Вольфъ, напримъръ, въ своей «ХроникЪ Цетербургскихъ театровъ» (ч. Ш, стр. 32) пишетъ: «Свалившись какъ бы съ неба прямо на амплуа драматической примадонны, она въ продолжение двухъ лфтъ несла репертуаръ на своихъ плечикахъ, была любимицею публики, а потомъ вдругъ также неожиданно исчезла, какъ блестяций метеоръ. Говорили, что у нея оказался порокъ сердца, почему доктора и предписали ей вовсе отказаться отъ сценическихъ треволненй. ПослЪ того въ продолжене многихъ лЪтъ ее видали очень часто въ театрахъ, всегда въ крайней лож второго яруса, вмфст$ съ сестрицею, балетною солисткою, весьма небольшого роста, представлявшей въ то время карася или ерша въ «Коньк$-горбункф». ОбЪ сестры занимали приличную квартиру въ домф театральной дирекши. Наконецъ, театралы перестали встрЪчать симпатичную артистку и затфмЪ, въ 1871 году, прочли въ газетахъ, что г-жа Брошель скончалась». П. Д. Боборыкинъ въ интересномъ очерк$ «Гри любимицы», помфщенHOME Bb журналЪ «Артистъ» (1890г., № тг) и воспроизводящемъ услов1я и обстановку, при которыхъ возникало послфдовательное господство на сценф «любимецъ публики»: Ф. А. Снфтковой, А. К. Брошель и Е. П. Струйской, между прочимъ, говоритъ сл$дующее по поводу ухода со сцены второй: «Даже не бракъ отнялъ ее у искусства... Ходили разсказы о томъ, что в$нчан!е было прервано въ церкви одного изъ подгородныхъ мфстъ. Фактъ тотъ, что артистка, и посл ухода со сцены, жила въ Петербург, на свободф, въ полной возможности,—на взглядъ людей, не посвященныхъ въ ея интимную жизнь, —поступить опять въ театръ. Но она не возвращалась на тф подмостки, гдЪ ее такъ полюбили, и умерла, молодой женщиной, отъ какой-то скоротенной болъзни». «Судьба трехъ любимецъ»,—пишетъ дал$е г. Боборыкинъ,—«сифнившихся въ такой коротюмй першодъ, — особенно двухъ первыхъ: Снфтковой и Брошель,—могла бы послужить поводомъ къ особому этюду по актерской психологи. Изъ этихъ трехъ актрисъ только одна Струйская оставила сцену вполнф резонно, когда не могла держаться на первомъ амплуа и нашла въ бракф исходъ личной жизни, уже зрфлой дфвушкой. Но какая же неотразимая необходимость погнала со сцены двухъ первыхъ?.. Любовь?.. Сердечныя или семейныя дфла?.. Бракъ?.. На это мноме истинные друзья театра, изъ самыхь нравственныхъь людей, способны будутъ сказать: дарован1е — дфло всей жизни — выше для артистки всякихъ личныхъ интересовъ, да, вдобавокъ, Ни любовь, ни супружество не мЪ5шали оставаться на сцпенЪ десяткамъ высоко-