НАШИ ВРАГИ О ВЧК Из воспоминаний старого чекиста Г. Самсонова. На протяжении всех одиннадцати лет своего существования ВЧК—ОГПУ вела беспощадную и беспрерывную борьбу с вратами трудящихея: капиталистами, помещиками и их приснешниками—тенералами, эсерами, попамп, меньшевиками, кулакалии и другими. Отважная и беспощадная борьба, BYK-— ОГПУ © классовыми врагами снискала, к себе любовь трудящихея нашей страны и всего мира, и ненависть капиталиетов и номещиков. * Владимир Ильич говорил: „Вы, конечно, все знаете, какую дикую ненависть внушает это учреждение (т.-е.ВЧК.—Т. С.) россмиекой эмиграции и тем многочисленным представителям правящих клаесов имперналистических стран, которые с этой российской эмиграцией живут. Еще бы! Это то учреждение, которое было налиим разащим орудием против беечиеленных заговоров, бесчисленных покушений на советекую власть со стороны людей, которые были бесконечно сильнее нас“. Именно WOOTOMY и не любили контрреволюционеры меч пролетарской иктатуры — ВЧК — ОГПУ. Вся контрреволюционная печать с! остервенением обливала, помоями и веякими клеветническими выдумками ВЧЕ— ODUY, BHAYMBIB@H те всякие вздорные неторин. В период кронштадтекого восетания начала 1921 г. эсеры и меньшевики, сидевшие в Бутырской тюрьме, думали, что их друзьям эверам и меньшевикам удастея при помощи кулаков и другихконтрреволюционных сил опрокинуть советекую власть в нашей стране. Распустив слухи о том, что ВЧЁК создала, в Бутырекой тюрьме неслыханные и жестокие тюремные условия, они, учитывая кронштадтекое контрреволюционное восстание полагали, что путем невероятного дебоша, рева и криков в тюрьме им удастся обратить на, это внимание прохожих и этим самым вызвать против советской власти возмущение московского населения. Эта, их затея, конечно, была своевременно ликвидирована ВЧК, путем развоза, дебоширов но другим провинциальным тюрьмам. Но что же, вве-таки, представляла, для эсеров и меньшевиков.вк тому времени Бутырская тюрьма? Дадим елово самим эсерам. Вот что пишут они по этому -поводу в известной по своей клевете книге „Чека“: . „Нам (т.-е. эверам.—7. (.) удалось добиться (ничего они не добивались, а согласно указаний ‘т. Дзержинского нами самостоятельно был установлен такой тюремный режим. — 7. С.) сосредоточения всех социалистов в одних и тех же коридорах и открытых камерах на день; свобода общения была использована для систематической культурно-просветительпой работы. - __э-ВылИ организованы лекции, рефераты, устраивались в камерах концерты, велись общие кружковые занятия по общеобразовательных предметам. Внутренним тюремным распорядком общежития заключенные ведали, сами и никаких недоразумений между администрацией и заключенными не происходило. Социалиеты как бы были изолированы от.внешнего ‘мира (не „как бы“, & так оно и было е пленными врагами пролетарнала.—Т. С.) и внутренний распорядок тюремного-обихода зависел от нас самих. Одно лишь мешало спокойному течению тюремной жизни: ото — набеги по ночам агентов чрезвычайкн, нод рукбводством завед; секретным оперативным отделом Самсонова“. Предоставив пленным пособникам буржуазни—оэсерам и меньшевикам— евободу внутри самой тюрьмы, изолировав их OT внешнего мира тюремной стеной, мы, ясно, не могли допустить, чтобы эти пленники убежали из тюрьмы. Поэтому тюремная FF ф. 9. Дзержинский в служебном кабинете с тов. Беленьким свобода, пленников время от времени нарушалась нами тем, что путем тщалельных просмотров и обысков тюремного помещения мы уетраняли возможность побегов. Этот порядок, установленный ВЧК по отношению к контрреволюционным злсментам, разумеется, продиктован был революционной необходимостью защиты трудящихея от происков буржуазии и ее приспешников, так называемых „социалистов“— меньшевиков и обверов. Эта мера, позволяла, нам расстраиваль планы наших врагов и мешала им подрывалтъь советскую власть. ВЧЁ зорко стояла на защите интересов пролетарской диктатуры в нашей стране. Этими предупредительными военными мерами ВЧК предохрапяла трудящихея от вражеских козней. Ведь недаром Владимир Ильич говорил, что „пролетариат, как господетвующий класс, если только оп хочет и будет господетвоваль, должен доказаль это тахже своей военной организацией“. ВЧК—ОГПУ громила врагов трудящихся своей крепкой и дружной военной организацией, которую признать должны были и наши Bparu. Четкость в работе, быстрота, стойкоеть, сообразительность п беззазетная преданность рабочему класву,—вот чем победила ВЧ врагов труцящихея. Известный своей ненавистью в советской власти и -к трудящимея нашей страны, пресловутый меньшевик и клеветник Ф. Дан и своей книге „Два года скитаний“ так описывает тюремные порядки в Бутырках ко времепи конца 1921 года: „Нескольким эверам было разрешено встречать новый год 60 своими родными. „Ветречали мы новый год весело. Сначала в коридорах одиночного корпуса был устроен организованный, домашними ередствами литературно - музыкальный вечер. Потом мы разделилиеь по фражциям, и ‚ Каждая фракция ветречала, новый год 06000. Был ужин, удалось достать и немного вина. Говорились речи, читалась юмористическая газета, посвященная тюремной жизни, пе: лись песни. С часу ночи открылся общий „бал“, продолжавшийся до самого утра. В разгар его в коридоре появилея пресловутый Самсонов, член президиума ВЧК, завед. секретно-оперативным отделом. Он молча, пропел по галлереям и так же молча удалился . Только и всего. Так где же те ужасы, кошмары и те о KOTOрые, якобы, творились ВЧК над эсерами, ‚меньшевиками и другнмн контрреволюциоперами? Никаких ужасов ВЧЁК никогда, Бонечно, не TBOPHла над врагами. А когда контрреволюционеры, подобно эсерамх в 1921 г. в Бутырках, поднимали голову, TO лено, что ВЧК призывала их соответствующим образом в порядку. И поделом. так как ВЧЕ— ОГПУ не орган фразы и разгильдяйства, а та стрела в руках трудащихея нашей страны, готорая вонзалась в тех, кто пытался снова, закабалить в рабстве капитала рабочих. и крестьян нашей страны. _ Третий — „социалист народный“ Пе. шехонов, министр Временного правнтельства, тот, который за контрреволюционную деятельео _ Шобть был выелан ВУЬ за границу, признается, что за антисоветскую деятельность „меня выброенли сначала, из Украицы, а потом вышвырнули и из России. Более тяжкого удара, большевики не могли нанести мне“. Как видим, отот малерой приспешник буржуазии, которому нас, большевиков, особепно любить как будто бы не за, что, однако, должен был призналь, что „каж ни жестоки большевики, но надо отдать им справедливость — осужденные в большинстве случаев не так уж долго томятся в их тюрьмах,—во всяком случае гораздо меньше, чем пишется в их приговорах“. Это свидетельство Пешехонова, не мешает ему, однако, в других случаях врать про органы ВЧЕ--ОГПУ неслыханные нелепнцы. Бак бы зубры контрреволюции ни были озлоблены на пае, как бы они ни изощрялись друг перед другом в угоду капиталиотам в клевете на „зверства ВЧК—ОГПУ“, тем не менее в моменты протрезвления их мозгов они выпуждены хоть и поздно, но все-таки признать, что советская власть свою карательную политику если и про-. водит сурово и беспощадно, то этб только тогда, когда предатели трудящихся налией страны — Даны, Пешехоновы и Черновы — протягивают свои злодейские руки к диктатуре пролетариата в нашей стране. Однако надо сказаль, что какие бы наветы, клевету и инсинуации предатели трудящихея в дальнейшем на ВЧЕ—ОГПУ не выдумывали, со стороны стража, Октябрьских завоеваний —-ОГПУ—ВЧЕ—они ветретят самый решительный отпор, если поемеют поеягнуть на влаеть советов в нашей стране. Попытки контрреволюционеров, как и раньше, кончалея для них „культурно-просветительной работой“ в Бутырках, или по примеру Пешехонова oni будут „вышвырнуты“ ОГПУ—ВЧЕК за рубеж советской страны. Т. Самеонов