СТАЛИНСК

ИИ

СОК

ол
	18 августа 1946 г., № 100 (502).
		 
	(И. Сталин)
	Тель занонно гордится 00080!
	Группа летчиков Н-ского гвардейского штурмового полка. Па снимке
	лейтенант Б. Тихонов, гвардии капитан М. Фесенко, гвардии лейтенант Г. Шатин,
	нант П. Докучалов.
	Mi db Dt UY T ib
	Не сразу далась мне военная наука. В  Прилетели штурмовики — и замолчала
rmafnga 1Q0A9 wo Етутуто поптжантам mrvyne немецкая пропаганда. Ухнула русская: ат­сентябре 1942 в., будучи сержантом штур­мовой авиации, я пошел в первый боевой
полет на станцию Варопоново, где скопи­лись танки фельдмаршала Паулюса, е ходу
хотевшие проскочить в Сталинград,

Однако сталинградская земля оказалась
негостеприимной.

...На рассвете появились мы нах немец­кими танками. Два захода на цель, ярост­ный огонь немецких зениток, беспорядоч­ная стрельба танкистов — и я вижу пер­вые’ слелы своего тута: Вон Ухолит, дымя)
	немецкий танк. Азарт боя увлекает меня.
Прибавляю скорость, мгновенно догоняю
бронированную черепаху с черным по 6е­лому крестом и почти в упор добиваю ее
огнем пушки.
	тиллерия — и полетоли  вопристусвые
немецкие позиции. Наша пехота. поистине
“  не знала непроходимых мест.
	После прорыва Миусского вала били
	немцев в Крыму, в Белоруссии, и, нако­нец, в один предрассветный час сотни ©о­ветеких самолетов взлетели и повисли над
		роклятой немецкой землей. Я вел одну из.
	эскадрилий.  
	— GOBBT CHEN народ, нарол=П008
	,
								a
		Сегодня наш народ празднует День ста­линской авиации. Люди чествуют летчи­ков, выполнивших священный долг перед
Родиной. Великая радость наполняет мое
зердце. И мне есть чему радоваться. Мои
дети — сын Владимир и дочь Тамара —
летчики, Герои Советского Союза. Светло,
празднично на душе. Хоть и тяжкие были
тоты войны, но они пережиты.
	Нелегкий жизненный путь прошли мои
дети вместе со мной, В борьбе с трудно­CTEM закалился их боевой дух. Спасибо
родной советской власти — учились дети,
отыхали в пионерских лагерях, сама я
учительствовала.
	Уже повзрослев, Тамара и Володя стали
увлекаться литературой. Мне никогда не
забыть лица Володи, когда он первый раз
прочитал роман Николая Островского «Как
закалялась сталь». Шеки его пылали, гла­33 светились каким-то торжественным бде­ском. @ тех пор образ Павла Корчагина —
	‹тойкого и пламенного комсомольца — стал
для Володи близким и любимым.
‚ „.Три советекие девушки — Валентина
  Тризохубова, Полина Осиненко и Марина
Раскова — совершили большой перелет.
_Пх подвиг до глубины души взволновал Та­узру. В те дни она твердо решила стать
летчицей.

До войны Тамара успела окончить Жа­лининокий аэроклуб, стать  летчиком-ин­структором. Володя уехал учиться в авиа­пИОнНое УЧИЛИТтА,
	Поднялись мои дети, жить стало лучше.
Но вдруг грянула ужасная война, и жизнь
послала нам четыре года тяжких испыта­НИЙ.
	Тамара и ее муж, комиссар эскадрильи
Лазарев Василий Иванович, улетели на
фронт, В 1943 году на Ленинградском
фронте муж. Тамары погиб. Тамара покля­лась у его гроба отомстить немпам-извергам
3 любимого человека. Она рептила наско­ре переквалифицироваться на  летчика­штурмовика и вскоре громила немцев сна­чала в боях за освобождение Советекой
Эетонии, а потом — в Восточной Прус­СИИ.
	Даже теперь, когда многое необычное
стало обычных, мысль о том, что девушка
может сражаться на штурмовике, казалась
неправлополобной. Один из друзей Тамары
рассказал о первом дне, когда она приш­ла в полк. Вее летчики, находившиеся на
аэродроме, окружили Тамару и смотрели на
нее се любопытетвом. Светлые, словно
льняные, волосы, задумчивый взгляд голу­бых глаз, румянец смущения, часто вепы­хивавиий на лице их нового товарища; —
Bee 3T0 никак не сочеталось с грозным и
опасным искусством штурмовика. Она рас­сказала товарищам, как впервые стала ле­тзть в бой на легком ночном самолете
«Мо-2». Тогда она воевала на Волховском
фронте. Пол крыльями своей машины она
несла боевой груз. Она летала нах боло­тами и лесами в глубокий тыл врага. Она
научилась точно находить цели в кромеш­ной темноте, скрываться в облаках от
ночных немецких истребителей и усколь­зать от лучей прожекторов. Самой большой
в радостью стало видеть фотоснимки, сде­ланные сразу же после ее бомбовых уда­ров. Белые, клубообравные пятна на тем­HOW лакированном фоне фотобумаги —
изображения пожаров и взрывов — свиде­тельетвовали, что полет ее не прошел для
немцев бесследно. Несколько раз во время
Sweat прихотилось ей птолетать над
Тенингралом. Она летала так низко. что
ей витны были страттные раны; налесен­ные гитлеровцами великому городу. Болью
и ‘иевом наполнилось ее сердце, и тогда
ола Уппосила командование своей части
отпустить ве в учебно-тренировочный ‘полк,
чтабы научиться летать на штурмовике...
	С первого же тренировочного’ полета на
	б 06 ение. Kak
«Hie» y нее было такое ощуш ;
	будто она давно на этом самолете летает.
Векоре эта машина стала ей так же 1пос­лушна, как и «По-2». Нервый <вой вылет
Ha штурмовике Тамара совершила в июле
1943 года. Правда, она очень волнова­лась пеэед полетом, но это было только на
земле. Чуть подвялась оча в воздух, зна­комое чувство большой соередоточенности
и внутренней собранноети охватило ее. Под
крыльями плыла покрытая травами и ле­сами земля. Тамара летела третьей в пя­терке, шедшей на штурмовку сильно ук­репленного района немцев. Она знала, что
ee группу прикрывают истребители дваж­ды Героя Советского Союза Покрышева.
	Внизу была укрепленная линия обороны
немцев. Около самых крыльев етали разры­ваться большие цветные шары. = били
	зенитные орудия немцев. Велед за перед­ними штурмовиками [амара ввела машину
в евободные от зенитного огня воздушные
ворота. Сбросила первую бомбу. Прорыва­ясь сквозь зенитный отонь, она пошла на
второй заход, на третий, четвертый... Вне­запно из-за облаков показались четыре
«Фокке-Вульфа». Они метнулиеь к штур­мовикам, атаковали ее самолет. Трассы
немцев перерезали путь ее машине. Реше­ние пришло быстро: под трассы, вниз!
Чуть не касаясь земли, она  проскочила
под смертоносной завесой и сбросила но­вые бомбы и снаряды на немецкие мино­метные батареи. Пристроившиеь к своему
ведущему, она совершала заход за 3захо­ДОМ. в ТО время как «Лавочкины» атако­вали «Фэокке-Вульфов». Шосле этого Та­мара стала летать очень часто.
Вместе с картой в ее планшете лежали
	письма. Маленькая точурка Верочка пи­сать еще не умела, но‘она посылала своей
маме из тыла смешные детские рисунки,
означающие домик. в котором она живет,
леревья, цветы, бабочки. Й Тамара рвалась
в полет, чтобы приблизить ветречу © доч­Кой.

Далеко на юге сражался ве родной брат
Володя. Он летал бомбить немцев ночью.
Вспоминая о сестре, он часто говорил
друзьям:

— Что я сегодня недоделал, сестренка
поможет, вдвоем сполна расплатимся с фа­mucrawy...
	В те дни Владимир заканчивал седьмую
сотню боевых полетов по немецким THI­там. Число штурмовых ударов Тамары при­ближалось к сотне. Свой счет Тамара ок­ругляла в боях за столицу Восточной
Пруссии — Кенигеберг.

Четыре года не вилелись мои дети, а
вот в прошлом году встретились в канун
	Октября в нашем родном городе Валинине,
в родной семье. Глядела я на них и ду­мала: «Давно ли подростками были, а те­перь вот стали героями»,
	Дети осчастливили меня своей неувяда­емой славой. И теперь они отдают все си­лы для дела проиветания нашей любимой
Родины. Живет Тамара сейчас хорошо, меч­тает о новых полетах. А Володя учится в
Высшей офиперской школе штурманов.
	Хочется жить и жить. Прожиты трудные
тоды, & впереди светлое большое. будущее,
открывающее новые, невиданные горизон­TH лля`нолного и всестороннего распвета
человеческой личности. И третья, младшая
моя дочь, Гутя, которая в этом году окон­чила 9 классов средней школы, тоже меч­тает стать летчицей, пойти по стопам бра­та и сестры.

Счастливого пути, мои дорогие дети!
	Зинаида Михаиловна
CH30BA-KOHCTAHTHHOBA.
	гвардии капитан М. Просвирнов, гвардии старший
гвардии лейтенант С. Вагин, гвардии старший лейте­Снимок старшего лейтенанта А. Дмитриева.
	тели села. Они желали ему удачи в бое­вых делах, скорой победы. —

Дважды Герой Советекого Союзз Алек­сей Алелюхия закончил войну в Берлине
командиром истребительного авиаполка.
Сейчас он — слушатель Военной красно­знаменной ордена Ленина и ордена Суво­рова Т степени академии имени Фрунзе.
Ни на один день не обрывается его связь
е колхозниками нашего села. Скоро в Ве­совой Горе будет установлен бронзовый
бюст Я скульптора 0л6--
Нина.

Мы тордимся ‚Нащих. знатным ‘земдакох
и бережем честь его родного села — Вв­совой Горы.

Сейчас у нас В колхозе, «Завет Ильича»
— страдная, пора. Идет „уборка _ урожая. С.
рассвета и дотемна­трудятся ROAXOBHURA,
не жалея ни. сид, ни времени. Сдать го­сударству первосортный хлеб. и тем самым
ВЫПОЛНИТЬ одну ИЗ основных залач первото
года новой сталинской пятилетки — та­ково желание всех колхозников.

Еще краше и лучше станет наше село
в новой пятилетке. Строится новый Дом
культуры, расширяется колхозная элек­тростанция. Богато и зажиточно будет
жить каждая колхозная семья. И прохохя
по широкой сельской плопхахи мимо, бюста
нашего славного земляка, важдый © гордо­стью будет произносить имя Алексея Але­люхина, евоей трудью отстоявшего наше
колхозное ечаебтье.

+
	Председатель колхоза «Завет Ильича»
А. А. Федоричев, колхозники: В. П.
Щербаков, А. И. Третьяков, Е. В.
Свискова, Н. И. Прорвин, Е. П. Кли­никова, М. И. Пармичева.

Село Kecosa Topa,

Калининской области. _
	    
	Окрылили октябрьские ветры,
Верность Родине силу дала.
 Звезды в небе’высоком: лучисты.
Не собьъемся с` пути и во мгле.
Светел взгляд. наш, и помыслы чисты?
Только счастья хотим на земле.
На ветру полыхают знамена.
Боевые. дороги прямы. .
Соколиное сердце дано нам,
От рожденья крылатые мы.
	Александр ЯШИН.
		(слева. направо): командир эскадрильи
Цатин, гвардии лейтенант Ф. Шмырин,
	Знатный земляк
	Весова Гора... ПШроетое русское село.
	Таких сел много в нашей родной Балинин­ской области. Злесь, у истоков великой
русской реки Волги, росло и воспитывалось
пелое поколение выдающихся русских лю­дей. Отсюда вышел незабвенный Михаил
Иванович Калинин. Здесь творил и талант­ливый поэт-нахарь Дрожжин и недавно
	умеритий советский писатель’ Шишков.
В Кесовой Горе родился и провел свои
	детские годы знатный летчик дважды 1е­рой Советского Союза твардии майор Алек­<ей Васильевич Алелюхин.
	В годы 1 ВОЙНЫ все наше село следило за
подвигами ‚земляка... Из далекого Таган­рога пришли первые вести 0 замечалеть­ных фронтовых успехах Алексея Алелюхи­на. Тогла з& четыре дня 00ев на реке
Минус летчики эскадрильи, которой он
командовал, сбили 24 фашистских само­лета. Пять из них уничтожил сам коман­дир...

‚ Потом: радостная весть пришла из Мели­тополя. За подвиги Алексей Алелюхин
удостоился звания Героя Советокого Союза.
В тот день в нашем селе был настоящий
праздник, у всех на устах было имя героя.
В колхозе уже повторяли. фронтовую по­оворку 0 земляке:

-— Ебли в н8бе Алелюхин, значит
«Юнкере» на земле...  

0 подвигах героя знали все. И велика
была радость односельчан, когда в августе
1944 года Алексей Васильевич Алелюхин
приехал в Кесову Гору, в родные края.
Пионерка Люся Блинова первая  препод­несла герою большой букет цветов. От
имени колхозников ето приветствовал
председатель колхоза тов. Федоричев: В
обратную дороту героя провожали все жи­Под широким крылом самолета
Облака золотые плывут.
За любовь к беспредельным высотам
Нас крылатым народом зовут.
Да, крылатые ‘все мы — от мала
‚До велика,
Нас буря не гнет.
Мир глядит, на размах небывалый
Нашей славы и наших работ.
B ратной дружбе сердца беззаветны.
Революция нас подняла,
	ти у хамого винта’ словно шпаги фехто­вальщиков. схлестнулись две. трассы «Эр­ликонов». Но умелой рукой вырвал Фате­ев машину вправо, и она осталаеь непора­женной. Секунду спустя’ над домом, в RO­тором немцы оборудовали огневые позиций,
взметнулоеь облако дыма от разорвавшей­ся бомбы.

— Бьете правильно, повторите заход,
— передали со станции наведения.

Снова описали полукруг серые тяжелые
штурмовики. Поставив свою машину в
вираж, Фатеев упорно разглядывал землю.
С небольшой высоты опытный глаз’ летчи­ка схватил необходимое — слвды наенех
оборудованных немцами” огневых позиций.
Сюда и обрушили летчики оставшийся
бомбовый груз. Когда они, енизивитиеь до
бреющего; уходили от цели, наши артиляе­риеты, воспользовавшись тем, что немцы
ослабили огонь, выкатили свой орудия и
етали прямой наводкой обстреливать форт.

А ночью. когда спали уставшие от на­пряженных вылетов летчики, когла коман­дир полка уже подписал и отправил в вы­шестоящий штаб оперативную сводку, на
командном пункте зазвонил телефон. Де­журный офицер снял трубку и с минуту
слушал. Затем он бросил ев на стол и ра­достно воскликнул:

‚— Товарищ командир, форт взят, пе­хота прислала благодарность: она под­тверждает точность нашего удара.

__„. Несколько дней подряд продолжалась
осада крепости. Дом за домом, квартал за
кварталом очищали Познань от немцев на­земные войска. Погода не улучшалась. Но
ежедневно над районом боев появлялись
штурмовики гвардии подполковника Вол­Кова,

Штурмовиков справедливо называют
«чернорабочими войны». В этих еловах
умного правды. Кому, как не им, в любую
погоду, при любом, самом отчаянном про­тиволействии врага приходилось бомбить и
обстреливать цели. Складывалась ий такая
обстановка, при которой одно мужество, не
подкрепленное мастерством. было бы бес­сильным. Так было в боях 3a Познань.
Летчики полка Герой Советекого Союза
гвардии майор Смирнов, гвардии капитан
Просвирнов, твардии лейтенанты. Шмырин
и. Монееев в любую погоду водили свои
	Ёрылатый народ
	_ Война научила меня многому, & Глав­ное — воевать по-гвардейски. ло:
  Три дня сопротивлялись те В 5 ropone  
	Бартенштайн. «Трудно нашей пехоте,
трудно ребятам», = товорили мы: между
	мгновенно ДоТоНЯЮ   бой. Каждый рвалея к полетам. чтобы
	помочь евойим товарищам
	`Й вот эскадрилья выруливает на старт.
Сигнал — и мои машины в полете, Грозные
	ЕЕ

На утро ОО боевой вылет. Вечером ПТУРрмовики идут помогать пехоте. По нес­а. ee ee re mt AFAR TB
	RONKKY захолов олин за ДрУГИМ, ТО Став Б
	круг, отбивая атаки «Мессершмиттов», то
выбрав цель один на один, идем на врага.
	ий трассы наших пуль скрещиваются в по­лете. Немец не устоял,
`Кав самую высокую награду за этот бой,
	храню я благодарность. моей achaApHAbe
от генерал-полковника Захарова,”

.. Последний налет na Венигеберг.
Гвардейцы, пришедитие © Волги, из-под
стен Сталинграда, на земле и с воздуха
сверпили справедливую месть за Сталин­град над столицей Восточной Пруссии.

`Венигеберг выглядел, как поеле страш­ного землетрясения.

Когла кончилась война, я простился c
частью. в которой вырос от сержанта до
	гвардии майора, в которой дважды уло­стоилея звания Героя Советекого Союза.
Всем этим я обязан своей части своему
	народу, товариту Сталину..
	Сейчас я учусь. в Военной ` краснозна­ченной ‘академии командного и штурман­ского созтава ВВС. _ Передо MHOH — боль­шая, радостная перепехтива.
	Гвардии майор Л. БЕДА,
пважды Герой Советского Союза.. _
	 
	 
	 
	появляемея над немцами, над станцией
Гумрак. Успех первом боя немножко
векружил мне голову. Увлекшись штур­мовкой, я не успел быстро занять свое
место в груние. Вынырнувший откуда-то
«Меесершмитт» изрешетил мне машину, и
только злость на немпа и стыд за свою
	неудачу дали мне. силу дотянуть до своего
	аэродрома,

Так со мной, е летчиком в случи­тась настоящая беда. Надолго я запомнил
ве и не простил немцу.

Bee дни, проведенные в. санчаети, я ду­мал: кто же виноват, что меня, как цып­ленка, ошибли на втором боевом вылете?
Й я вспомнил слова товарища Сталина 0
том, что одной храбрости мало для того,
чтобы победить врага. Нужно еще стать
мастером своего дела.

Когда я сказал офицерам-летчикам, что
буду приглядываться к ним, и попросил. их
	учить меня, они сказали: «Что ж, была бы  
охота Учиться, == выучих: Только Учасв
	воюй, а не просто утюжь воздух». `
Из Сталинграда нашо часть ушла на
	место нового большого побойша 6 немна­МИ. ‘ . :

— Мпус-фроят,. Миус-фронт!-— кричала
немецкая пропаганда, сыпались листовки
на HATH OEOUBI.
	 
	 

группы в бой. Прорываясь ‘сквозь туманы
й дым пожаров, поражали они артилле­рийские позиции и танки немцев, потав­ляли их огневые точки в каких-нибудь
300—500 метрах от наших позиций. Ма­втеретво летчиков, точность, с которой
бомбили и штурмовали гвардейцы, обесле­чивали им успех. Й после того, как пала
Познанская цитадель, как рассеялея дым
пожариш над иссеченными пулями и ена­рядами стенами фортов, в один из вечеров
радио передало очерелной приказ Верхов­ного Главнокомандующего. В. нем в числе
отличившихся ‘командиров авиапионных.
частей и соединений одной из первых бы­ла упомянута фамилия гвардии подполков­ника Волкова. Вскоре боевое гвардейское
знамя полка украсил орден Суворова Ш
степени — награда за штурм Познани.

2%. =
	.. Все это вепомнилось теперь, когда
IIFYpMOBURG - ‘Волкова; ‘выполнив’ учебную
задачу, на бреющем полете уходили от
пораженной цели. Над лесом, за которым
находилась  автоколонна «противника»,
еще плавали обрывки дыма. Гул моторов
быстро удалялся. Вотда самолеты copep­шенно скрылись из глаз, офицер штаба ко­ротко сказал: -

—- Учение кончилось.

Несколько часов спуетя «Виллис» ичал
нас по ухабистой, кочковатой дороге поли
гона к месту штурмовки. Миновал поелед­ний поворот — ‘и нашим глазам предотала
имитированная автоколонна. Мишени, ста­рательно готовившиеся полигонщиками,
были разнесены пулями и снарядами, на
земле валялись щепки от кузова одной Ma­шины, дверца, сорванная при взрывной
волне, врезалась в мягкую болотистую зем­ЛЮ. Подполвовник, осматривавший резуль=
таты штурмового удара, одобрительно по­качав головой, еказал:

— Хорошая работа. Узнаю гвардейцев
по почерку. Настоящие мастера своего де­Та, ничего. не скажешь.

...Й он неторопливо расеказал о том, 9
каким упорством учатся теперь летчики
полка, прошедшие трудный ратный путь
от Орла до Берлина, покрывшие немерк=
нущей боевой славой знамя <воей части.
	Капитан Г. СЕМЕНИХИН.
	МА СГЕРСТВО ГВАРДЕЙЦЕВ
	Шли летно-тактические учения. Над по­буревшим от солнца полем учебного поли­тона кружились штурмовики. Они то сни­жались над извилистой линией траншей,
поливая пулеметно-пушечным огнем «про­тивника». то снова © ревом взмывали
	вверх, набирая выеоту после пикированиз,
	Уходя в сторону от цели, чтобы, сделав
разворот, опять обрушиться на Hee. Tam,
ге падали сброшенные бомбы, густой сте­ной ветавал лым. Группы «Ильющиных»
	появлялись нал полигоном непрерывно: не
	успевала отштурмоваться одна, Kak eb
меняла другая; Стрелки часов уже пока­зывати начало второго; когда стоявший ря­дом офицер из штаба коротко произнес:

— Вот эти будут завершать.

Защищая ладонью глаза от солнца, он
посмотрел на горизонт. Там уже появились
силуэты новой девятки «Ильющиных»:
Самотеты с кажлой секундой увеличива­лись в своих размерах. Минуту Cilycrs
они с ревои пронеслись над зданием
комантного пункта и, построившись В
	круг. стали штуруовать скрытую за AECON
	площадку, Это была самая далекая цель.
	Самолеты последней группы пикировали
с большими углами.

— Хорошо работают! — деловито ска­зал офицер пегаба. &=

— Чьи это штурмовики? — спросил я.

— Гвардии подполковника Волкова, —
ответил он, продолжая наблюдать за поле­roy «Ильющиных». уже улетавших OT
затянутой лымом цели.
	Vou
1b
И
И
а
В
9
т
у
{ф
a,
МИ
A
И
10
‚Я
В
С
И
0
М
Н
и
x
Н
‘He
	Чао 1945 тоха, один из полевых &эродро?
мов Запалтной Польши и горячие дни штур­ма Познанской питалели,
		взгляд на низко нависшее небо, с кото­рюто падали на землю косые полосы не то
снега. не то дождя, и старался представить
	глухо замкнули в чей вражеский гарнизон.
По разбухшим от перемешанного © грязью
снега фронтовым дорогам непрерывным
потоком устремились к Одеру пехота, ар­тиллерия, конница. Немцы сначала попы­талиеь вырваться из познажекого  «меш­ка», но, убедившись в бесплодности этой
попытки, епрятались за глухие каменные
стены фортов цитадели и стали оборонять­ея в отчаянием обреченных. Тот, кто был
в Познани, кто ходил по ее пахнущим
тарью улицам в первые дни после штур­ма, кто собственными глазами видел эти
стены, знает, насколько они крепки. Пе­‘хота первой ворвалась на окраины города.
В жестоких уличных боях она очищала
от немцев дом за домом, но, как только до­шла до района цитадели, остановилась.
Немцы задержали наших воинов яростным
отнем. За каждой каменной стеной здания,
не говоря уже о фортах. притаилиеь их
пушки и пулеметы. Ослабить этот огонь
можно было только ударом с воздуха. И
вот на командном пункте гвардейского
штурмового полка тревожно зазвонил теле­фон. Человек в кожаном реглане с погона­ми подполковника коротко ответил:

— Волков слушает.

Йз штаба медленно передавали боевое

‘распоряжение. На одном участке фронта
артиллеристаи не удавалось выкатить
вперед свои пушки для стрельбы по форту
прямой наводкой. Немцы пристреляли из
‹.бих орудий Bee подступы. и продвинуть­ся вперед не было никакой возможноети.
Только авиация могла проложить путь.
   Вотков слушал приказ и молча смотрел
сквозь окно землянки на раскисшее лёт­ное полб и накрытые брезентовыми чехла­уи самолеты. А в телефонной трубке одно
за другим возникали слова комантира.

— Я знаю. что погода не летная, —
медленно говорил тот, — но помочь нужно
во что бы то ни стало Без нашей помощи
наземникам трудно брать коепаеть Сколь­ко вылетов ты можеть обеспечить своим
полком за денъ? Лвадиать сможешь?

В трубке стало тихо, Далеко отеюла 3
штабе соединения ждали ответа. Волков
тоже с минуту молчал. Он перевел свой

 
	вали моторы. Снегопах не’ прекращался.
	Снег таял, еще не успевая пасть на ‘зем­ЛЮ, и от этого поле аэродрома с важдым
часом раскисало больше. Грязь липла К по­топтвам сапог, ` растекалась по голенищам.
	Фатеев сел в кабину, закрыл козырек
	Е Е.) И Вы ГАР. EES EE

себе улицы города, ставшие полем боя. Он фонаря и включил мотор. Самолет тяжело,
полумал о пехотиндах, вымокших и прод­словно нехотя, потащилея по _аарод­рюгших, с воспаленными от  JECCOHHIbI
глазами, 06 артиллеристах, которые без
помощи с воздуха не смогут подвеети к
стенам крепости орудия.

— Ла. смогу, — твердо передал он
командиру.

... Первый самолет, попытавшийся взле­теть на разведку погоды. увяз при руле­нии, и его пришлось вытаскивать волами.
Пожалуй, это быт единственный случай,
когда тягловая еила пришла на помощь
авиации. Летчики и по сей день вепоми­нают в часы досуга 06 этом происшест­вии. Но тогла было не до улыбок...

..Шока разведывали погоду, Волков выз­вал к cede гвардии старшего лейтенанта
Фатеева. Вдвоем они ‹клонились над по­лосатой крупномасштабной картой, и коман­дир, обводя острием синего карандаша один
из кварталов, тихо сказал:

— Вот здесь наши.

Острие карандаша переместилось на не­сколько миллиметров aueped й снова оста­НовИлОСЬ.

— А вот здесь уже немцы, — продол­жал командир. — Как видите, расстояние
всего 500 метров. Малейшая ошибка гро­зит ударом по своих... Вы. понимаете, Фа­теев, в чем вея сложность? Нужно найти
именно эти дома. Мне приказали поручить
группу наиболее опытному летчику. Я
выбрал вас. Сможете? — Волков испы­тующе посмотрел на своего подчиненного.
Сколько раз посылал он Фатеева в Gon.
какие цели ему только ни поручал! Были
вылеты и на разветку. и на  штурмовку
	бессоницы   РОМУ. иетчив о домен о КОД
nue боз  И взлетел. Сначала все было просто, Бес­к   Перебойно гудел мотор, плыла под плоско­стями земля, сзади на положенном интер­вале шли ведомые. Но, когда четверка
стала приближаться к линии фронта, м­тель усилилась. Сквозь плексйтлае фона­ря было видно, как носятся впереди. лип­кие хлопья снега, как падают они. на кок
п патрубки. Видимость резко ухудшилась

— все впереди обрывалось, покрываясь
	— все впереди обрывалось, покрываясь
серой. непронипаемой пеленой. Привиник
	был настроен на волну радиостанции на­ведения. Когла пох серой плоскостью
штурмовика ПОТЯНУЛИСЬ вереницы оска­ленных, с сорванными крышами домов,
Фатеев передал веломым:- «Мы над Поз­нанью» —и тотчае же связалея © землей:
	— Я — «СОокол»у, запросил он, —
подтвердите задание, ;

— Цель старая, — сообщила станция
наведения, =—— будьте осторожны, близко
от нее наши пеоедовые части, _
	Рети бы Фатеев и его водомые смогли:
	в эту минуту увидеть тех, KT. Hdad­дилея на земле. в этих исковерканных
войной кварталах‘ города, которые ‘в ‘свод?
ке официально именовались «нашим пе­редним краем», они бы поняли, в какии
нетерпением ожидали появления. «Илью­шиных» пехотинцы. Десятки тлаз о были
устремлены в небо, когда еще издалека
донесся нарастающий гул моторов. Лежа на
земле, в каменных развалинах зданий, в
наспех отрытых пулеметных ячейках, пе­вражеских аэродромов, на танки и на пе­реправы, и всегда Фатеев оправдывал на­дежлы командования.

(Сейчас командир так же твердо верил в
него, Котла маршрут был проложен и Фа­теев, пряча в планшетку пветной каран­пап. произнес любимое им словцо «поря­точек!», Волков вместе с ним вышел из
землянки. На стоянках механики прогре­хотинцы в напряжением следили за поле­том штурмовиков: сумеют ли они в ‘дождь
и метель, пробившись еювозь. дым, стояв­щий над районом боя, найти цель, сбросить
бомбы именно на те два каменных дома
левее форта, в которых замаскированы
немецкие орудия? Земля замерла в ожида­нии, когда первый самолет спикировал на
соселний квартал, Ударили зенитки. Поч­Тогда был февраль. Однако погода, CM
явшзя в Запалной Польше, никак не вя­залась с представлениями об атом месяце.

MeCTO хорошчх морозов, во время кото­рых скрипит обычно по1 ногой путника
наст, — мокрый. липкий снег, почти пере­холящий в дождь. непрерывные туманы п
зетры. Наши части обошли Познань и нд-