Пролетарии всех стран, соединяитесы!
	наконец, Репетиловы, поглощающие в боль-
	WOM количестве вместе с шампанским
князя Григория „радикализм“ Ипполита
Удушьева, который хотя и не чист на
руку. но когда „об честности высокой го-
ворит, каким-то демоном внушаем: глаза в
кровя, лицо горит, сам плачет, и мы все
рыдаем“... Что же касается ‘девиц, этих
милых н „благонравных“ созданий, этих
всевозможных княжен Зизи и Мими, по-
глощенных мыслями об атласных тюрлю]-
лю и о барежевых эшарпах, то о них
сам Фамусов отзывается’ довольно-таки не-
лестно:
	Хул. Борель
	Портрет А. С. Грибоедова
	№ 6 (306). 10 февраля 1929 г.
К _ a JI

 

 
	МОЛНИЯ ГНЕВА
	Статья ИП. Лепешинекою по поводу столетия со дня смерти Грибоедова
	памфлета, Грибоедова, картину старого ре-
жима царской России, того режима. отно-
сительно которого уместно было бы но-
грибоедовеки. сказаль: „Свежо предание, а
верится с трудом“.

Котати сказать, сам автор комедпи вовсе
не был новатором и революционером в
привычном для нае значении этого слова.
Нельзя отрицать того факта, чго`он был
барином, аристократом, не очень-то горячо
протестовавшим против крепостничества.
этой основной язвы старой дореформенной
России, и в смысле проявления своей по-
ложительной реформаторекой программы не
	шел далее весколь-
ких, отдающих сла-
вянофильством,
идей о возврате
русской обще-
ственной жизни
к „святой“ cra-
рине, которая,
дескать, не знала
еще показного
европеизма с его
модами, с его одеж-
дой „по шутовско-
му образцу“ ив
его нижегород-
ско - французской
речью. Но это об-
стоятельство ни-
сколько не умаля-
ет достоинства
грибоедовсекого
произведения, ото-
бражающего в
высшей степени
правдиво, смело и
остроумно быт и
нравы той среды,
которую автор ко-
медии очень хоро-
шо знал:

Из каких же эле-
ментов складыва-
лась картина об-
щественного строя
царской России.
„доброго старого
времени“? Внизу
общественной пи-
рамиды копошатся.
	крепостные рабы:
	„разные Несторы
мекодяев знал-
ных“, махровые
крепостники выменивают своих дворовых
yr Ha борзых собак, сгоняют на, крепост-

Й балет „от матерей, отцов отторженных

 
	детей“, обращая их в „зефиров и амуров“,
	которых затем в случае надобности рас-
	продают поодиночке друтим рабовладель-

Mam.
Hy, а наверху; в бельэтаже? Какие
	пышные цветки блестящей ‘цивилизации
вырастали там, на жирно’ удобренной му-
жицким потом, кровью ‘и слезами почве?
А вот полюбуйтесь ‘на, этих грибоедовских
персонажей, на, этот „высший свет, в ко-
тором тон. дают Фамусовы, нуждающиеся в
достаточном количестве овеществленного
труда крепостных рабов, чтобы поддержн-
вать свою репутацию хлебосольных мо-
сковских вельмож, представители тупой
военщины —Скалозубы, сплетницы Хрюми-
ны, старухи Хлестовы, кичащиеся черно-
	той и горбом своих арапок, картежные
	плуты и воры типа. Загорецкого. повсюду
принятого и апробированного „в свете“,
	Отзвучали последние аккорды Великой
французской революции. Эноха наполео-
новских войн, взбудораживших всеевро-
пейское феодальное болото, завершилась
заключительным актом драмы на малень-
	энаменитый алмаз „шах“ — 881, карат. В 1829 г

был поднесёен персидским принцем Хосрев-Мирзой

русскому двору в искупление убийства диплома-

тического посла—знаменитого писателя А. С. Гри-
боедова
	ком кусочке земли, именуемом островом
св. Елены. На все „двенадесять языков“.
	когда-то увлеченных на путь переоценки
	всех старых ценностей самым „фартовым“
из всех политических игроков мирового
масштаба—тениальным в своем роде кор-
сиканцем в треугольной шляце,— надвину-
лась на, три десятилетия одна из самых
мрачных политических ‘реакций, преслову-
тая ‚меттерниховщина. Что же касается
восточной половины Европы, то там, в этой
стране вопиющего и отвратительнейшего
рабства, давно уже погасли болотные
огоньки екатерининского. флирта с Дидро и
Вольтером, давно уже отцвели бледножел-
тые чахоточные розы „либерализма“ пер-
вых лет царствования Александра, J, этого
достойного внука своей „просвещенной“
бабушки, от государственныхг реформ ко-
торой стоном стонала вся мужицкая Рубь,
щедро раздаваемая любовникам „богопо-
добной царевны киргиз- кайсацкие орды“;
отгремели бутафорекое бряцание мятежны-
ми’ саблями на Сеналской площади, и воз-
главлявшая „священный Союз“ реставри-
рованных государств Европы николаев-
ская Россия стала полюсом мировой ре-
акции. - ;

И вот на фоне этого кладбищенского
молчания—яркая вопышка грибоедовекой
сатиры (в его комедии „Горе от yma“)
ровно сто лет тому назад внезапно осве-
щает историческую авансцену, на, которой
суетятся, шмыгают, пищат, дерутся, раз-
вралничают, сплетничают,  побивают друг
перед другом рекорд В хамстве,— словом, по-
своему „живут“ представители высших па-
разитирующих классов русского государ-
	Знаменитый алмаз „шах“—сейчас является частью
алмазного фонда Республики Советов, Убийство
великого писателя А, С. Грибоедова было „иску-
илено“ персидским правительством тем, что оно
поднесло этот алмаз царскому правительству
	ства, николяевских времен. В. связи с этим
‚особенно поучительной была, бы поцытка
реставрировать по  ’блесткам сатирического
		Словечка в простоте не скажут, всес ужимкой;
Французские романсы вам поют

И верхние выводят нотки,

К военным людям так и льнут,

А потому, что патриотки.
	Таковы те сливки общества, те избрам-
	Е ЕО р ТРЕ АННЕ ЕЦ ре фен

ные, те „лучшие“ (слово „аристокралия“
	буквально означает—господство’ лучших),
которые имеют своей основной жизненной
задачей поглощаль продукты крепостного
труда и на свой манер коптить небо.
Основные черты этого общества—злопы-
хательство, боязнь света, неприязнь к
„уму“, т.-е. ко всякому критическому
осмотру их уклада жизни, сплетничание,
	лакейство перед более богатыми или чи-
	новными персонами, обезьянья подража-
тельность по части внешних форм евро-
пеизма, достойное пресловутой  Салтычихи
обращение с черными арапками и светло-
русыми Фильками и Маньками, этими не-
грами славянского происхождения в трюме
крепостнического разбойничьего корабля,
их отвратительный паразитизм на, теле