что раскраска стен комнаты одним тоном, но разной интенсивности, дает почувствовать чисто пространственное расширение помещения. Все это показывает, что известные цветовые сочетания позволяют делать комнату длинной, высокой, квадратной или низкой, по желанию художника, располагающего цветовые экраны-стены, соответственно _требованиям данного помещения. Шкала холодных иветов (голубой, серый, зеленоватый) делает комнату более пространственной; гамма теплых (желтый, красный, коричневый) делает ее более плоской, «тяжелой». Живописцу известно, что соседство двух различных цветов заметно влияет друг на друга, повышая или понижая их интенсивность, являющуюся большим фактором в зрительно-осяза. тельном расширении комнаты. Вое это заставляет утверждать, что цветопись может исправлять ошибки, допущенные конструкцией, и мало того, увеличивать нужные эффекты, делая, например, коридоры более длинными, комнаты более высокими, вестибюли более просторными. Но это—одна часть возможностей цветописи. Гораздо шире нужно привлекать ее по линии социально-классового воздействия на человека. Каждый цвет, влияя на нашу сетчатую оболочку, вызывает не только психо-физиологическое раздражение, но и возбуждает чувства чисто «оциального, классового порядка. Розовая мещанская комната и оранжевый абажур вызывают у обывателя известное чувство удовлетворения, ‘уюта и покоя, тогда как эта же комната ‘у человека с более крепкой идеологической установкой вызывает только чувство презрения, не говоря уже ю том, чго цвет красного флага будоражит фашгиста, как ‘удар кнута, тогда как у пролетария возбуждает чувство классовой солидарности и мощи. Но здесь кроется еще один более сложный момент двоякого влияния цвета. Тому же фашисту, например, могут очень нравиться красные обои женского будуара ‘или красная кофточка его возлюбленной. Таким образом, ‘совершенно необходимо ‘учитывать сощиальноклассовое влияние цвета, идущее часто вразрез с физиологическим воздействием на психику человека. Однако наше ‘строительство раесчитано прежде всего на рабочих, имеющих в общем одинаковую пролетарскую идеологию. Существующая разница между передовыми и отсталыми рабочими сводится к недостаточной образованности и культурности многих из них. Несомненно, что здесь мы можем говорить 0 физиологическом влиянии Цвета, зная, что его социально-классовое воздействие будет однородным. Ясно, что совершенно не безразлично, в какой среде находится человек во время работы или отдыха, и ясно, что эта среда не всегда должна быть одинаковой. Так, например, желтый цвет производит приятное, ‘теплое впечатление, он поднимает настроение, ‘делает человека веселым. Синий цвет делает его безучастным, меланхоличвым, неповоротливым; красный же, наоборот, возбуждает неверуятную энергию, стремление двигаться, кричать и волноваться. Но при более постоянном воздействии егосила ослабевает и начинает пробуждать чувства усталости. Самым спокойным цветом спектра следует считать зеленоватожелтый, так как он не содержит в себе ни раздражающих лучей красного, ни угнетающего действия. синего и фиолетового. Надо только сказать, что злоупотребление зеленым или желтым тонами не дает уже нужных эффектов. Кто-то совершенно правильно заметил, что «если увеличить вдвое интенсивность раздражения, то это не значит, что вдвое увеличится и интенсивность ощущения». Небезынтересно также наметить проблемы цветовых комбинаций. Живописец-сТанковист знает, какие не“ обыкновенные эффекты достигаются не смешиванием красок, а их близким соприкосновением в. чистом ‘виде. Есть пары цветов, при расстоянии менее различаемые; есть, наоборот, далеко различаемые. К последним принадлежит пара: черный—желтый, к первым-—красный— зеленый, Отмечу, наконец, еще один момент, который часто играет решающую роль-—это юсвещение. Все построения художника, рассчитанные на. дневной свет, теряют всякий ‘свой смысл при электрическом освещении. Вот почему нужно всегда учитывать часы ‘HaHболее интенсивной экоплоатации ‘помещения. Зрительный ‘зал, например, почти всегда рассчитан ‘на вечерние часы, служебные комнаты-—на дневные. Об этом не надо забывать при составлении проектов цветного оформления, здания. Над этим нужно, еще много и сосредоточенно работать ла: бораторным путем. Перед живописцем, пришедшим в архитектуру, открываются необ’ятные творческие возможности: От унрашательства н цветописи Но здесь необходимо CO всей четкостью предостеречь против за. мены функциональной расцветки эстетско-формалистским украшательством. Станковое искусство как цвето - лаборатория архитентуры Значение станковой живописи за последние 95—30 лет не мэжет сравниться © ее прежней ролью. Она сильно оттеснена развитием так называемых производственных искусств. ! У нас в советской России позорная практика приспособленцев-художников, выезжавших на родном сюжете, чрезвычайно снизила цветную качественность живописных произведений. Оттого значение живописи еще более утратилось. Между тем ее роль может быть неизмеримо велика. Как можно применить цвето-фактурные искания станковой ‘живописи к цветописи в архитектуре? Ясно, что художнику, имеющему каждый день дело с цветом и красками, лучше всего должна быть известна сила воздействия тех или иных красочных гармоний, сочетаний и контрастов. Ближе всего ему знакомы способы цветовой ‘обработки плоскости и воздействие цвета на психику человека. Этот богатейший опыт лучше всего может применить к «цветочным экранам», т. е. стенам комнат, художник-станковист, проделывающий большую, серьезную, лабораторную работу над кусками холста у себя в мастерской. Исчерпываются ли этим все наши требования к живописцу-художнику? Конечно, нет! Станковое искусство, без сомнения, несет в себе и другие возможности, особенно в части идеологического во3- действия на массы путем изображения, показа какого-либо общественного явления. Но это совершенно не освобождает художника от работы над цвэтом, над моментом строгого живописного порядкаа Художник-станковист призывается для разрешения очень сложных проблем участия цвета во всей системе ‘архитектурно-проопранственных вопросов. Иветопись в архитек= туре Две одинаковые комнаты могут казаться разной величины при условии различной цветовой окраски. Так, например, Ge. лая комната кажется больше TeMной комнаты Toro же размера, Стена, окрашенная в голубой цвет, как бы ломает квадратную комнату и делает ее прямоугольной. Известно, № 8 август