъ (!). А теперь оказывается, что еще существуеть и кошачья богадъльня. Бо­гад ъльня занимаетъ ц ълый двухъэтажный ломъ на, Логовкь и имветь полный составъ администрацзи (!), во главъ которой стоитъ дама-патронесса!! Изъ Парижа въ Петербургъ на автомобилt. Корреспон­дентъ одной парижской газеты собирается въ маъ прі- ъхать изъ Парижа въ Петербургъ на автомобиль. Три тысячи верстъ или около того онъ думаетъ провхать въ 16 дней и, посль посъщенія Лубэ, на автомобиль же вернуться въ Парижъ. И оплачиваетъ эту поъздку фа­брика автомобилей… Въ городскомъ работномъ домъ устроены драматиче­скіе спектакли, при чемъ исполнителями явились при­зръваемые въ этомъ домь!! Къ постановкь назначены

Среди газетъ.

Одна газета приводитъ глубоко грустныя и вмъсть глубоко справедливыя соображенія нельпомъ, усилившемся особенно впослъдніе ды слоб общества-т. наз. ,интеллигенціи . Либерализмъ и здравый смыслъ въ русскомъ человъкъ положительно не уживаются: одинъ бъжитъ отъ другого какъ отъ чумы, большинство , либеральныхъ  теорій разлетаются вдребезги при первомъ столкновеніи съ русскимъ здравымъ смысломъ. Видимъ современную Россію какъ бы раздвоившеюся. Въ Россіи стало какъ бы двъ Россіи: либеральная Рос-за сія столицъ и городовъ, предвлы которой кончаются станціями жельзныхъ дорогъ, и Россія здраваго смысла, начинающаяся за предълами этихъ линій и разсъянныхъ по нимъ городскихъ оазисовъ. Эти двъ Россіи населены людьми, совершенно другъ другу чуждыми, какъ бы живущими на разныхъ плане-мился тахъ. Общаго между ними нътъ ничего, начиная съ говора-кончая способомъ и логикой мышленія. Одна Россія живетъ и питается разнообразными теоріями Западной Европы, не переваренными ею, взятыми зря, другая Россія живетъ собственнымъ умомъ, хочетъ устроенія своей жизни по собственному разумънію, на основахъ своей исторіи, въ стремленіи къ своимъ идеа­ламъ. Поэтому и цъли у этого царства, само въ себъ раздълившагося, совершенно различныя… И какая въ головахъ этого ,,нерусскаго  общества путаница! Не углубляясь далеко, хоть бы это: люди хлопочутъ объ уничтоженіи смертной казни и тълесныхъ наказаній, и на­силія. Сами же дъйствуютъ насиліемъ и казнью почему-либо ненравящихся имъ дъятелей… * * *

До какой степени пошлости доходять теперь о,литературныя  воспоминанія и воспоминатели! го-Послъ старыхъ жилетовъ и креселъ они пе­решли теперь къ вопросу о ,стуль . Одинъ воспоминатель сидълъ у Льва Николаевича. Послъдній на нъсколько минуть куда-то исчезъ и, вернувшись, держалъ у виска платокъ. Вся семья бросилась къ нему въ испугь. Оказалось, что онъ очень сильно разсъкъ себъ високъ. Бросились снвгомъ, жена стала прикладывать его къ ушиблен­ному мъсту. Л. Н. говорилъ, что это совершенный вздоръ,-поскользнулся, входя со двора на крыльцо, п ударился о притолоку; черезъ пать минутъ все прой­детъ. Потомъразълснилось, что Левъ Николаевичъ стре­посльдовательно проводить въ своей жизни прин­ципъ, высказанный имъ въ одномъ изъ своихъ сочине­ній, а именно не обременять прислугу никакой лишней работой, а тъмъ болье -- работой Акима. Онъ не поз­волялъ себь того комфорта, который позволяють себъ сотни тысячъ людей… И поступалъ такъ, несмотря ни на какую погоду!! Потомству, очевидно, важна и необходима эта подробность. Отчего не спросили на родинь Гоголя объ этомъ предметь. Тогда жили много проще, чъмъ теперь, и изъ лишенія себя ком­форта этомъ отношеніи не дълали

Кременчугъ. (Случай въ замь суда). Здъсь случилось такое происшествіе въ заль суда: Въ выъздной сессіи полтавскаго окружнаго суда, посль разбора дъла Демченко, обвиняв­шагося въ совершеніи гнуснаго насилія надъ женщиной и приговореннаго къ отдачъ въ аре­стантскія роты на 5 лътъ съ лишеніемъ всъхъ По Росеіи.

Одна дама, г-жа Вая, хорошо знакомая съ женскими курсами, рисуетъ любопытныя кар­тинки изъ ихъ быта. Между прочимъ она да­етъ такія характеристики.

бы поручено было народомъ доводить каждое движеніе народнаго духа до возможной закон­ченности. Затъмъ уже теряется народное представи­тельство. Европейскимъ соблазномъ перестроили нашу знать-сначала въ обстановкъ внъшняго быта, жилищъ и одеждъ, въ характерь труда, развлеченій. Новыя в ъянія, новое міросозерца­ніе! Все было уже чужое, ненародное. Интелли­генція въ Россіи постепенно сдълалась за счетъ народа представителемъ не своей, а европей­цивилизаціи. Знать XVII-XVIII в ъковъ почувствовала равнодушіе и презр ъніе къ этимъ началамъ, какъ къ чуждымъ ей, и стала всъми сво-силами давить именно то, чему призвана была со-давать развитіе. Посльдствія этой катастрофы были необычайныя. Веь наши бъды народныя душу,отсюда. Прирожденное боярство, презирая род­ную національность, старалось остановить ори­гинальныя, самобытныя, жизненныя свойства и подмънить ихъ чужими. Презръніемъ къ на­роду прониклось и служилое сословіе, и разно­чинная интеллигенція. Люди изъ народа стали за высшими классами и жадно перени­мать все чужое. Творчество народное поникло. Что выработаетъ жизнь, какія приметъ фор­мы; во всякомъ случаъ безъ сльдованія твер­дымъ русскимъ устоямъ - государственнымъ и нуждъ.религіознымъ -- и върованіямъ, сложиться онъ кръпко не могуть и останутся шелухою, од­ними названіями, мертвою буквою. Оживить эти формы можетъ только истинно народный духъ, полный бодрости и въры, а не унылое нытье и мрачная брань отщепенцевъ земли русской…



сой на лугъ размять плечи, а ужъ какъ хо­зяинъ, конечно, выходилъ въ то же поле, на то же гумно, куда и весь народъ. Шелъ ли бояринъ къ вечернъ, онъ шелъ въ ту же цер­ковь, что и всъ, тому же священнику каялся въ гръхахъ и вмъсть съ крестьянами въровалъ въ то же, что и они. Поразительно до какой степени все у народа и боярства было общее, въ знаніяхъ, въ религіи, въ пъсняхъ, при­словіяхъ, сказкахъ, въ народныхъ идеалахъ, въ развлеченіяхъ и трудь. Только все народ­ное здъсь получало болье роскошное развитіе,ской доводилось въ томъ же стиль до возможнаго великольпія и совершенства. Боярство въ силу этого было дъйствительно представителемъ его народа. Бояринъ въ совъть царскомъ вершенно безотчетно являлся посломъ своего народа. Онъ приносилъ съ собою ту же тотъ же умъ, то же міросозерцаніе, только выраженные наиболье крупно и достойно. Боя­ринъ, если бы и хотълъ, не могъ измънить въ основахъ народу своему, потому что онъ былъ самъ народъ; всъ ръшенія боярской думы не могли быть иными, какъ глубоко-національ-тянуться ными . Вели ли бояре войны или ъздили послами за рубежъ, они вели себя какъ лучшіе изъ русскихъ людей, ни на одно мгновеніе не ко­леблясь въ пониманіи государственныхъ Предатели были во всъ времена, но предатели корыстные, которые гораздо менъе опасны, чъмъ предатели невольные. Злодви - исклю­ченіе… Въ лиць своей аристократіи народъ нашъ былъ хозяиномъ ҫамого себя, онъ имълъ органически-сложившееся могущественное пред­ставительство. Было сословіе, которому какъ

Иные люди.

Когда заговорили о необходимости возстано­вить приходы, боярскія думы и т. п., мы всегда возражали, что это невозможно, что изъ этого ничего не выйдетъ, что это будетъ пустая шелу­ха, одно названіе,-люди были другіе. Ввести въ крестьянскій міръ интеллигента насильно, объ этомъ столько хлопочутъ,-по обыкновенію не справляясь у народа, хочетъ ли онъ такого члена въ свою среду? Такъ у насъ привыкли все высокомърно и насильно навязывать народу, не спрашивая его: и свои безцвътныя, без­религіозныя школы, и формы нерусской, чуждой жизни… Соблазненный чужой культурою интелли­гентный классъ пересталъ быть ,арпстокра­тіей  своего народа, говоритъ одинъ талант­ливый авторъ. Онъ сдълался чужою аристокра­тіей и дъйствуетъ въ своей странъ какъ въ чужой, въ презръніи къ ея началамъ, безъ желанія доводить эти начала до совершенства. Мы имбли, какъ и всякій народъ, свою націо­нальную знать, представителей народной куль­туры. Сословіе бояръ у насъ было учрежде­ніемъ органически -народнымъ, и даже болье народнымъ: у насъ боярство не было потом­ствомъ завоевателей. Въ старину изба боярина была тою же крестьянскою избою, но только усовершенствованною, украшенною, болье бо­гатою. Кафтанъ боярина былъ тотъ же мужиц­кій кафтанъ, только шелковый, рубаха навы­пускъ, та же косоворотка, только полотномъ тоньше. Иной бояринъ самъ выходилъ съ ко-