впечатления, ВыНячивая эстетические компоненты плаката, — это значит скатиться к формализму, политическому выхолащиванию плаката. Наряду с беспощадным разоблачением теории буржуазной рекламы перед нами стоит задача разбить теоретические предпосылки плакатного эстетизма. Это особенно важно потому, что солидное количество плакатной продукции несет на себе ясные сле. ды формализма, слащавой стилизации и декоративности, снижающие или разрушающие политическое воздействие плаката. Художнику нужно дать понять, что политический плакат должен вызывать в массовом зрителе не художественное созерцание, не эстетические ассоциации а четкое политическое представление идеи плаката. Плакат по своим социальным функциям не может стать самодовлеющим художественным произведением в самом себе, но он должен приобщаться к художественным видам и формам партийной агитации и пропаганды. Умные и трезвые теорстики буржуазной рекламы опередили наших Тугенхольдов и уже давно развенчали идею самодовлеющей плакатной эстетики: Известнейший буржуазный теоретик - плакатовед Мюнстенберг, не в пример некоторым нашим искусствоведам, жадно цепляющимся за эстетизм и красивоств плакатной формы, улверждает весьма трезвые взгляды на художественные пределы плаката. Он заявляет, что ‹кто хочет служить экономическим интересам, тот должен подчинить этой задаче каждый штрих и каждую форму, чтобы объявление и изображение привело к практическому решению, к действию»... дальше; «Объявление должно быть приятно, изящно, гармонично и притягательно, но не должно быть действительно красиво, если оно хочет выполнить в широком масштабе свою задачу. Художественные интересы не только не должны быть решающими, но даже не должны равняться с коммерческими, а подчиняться им». В этой цитате, хотя она-и написа: на буржуазным теоретиком, хотя она выражает тезисы чуждой нам рекламной теории, есть рациональное зерно. Когда сопоставишь отдельные выступления буржуазных плакатоведов и наших неудачных теоретиков, невольно вспоминаешь фразу о том, что умный идеалист гораздо полезнее глупого материалиста. Борьбу с буржуазными тенденция. ми в области плаката нам необходимо развернуть по всему, фронту так, чтобы в орбиту нашей критики попали не только Полонский, Тугенхольд и Тарабукин — основатели буржуазной теории плаката, — но и все теоретические выступления остальных тезретиков плаката, в той или иной форме извращающих классовые функции политического плаката. Наряду с разоблачением Полонского и Тугенхольда нам нужно подвергнуть большевистской критике путаное формалистическое положение о плакатной форме Моора, о фотомонтаже Клуциса, явно вульгарные тезисы Зивельчинской, Федорова-Давыдова, Mac. ленникова и последователей — Полонского, Охотинского и др, Моор в статье, напечатанной в одном из номеров журнала «Бригада художников», пытаясь определить сущность плакатной формы, запутался в своих же собственных формалибтических рассуждениях и наделал массу теоретических ошибок. Он заявляет, что «наиболе полное определение плаката, плакатной формы будет такая, наиболее целеустремлена, (?) массовая, тематическая (?) и предельно лаконическая форма, имеющая целью организовать эмоцию (?) масс как волю к действию по велению класса, (?) переданную через фоновое единство, (?) тематичность цвета, цветовой лаконизм, графичность исполнения, сделанную с учетом материалов полиграфии, напечатанную на бумаге». Совершенно очевидно, что подобное абстрактно-формалистическое и заумное определение ни в какой степени не отвечает классовому содержанию нашего пролетарского плаката. Дальше Моор пишет, что «проблема разрушения тематического цвета, с одной стороны, и создание триединства, с другой сторны,—вот величайшая проблема современного плаката. Второй важнейший вопрос в плакате—это цвет и тематичность цвета в особенности. Тематичность цвета — это вторая проблема». Обходя вопрос о логической путанице этой цитаты, нельзя не подвергнуть критике эти субъективные формальные — изыскания «величайших проблем», которые, по нашему убеждению, никогда не будут величайшими и определяющими методологию пролетарского плаката. Далее автор утверждает совершенно безграмотное положение, что якобы «натурализм и символизм исключают реализм, они нереальны» (?). В чем вредность этой статьи? Вредность этой статьи заключается в путаном, формалистическом юпределении плаката, в насаждении абстрактной и вульгарной методологии плаката, в механистическом понимании зависимости формы и содержания, в метафизическом истолковании развития стилей. В области фотомонтажного плаката мы имеем также чрезвычайно неудачное (мягко выражаясь) выступление Клуциса, который уже отмежевался от многих своих теоретических предпосылок, но не до конца *), и эта теория еще не разоблачена и имеет хождение среди фотомонтажистов. Ошибки т. Клуциса заключаются в том, что он фотомантаж понимает не как одну низ форм и видов политического плаката, а как особый, новейший метод изобразительного искусства, причем этот метод он считает высшим, непревзойденным, связанным с развитием индустриальной культуры. «Левые» ошибки Клуциса заключаются еще и в выпячивании фотомонтажа как передового «ведущего метода» изобразительного искусства, в противопоставлении фотомонтажа изобразительным формам как исторически отсталым, в неверном технологическом подходе в определении сущности фо. омонтажного плаката. Все эти утверждения являются свидетельством и прямым результатом проявления реакционной платформы «Октября». т) В выправленной стенограмме доклада Клуциса, прочитанного им в Комакадемии и опубликованной в 9 и 10 номерах журнала «Литература и искусство», мы видим, хотя уже в более смягченной форме, повторение тех же «левых» ошибок, которые им были допущены в ст. сборника «Изофронт», Не менее наблядным образцом вульгаризации и опошления теории и методологии политического плаката являются недавние теоретические упражненил Зивельчинской в ‘статье, помещенной в «Новом мире» (№ 9) ‹Плакат и его роль в социалистическом строительстве». Статья Зивельчинской, представляет собой безграмотный компиляционный винегрет из цитат, весьма нескладно приправленный пышными, велеречивыми фразами об энтузиазме, многомиллионных массах и о социалистическом строительстве. Эта статья свидетельствует о примитивном, метафизическом понимании теории плаката и’обнажает невежество ‘автора в тех вопросах, которые он пытался поставить и разрешить, Если освободить писание — Зивельчинской от тяжелого груза общих, абстрактных, а потому и бесполезных фраз о роли плаката в социалистическом строительстве, то в беспомощном итоге этой статьи мы увидим ограниченное количество престарелых плакатных истин, известных тому назад добрых полвека и изложенных буржуазными плакатоведами в форме более грамотной, а по смыслу более убедительно. Зивельчинская с независимым видом оригинального исследователя сообщает, что: «Рисунок (в плакате) должен быть отчетлив, при этом необходимо избегать штампа. Плакат должен быть исполнен небольшим количеством красок, но подбор красок должен быть тщательно продуман. Политически важный и ‘актуальный плакат должен быть непременно художественно исполнен. Текст не должен быть многословен и расплывчат, но краток и лаконичен. Образ и текст в плакате должны быть между собой органически связаны не только идейно, но композицианно и технически. Плакат не может быть беспредметным, (?), так как только предметный образ может иметь подлинную политическую акТИВНОСТЬ». ° Весь этот скучный набор истасканных и к тому же безграмотных формальных положений для плаката «вообще» Зивельчинская навязывает нам в качестве методологических предпосылок партийного, политического плаката. Само собой разумеется, что подобная универсальная «методология», вполне пригодная для плаката и буржуазного и реакционного, и фашистского, «методология» гармонического обслуживания всех классов и классовых группировок ничего общего с методологией пролетарского‘ плаката не имеет. Любопытно отметить непоследовательность Зивельчинской. В своих тезисах о специфических особенностях плакатной формы опять таки «вообще». Зивельчинская пишет, что’ форма плаката и тексты должны быть лаконичны и нельзя в одном плакате разрешить одновременно несколько тем. Вслед за этим она сообщает, что плакат не должен ограничиваться одним голым лозунгом, например: «Иди, товарищ; к нам в колхоз» и поучает о необходимости в этой теме показать образно: 1. Превосходство коллективного хозяйства над единоличниками. 2. Рост посевной площади при коллективной обработке. 3. Рост доходов колхозников. 4. Рост механизации труда колхозников по сравнению с единоличниками, 5. Показать, не впадая в