8 октября 1950 г., № 240 (1773).
	НАКАНУНЕ ПРОВЕРКИ
ПОЛИТИЧЕСКИХ ЗАНЯТИЯ
	КАЖДОМУ
BOHHY
	Готовясь к проверке ‘политических ва­нятий, соллаты и сержанты подразделения,
rhe секретарем партийной организация
офицер Гамилевский, каждую свободную
минуту используют для повторения прой­денных тем. Часто проводятея товарище­ские собеседования. консультация,

Большую помощь воинам оказывает пар­тийная органязация, Коммунисты-агита­торы комсомольские зктивиеты провели с
солдатами и сержантами беседы 0 задачах
проверки политзанятий, оказывают всяче­ское содействие руководителям групи.

Руководители политзанятий  офиперы
Повиков и Дроз выяснили, какие вопросы
из пройденных тем усвоены воинами менее
прочно, и они регулярно проводят кон­сультации. Им активно помотают отлич­ники учебы коммунисты Лагутенков и
Екименко.
	Учтены также все солдаты и гержанты,
по тем или иным причинам пропустившие
по нескольку политических занятий.
ними организуются дополнительные заня­тия во внеучебное время, Например, млад­ший сержант Лукьянов по болезни пропу­стил подряд нееколько занятий, на кото­рых изучались темы: «Единая семья со­ветских народов», «ВЕИ(б) — руководя­щая и направляющая сила советского об­щества» и другие. В изучении этих тем
Лукьянову, помимо руководятеяя группы
политзанятий. помогает отличник учебы
твархии старший сержант Бочаров.

Коммунисты и комсомольпы полразделе­ния 060б0е внимание уделяют разъяснению
воинам-авиаторам < постановлений  Совет­ского правительства о строительстве гидро­электростанжий на Волге и Днепре, о соору­жении Главного Туркменского. —“ Южно­Украинского и Северо-Крымеко каналов.
Решениям Совета Миниетров CCCP посвя­щаются беседы и доклады. Изготовлены
стенды, схемы, наглядно показывающие
значение великих строек воммуниама.

Майор И. ЛОЖКИН.
	В комнате
политпросветработы
	С большой радостью и гордостью
свою великую Ролину встретили воины
Н-ского подразделения исторические поста­новления Советского правительства о ве­ликих стройках коммунизма. Ha эти
решения воины отвечают новыми успехами
в боевой и политической подготовке.

Сейчас соллаты и сержанты деятельно
готовятся к проверке политзанятий. В
комнате политиросветработы, кроме етен­хов, показывающих героическую историю
партии большевиков, растущую экономиче­екую и военную мощь Советского... Союза,
	имеются также рекомендательные списки
литературы к каждой теме политзанятий,
подшивки газетных и журнальных статей.
В эти дни здесь особенно многолюдно. Слу­шатели приводят в порядок свои записи,
дополняют их новыми фактами и примера­ми, читают дополнительную литературу.
В помощь слушателям  политзанятий
проводятся беседы и доклады. Особенно до­ходчивыми и содержательными были бесе­ды офицеров Шашкова, Троценко и дру­гих, которые рассказали воинам о теория
ий тактике большевистской партии по Bo­просам войны. мира и революции, 8 co­временных международных событиях.
	Важную роль в подготовке к предстоя­шей проверке играют конеультации. Exe­днезно тт. Враснопольский. Смирнов и
другие лают воинам ответы на все инте­ресующие их вопросы. Организовано кол­лектизное слушание радиоперелал.

Капитан ЕВ. ИВАНОВ.
	СТАЛИНСКИИ
			ЛЕТЧИКОВ­ИСТРЕБИТЕЛЕЙ
	Дружной, боевою
Полковой семьею,
Где прикажет Родина —
службу там несем.
В час послеполетный,
В вечерок свободный
О любимой службе
с гордостью поем.
Припев:
Любим свою службу,
Боевую дружбу
На земле и\в небе,
, в сомкнутом строю.
Перекрестье сетки
нажим гашетки, —
С первого захода
рубим цель свою.
Любим мы безмерно,
Пламенно и верно
Красоту полета,
синий небосрод,
Но еще вернее,
Но еще сильнее
Любим свою землю  
и родной народ.
Припев.
И в жару и в стужу
Мы Отчизне служим,
Мы взлететь готовы
в ночь, туман и дождь.
Вель не зря орлами
С крепкими сердцами
Сталин воспитал нас,
наш любимый вождь!
Припев:
Любим свою службу,
Боевую дружбу
На земле и в небе,
в сомкнутом строю.
Перекрестье сетки
нажим гащшетки, —
С первого захода
рубим цель свою.
		‚,Ла-авось“
		Известно, что подбор и подготовка кан­дилатов в высшие военные учебные заве­дения требуют исключительно серьезного
полхола со стороны команхлования и пар­тийно-политического аппарата частей. 0д-.
	HaKO оту истину  Невоторыве  тозарищи
упускают из виду.

`В Н-ской авиачасти к отбору кандида­тов в вузы относятся безответственно. Так.
	для сдачи предварительных, а затем H
конкурсных испытаний был направлен
старитий лейтенант Семченков. имеюттий
	всего лишь семилетнее образование. Уже
второй тол посылается, как кандилат Ha
учебу, старший `техник-лейтенант Попов­ских. также не имеющий среднего o6paso­вания.

Эти офицеры сдавали конкурсные испы­тания  «на-арось». ЕВетественно, успеха
они не лобились. Напраеню были затра­‚чены На поездки драгоценное время -—— в
‚общей сложности около трех месяцев — и
	госуларетвенные средства.

Произошло это Нотому. что в нашей
части не проводится систематической ра­боты по отбору кантилатов.
	Гвардии капитан А. КУРОЧКИН.
	ДОМИКИ ДЛЯ ЛЕТЧИК

ОВ
	Н-СВИИ АВИАГАРНИЗОН, 7 октября.
(По телеграфу от наш. корр.). Здесь за­страивается целый квартал новыми ‹бор­ными домиками. —

Важдый ломик рассчитан на охну семью.
В нем спальня, столовая, кухня, кладо­вая. Во дворах делаются колодцы и вараи
для топлива.

Двенадцать таких домиков уже строятся.
Всего будет построено двадцать домиков.
`В зиме они будут сданы в эконлуата­Ию,
	_ сердечно убеждал Шамова. вселял уверен­НОСТЬ В СВОИ силы.

Шамов снова перечитал «Как закалялась
сталь» Николая Островекого. «Умей ‘жить
и тогда. когда жизнь становится невыно­сямой. Сделай ее полезной».

Эти прекрасные строки навсегда оста­лись в душе летчика. «Как раскаленные
угли. в бессонные ночи, светились OHH B
идем сознании».—писал потом Иван Ша­мов.
Векоре из тоспитальной библиотеки
принесли книгу IL. Павленко. «Счастье».
Шамов читал ее запоем. , .

— Сколько в ней было затронуто во­просов, меня волновавших и волнующих,
— вепоминает он.

Воропаев. Павел Корчагин, Алексей
Мересьев явились примером aaa Ша­мова. помогли ему вернуться в строй,

Первые стихи Шамова печатались В
военных газетах. «Песня курсантов» была
опубликована в «СОталинском соколе» и
положена, на музыку композитором 3. Еом­панейнем. Ее телерь исполняет ансамбль
песни и’пляски Военно-Воздушных Cua.

В стихах летчика был виден настоящий
талант. Даже шуточные стихи и эпиграм­мы поэта с большим интересом читались
в госпитале, передавались из уст в уста.

Сколько в них остроумия, веселого 3а­лора. доброго, светлого отношения к OK­ружающему!

Стихи Шамова отличаются оптимизмом,
боевой пелеустремленностью, мужеством. И
уливительное дело, в нему, наиболее тяже­ло больному в госпитале. приходили дру­рие больные. как к источнику бодрости.
душевной силы. Кому бы порой ни взгру­стнулось — шли к Шамову. Он. лежащий
без движения. вселял радость жизни, 069-
дрял товарищей. .

Авиацией мобилизованный
_ и призванный,
Пусть и поломанный .
по грудь,
‚ Люблю ее]
С дороги избранной
Меня болезням не свернуть!
	Так в одном из своих первых CTHXUTEO­рений, перефразируя строкя В. Маяков­ского. писал Шамов. И товарищи, глядя
на Шамова. сами становились мужествен­нее и болрее. Его пример помогал им 60-
роться © болезнью, возврашаться в строй,
			„Личная ммизнь“ офицера Фролова
	вить жене, что она-де слишком  расточи­тельна — много расходует денег на пе­реписку с матерью. Нонна попыталась
убедить мужа, что 9TO ee самая  эле­ментарная обязанность. Но Петр тут же
	оборвал:

— Твоего мнения для меня не сущест­вует.. У тебя не может быть его. Доета­точно того, что ты на моей шее сидишь.

Это казалось чудовищным. Ho, чтобы
избежать новых неприятностей, Нонна вы­нуждена была писать письма матери в
институте и отправлять их тайком. Однако
и этой возможности ее вскоре лишили:
Петр приказал жене, чтобы она вею свою
студенческую стинендию отдавала свекро­ВИ.

‚.Накануне 7 ноября мать Нонны по ус­тановившейся традипин ожидала  поздра­вительную телеграмму от дочери, но теле­грамма не поступила: у Нонны не оказа­лось денег. Мать заволновалась. Она пиеа­ла дочери: «Дорогая Нонночка, почему ты
так редко пишетть мне? Неужели забыва­ешь свою`маму? Роднзя, мое сердце почему­то в тревоге...».

В очередном письме Нонна объяснила
причину своего невнимания К матери.
Александра Гавриловна ответила письмом,
полным негодования: «Доченька, я не на­хожу слов, чтобы выразить свое возмуще­ние поведением Петра...».

Письмо было перехвачено мужем. Pas­гневанный Фролов строго-настрого запретил
жене писать матери о том. что происхохит
у них в семье. Он категорически потребэ­вал, чтобы каждое письмо перед отправкой
давалось ему для прочтения. А через не­сколько дней самодур демонстративно. ра­зорвал в клочья He понравившееся ‘ему
письмо и презложил написать другое.

 
	 

Долго терпела Нонна эти издевательства.
Было стыдно соседей, подруг, преполавате­лей. Стылно за нелепый, гнусный обман,
за мужа.

А Фролов наглел. Вернувшись однажды
домой, он ударил жену по липу. Но это
былое только начало. Позднее он бил ее и
за студенческую стипендию, и 38 посыл­ку. присланную матерью в Новому году, и
просто без всякого повода.  

Когда же его спросили, кто дал ему пра-_
во бить жену, он нагло ответил: «Слов.
она не понимает, поэтому мягкий nepHon
воспитания кончился. Да и нэ вмешивай­тесь в мою личную жизнь».  

Однажды после очередной ayaurancxol
выходки мужа Нонна заявила, что пойдет
жаловаться к начальчику политотдела.

— Только пойди... — пригрозил Opo­лов.

После полобных сцен Фролов, как пра­вило, заставаял жену просить прощения
то у себя, то у сестры, то, наконец, у еве­крови. И не просто «просить прощения». &
с соблюдением унизительной церемонии:
встать на колени ий поклониться в ноги.

Хватит. скажет читатель... Гле мы нахо­димся? Откуда взялея в наше время этот
нравственный урод?

Эти вопросы возникли иу нас, когда мы
оказались в семье офицера Фролова, в этом  
затхлом, пошлом, обывательском болоте.

Нелепо. дико. возмутительно!
	Остается только спросить: почему воман­дование. политработники, партийная орга­низация части. в которой служит Фролов,  
до послелнего времени не поинтересовались
его «личной жизнью»? Ran они смогли!
просмотреть, что рядом с ними живет и ра­ботает человек, обросший плесенью‘ обыва­тельщины? Как могло случиться, что Фро-!
лов до сих пор носит‘мунлир офицера Со-!
веткой Армии?

Типы. похобные Фролову, — иесключи­-тельное, редкое явление в нашей лействи­тельности. Именно потому, что Фролов —
нравственный и моральный урод в 3д010- 
вой семье советекого  офиперетва, вму/
нет и не может быть места в этой семье!

 
 
 

 

 

F
 

 
	Капитан А. САБЛУКОВ.
	С некоторых пор одно немаловажное 06-
стоятельство окончательно нарушило ду­шевный покой офицера Петра Захаровича
Фролова. Им овладела бессонница. По но­чам он подолгу ворочалея в постели, ве.
обдумывал, взвешивал и никак не мог
найти подходящего решения.

Фролову предстояла разлука с Москвой.
Учеба подходила к концу, и его могли на­править в один из авиагарнизонов.

«Как же я уеду? Ведь у меня здесь
квартира, родные». -—— сокрушенно думал
Фролов, мысленно цепляясь за каждый по­BOA, который позволил бы ему остаться в
столице. Отчаявшиеь, он призвал на по­мощь евою мать и сестру Веру.

И вот на доманшем совете было принято
твердое решение: Петру нужно безоглага­тельно жениться на московской студентке.

Матери, сестре, дд и самему Фролову
этот вариант представилея самым надеж­ным: поскольку жена офицера будет «при­вязана» к московскому институту, то от­дел кадров навряд ли решится разлучить
молохых супругов.

«Хорешо, — размышлял Фролов. — Ho
ведь не так-то просто жениться в’ пожар­ном порядке. А вдруг ошибусь!».

Олнако раздумывать было некогда: 06-
стоятельства  «поднирали», и следовало
предпринимать радикальные меры. И Фро­лов решается... -

Он едет в город Свердловск, где хорошо
знакомая студентка Нонна в то время про­водила летние каникулы у матери. Он
мелким бисером рассыпается перед девуш­кой, убеждая ее в том, что. дескать, если
направят его куда-нибуль очень далеко,
то они уж никогда больше не встретятся.

Внечатлительная Нонна  загрустила. А
осмелевший Фролов перешел «в атаку» на
другом фланге. Он в тот же день беспе­ремонно заявил матери Нонны-——Александ­ре Гавриловне:

— Не выдадите лочь по-добру, по-зхо­рову, — заберу силой!

Расчет оказался верным — мать тоже
сдалась. И через несколько дней  состоя­тасъ свадьба.

В начале сентября 1948 года молодые
супруги вернулись в Москву. Они были
ласковы и нежны друг © другом. Спуетя
два месяца, к большой радости всей
семьи, стало известно, что Фролов остав­лен в Москве (расчет оправдался!).

Казалось. уже ничто не может омрачить
счастье супругов. Но вскоре (и это также
понятно) от семейного благополучия не ос­талось и слела. Фролов охладел к жене,
стал к ней совершенно равнодушен.
А спустя еще некоторое время Нонна с
удивлением открыла новые качества в ха­раклере мужа: Петр стал раздражителен и
груб.

Долгое время Нонна не понимала истин­ной причины всего происшедшего. Она
строила тысячи догалок и предположений.
Это продолжалось до тех пор, пока не было
произнесено слово, грубо оскорбляющее
чувства советского. человека:

—-  Весприланница!
	Эте случилоеь на третий месяп замуже­ства. о Нонны прохудились туфли, их
нужно было отдать в починку. 06 этом
узнала свекровь. Она вспылила и, не пе­реводя лыхания, отчитала невестку:

— 0 чем ты, матушка. раньше-то ду­мала со своей ролительницей, когда замуж
собиралаеь? Нешто обычаев не знаете? Я
Вепочке своей первое золотое кольцо ку­пила, когда ей и 14 лет не было. А
твое, голубушка, приланое: гребень, ве­ник ла алтын  ленег. Так ли добрые
	люди дочерей вылают? Не успела замуж
выскочить, и нате-ка вам, туфли чинить...

Вечером Нонна е волнением рассказала
о случившемся мужу. А тот совершенно
равнодушно ответил:

— Чю ж тут особенного? Тебя на ca­MOM деле взяли бесприданницей, TH не
вправе обижаться на маму.

Вскоре Фролов и сам не преминул зая­Й не олин из больных, покинувших после
выздоровления госпиталь. унес в своем
серлце светлую благодарность  парализо­ванному летчику-Ноату. восхищение Ci
большой. мужественной лушой.
Много падости приносили  Шамову
	письма однополчан. Они сообщали. что его
стихи и песени. повествующие © жизни
авиаторов. горячо встречены товарищами.
Шамов читал, радовался, делал выпиеки.
И одно чувство росло’ в нем при чтении
этих писем. —чуветво важности выполняе­мого им дела. чувство ответственности пе­рел товзврижами. «Нало писать лучше, яр­че! Надо больше работать, больше  чи­тать, многому учиться! Товарищи ждут
хороших песен. Разве могу я не оправ­даль их доверия?» = думал он.

Над стихами Шамов работал. упорно,
много раз их перзнисывал и кажлый ва­риант посылал  олнополчанам. С нетер­пеньем жлал он критики. советов. поже­ланий Так им были созланы <Пееня лет­чиков-истребителей». «Пееня техников»,
«Песня летчиков о Сталине».
Oizo из стихотворений поэт назвал
	«Батя». В нем нарисован 00раз чуткого,
душевного командира, который проявляет
заботу о подчиненных. радуется их успехам
в учебе. Прочитав его-в части, летчики
писали;

«Стихотворение «Батя» олобряем. Тем
более. что наш командир действительно
является родным отпом для воинов. От
этого и работа спорится. Шо всем вилам
боевой и политической подготовки мы за­HATH первое место в соединении».

_ Лва с половиной гоха пролежал Шамов
	в гоюлитале.
Заключение медицинской комиссии о
полной — физической — нетрудоспособности
	ero не пугало. Он был рялом с летчиками,
он мог считать себя на всю жизнь авиато­ром. «Сердне-то вель летное осталось!» —
говорил он. Наташа, ‘много  хлопотавшая,
собпрая мужа к переезлу из госпиталя.
бережно. как самое лрагоненное, упаковала
тетраль со стихами. На ее обложке было

вывелено «Друзьям-олнополчанам».
ee @:
	‚Тихая окраина Москвы, Измайловекий
	бульвар, 24. Неполалеку от тенистого
парка новый, радующий свежими крахска­MH JOM.
	ПРИБАЛТИЙСКИЙ ВОЕН­НЫЙ ОКРУГ. В часы, свобод­ные от занятий и работы, во­ины Н-ского авнаполразделе­ния обычно собираются в свет”
лой и уютной комнате полят­просветработы. Авиаторы ЧИ“
тают свежие газеты, журналы,
играют в шахматы. По иннициа­тиве комсомольца младшего
сержанта Бобкова, шахматиста
1-й категории, в подразделении
проводится шахматный турнир.
Он привлек много участников.
	На снимке: один из момен­тов турнира. На переднем пла­не за шахматной доской сидят
младший сержант Ю. Бобков
(слева) и рядовой В. Козлов.
	Фото капитана
Н БЕЛИКОВА.
	 
	зетерпимо
	Личный состав подразделения, о котором
идет речь, за период летней учебы добилея
значительных успехов в боевой и полити­ческой подготовке. ‘Здесь намного пополни­лись ряды отличников, есть отличные экн­пажи. В этом немалая заслуга партийной и
комсомольской организаций, активно помо­тающих командиру в укоеплении диснип­лины, порядка и организованности, в мо­билизации всего личного состава на отлич­ную учебу и образцовое выполнение задач,
стоящих перед подразделением. 0 том. как
нетерпимо здесь относятся к малейним
проявлениям нелиспиплинированности, по­казывает недавно состоявшееся партийное
собрание.
	На повестке дня стоял один вопрос: 00
авангардной роли коммунистов в летной
учебе. Важность постановки этого вопроса
продиктована невыполнением некоторыми
офицерами правил полета.
	Докладчик был немногословен. Он мень­ше всего говорил 06 успехах, а сосредото­чил основное внимание коммунистов на не­хостатках, на вопросах, еще не решенных,
На задачах, стоящих перед подразделением,
8 значит, и перед коммунистами, ‘которые
должны показывать пример в выполнении
этих залач.
	Некоторые летчики допускали наруше­ния в технике пилотирования. Среди цих
были и коммунисты. Но паотийная органи­зация не приняла своевременно серьезных
мер, не поставила эти вопросы на принци­пиальную высоту. Отоюха — элементы бес­печности, самоуспокоенности,  зазнайства.
Беспечность — результат недооценки не­которыми коммунистами инструкции и пра­-вил. отступления ото них. Самоуспокоен­ность — результат того, что некоторые ‚то­варищи решили: поскольку все идет благо­получно, можно жить поспокойнее, не
волноваться. Зазнайство же-— результат то­то, что некоторые товарищи решили, что
они полностью овладели вверенной И
никой.
	Быступивший первым в прениях комму­нист Колосков привел факты неправильной
работы по воспитанию отличников. Так,
например, техник-лейтенант Чупилко до­пустил в своей работе серьезные ошибки,
на него было наложено взыскание, А через
несколько дней перед строем зачитывают­ся списки отличников и в их числе —
тов. ЧупилБо.

— У нас, — справедливо говорит тов.
Колосков. — некоторые товарищи  недо­оценивают значение воспитательной рабо­ты, не вникатт в существо диецинплинар­НОЙ ПРАКТИКИ.
		Коммунист Колосков отметил также, что
слабо в подразделении развивается инициа­тива, недостаточно хорошо идет подготовка
к учебе в зимних условиях.

Много критических замечаний и практи­ческих предложений сделали и хрутие ком­мунисты, выступившие в прениях. Они от­мечали, что слабо идет подготовка в зиме,
что нет по этому поводу даже лозунгов.
плакатов. Они резко критиковали конкрет­ных нарушителей хиспиплины и порядка,
тех, которые зазналиеь, перестали напря­ЖенНнНо работать над дальнейшим совершен­ствованием своего боевого мастерства. Вот
что. например, сказал о летчике Иавлове
коммуниет тов. Темный: ^ :

— У некоторых наших товарищей, в
том числе и у коммунистов, ослаблено чув­ство ответственности за пооученное ero.
Часть Из HAX зазналась. Именно К ТАКИМ
коммунистам относится летчик Павлов. Он
не являет сейчас собой примера в выполне­нии заданий, хотя он и секретарь партийной
организации подразделения; Между тем
тов. Павлов — опытный летчик, мог бы
анализировать свои оптибки, но не делает
этого. Он успокоился на прошлых успехах,
зазналея. А ведь чего проще: если плохо
знаешь материальную часть — учись, вели
не можешь анализировать свои отибки —
попроси товапищей. они помогут.
	Горячо, убедительно, приводя  конкрет­ные факты и примеры, выступали комму­ниеты Чернышев. Степачев и другие.
	Коммунисты подвергли резкой критике
партийное бюро, которое ослабило работу,
не вникает глубоко в содержание боевой и
политической подготовки, слабо воспиты­вает у воинов чувство ответственности 32
честь своей части. подразделения.

Принятое в результате всестороннего o6-
суждения вопроса решение — отличает­ся остротой, принципиальностью, конкрет­ностью. Партийная организация, говорчтся
в этом решении, должна добиваться’ того,
чтобы все без исключения коммунисты и
комсомольцы были отличниками, передови­ками боевой и политической подготовки, Ни
один случай нарушения коммунистом ин­струвций и наставлений не должен прохо­дить миме партийного бюр.  Особен­нб важно, чтобы партийные руководители
вели индивидуальную работу, умело орга­низовали передачу опыта отличников, по­могали командирам.

Это собрание, прошедшее при большой
активности, мобилизовало коммунистов под­разделения на устранение имеющихся не­достатков, на достижение новых успехов
в боевой и политической подготовке.
	Подполковник: В. ГАРЛИЦКИИ.
	рядом ¢ койкой мужа. Ночти 053 призна­ков жизни, недвижимый, в лубках лежал
он. HO горящий взглял пол сурово све­денными бровями жил. Жил и говорил:
«Нет. не сламея! Выживу!».

Потянулись долгие госпитальные меся­цы. Радостными были дни. когла больного
навещали однополчане. Как-то зимой при­ехало особенно много гостей. Летчики в
меховых унтах и тяжелых куртках шум­но вошли в приемную. И вот уже
не помняшего себя от счаютья Шамова це­луют верные боевые друзья Ахмет Имала­ев и Вася Варежкин... Они наперебой
расёказывают ему новости из жизни гар“
низона. Перед уходом Ахмет крепко жмет
Шамову руку:

— лем писем: Ваня, и стихов тоже...

Стихи!
	Но как выразить в них все сполна,
что бушует. чт юрит в душе лет­чика. страстно любящего родное небо.
любящего землю свою, гле столько хоро­ших друзей. Найдутся ли нужные” слова,
чтобы перелать всю чудесную душу вот
такого Ахмета, такого замечательного лет­чика, как Вася Варежкин? И перед Шамо­вым встала новая задача — добиться ма­стерства, овладеть поэтическим  искус­CT BOM.
	Он может быть полезен нароху. общест­ву. А разве не в этом счастье для челове­К» желающего всегда, ло последнего взло­ха служить своей Ролине. И здесь скава­ль  животворная сила товаришества.
Внимание друзей, забота советских людей
были неопенимой поллержкой для Шамова
на его жизненном пути.

Особенно много помог Шамову осознать
свое призвание Ивамя Шарый — комсорг
части. гле служил Шамов. ныне паргий­ный работник. Он нередко навещал Шамо­ва в госпитале, подолгу беселовал с ним,
приносил книги. Это он привез Шамову
«Повесть о настоящем человеке» Бориса
Полевого.

— Прочти еще раз, Ваня, — сказал
Шарый.

Политработник немногословно. но веско,
	Km He AOcTarTkKam
	— Вы к дяде Ване? — а
дети любого незнакомого Человека, входя­щего в подъезд.

Они уже привыкли, что чаще Beer
здесь приходят к Шамовт. Летчики. поэты

 

    
 
  

Они входят в комнату Шамова, с ayBer-i
вом большой, светлой радости. Ведь злее
работает. шагает в ногу с жизнью заме
чательный большевик,

Полон новых кипучих планов этот пря
кованный к постели, но не слающийся 
неутомимый человек. На подушках, на.
олеяле его кровати -—— бесчиеленные “gen
	  
 
 
  
  
 
 
 
 
   
 

«Работайте еще смелее. еще плодотворнее,
— пишет он. — мы ждем от ваб новы
жизненных песен о советских летчиках»

День ото хня вее больше писем прихол!
к Ивану Шамову. Летчики. штурманы
техники. млалшие авиаспениалисты благо!
дарят поэта за стихи. делятся с ним сво,
ими радостями. которыми так богаты ди
их боевой учебы.

С новым оружием = песней — л
чик-большевик Иван Шамов шагает в н
шем строю, служа Родине, своему народ  

От всего серлца желаем ему новы’
больитих творческих утач! 4

 

  
	Капитан Г. ЕВСТИГНЕЕВ.  

 
	СНОВА В СТРОЮ
	«Меня чаето спрашивают, как я стал
писателем. Этого я не знаю. По как я стал
большевиком. это я хорошо знаю!». Так
словами Николая Островского MOT бы a
©6бе сказать и Иван Шамов. Он был лет­чиком-нетребителем, & теперь паралич
прикова»з его к постели. Но тяжелый не­дуг не сломил волю большевика. Иван
Шамов взялся за, перо, чтобы вотлотить в
своих стихах любовь к Ролине, к сталин­ской авиации, которой он посвятил лУЧ­шие годы своей жизни. А годы эти богаты
радостными переживаниями. большими ©о­бытиями. Немало труда он вкладывает,
чтобы выработать качества, необходимые
большевику. Чем труднее были препят­ствия, тем больше проявлял он наетойчи­вости. творческой силы настоящего ©овет­ского человека
	Еше на школьной скамье мечтал Ваня
стать летчиком. «Ла что ты. сынок. —
говорила мать. — У нас ведь в городе и
летной школы пет. Или лучше на, библио­текаря поучись». В Моршанеке, где ‘жи­au (anos. действительно не было ни
аэроклуба, ни летной школы. Только
недавно открылся библиотечный техникум.
пойти в который и советовала Ване мать.
Но упрямая мечта не покилала похростка.
А нал городом, словно зовя в небо, все
чаше и чае пролетали самолеты.
	Быстро бегут годы; Семилетка. Библио­течный техникум. Учеба в библиотечном
институте. Первые литературные опыты:
Внимательные советекие педагоги вложили
B cepyne юноша любювь к книгам, разбу­хили стремление к знаниям, к творчеству.
	Вулучи студонтом Московского библио­течного института. Шамов стал посещать
аэроклуб. С азартом. с поллинной страетью
овладевает он профессией летчика. Й вот
первый самостоятельный полет! Кто из
летчиков не испытывал это влохновенное
чувство: «Ты летишь, TH стал пилотом!».
Этот лень решил в6е. Шамов  кобивается
своего: exer p Батайское авиаучилище,
Bro было в канун Великой Отечественной
войны, А уже осенью 1942 гола он вместе
‹ курсантами училища бьет врага на Под­ступах к Вавказу. отважно сражается 3%
Отчизну...

В те суровые голы произошло знамена­тельное событие в жизни Шамова: он был
принят в ряды партии большевиков.

Кончилась война. Наступили дни мир­ной учебы.

Co всей страстью  отлаетея летчик
любимому делу. вкладывает в него весе
силы, энергию. В ‘строевой части, гле
служил Шамов, имя его всегда было на
Лоске отличников. боевой и политической
подготовки.

Наблюдая за самолетом Шамоза в
полете и при посадке, ветераны, ску­пые на похвалу, нередко говорили:

— Мололец Шамов. летает грамотно!

После тренировочных полетов молодой
летчик «пропадал» на стадионе. Злесь он
с увлечением занимался легкой  атлети­кой. Вечерами тоже не приходиловь CKY­чать. После ужина Шамов выносил из
палатки манлолину. На звуки струн с5-
бизалиеь лезчики запевалы  затягивали
	песню. № дружно полхватывали другие
голоса.

Так проходили дни ряловото летчика.

Они были олин другого ярче. Новые
порывы. новые стремления приносили
они. обогашали коммуниста Шамова опы­том. знаниями, поднимали его на Новую
ступень летного мастерства.

По вог случилось непоправимое. В по­лете отказал мотор. Неудачная  позалкя.
Шамов потерял сознание. У него сломан
позвоночник. Летчик парализован. спасти
его казалось невозможным,

Наташе. его жене. прилетевией на ©а­молете в горолок. где пятые сутки. ве
приходя в чувство. лежал  Шамов. врачи
сказали:

— От вас скрывать не булем: вдряд ли
выживет...

Но Шамов выжил. Побехили непреклон­ная воля. мужество советского человека,
самоотверженность и искусство наших
врачей.

Натата лобилась разрешения остаться
в госпитале. чтобы облегчить страдания
тюбимого человека. Ее койку поставили