5 декабря 1948 г., № 288 (1202). (

сталински

и сокол

,МЕ Ж СЕ С С И О НН О М К О М И ТЕТЕ  щего блока или, если хотите, конперна держав, для которых сохранение принци­па единогласия великих держав кажетс уже стеонительным. Происходящие споры и борьба вокруг так называемого «вето» показывают, что теперь имеется обостре­ние противоречий между двумя основными политическими установками, из которых одна заключается в защите признанных ции Об единенных Наций, с каковой целью будто бы и создается «межсессионный ко­митет». Намом деле, однако, получилась об­ратная картина. Деятельность «межсесси­онного комитета» за истекший период по­казала, что, во-первых, его никак нельзя рассматривать как вспомогательный орган, пбо он выполняет функции отнюдь не небрежительного отношения к Уставу и его основным положениям, Она толкает некоторых наиболее ярых сторонников ломки Устава, на путь внесения на смотрение Генеральной Ассамблеи вопро­сов, сама постановка которых является грубым нарушением Устава, как, напри­мер: предложение о том, чтобы решения Совета Безопасности по приему нозых чле­нов в ООН принимались 7 голосами бых членов Совета, вопреки положениям пункта 3 статьи 27 Устава, предусматри­вающим, что решения по такого рода во­просам считаются принятыми только в том случае, когда за пих поданы голоса 7 членов Совета,включая совпадающие го­лоса всех пяти постоянных членов Совета предложениео досрочном созыве Генеральной конференции ООН по пересмотру Устава; предложение отнести к числу процедурных вопросов все вопросы, относящнеся к главе 6 Устава о мирном разрешении споров и ситуаций, мовущих повести к международным трениям или угрожать при известных обстоятельствах поддержанию международного мира и без­опасности; наконец, само предложение продлении существования «межсессионно­го комитета.». Все эти предложения внесены на рас­смотрение Генеральной Ассамблен и вклю­чены в повестку дня в обход и нарушение Устава. Такого рода атмосфера неуважения к Уставу и пренебрежительного отношения к его основным положениям особенно уси­лилась в Организации Об единенных На­всеми нами принципов международного со­трудничества больших и малых государств, а друтая - в стремлении некоторых вли­ятельных группировок развязать себе ру­ки для безудержной борьбы за мировое господство». К счастью для ООН и миролюбивых де­вспомогательного органа, и, во-вторых, он не только не облегчает работу ральной Ассамблеи и деятельность ООН целом, но, наоборот, усложняет и вает функционирование этой организации, загружает секретариат 001 излишней ненужной работой по составлению справок в меморащдумов. Даже те Наконец, на опыте рассмотрения сессионным комитетом» корейского и гих вопросов становится совершенно оче­видным, что «межсессионный комитет» не только не укрепляет авторитет Организа­ции Об единенных Наций, а, наоборот, по­дрывает ее авторитет и наносит серьезный Гущерб престижу этой организации. мократических народов все попытки лик­видировать или даже ограничить принцип единогласия, действующий в Совете Без­опасности и известный под названием «ве­то», натолкнулись на непреодолимую кре­пость Устава и оказались тщетными. Пе­черпав в своем скудном арсенале все сред­ства борьбы против этого принципа, его противники решили испытать новый спо­соб. Они встали на путь создания в систе­ме 0ОН органа, могущего конкурировать с Советом Безопасности, противостоять Со­вету Безопасности. По замыслу инициато­ров создания такого органа он должен быть наделен столь же широкими полномо­чиями, как и Совет Безопасности, ему дол­жно быть предоставлено право рассматри­вать вопросы, связанные с поддержанием мира и безопасности, т. е. те вопросы, ко­торые, согласно Уставу, входят в компе­рода клады по основным вопросам, которые он представил на рассмотрение Генеральной Ассамблеи, были составлены, как об этом представитель Австралии, не митетом, а секретариатом ООН. Вклинив­шись между Генеральной Ассамблеей и ветом Безопасности, «межсессионный митет» вторгается в функции каждого этих двух главных органов 0ОН, ет их работу и мешает нормальному ционированию организации. пленарном заседании Генеральной Ассамблеи 3 9300 декабря 1948 г. Все свое внимание за истекший период ций в результате деятельности «межсессэто необходимым, требовать от сторон -раз­решения их спора при помощи таких средств, какие он найдет пелесообразным предписать им в соответствии с положени­ст. 33. предло-Следовательно, Совет Безопасности упол­номочен сам, по своему усмотрению и в любое время, когда он сочтет это необхо­димым, расследовать и рассмотреть любой спор или любую ситуацию независимо от того, будет ли о таком споре или ситуа­ции доведено до его сведения или нет. Он не ждет и не должен ждать. Он сам про­являет инициативу и действует. Более того, Устав прямо и определенно предусматривает, что даже те вопросы, от­Сносящиеся к поддержанию международного мира и безопасности, которые будут по­ставлены на обсуждение Генеральной Ас­самблеи, должны быть переданы Генераль­ной Ассамблеей Совету Безопасности до или после обсуждения, если по таким во­ве-необходимо предпринять действия, этогапруомотренные Уставом. Последняя фраза . ст. 11. именно того пункта, на сотобый так часто любят ссылаться сто­ронники создания «межсессионного комп­тета». - гласит, что «любой такой во­прос, по которому необходимо предпринять действие, Ассам­после передается Генеральной этом отношении достаточно характер­ным является следующий пример. При суждении в специальном комитете жения, внесенного представителем Арген­тины о том, чтобы Совет Безопасности в нарушение статьи 27 Устава принимал ре­шения о приеме новых членов «процедур­ным голосованием», т. е. голосами семи членов Совета, представитель США вместо того, чтобы выступить в защиту Устава и обратить внимание на недопустимость его нарушения, назвал такое предложение «самым многообещающим методом». Такого онного комитета» и тех, кто поощрял и поощряет эту деятельность. об-ями рода поощрение со стороны делегации тех, кто открыто и грубо пытается нару­шить Устав Организации Об единенных Наций, еще более накаляет атмосферу не­уважения и третирования Устава и его ос­новных принципов. Оно способствует тому, некоторые наиболее ретивые против­ники принципа единогласия не только дут безудержную пропаганду против принципа, но и становятся па путь внесе­ния предложений и проектов резолюций, прямо нарушающих Устав. Само собой разумеется, что подобного рода деятельность «межсессионного комите­та» подрывает авторитет организации, подтачивает основы ее Устава, наносит ганизации Об единенных Наций серьезный ущерб. «межсессионный комитет» сосредоточил на изыскании путей и способов ограничить и подорвать принцип единогласия, применяе-В мый в деятельности Совета Безопасности. Несмотря на то, что при создании «меж­сессионного комитета», так же, как и те­перь при обсуждении резолюции о продле­нии его существования, - торжественно провозглашалось и провозглашается, что «межсессионный комитет» должен учиты­вать возложенную Уставом на Совет Без­опасности ответственность за поддержание международного мира и безопасности и не заниматься вопросами, которыми занимает­ся Совет Безопасности, на практике мы видим, однако, совершенно иное положе­ние. «Межсессионный комитет» фактиче­ски стал на путь прямого вмешательства в деятельность Совета Безопасности. Он Цель всех этих операций вполне оче­видна. Она направлена на то, чтобы ог­раничить, сузить и в конечном счете по­дорвать принцип единогласия великих дер­жав в Совете Безопасности. Эта подрыв­ная деятельность «межсессионного коми­тета» способствует созданию в Организа­ции Об единенных Напий атмосферы пре­занялся прежде всего рассмотрением та­ких вопросов, стоящих на повестке дня Совета, как вопросы о порядке голосова-что ния в Совете Безопасности и о приеме повых членов в Организацию Об единенных Наций. В частности, при рассмотрении вопроса о голосовании в Совете Безопасности «меж­сессионный комитет» поставил себе зада­чу отнести как можно больше вопросов существа к процедурным вопросам с тем, чтобы в обход и в нарушение Устава до­биваться принятия по этим вопросам Со­ветом Безопасности решений процедурным голосованием, т. e. подачей голосов семи любых членов Совета. Тем самым искус­ственно и преднамеренно расширяется личество «процедурных» вопросов и сужи­вается количество вопросов существа, по которым, как известно, решения Совета Безопасности должны приниматься голо­сами семи членов Совета Безопасности, включая совпадающие голоса всех его по­стоянных членов.

Речь делегата СССР Я. МАЛИКА на  Наконец, принцип единогласия - ето принцип мира, а не войны, принцип под­держания международного мира и безопас­ности. Противники принципа единогласия постоянных членов Совета Безопасности при решении непроцедурных вопросов не решаются выступать открыто за его унич­тожение. Они пытаются вести свое насту­пление против этого принципа не прямо, а обходными путями, маневрируя и изыски­вая различные и разнообразные способы диверсии. В свете исключительного значения прин­ципа единогласия великих держав при ре­шении международных политических во­просов и вопросов поддержания и обеспе­чения мира и безопасности возникает есте­ственно вопрое, - кому не выгоден этот принцип, для кого он служит помехой, кто столь активно ведет против него борьбу? На эти вопросы может быть дан только один ответ. Принцип единогласия великих держав в Совете Безопасности не выгоден новым претендентам на мировое господст­во. Он является помехой для тех, кто дер­жит курс не на развитие международного сотрудничества в духе демократических принципов Организации Об единенных На­ций, кто делает ставку на завоевание ми­рового господства, с которой связаны стремления к экспансии и агрессии. Имен­но вследствие этого чуть ли не с первых дней начала существования Организации Об единенных Наций появилась на свет не столько воинственная, сколько крикливая группа противников принципа едчногла­сия, ведущая яростную кампанию за от­мену «вето», т. е. требующая отказа от принципа единогласия великих держав. B. М. Молотов еще на первой сессии Генеральной Ассамблеи от октября 1946 года говорил: «Успех этой кампании озна­чал бы победу политического курса на за­воевание господства одной группы госу­дарств во главе с наиболее сильной из держав над другими державами, которые остались бы тогда в составе меньшинства. Вместо курса на международное сотрудни­чество в духе демократических принципов Организации Об единенных Наций востор­жествовал бы курс новых претендентов на мировое господство в лице соответствую­тенцию Совета Безопасности, несущего, как известно, главную ответственность за поддержание международного мира и без­опасности. По планам инициаторов учреж­дения такого органа этот орган должеп быть создан наряду с Советом Безопасно­сти, быть не менее авторитетным и быть в состоянии самостоятельно, без Совета Безопасности, рассматривать и расследо­вать вопросы, которые, согласно Уставу, может и должен рассматривать лишь Со­вет Безопасности. Не случайно, что идея создания такого органа родилась в Соединенных Штатах Америки. Именно представители этой стра­ны, и в частности Маршалл и Даллес, внесли на 2-й сессии Генеральной Ассамб­леи предложение о создании такого орга­на. Они наиболее горячо и страстно от­стаивали идею создания такого комитета, а теперь, спустя год, представители СШа, и в частности Даллес, столь же горячо ра­туют за продолжение существования это­го органа В ходе обсуждения в спепиаль­ном комитете вопроса о продлении суща­ствования «межсессионного комитета» сто­ронники и приверженцы этого комитета не смогли обоснованно и убедительно доказать, несмотря на все их старания, необходимо­сти продолжения его существования. Более того, некоторые из них, выступая в защиту продолжения существования «меж­сессионного комитета», вынуждены были открыто признать, что комитет по сущезт­ву ничего полезного и нужного не сделал. Истекший период показывает, что дея­тельность «межсессионного комитета» не оправдала тех надежд, которые на него возлагались инициаторами его создалия, равно как и тех обещаний, которые они давали, отстаивая предложение о его соз­дании. Как известно, в то время они пы­тались аргументировать тем, что «межсес­спонный комитет» в качестве вспомога­тельного органа должен облегчить работу Генеральной Ассамблеи, разгружая повест­ку дня путем предварительного рассмотре­ния ряда вопросов или дачи заключений по ним. Они ссылались при этом на пере­грузку Генеральной Ассамблеи. Затем опи пытались пускаться в рассуждения о не­обходимости укрепить авторитет Организа-

На рассмотрение Генеральной Ассамблеи  представлен проект резолюции о продлении существования еще на один год так назы­ваемого межсессионного комитета и о рас­ширении его функлий и полномочий. Про­ект был разработан самим «межсессионным комитетом», созданным, как известно, по настоянию делегации Соединенных Штатов Америки в прошлом году, на второй сес­сии Генеральной Ассамблеи; затем этот проект был рассмотрен специальным коми­тетом и теперь с незначительными изме­нениями вносится на утверждение пленар­ного заседания третьей сессии Генеральной Ассамблеи. Советская делегация, выступавшая на второй сессии Ассамблеи против создания «межсессионного комитета» и не прини­мавшая участия в его работе, а следова­тельно и в разработке указанного проекта резолюции, считает необходимым напом­нить о том, какую позицию она занимала и занимает в вопросе об учреждении «меж­сессионного комитета» в системе Организа­ции Об единенных Наций. Советская делегация считает, что для «межсессионного комитета» нет места в продуманной системе Организации Об еди­ненных Наций. Создание «межсессионного комитета» произведено в нарушение Уста­ва ООН, поскольку это не предусмотрено статьей 7 Устава, дающей исчерпывающий перечень главных органов Организации Об единенных Наций и не предусматрива­ющей «межсессионного комитета». Попыт­ки доказать, что «межсессионный коми­тет» будто бы учрежден в соответствии со ст. 22 Устава ООН в качестве вспомога­тельного органа Генеральной Ассамблеи, являются неосновательными надуман­ными, поскольку этот комитет пытаются наделить столь широкими полномочиями и присвоить ему такие функции, которыми не обладает и не может обладать ни один вспомогательный орган Генеральной Ас­самблеи. Советская делегация еще на второй сес­сии Генеральной Ассамблеи указывала на то, что «межсесспонный комитет» учреж­ден в целях подмены Совета Безопасности для того, чтобы обойти или нарушить ос­новпое положение Устава ООН -- принцип единогласия постоянных членов Совета Безопасности, применяемый при решении любого вопроса непроцедурного характера, включая и вопросы, относящиеся к под­держанию международного мира и безопас­ности. Общеизвестно, что именно этот принцип положен в оспование Организа­ции Об единенных Наций. Соблюдение, уважение, укрепление и проведение в жизнь этого принципа являются важней­шим условием обеспечения эффективности действий Организации Об единенных На­ций в развитии сотрудничества между на­родами и в поддержании и обеспечении международного мира и безопасности. Неоспоримой азбучной истиной являет­ся то положение, что принцип единогласия великих держав - постоянных членов Со­вета Безопасности - есть краеугольный камень, незыблемая основа всего здания международной Организации Об единенных Наций. Разрушьте эту основу, взорвите этот краеугольный камень - и все зда­ние 0ОН рухнет. В сохранении принципа единогласия при решении важных международных вопро­сов заинтересованы не только великие, но и малые державы. Этот принцип обеспечи­вает возможность принятия согласованных решений с учетом взаимных интересов всех государств - членов Организации Об единенных Напий. Он гарантирует Ор­ганизацию Об единенных Наций от произ­вола так называемого большинства, неза­висимо от того, в каком бы составе оно ни П образовалось.

блеей Совету Безопасности до или Ор-обсуждения». Таким образом в конечном итоге рас­спора или ситуации, к под-

В предложенной специальным комитетом смотрение всякого относящихся е. т. любых вопросов, существования

ко-«межсессионного комитета» предусматри­ваетсяеще более значительное расширение держанию международного мира и безопас­ности, включая вопросы, мешающие друж­бе и сотрудничеству между странами, яв­функций и полномочий этого комитета, чем те, которые были предоставлены ему резо­люцией, принятой на прошлой сессии Ас­или ляются функцией Совета Безопасности, и только Совет уполномочен рассматривать и расследовать любой из таких вопросов, по которым необходимо предпринять действие. Совет Безопасности является окончатель-

щпеся к поддержанию международного ми­2 могущие ной инстанцией в расследовании, рассмо­трении и разрешении любых споров и си­туаций… этом нашла свое выражение главная идея, заложенная в Уставе, - идея, что Совет Безопасности, как непрерывно дей­ствующий главный орган ООН, вправе и обязан заниматься рассмотрением и рас­следованием любого спора и ситуации и обладает достаточно широкими полномочия­ми и возможностями для принятия бы­стрых и эффективных действий по разре­шецию любых вопросов, относящихся к поддержанию международного мира и бе­зопасности, рассматривать и принимать самостоятельно окончательные решения по этим вопросам. В свете этого становятся совершенно очевидными вся незаконность и весь вред создания какого-то промежуточного, меже­умочного органа, вроде «межсессионного комптета» для рассмотрения любых споров как это предусма­2 любых тривается в п. проекта резолюции, представленного на рассмотрение пленума Генеральной Ассамблеи. И в этом смыс­ле нельзя не согласиться с делегатом Ин­дип, который заявил в специальном коми­тете при обсуждении вопроса о продлении существования «межсессионного комите­та» что этот комитет является органом, между Генеральной Ас­самотеей и Советом Безопасности, и что такое положение может привести к тому что он будет вторгаться в функции орга­нов, между которыми он вклинился, или же дублировать работу этих органов. Из этого делегат Индии сделал совершенно правильный вывод, что продолжение су­ществования «межсессионного комитета» не является ни желательным, ни необхо­ини-димым. 3 (Окончание на 4-й стр.). ственные отношения между нациями (ст. 14); а также любые споры или ситуа­ции, предусмотренные ст. 35, - рассмат­ривалисьбы «межсессионным комитетом» прежде, чем эти вопросы будут представле­ны на рассмотрение Генеральной Ассамо­леи. ра-Это означает, что «межсессионному ко­митету» предоставляется право рассматри­вать вопросы, относящиеся по существу к поддержанию международного мира и безо­пасности. Предоставление подобных прав этому комитету является прямым наруше­лю-нием Устава, ибо все указанные функции являются функциями Совета Безопасности, предусмотренными статьей 34Устава, в соответствии с которой - «Совет Безопас­ности уполномочивается расследовать лю­бой спор или любую сптуацию, которая к международным для определения того, может привести или вызвать спор, не может ли продолжение этого спора или ситуации угрожать поддержанию междуна­родного мира и безопасности». Безопасностивклицивающимся Эта статья прямо и определенно возла­гает на Совет полномочия по расследова­нию и рассмотрению любого спора или любой ситуации. Положения главы VI Ус­тава предоставляют Совету весьмапширокие полномочия в области рас­оследования и разрешения любых споров и ситуаций. Функции и полномочия Совета Безопас­ности не ограничиваются только предела­ми ст. 35 Устава. Статья 33. помимо тех широких полномочий, которые предоставле­ны Совету статьями 34 и 35 Устава, пре­доставляет ему также широкое право циативы. В соответствии с этим Совет Бе­зопасности имеет право, когда он сочтет 



О Ч Е Т Н по

Ы ЙА Г Герой Советского Союза гвардии подполковник A. КОЖЕВНИКОВ * воточащая рана: он - колхозник из Бе­лоруссии, война отрезала его от семьи, искалечила родную землю… Молодой моск­вич Николай Орловский… Сережа Будаев и его ведомый Яша Варшавский - оба из Качинской школы военных летчиков… колай Кузьмин­редкой душевности и Ни­мяг­кости человек… Валентин Семыкин, не­давний рабочий «Ростсельмаша», а теперь мой заместитель. И - комсорг Петухов. Почти все они выступали в тет день с Родная эскадрилья… Она была создана весной 1943 года. Только что переданные нам самолеты вы­строены на линейке. На борту у каждого надпись: «Тамбовский колхозник», Эти речами на митинте. два слова говорят о многом. И прежде все­го напоминают они о неразрывной связи нашей с великим советским народом, о ге­роческом труде тыла во имя победы, о стремлением в общей великой пели.юности стремлением к общей великой цели. Колхозники Тамбовщины купили для Говорили о готовности к бою, и пеуто­лимая жажда подвита чувствовалась за их суховатыми, сдержанными словами. Сталинская Конституция озарила годы всех этих людей. На скражалях Конституции сверкают слова статьи 133-й: ного боя. Я помню, как старый колхозник Миро­нов, потерявший на войне двух сыновей, напутствовал нас, передаваявскалрилье эти сверкающие свежей краской, недавно сошедшие с конвейера боевые машины. Как остро и ясно почувствовал тогда каж­нас новые скоростные истребители «Яков­лев». Наши летчики испытали уже эти ма­шины и полюбили их. Они были рождены для новых тактических приемов воздуш­«Защита отечества есть священный долг каждого гражданина СССР». И вот для юношей, недавно сошедщих со школьной скамьи, пришло время полнить этот священный долг. Боя долго ожидать не пришлось. На следующий же день после того, как мы прибыхи на фронтовой аэродром, коман­дир полка поручил нашей эскадрилье вы­полнение особого задания. Сопровождаем группу штурмовикое в дальний немецкийЯ дый из нас, слушая задушевные, простые, тыл, к месту базирования большой группы вражеских бомбардировщиков. отеческие слова, великое единство ар­мии и народа. Советская страна воспитала воина­гражданина. Воину Советской Армии даны Здесь открыл свой боевой счет Иван Ас­кирко. Недолго пришлось ожидать и дру­гим, все гражданские права, и оттого в нем всегда живет ясное сознание высокого В действительном бою многое оказы­вается иным, чем казалось во время уче­гражданского долга. Это сказалось в сот­нях и тысячах подвигов, совершенных в битвах Веливой Отечественной войны. И это сознание долга мы ошутили о огром­ной силой, когда, выслушав напутствие народа, заняли свои места за штурвалами нам повых машин. бы. Но зато полученный опыт усваивается прочно и превращается в подлинное ма­стерство… Начались напряженные боевые будни. Один аэродром сменялся другим. Фронт двигался на запад. Вырастал боевой счет недавних курсантов. Борта «Нковлевых» врученных Испытать в бою предстояло не только машины. покрывались звездами, обозначавшими сби­тые вражеские самолеты. Летчики, которые стояли рядом со мною в строю и которыми мне предстояло коман­довать, также не имели еще боевого опы­та. Они пришли в эскадрилью прямо со скамьи училища. Я уже успел познако­миться со всеми. Вот самый младший из них - Сережа Костриков. Он закончил десятилетку, собирался учиться дальше, если бы не война. Вот Иван Аскирко. мы все знаем, что сердце у него, словно кро­С завистью глядель мы на опустивший­ся однажды рядом с нами истребитель, ук­рашенный почетным знаком гвардин, «Вот бы нам…», Это не было беспочвенной меч­тою. Боевыми делами мы изо всех сил стремились превратить эту мечту в дейст­вительность. И, словно поддразнивая, наш комсорг, пристроившись на нарах землянки, наиг­Грывал на баяне:

Все, что было загадано, Все исполнится в срок… Однако срок казался нестерпимо дол­гим. …Мы паучились не только вести бой с врагом. Опыт научил нас заранее разга­дывать вражеские хитрости, подстерегать неприятельские машины и уничтожать их по обдуманному плану. Несколько дней подрял наблюдал я за однгим немецким разведчиком, который в разное время появлялся над железной до­рогой. В конце концов я разгадал законо­мерность в его появлениях. После четырех дней наблюдения я поднялся в воздух, твердо убежденный в том, что через пол­часа непременно увижу своего врага. И точно в десять часов утра на высоте четырех тысяч метров появился «Ю-88». Хитрость, с какой он стремился уйти от боя, обнаруживала опытного летчика. Он пытался обмануть меня в облаках, осле­пить солнцем, запутать маневрами по вертикали и неожиданными виражами. Дуэль длилась долго. Уже подходили к конду боеприпасы. «Буду таранить, но живым не выпу­щу», решил я. Однако до этого не дошло. От последней выпущенной мною очере­- ди «Юнкерс» задымил и пошел к земле. возвратился на свой аэродром. Вскоре нам сообщили по телефону, что колхозни­цы доставили в штаб расположенной не­подалеку части сбитого мной немецкого разведчика. Вместе с командиром полка отправились мы туда. Командир стрелковой части встретил нас на крыльпе избы, в которой помещал­ся его штаб. - Крупному коршуну крылья облома­ли, соколики! - сказал он, провожая нас внутрь избы. В горнице сидел немеп. На плечах его были полковничьи потоны. Узнав, что сбил его я, фашист сказал: Я намного старше и опытнее вас. Как же вы меня победили? На столе лежал коробок со спичками На этикетке напечатаны были слова ло­зунга, который можно было встретить тог­да везде: «Все силы народа - на разгром врага». Вместо ответа я придвинул к не­мецкому полковнику этот коробок. Полковник германского геперального штаба наклонился над столом и прочитал надпись на коробке. Перечитал еще раз.

выпрямился и недоуменно пожал плечами. Кажется, он так ничего и не понял. «Все силы народа»!… Это были для нас слова, наиболее точно выражающие вели­кое единение народа, в котором равноправ­ные граждане, - лесятки миллионов рав­ноправных граждан, каждый на своем уча­стке, выполняли свяшенный долг за­щиты Отечества, ощущали, что веление собственного сердца ведет на подвиг во имя победы. Так наступала наша зрелость. Тогда, в дни боев, я был принят в чле­ны коммунистической партии и получил партийный билет. Так начался для меня новый этап жиз­ни. Об этом вспоминали мы с бывшим на­шим комсоргом радистом Петуховым. - Я теперь студент, товарищ подпол­ковник, - сказал он мне при нашей встрече. - Я тоже, - улыбнулся я в ответ. Академия? - догадался Петухов. Я подтвердил: - Да, третий курс… Теперь я убедился в том, что и боевой опыт сам по себе тоже еще недостато­чен, Третий год я учусь, продолжая ос­мысливать опыт, приобретенный во время войны, и совершенствовать воинское ис­кусство. Повышают свое боевое мастерство и мои товарищи по эскадрилье. Золотые слова о праве каждого советского гражданина на образоване также записаны в нашей Сталинской Конституции. Осуществляя это неот емлемое право, у нас учится почти каждый. Но статистическими цифрами не исчерпать значения этого права для каж­дого из нас. Дело в том. что предостав­лепное советскому гражданину право на образование породило в сердцах людей ощущение собственного долга перед своей страной, перед своим народом, Это долі постоянного самосовершенствования, на­правленного в тому, чтобы как можно луч­ше служить на своем участке общему де­лу, помогать скорейшему достижению об­щей пели. Проверяя себя, всматриваясь в своих товарищей, я неизменно слышу: Внеред, всегда внеред! Каждый ощущает в себе этот призыв как веление своето сердпа. Движение впе­ред стало необходимо советскому человеку, как кислород необходим для дыхания. Па­всегда сохраняются в наших сердцах моло­дая неудержимость порывов, неутолима жажда творческого подвита и постоянное

стремление вперед. В этом--сила больше­вистского воспитания. Приобщив милли­оны людей к вдохновенному созидательно­му, творческому труду, большевики откры­ли им секрет вечной молодости духа, неистощимой радости свершений и побед. Об этом напоминает каждый рапорт, об­ращенный к великому нашему вождю п учителю родному Сталину. Тридпать пер­вый год существования нашего государст­ва ознаменован множеством творческих дел. И в каждом из этих дел мы ощущаем биение вечно молодого сердца, никогда не успокаивающегося на достиглутом. …Недавно я возвращался из академпи домой. Жена впустила меня в квартиру, хитро улыбаясь. А у нас гость, - сказала она. Ни за что не догадаешься кто!… Однако, заслышав мой голос, гость сам не утерпел. Он выбежал павстречу, окру­женный мгновенно облепившими его и по­дружившимися с ним моими ребятами. Это был капитан Николай Орловский, - тот самый, который стоял рядом со мной в памятный день, когда комсомольская ас­кадрилья принимала новые машины от тамбовских колхозников. Долго длилась наша беседа. Я узнал, что вместе с Николаем Орлов­ским служит и Николай Кузьмин. Оба они - командиры эскадрилий. И оба завидуют своему бывшему командиру, который учится в академии, закончил капитан Орловский. - Но ведь у Кузьмина, кажется, обра­зование…начал я. Орловский перебил меня: -Он, командуя эскадрильей, десяти­летку окончил! Нет, жизнь напоминает об этом посто­янно; никто не теряет времени зря, ни­кто не устает стремиться вперед, опережая время, Ведь это веление вечно молодого сердна, бьющегося в груди советского че­ловека.



Несколько дней назад я проходил улице Горького. Было воскресенье. Ранний ледок примо­розил землю вокруг молодых лип, выса­женных вдоль тротуаров. Новые дома ос­вобождались от лесов, показывая строгие колонны фасалов и светлую облицовку стен. Под деревьями, мимо домов, двумя встречными потоками двигались дюди. вдруг чей-то голос в толпе воскликнул громко и радостно: - Командир! Такое знакомое по фронту слово заста­вило меня обернуться. - Командир! - повторил тот же го­лос, и я увидел, что прямо ко мне проби­рается сквозь поток прохожих невысокий человек в штатском. Судя по обращению, это мог быть лишь кто-нибудь из моих однополчан. Однако непривычная одежда помешала, мне сразу узнать его. Но секунду спустя мы уже трясли друг другу руки и улыбались так, что прохо­жие, обходя нас, тоже не могли сдержать веселых улыбок. - Комсорг Петухов! Откуда?спра­шивал я. Нет, я теперь не комсорг, - об - яснял Петухов. - Я теперь, товарищ под­полковник, студент Несмотря на книги, зажатые подмыш­кой, несмотря на серый пиджак и широкие брюки навыпуск, мне казалось, что я вновь вижу на плечах своего собеседника погоны старшины с серебряными крылья­ми на голубом поле. Старшина Петухов четыре года тому назад был первоклассным радистом и комс­оргом эскадрильи, которой я тогда коман­довал. У него был прекрасный слух и необы­чайно чувствительные пальцы. Вероятно, это помогло ему в совершенстве изучить свою специальность. Но эги же свойства сделали его также отличным баянистом, и часто мы, собираясь после боевых выле­тов в своей фронтовой землянке, пели под его аккомпанемент;



- Ты уж давай подтягивай и сказал Орловский. - Помоги и нам подготовиться. - к Теперь Кузьмин и Орловский сотовятся вступлению в академию. В неустанной учебе они, точню так же, как тысячи миллионы наших соотече­исполняют долг стремятся ственников, гражданский постоянного совершенствования, быть достойными нашей прекраспой жиз­ни, наполненной падостью творчества, дви­жения и роста.

О боях-пожарищах, о друзьях­товарищах  Где-нибудь, когда-нибудь мы будем вспоминать… вот мы стоим на улице Горького в И солнечный ноябрьский день, под молодыми деревьями и, конечно, вспоминаем.