СТАЛИНСКИЙ СОКОЛ
	20 нюна 1946 г. Mi 74 (476).
		Письмо пругу
	— 9 бомбардировщика отказал один мо­тор. что произойдет? Вто ответит?
	Я ребятам как-то рассказывал © моем
полете на одном моторе. Поэтому все голо­вы повернулись ‘в мою сторону. А комэск
говорит: :
	— У нас есть летчик, имеющий опыт по
этой части.
	Я немного покраснел, встал и: начал от­вечать. Рассказал о своем полете, об’ясних,
как действовал.
	— Все это правильно, — заметил под­полковник. — Вы совершенно правильно
рассказали 0 том, что надо делать в случае
отказа одного мотора. Ho ‘a интересуюсь
зэродинамикой, тем, какие физические яв­ления происходят в это время, какие силы
действуют на самолет. Меня интересует
возникновение моментов сил.
	— Я хочу знать,—говорит подполков­ник, — понятна ли вам сущность явлений,
которые происходят в самолете, когда выхо­дит из строя один мотор, или вы просто ме­ханически запомнили, как надо действовать
рукой. ногой.
	Я стоял перед ним красный, как рак. Co­знаться в том, что я действительно механи­чески запомнил слова инструктора © дейст­виях при отказе одного о мотора, на
это У меня нехватило духу. Я пролепетал
что-то невнятное о давно забытых мною за­конах механики, параллелограмме сил и про­чем. Он стал помогать мне чертить схему
действия сил, задавать вопросы из механи­ки. Подполковник разложил силы на их со­составляющие, показал, как уравновелтива­ется действие момента одной пары сил мо­ментом другой. Тут, Паша, я совсем ока­зался в тупике. Забыл элементарные пра­вила механики.
	Подполковник вызвал к доске еще одного
товариша. Тот же конфуз получился.
	В общем не буду вдаваться в мало при­ятные для меня подробности. Я проглотил
торькую пилюлю, и слова бати «грамотный

летчик» обрели для меня иронический
CMBICH.
	Бечером ‘после занятий мы долго епо­рили о стучившемея. Среди нае есть мно­го очень грамотных и теоретически силь­ных ребят. Но нашелся один чудак, дока­зывавший, что подполковник просто умни­чает, что-де, мол, летчику не обязательно
3HaTh физическую сторону процесса, ему
важно знать, как действовать. Мы назва­ли этого чудака воздушным извозчиком, и
тут же кто-то из товарищей к меету вепо­мнил, как Суворов высмеивал т
шек-практиков, воображавших, что 4 OHH
свое дело и без теории знают: «Они  тово­DAT, UTO знают дело, а дело их не знает»
	( того дня я начал вее чаще ловить
себя на; том, что нет у меня теоретиче­ских знаний. Конечно, об’евтивно, быть
может, я и: не виноват. В начале войны
я попал в авиационное училище, имея об­разование только за семилетку. Из учи­лища прямо на фронт. Дралея хорошо.
Опыт накопил как будто большой. Й на­град немало, а ‘чувствую, что в голове
кое-чего недостает. Как начал по-настоя­шему заниматьея, так и убедился в этом.
	Как-то ‘на занятии нам об’ясняли ра­счет учаетка ввода в пикирование. Я велу­шиваюсь в каждое слово, а понять не все
могу: забыл, как подсчитывается тангене
угла. Потом речь зашла о перегрузках.
Когда стали рассчитывать величину цен­тробежной силы при выходе из пикирова­ния, преподаватель говорит:
	— ВЫ все,
Ньютона...
		a lly 2 бк: -

града. Счастливчики! В выходной день, На­стоту. И что же ты думал? Ведь было на
	верное, ездите в город...
	занятии несколько человек, воторые или
	вовсе не знали законы Ньютона или за­были их, но из ложного стыда они так
же, каки я, не попросили преподавателя
напомнить их. Как же это, бывалые лет­чики, сами учат молодежь, а тут, пожа­луйте. курса физики не знают!
	Вот так, Наша, и пришла ко мне мысль
0 том, что я недоучка. Летать — это, ока­зывается, не значит быть мастером  лет­ного дела. И мастерства этого одной прак­тикой He достигнешь, нужен солидный
теоретический багаж.
	Мы у себя в эскадрилье много на эту
тему говорили. W вот наш комэск (ты его
знаешь, длинный такой, он тоже под Le­нинградом дрался) однажды признался
нам:

— Чеёстно скажу, что и сам я чувст­вую, как иногда мне нехватает знания
геометрии, физики, особенно механики...

Й он рассказал нам такой случай.
Однажды командиров эскадрилий вызвали
в штаб дивизии. Говорят, приехал гене­рад из Москвы, хочет побеседовать в ни­ми. Собрались. Говорили 06 учебе, о по­летах, о методических сборах.
	«Ну, а как у вас обстоит дело, — спрз­шивает генерал, — CO знаниями, подтготов­кой, опытом? ».

Вомандир дивизии докладывает генера­лу, что здесь собрались бывалые летчики.

— Что же, это приятно слышать, —
говорит генерал. — Bor я вам, бывалым
летчикам, хочу один вопрос задать: если
на вираже передать ногу, что. будет с ша­риком «Пионера»?
	Подымаетея один из командиров. эска­прильи и, улыбаясь наивности вопрова, от­чеканивает: «Шарик отклонится во внеш­вюю сторону виража».

— Это правильно, — говорит гене­рал. — Но, “почему? Какие силы дейст­вуют на самолет и на шарик в этом елу­чае? Я не+ требую от вас точных  форму­лировок, а хочу лишь убедиться в том,
что вы понимаете сущность вопроса.
	Первенство СССР по’ футболу
	_ Команда ЦДИА —
победитель первого круга
	18 июня на московёком стадионе «Ста­тинец» команды ПДКА и «Крылья Советов»
(Москва) сыграли свой последний матч в
первом круге розыгрыша футбольного пер­венства страны.
	С самого начала матча Футболисты
«Крыльев Советов» упорно arakyior ворота
лидера.
	Армейские футболисты, отразив все ата­ки, через некоторое время переводят игру
на половину поля противника. На 18-й ми­нуте судья назначает одиннадцатиметровый
птрафной удар в ворота «Крыльев Сове­тов». Лемин точным Уларом забивает гол.
	После перерыва команда ЦДЬА продол­жает удерживать инициативу. Игра почти
все время идет на штрафной площадке
«Крыльев Советов».
	На 17-й минуте В. Соловьев с подачи Де­мина забивает второй гол. Счет 2:0 в
пользу ЦПЛЕА не изменился до конца тайма.
	Таким образом, команда ЦДЬА, сыграв
свой последний матч, в первом круге на­брала 21 очко из 22 возможных и заняла
первое место в этом круге. Армейские фут­болисты добились такой победы, какой не
добивалась еще ни одна команда в розыг­рышах первенства СССР. Из одиннахцати
матчей они оказались победителями в деся­ти и один сыграли вничью, причем семь
матчей они выиграли с «сухим» счетом.
Форварды команды ИДКА забили 35 голов,
пропустив в свои ворота только 5.
	В этот же лень команда тбилисского
«Динамо» играла у вебя на поле с куй­бышевекой командой «Врылья Советов» п
также выйграла матч со ечетом 2:0.
	24 июня команда ЦДКА встречей с «Тор­Педо» открывает второй круг розыгрыша
первенства CCCP по футболу.

# хх

Вчера футбольная команда московско­го «Динамо» ветретилась на своем поле
с ленинградекими одноклубниками.
	Преимущество москвичей определилось
уже с самого начала игры. На 12-й минуте
Трофимов подаег корнер, и Блинков за­бивает первый гол в ворота ленинград­цев. Через несколько минут Карцев удва­ивает счет. Первый тайм заканчивается
со счетом 2:0 в пользу московского «Ди­намо».
	После перерыва москвичи усиливают
нажим. Ленинградская защита сдерживает
натиск хозяев поля. Полчаса игра не
дает результата, и только за четверть ча­са ло конца матча Варцев вбивает тре­THER МЯЧ,

Уже перед: самым концом игры С. (-
ловьев праводит в ворота ленинградцев че­твертый и последний мяч.

(Со счетом 4:0 матч выиграли москви­ЧИ. .
	‚ Муж и жена Гареевы без отрыва от
производства окончили Казанский авиа­ционный институт. Они защитили ди­пломные проекты и получили специ­альность инженера-технолога авиацион­ного моторостроения. На снимке: Му­хамет и Сания Гареевы.
	Снимок Б. Мясникова (ТАСС).
	 
	Пропаганда нового
пятилетнего плана
	Довести до сознания офицеров, сержан­тов_и бойцов великие идеи нового сталин­ского пятилетнего плана, ознакомить их с
размешением производительных сил стра­ны, в трудовыми успехами первого полуго­дия — одна из задач массово-политической
работы, т

Успех пропаганды пятилетнего плана В
значительной мере зависит от -подготовяен­ности агитаторов. С этой целью y Hac был
проведен семинар, на котором прочитано не.
сколько квалифицированных докладов. Ce­минар оказал агитаторам больную помощь:
они получили много ценных советов, систе­матизировали материал, уяснили себе мето­ды пропаганды. : :

Планомерное изучение пятилетнего пла­на у нас проходит в вистеме политзаня­тий, марксистеко-ленинской учебы, в ди­визионной школе партийного актива. Но мы
не могли ограничиться только этим. Не­которые товарищи, например; елабо раз­бирались в экономических вопросах, He
имели представления о ‘производстве ме
талла, электроэнергии, топлива. (С ними
пришлось организовать дополнительные 3a­нятия. Консультации, индивидуальные бе­седы, наглядные пособия — схемы, щи­ты, лиаграммы — все это способствовало
повышению усвояемости материала.

В пятилетнем плане много ярких цифр,
которые сами по себе не могут не вызвать
чувства радости и тордости советского че­ловека за свою Родину. Но мы стремимся к
тому, чтобы раскрыть смысл этих цифр
путем интересных сравнений, сопоставле­ний. . .

В части служат люди из самых различ­ных областей и районов. Многие из них
побывали на родине, видели, как возводят”
ся корпуса новых строек,  восстанавлива­ются города и села. Ряд товарищей полу”
чает письма, в которых сообщается об ус­пехах стахановцев предприятий, колхозов.
Эли письма и рассказы отпускников слу
mat богатейшим материалом для пропа­танды пятилетнего плана, позволяют де”
лать агитацию более конкретной и доход­чивой, повышают активность личного CoC
тава. -

Гвардии младший сержант Гапиров по
национальности узбек. Скромный и молча­ливый, он почти воетда был пассивен на
‘занятиях. Но олнажды, когда зашла речь
06’ Узбекской республике, Гапиров выра­зил желание высказаться. Он ярко обри­совал положение Узбекистана при цариз­ме и при советской власти, рассказал 0
строительстве грандиозных ирригационных
каналов. благодаря которым  орошаютея

   
    
	поля, плолородной становится земля.
	Гвардии старший сержант Милый — из
Релоруссии. Руководитель политзанятий,
	XODOIIO зная состав слушателей, степень
	их подготовки, решил не сам  расова­зывать о новостройках Белоруеской ССР, -а
прехоставил елово тов. Милому.

Милый поведал о том, каким еейчас
стал и как будет выглядеть в будущем
Минек — столица Белоруссии, привел про­стые, но убедительные примеры, показы­ваюние рост сельского хозяйства реепуб­лики, рассказал 0 том, что он лично видел
на строительных площадках возведение за­волов — важнейших об’ектов новой, пя­тилетки.

Политзанятия, в которых принимают
активное участие сами слушатели, прино­eat большую пользу, делают их болев це­леустремленными. В этом заслуга наших
лучших руководителей политзанятий —
гвардии старшего лейтенанта Андреева,
гвардии старшего  техника-лейтенанта
Пушкина и других. Они изыскивают н0-
вые формы пропаганды. пятилетнего плана,
предоставляют широкую инициативу самим
слушателям,

Групповоды рассказывают воинам 06 их
роли в осуществлении пятилетнего плана,
увязывают атитационно-пропагандистекую
работу вокруг пятилетки е конкретными
задачами подразделения, части, соедине­ния, ¢ упорной борьбой за повышение
качества боевой учебы.

На-днях у нае проходили учебно-трени­ровочные полеты. Летчики учились стре­лять по наземным и воздушным целям, 38-
тем сдавали зачеты по полетам велепую,
под колпаком. Полеты показали заметно
возроешую культуру боевого мастерства
твардейцев. Почти все летчики на «отлич­но» выполнили упражнения. ~

Изучение пятилетнего плана рождает у
людей стремление к постоянному совершен­ствованию знаний, чтобы надежно охра­нять мирный созидательный труд совет­ских людей.

Состоявшаяся недавно проверка полит­занятий офицерского и сержантекого со­става показала, что большинство из них
успешно изучает Закон о пятилетнем пла­не. Почти все оценки отличные и X0-
рошие. Командир эскадрильи гвардии ка­питан Востыгин, командиры звеньев гвар­дии лейтенанты Основин, Пачколин, лет­чики гвардии младшие лейтенанты Мана­ников, Мордвинов и другие обетоятельно от­вечали на заданные вопросы, умело форму­лировали свои мысли. Чуветвовалось, что
люди прониклись глубоким интересом к
плану пятилетки, упорно работают над по­вышением своего  идейно-политичеекого
уровня.

Но проверка вскрыла и такие факты,
котда некоторые товарищи плохо зна­ют политическую карту. Партийная ор­танизация наметила провести специаль­ный пикл занятий по изучению экономи­ческой географии СССР — природных 60-
  татетв страны, климатических условий,
  размеров территории, основных производи­тельных районов.

Несколько занятий будет посвящено те­мам «СССР — самая индустриальная
   хержава» и «Советский Союз — страна
  самого крупного социалистического земле­хелия». Уже подобран соответствующий
учебный материал. Например, мы система­тизировали цифры роста индустрии за все
‚годы советской власти, сравнительные
цифры по главным государствам Евроны.

Польшой недоетаток ощущается у нае
в наглядных пособиях. Правда, многое
мы изготовляем своими силами, но всего
сделать, разумеется, нет возможности —
отсутствуют географические карты круп­Horo масштаба, красочные альбомы. В
приобретении их нам должно помочь по­литуправление округа.

Пропагандируя пятилетний план, Мы
стремимся сделать нашу агитацию убеди­тельной, мобилизующей, действенной, что­бы она способствовала веемерному повы­шению качества боевой и политической
подготовки личного состава.

wet Po, Ee

  
   
    
  

   
  
  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
    
	Гвардии подполковник М. КРАВЧЕННО.
	Опозорилея комэск. Выяснилось, что он
не может, как выразился ‘генерал, физи­чески мыслить.
	Генерал дал исчерпывающие об’яснения
командирам эскадрилий, показал на схеме,
как взаимодействуют силы тяжести и инер­ционные в криволинейном движении.
	— Поймите, — сказал он команди­рам, — что знание механики, электриче­ства, теплотехники жизненно необходимо
для вас. В начале войны я командовал
дивизией скоростных бомбардировщиков. И
вот тогда произошли у Hac два редко
встречающихея в практике случая. В по­лете у СБ сел аккумулятор, и шасси не
выпускались. Отказал и аварийный тро­совый выпуск. Трое соскочил с ролика
и заел. Летчик, хороший практик, знал: раз
от крана шасси не выпускается и ава­рийный. выпуск отказал, значит садись
«на живот». Он так и поступил. А через
несколько дней этот случай повторился с
другим товаришем. В полку его называли
‚летчиком-инженером. Он хорошо`знал тео­рию и умел практически использовать эти
знания: был в дружбе с мебаникой, с ос­новами электротехники, отлично знал вею
электросистему самолета. Когда отказал
выпуск шасси, он решил попробовать на­ходу зарядить аккумулятор. Дал моторам
максимальные обороты п так ходил минут
дваднать-тридцать в расчете на то, что
таким образом генераторы зарядят аккуму­лятор и можно будет выпустить шасси.
Расчет летчика, основанный на знании
электротехники, оправдался.
	Мне, Паша, врезалея в память этот
случай, рассказанный генералом. Я по­чему-то при этом вспомнил Тиму Смир­нова. Помнишь, заместитель комэска у
нас был? Вот кто с механикой и электро­техникой здорово дружил. Я думаю, что и
он на СБ в воздухе не растерялся бы и
шасси выпустил. Я, между прочим, его
Часто вспоминаю. Как начнут ребята епо­рить по какому-нибудь вопросу из аэро­динамики, так у меня Тимка перед гла­зами стоит. У нас среди заядлых епорщи­ков есть зубры, епециалисеты по теории
полетов, ну а Тимка десять очков вперед
каждому из них даст. Силен был, бродяга!
Гле он сейчас? Вот хотел бы повидать
его. Нев ваших ли он краях? Если уви­дишь, обязательно. приветствуй. oo
	Но я думаю; что и Тимке, пожалуй,
сейчас его ‘знаний нёхватает. Ведь то, что
мы сейчас на занятиях проходим, — это
еще цветочки. А вот как в будущем возь­мемея за изучение новой материальной‘ ча­сти, тогда вещи посложнее простых зако­нов Ньютона и Гей-Ллосака придется веноме
НИТЬ.
	Недавно я был на лекции о современ­ных реактивных самолетах. Рассказывали
0 тепловом процессе‘ двигателя, о числах
Маха, о спутной струе, но я так и не
вспомнил, учил я когда-либо это или во­все не учил. 0бо всем этом я слышал, но
знать этого не знаю.
	У нас некоторые летчики говорят, что
авиация будущего — это сплонтная авто­матика. «Знай, нажимай кнопки! Вакие
же здесь потребуются теоретические зна­ния?» Насчет кнопок —- это, может быть,
и верно, ‘а вот насчет ‘теоретических зна­ний. конечно, нет,
	В общем о чем толковать. Паша? Надо’
	браться за самостоятельное изучение фи-.
зики, математики. Есть у нас в эскад­рилье техник, очень грамотный парень и
большой мне друг. Он обещает помочь. Да
среди молодых летчиков есть немало та­ких, которые в авиапию пошли ©0 второго
курса института или после десятилетки.
Думаю, что помогут, хотя и самим им еще
многому надо учиться. Один комэск, когда
я ему о своих планах рассказал, заметил
мне: «Так это же вее твои подчиненные.
Неудобно у них учиться, авторитет свой
ронять!» А я думаю, что учиться у них
физике. теометрии вполне удобно.
		виться ли в заочный институт? Вак ты.
	смотришь на это дело? Иногда сомневаешь­ся, хватит ли силы воли, пойдет ли
учеба в прок?.. Ну, так я думаю только
наелине © самим собой.
	Тут как-то сцепилея я © одним штур­маном ‘из другой эскадрильи. Он говорит:
«То, что самостоятельно надо учить фи­Зику, математику — это правильно. Но
ведь забывают, что за войну голова отя­желела». А я зло ответил ему: «Не голова,
а груль у вас, товарищ майор, отяжелела,
зазнались». Он намек мой понял, обиделся
и ушел.

Ты, Паша, наверно, читаешь это писъ­мо и думаешь: «Узнаю друга по почерку.
Опять философствует, терзаетея coMHe­ниями». Нет, брат, тут никакой философии
нет, а есть лишь понимание требований
ЖИЗНИ.
	Еще раз прошу выполнить. мою просьбу.
Жду письма, хотя знаю, что ты писать не
любишь. А может, черкнешь? Может, и тебя
за живое заденет моё рассуждение насчет
головы и груди?
	Привет всем друзьям, кто еще помнит
меня.
	Твой друг Аленсей,

к хх х
	Но вечерам летчики любят собираться
у капитана Павла Кузнецова. Он принад­лежит к числу людей, о которых принято
говорить — душа общества.  Гостеприим­ный хозяин, он умеет сразу же создать об­становку дружной семьи. И квартира ка­питана вечерами иногда преображается в
своеобразный клуб, где летчики поют, тан­цуют, обсуждают полковые события, епо­рят, как это иногда случается, по како­му-нибудь, казалось бы, очень простому, а
Ha поверку далеко не всем яеному профес­слональному вопросу. Я застал Кузнецова
стоящим у стола, горячо доказывающим
Что-то с карандашом в руке. На столе
‘лежал большой лист бумаги, расчерченный
какими-то схемами. Увидев меня — мы зна­ли друг друга еще со времен ленинградской
блокады, — капитан прервал епор и, поздо­ровавшись, познакомив е друзьями, сказал:
	— Бторой вечер спорим и не можем
притти к одному мнению. Вот простой, ка­жется, вопрос. Летит самолет но горизон­ту с определенной скоростью. Летчик, пере­водит самолет в угол набора, сохраняя ту же
скорость, увеличивая мощность мотора.
Спрашивается: угол атаки самолета из­менится или останетея прежним? Я утверж­даю. что угол атаки уменьшитея...
	— Как же это может быть! — в03ра­зил басиетый голое лейтенанта.
	И КБузнепов, и его друзья, забыв о моем
присутствии, снова вступили в жаркий
спор. Летчики вспоминали кривую Лилиен­таля, разбирали, что такое наивыгоднейптий
угол атаки. Й все же к единому мнению
не пришли.
	Й обратил внимание, что в стороне 01
всех спорящих стоял капитан, почему-то
сосредоточенно рассматривавигий в это вре­мя альбом с патефонными пластинками.
Меня несколько удивило его равнодушие к
спору. Я заметил, что капитан уже дважды
безуспентно пытался прекратить спор и пе­ревести разговор на предстоящую вечерин­цу по случаю своего от’езда в отпуск.
	Ъюогла все летчики разошлись, Tak
не придя к единому мнению, я спросил
Кузнепова 0б этом капитане.
	— Бы спрашиваете, почему он не участ­вует в споре? А вам разве не приходилесь.
встречать людей, которые, когда в ИХ up
сутетвии заводят, скажем, разговор -о жи­вописи, спешат замять этот разговор, Trepe­вести его на другую тему. Кому хочется no­казать себя профаном? Ведь чтобы спорить,
нало знать и знать, не только как рукой и
ногой действовать. Мы тут на кривую Ли
лиенталя ссылались, & спросите его, что это
3a кривая...
	Кузнецов безнадежно махнул рукой. По­молчал. А потом, словно что-то вепомнив,
сказал:
	—- Я, может, говорю все это под впечат­лением письма, полученного от друга. Но
факт остается фактом. Образования ‘кое-ко­MY из наших офицеров нехватает...
	—= 0 каком письме вы говорите:
— Я ето покажу вам сейчае. Для вас
	_ено будет небезынтересным.
		Капитан полез в ящик письменного стола,
Достал пачку аккуратно перевязанных пи­сем и вручил мне несколько листов бумаги,
иснисанных мелким почерком. в
	— Прочтите. Это письмо моего друга.
Вмёсте воевали... Читайте вслух.
	И вот что я прочел в этом письме.
x *k
	Здравствуй, Паша! Вот я и об’явился. Вы
вее, вероятно, считали меня пропавшим и,
быть может, собравшись вместе, помянули
добрым словом и вынили 34 упокой. души
раба божьего Алексея.
	Что же тебе рассказать о происшедием
0 мной? Думал, что действительно” насту­пил конец. Покалечило меня основательно.
Побывал и в тоспитале и в одном москов­ском научном институте. Ho все обоплось
благополучно, и вот уже почти десять ме­сяпев я служу в бомбардировочном: полку
заместителем командира ‘эскадрильи. Учусь
и учу. Чертовски надоела заграница, не­мецкая речь. Соскучился по русским бере­зам. Искренне завидую тебе, так как знаю,
	   что. вата часть стоит _где­то. около. Ленин­В партийных и комсомольских организациях частей
	4 Теоретическое собеседование 50м69-
мольцев по отдельным разделам Закона о
	_ пятилетнем плане восстановления и разви­тия народного хозяйства СССР из 1946—
1950 тг. состоялось в первичной органи­зации, гле комсоргом младший лейтенант
Ковалев. В собеседовании приняли участи»
многие члены ВЛЬСМ. Оно показало, что
союзная молодежь проявляет большой ип­терее к изучению задач пятилетки.
а я

‚ ЗЕ Боевой листон в тире выпускает
твардии сержант Шумаков.  Посвящает­ся он главным образом результатам
стрельб. После первой же смены стреляю­ших редактор и его актив организуют
	 
	материалы 00 итогах выполнения упра%-

нений. И пока стреляет вторая смена,
боевой листок уже готов.

On служит большими  мобилизующим

средством в руках партийной организации.
*- & *
	_ ВЕ Беседы о боевом знамени части про­вотятся в Н-ском авиационном полку. He­RaBHO такую беседу с молодыми воинами
	провел Герой Советского Союза майор
Дельцов. Он рассказал, когда часть  полу­чила боевое знамя; об обстановке вручения
его, 0 том, как часть храниль знамя во
время войны. ‘Проводя беседы о знамени,
атитаторы призывают воинов Множить
славу’ части своей отличной боевой и
политической учебой. -
	 
	(От корреспондентов «Сталинского сокола»)
	 
	Я посмотрел на соседа, вижу: он
стронт умное лицо и головой кивает:
«Знаю, ‘мол, конечно». А по глазам уга­дываю, -—— ты, дружок, сльишал о законах
Ньютона, а не знаешь их. Ну, и я тоже
промолчал, умное лицо сделал’ а вдруг
засмеют, скажут: «Смотрите, какой про­фан! Законов Ньютона не знает»,
	В перерыве я спросил соседа: «Ты, Ва­ся, об’яснил бы мне законы». А-он, #е мор­гнув глазом, отвечает: «Да, я их He
знаю».
	Разговорились мы е товарищами начи­У меня к тебе большая просьба. Гы зна­ешь, где я жил до войны, — у Марсова по­ля. Зайди ко мне на квартиру и поройся
в моих вешах (они у соседей лежат). Там
должен быть сверток книг и тетрадей. Най­ди в нем учебники физики, геометрии и ал­тебры и мои школьные конспекты и все эт9
срочно вынми.
	Ты, вероятно, удивлен моей пресъбой и
репгил, что не иначе, как я в академию го­товлюсь. К сожалению, это не так: Тем не
менее УЧебники эти нужны мне дозарезу.
Мирная учеба заставила серъезно подумать
о пробелах в военном образовании.
	Заранее представляю тебя читающим эти
строки п иронически улыбающимся: «Ох,
уж этот Алексей! ‘Опять философетвует!».
	Нет, брат, это не философия. итейская
нужда заставила о физике и 06 алгебре
BETIOMHUTD.
	Если бы года лва назад мне кто-нибудь
сказал, что я, летчик, у которого около ста
боевых вылетов, — недоучка и зря в00б­ражаю себя знатоком летного дела, тоя бы
сказал ему: «Ты пьян, дружок. Цойди про­трезвись». А вот недавно я сам почувство­вал это и сказал себе: «Алексей, ты, ка­жется. действительно недоучка».
	Дьявольски тяжело было сознаться В
этом, но пришлось. Правда, между нами го­воря, я сознался пока только самому себе—
стыдно товарищей, подчиненных. Приз­наться. и тебе я пишу 0б этом, волнуясь.
	Паша, помнишь, как однажды я вернул­ся с залания на самолете с одним работаю­щим мотором. Батя похвалил меня тогда пе­ред всем полком и сказал: «Вот что значит  
грамотный летчик! Не ударился в панику  
и принял абсолютно правильное решение».
	Я хорошо запомнил оценку бати — гра­мотный летчик! И тогда мне казалось, что
это действительно так. А вот недавно по­явился червячок сомнения.

ТИли занятия по практической аэроди­памике. Руководитель,  Подмолковник из
питаба ливизии, задает вопрос:
	в шлашерном RAY oe
	учебными наглядными пособиями.

Виктор Талалихин оказался старатель­ным учеником. Теорию пилотирования плз­неров он постиг в совершенстве.

Наступил день практических полетов.
Талалихин смело оторвался от буксира,
проделал на планере несколько фигур, & з8-
тем пошел на посадку. Шри приземлении он
сделал «козел».

— Но Талалихин был настойчив, —
говорит Христинашвили. — Он упорно тре­нировался и вскоре научился производить
точный раечет и плавно приземляться на
три точки.

Как-то я встретил Талалихина, когда он
уже был летчиком-истребителем. Разгово­— Вы весе в планерном клубе работаете?
— спросил он.

— Да, учу летать на «фанере»; —
улыбнулся я. -
	В ответ Талалихин серьезно произнес:

— Планер прежде всего  бесстрантного
бойца воспитывает, &. фанера... YE a0
потом...

Запомнилась Христинатвили еще  одн
встреча с Талалихиным. Это было почти
перед самой войной. Виктор Талалихин и
его друг Миханл Филиппов проводили пока­зательный воздушный бой двух истребите­лей.

—- Талалихин вел себя в воздухе смело
и дерзко. Во всем чувствовался хоролто под­тотовленный летчик. Ни у кого из нас, на­ходящихея на земле, не возникало сомне­ния в том, что он выйдет победителем в
любой воздушной схватке.

Обучая молодежь, Христинашвили Ya­сто рассказывает ей о своем знаменитом
воспитаннике Талалихине и других героях
	Нал лесом полнимается отненный шар! были оборудованы
	солнна. Hro первые лучи Падают и вы­строившиеся в ряд,  поблескивающие
крыльями планеры и буксировщики
«По-».
	Проходят минуты, и тишину нарушает
рокот моторов.

Сигнальщик взмахивает флажком. В
синь неба один 38 другим взмывают само­петы, а за ними на буксире — планеры. На
высоте в тысячу метров планеры отрыва­TCH OT самолетов и, как огромные стреко­зы, кружатся в небе. :

Так начинается летный день на учебном
аэродроме Московского городского планер­ного клуба Обвоавиахима.

Молодые рабочие, студенты; закончив
свой трудовой день; приезжают на аэродром
на ночь, чтобы с первыми лучами солнца
подняться в воздух.

Планеризи — первая ступень летного
искусства, которую прошли многие ныне
прославленные советские летчики.
	Городской планерный клуб существует
давно. Олин из старейших ето инструкторов
Акакий Владимирович .Христинашвили за
13 лет подготовил. не одну тысячу плане“
риетов, ставших впоследствии замечатель­ными истребителями, штурмовиками.

Тов. Христинанвили вспоминает, как
однажды к нему пришел молодой рабочий
из мясокомбината.
	— Буду учиться летать на планере, —
сказал он и назвал свою фамилию. Это
был Виктор Талалихин.

В первой же беседе с Христинашвили
Талалихин откровенно признался:

— Мечтаю летать на И По­тому и пришел,
	‚..Началась учеба. Классы и аудитории
	всеми необходимыми   Отечественной войны, которые прошли в
	клубе первыи курс воздухонлавания.

В дни войны сотни молодых выпускни­ков шли прямо в планерные части Красной
Армии. Там на военных планерах Гри”
бовского и Антонова они перебрасывали
воздушные десанты во вражеские тылы. Во
время форсирования Днепра десантники,
сброшенные с планеров, связываясь с пар­тизанами, оказывали огромную помощь
наступающим частям Красной Армии.

Война окончилась. Жизнь в планерном
клубе бъет ключом. Энтузиаеты планерного
спорта Махов, Васильев, Холмогоров, Але­шин — теперешние ученики Христинаш­вили, — закончив Теоретический Куре,
совершают первые полеты:

Планеризм является любимым спортом
нашей молодежи. Он развивает в молодых
людях природные способности человека —
глазомер, ориентировку, воспитывает силу
pom. Лля многих планерный клуб — это
первая летная школа.

Опытные мастера планеризмиа — майор
Трупов, Ольга Сущинская, Акакий Христи­нашвили и молодые инструктора, воспитан­ные в стенах этой же школы, Пылаева
и Бедная ежедневно wa учебном аэро­дроме клуба проводят большую работу.

С каждым днем увеличивается число
учеников. Сегодня они — планериеты 060-
авиахимовского клуба, а завтра пойдут в
Красную Армию, станут настоящими лет­чиками,

‚Снова над лесом взмывают и кружатся
планеры. В их чутесном парении, в том
искусстве, с каким курсанты совершают
фигуры выешего пилотажа, проступают
смелость и дерзновение — лучшие каче­ства молодого человека нашей страны.
	H. APUEB.
	Вогда я кончил читать, наступила не­ловкая пауза. Теперь мне стала понятной
эесоциация мысли, возникшая в уме Ёуз­нецова, когда речь зашла 0 капитане,
уклонившемся от спора. Стало понятно,
почему Павел вдруг вепомнил 0 письме
Друга.
	— Что жевы ответили своему другу —
спросил я. нарушив, наконец, молчание,
	— Аниги я ему, конечно, послал. А
по существу еще’ ничего не ответил. Все
разлумываю... Тяжелое это дело... Я чи­тал письмо своим товарищам, И решили,
что Алексею не я один догжен ответить,
потому что не меня одного это письмо
касается. Как вы считаете?
	Нельзя было не согласиться е Вузнецо­вым. И с ето разрешения я, обещав не
разглашать фамилию автора письма, пере­писал его от елова до слова, .