13 ИЮНЯ 1934 Г., № 161 (6047).
		PABA
	лагерем.
			 

 
	НОМ СТРЕЧИ.
	 

 

ОБЗОР
ПЕЧАТу

„Леди Макбет” и стихи
© „простых людях“.

 

 

 

 
	тать над собой много и упорно. Это —
главное». Пройдя суровую школу жизни,
которая научила его «любить, ненавидеть,
прислушиваться и познавать», он в CTH­хах о жизни своей тепло и бесхитростно
говорит о заводе.
«Вырос я средь голода и стужи,
И, придя к заводским корпусам,
Я зажил, где труд и радость дружат,
Где я с песнями сдружился сам...
Весело... Но вижу, старикашка
Посмотрел и словно туча в дождь:
Неужели он сердит на нашу
Жизнерадостную молодежь?
Подойти, сказать ему: — не руйся,
Не держи так брови рогачом,
Если б знал ты, что в груди, Дедуся,
И бурлит и жжется горячо...» —
	Самое интересное в литературных CTpd­`ницах «Оталинца» то, что отзывы о. рас­сказах и стихах начинающих писателей
дают товарищи по цеху, рабочий читатель.
Это—<уровый критик, который требует от
писателя четкости и простоты в стиле, но,
не ограничиваясь этим, оценивает . полез­HOCTh Того или иного рассказа или стиха
но тому, как они помогают ему в работе.
И этого мало! Стихи стихами, а как ра­ботает сам поэт не только над стихотвор­ной строчкой, но и над обработкой пору­ченной ему детали на производстве? Вот
отзыв контролера Геращенко из инстру­ментального цеха о стихах П. Скорикова:
«С охотой я прочел стихотворения
Скорикова «Саваян» и «Демонстрация
молодости», Они хорошо читаются и хо­рошо запоминаются. Вот я с ним рабо­таю рядом, в одном отделе, он молодой
производственник, и надо сказать, что
он очень хорошо относится к своей ра­боте. Всегда спрашивает о том, как луч­ше обработать деталь. Я всегда с удо­вольствием ему помогаю не только в 0б­работке деталей, но и в проверке их
твердости после закалки».
	0 чем же пишут начинающие пихате­ли? 0 цветах, которые впервые появились
в цехах, о заводском изобретателе, о луч­ших людях производства, 0 любви,
друзьях, отцах и детях. Лучшие и по co­держанию и по простоте описания’ — это
отрывки из истории завода. С каким инте­ресом читаются эпизоды из истории
«Электросилы», бывшей немецкой’ катита­листической вотчины Сименс-Гальске. 0
первых забастовках, о том, как в дни се­вастопольской обороны Вернер Сименс про­кладывал, по приказу Николая Первого
первый кабель в Крыму и как этот же
капиталист в это же время прокладывал
кабель в Крыму для Англии, т. е. для
страны, воевавшей с царской Росслей, - По­учительные, живые факты!

Литературные страницы в заводских га­зетах делают  большюе, полноценное и
культурное дело. Что может быть более ра­достно и волнуюме для начинающего ав­тора, чем тот живой и горячий отклик,
который находит его творчество у рабоче­го читателя? Стихи «0 простом челове­Ke» — 00 одном из лучших обмотчиков
	турбокорпуса «Электросилы» Чапельнико­ве — вызвали у героя такой. отхет-письмо:
	«Только тот, кто хорошо. знает ` и. ис­пытал сам тяжесть ‘работы на. капита­листа, понимает, как пегко работать
сейчас. Именно сознание нужно­сти и попезности выполняемого дела,
	сознание того, что ты не одинок, что у
тебя есть друзья, которым также дорога
выполняемая тобой работа, придает си­лы и мужество для дальнейшей работы,
для дальнейшей борьбы.

Вот почему дпя меня ценно стихотво­рение «О простом человеке».

В заключение скажу: больше показы­вайте «простых» людей производства,
Покажитё их в цехе, в момент напря­женной работы, дома и во время от­дыха»,
	этому остается добавить ‘только один
совет: упорно учитесь показывать «про­стых людей» с той же тщательностью и
тем же высоким. качеством, с каким люди
эти — герои пролетарской литературы —
		В мае рабочие завода «Электросила»
слушали в Ленингралском Малом театре
оперу «Леди Макбет Мценского уезда». На
страницах заводской газеты завязалась
яркая, интересная дискуссия о содержании
новой оперы, музыке Шостаковича, худо­жественной стороне постановки, игре акте­ров. Споры продолжались несколько’ дней.
Токарь 43-го отделения тов. Скоробогатько
тщательно разобрал хорошо запечатлевшую­ся оперу. .
«Внимательно следить за развитием
действия я стал с того момента, когда
дикая, загнанная бессмысленно-снотской
жизнью дворня издевается над бабой.
	Других высших интересов у этих, пюдей  
	нет и при существовавшем сгрое быть
не могло. Опера замечательная, и замеча­телен в ней именно этот блестящий по­каз социальной сущности старого купе­ческого быта, бесправия и обреченности
женщин того времени,

В музыке больше всего мне понрави­лись сцены в полиции и марш полицей­ских во время свадьбы. Удивительно
метко передано музыкой движение горо­довых, ‘этих каменных истуканов, кото­рые идут раздавить своей тяжкой папой
личное счастье Екатерины»,
	Токарю Анисину, воспитанному, по его
словам, на старых образцах мелодий, му­зыка «Леди Макбет» понравилась просто­той и доступностью. «Я, кажется, — сказал
разметчик Сапиро,— понял музыку цели­ком. Ни одно место не осталось для меня
темным, неясным».

В эти же майские дни с «Песней стале­варов» ‘на Красную площадь вышли рабо­une московского «Серна и молота». Эту
песню создал заводский поэт А. Филатов, и
текст ее с нотами напечатала «Мартенов­ка», Знакомая сталеварам песня!

«Дышит печь неугасимым жаром,
И всегда бушует, кан гроза;

Синие очки у сталеваров
Сдвинуты на зоркие глаза.
Здравствуй, наше солнышко весеннее!
Здравствуй, май победный, голубой!
Нет врагу пощады и. спасенья,
Если мы на улице с тобой.

Экономь минуты при завалке,
‚Каждым слитком стали дорожи!
	Это — наши будущие балки
И построек новых этажи».
	В какой же связи друг с другом нахт­дятся обсуждение оперы на «Электросиле»
и «Песня сталеваров» на «Сёрпе и молоте»?
Разверните страницы заводских газет, и вы
ясно различите факты растущей -культур­вой активности в широких рабочих мас­сах. Правда, газеты наши как-то робко,
точно  стыдясь говорить 0б этом полным
голосом, занимаются вопросами культуры.
	В то же время в жизни рабочих эти про­блемы занимают далеко не последнее ме­CTO, и стоит раздвинуть границы повсе­дневных газетных тем, чтобы увидеть и
достойно показать культурный под, eM Macc.

Одним из элементов этого под’ема яв­ляется творчество рабочих поэтов, начи­нающих писателей. Кажется, нет сейчас
ни одной заводекой газеты, где бы время
от времени не появлялась литературная
страница. Стихи, рассказы, эпизоды из
истории завода — вот ‘чем заполняются ли­терагурные страницы. Не все заводские
газеты могут порадовать качеством этих
страниц. Тём более интересным и ценным
становится опыт ‘газеты «Сталинец» Рост­сельмална, которая вот уже несколько ме­сяцев регулярно выпускает литературные
страницы к всесоюзному с’езду писателей.

Внимание, помощь и руководство в
работе начинающего писателя— дело огром­Ной! важности. Ито во-время поможет,
укажет рабочему поэту, что «рукава спе­цовки» никак не могут «засучить тиски»?
А у Симонова, у бывшего беспризорного
паренька, который в 1930 году пришел
на Ростсельмаш, такие строки в его сти­хах встречаются:
	«Засучив рукава спецезки ловно,
Стиснули сталь тиски зубами».
	Но на это ему во время смотра указали,
да он и сам понимает. что «нужно OTHO­bECEHA C JDK
	ствие п промышленным районам Велико­британии, «заметил» и описал в своей по­следней книге. тяжелые условия жизни ра­бочих, Кроме Джемсон, эти писатели, од­нако, еще не имеют ярко выраженной ое­волюционной тенденции. Дальше пошла
группа молодых поэтов, которые открыто,
хотя и не всегда последовательно, етано­BATCH Ha точку зрения рабочего класса.
Наиболее известными из них являются
Альден и Спендер. Следует упомянуть
также Хенли, который создал одно из нан­более сильных художественных описаний
положения рабочего класса в Англии.
Растущая опасность войны тоже нало­жила отпечаток на английских писателей.
Очень популярный писатель Биверли Ни­колье дошел до истерического пацифизма.
Что касается моей собственной обла­сти — политической и экономической пу­блицистики, то здесь положение особенно
интересно. Кризис ‘привел к созданию
больнюто количества работ, пытающихся
об’яснить, что произошло с капиталиетиче­ской Системой и как ее ` ремонтировагь.
Г. Д. Кол, известнейший теоретик рабочей
партии. написал почти дюжину книг ©
	‘начала кризиса 1929 года. Нельзя избе­жать, однако, заключения, что он всяче­ски старается уклониться от революцион­ных выводов марксизма. Характерно, ¢
другой стороны, что некоторые буржуаз­ные экономисты, как Роббин, приходят к
полной безнадежности насчет перспектив
капитализма. Его.ученики в лондонской
экономической школе в большом числе
становятся коммунистами.

Контраст между этой картиной и поло­жением советской литературы более чем
ясен. Хотя только небольшое количество
советских художественных произведений
переведено на английский язык, эффект,
произведенный ‘ими, громаден. Могуше­ственный реализм, жизненность точки зре­ния их авторов отражают совершенно иные
социальные условия, чем те, которые cy­ществуют в капиталистическом мире. Я, к
сожалению, не читал еще некоторых по­слелних переводов. Поэтому в моей памя­ти «Цемент» Тладкова остается самым
выдающимся советским романом. Ноя
знаю “Екже; что недавно появившийся
	«Тихий Дон» Шолохова побивает весе ре­корхы по быстроте, с которой ‘он раску­пается.

В заключение Джон Стречи просит пс­редать привет советским писателям, прямо
и непосредственно служащим величайшей
исторической задаче построения нового 0б­щества и создания нового человека.
МАЙОРСНИЙ.
	Лондон, 10’ жюня.
	Известный ‘английский публицист Джон
Стречи, автор книг -«Ррядущая борьба за
власть» и «Опасность фашизма», поделил­ся с вашим корреспондентом. своими с009-
ражениями по поводу предетоящего вее­союзного с’езда писателей.

— 3ToT с’езд; — заявил Стречи, —
несомненно будет иметь крупнейшее мезж­дунаролное значение. Перед квалифициро­ванными работниками культуры стоит не­отложная задача борьбы против войны и
фашизма, которые сопутствуют друг дру­гу и грозят вернуть человечество к мрач­ным векам средневековья.

Позиция английской литературы в этом
отношении является неопределенной и пу­танной. Углубляющийся кризис капитали­стической системы оказал свое влияние
на английских писателей, но еще явно не­достаточное. Во Франции размежевание
между. революционным и реакционным кры­лом более резко. Там произошла ‘острая
поляризация. Андрэ Жид, Мальро и. дру­гие первоклассные: французские писатели,
не говоря уже о Барбюсе, привели ряд
своих коллег в лагерь революционного ря­бочего класса. Их манифест «Те, которые
сделали выбор», отвечает на основные
злободневные вопросы. с большой яс­ностью. С другой стороны, группа пиесате­лей, стоящих неизмеримо ниже по своему
художественному значению, пошла по bee
шистокому пути.

Этот же процесс имеет сейчас место и
в Англии, но он не зашел так далеко.
Большинство английских писателей еще
старается обойти дилемму, которую Андра
Зил ставит в своем манифесте. Такова, к
сожалению, тенденция виднейших англий­ских писателей старшего поколения, как
Шоу, Уэльс, Гелсуорси и Бертрам Рассель,
или некоторых молодых, как Альдуе Гек­сли и Л. Доурене до его смерти. Некоторая
трупна писателей с полной определен­ностью становится на фашистские пози­ции. Таковы Джон Сквайр (получивший
даже знатный титул за евои услуги гое­подетвующему классу) и Освальд Сит-.
	Be.ld —— аристократ по происхождению И
по вкусам.

Значительное число молодых писателей,
олнако, в той или иной степени эволюцио­нирует влево. В современном английском
романе оживает реалистическая школа.
После крайнего, суб’ективизма Лоуренса не­которые английские романисты переходят
к реалистическому описанию окружающих
социальных условий. Из них я сейчас при­поминаю двух  писательниц — Сторм
Джемсон и Филис Бентли. Интересно гак­же, что такой популярный романист, как
Пристли, недавно совершивший путеше­Самолет над
	доставлен на самолете из’ Петропа­м корреспондентом «Правды»
		Снимок челюскинца Н. КОМОВА, д
вловска-на-Намчатке специальным
				самолет!.
	Мы ухолили на аэродром, не прощаясь   ки-—тут же на берегу полыньи
	C остающимиеся товарищами.
	ваемея, натягивая на себя все, что у нас
есть теплого: ватные костюмы, меховые
чулки, торбаза. Огромные неуклюжие ма­лицы из собачьей шерсти мы наденем
там—\ самолета, сейчас они излишне сте­снят наши лвижения. Оставшиеся около
полыньи мужчины пытаются установить
связь с противоположным берегом полыньи,
посредине которой в этом месте плавает
значительных размеров льдина. В дело пу­щены нафты, доски, шесты... Машинист
Петров проваливается по пояс в воду, под­рывник Гордеев зачерпнул полные вален­ки воды, но все же закинули на льли­ну длинную доску, перебросив ee затем
на противоположную сторону полыньи...
Петров, сбежав по новому мосту на «тот
берег», отправилея сушиться в палатку
на аэродром. `
— Ледянку везут.
	Фотографы защелкали аппаратами. Че­ловек 30—40 быстро мчали шлюпку по
гладкой леляной площадке.
	Мы криками — «ура!»—и  аплодисмен­тами привететвовали. их приближение,
	Через 5-——10 минут. все переправились
через полынью и устремились на aapo­ADOM.
	Последние минуты перед посадкой на
самолет как-то изгладились из памяти. Нас
закутывали в малицы, подпоясывали, за­матывали шатфами шею, anno.
	А мы, неповоротливые, меховые, Торопли­во прощались, наспех засовывали в кар­маны телеграммы домой — «на землю»—
от тех, кто еще оставался на льду. Затем
нае  пПоочереди  втаскивали на самолет.
«Втаскивали», так как малицы не давали
нам двигаться. как мы хотели.
	— Стойте неподвижно, не шевели­тесь, — кричали нам, — мы сами вас
BpTamun!
	Наконец все пассажирки на борту са­молета. Все десять, да еще два самых пен­ных маленьких «места» — наши девочки­полярницы.
	Самолет бежит по аэродрому, мы машем
в последний раз меховыми рукавицами.
	Малина отрывается от аэродрома. Й мы
сразу теряем из вида небольшую горсточ­ку людей среди торосистых ледяных про­странетв...
	0. H. KOMOBA.
	Через час мы видели землю!
	— Все равно вернетесь, —полшучивали
они над нами.— ужину не ‘опоздайте!

Шли медленно... Мы были почти’ увере­ны, что на аэродроме придется снова си­деть и ждать часа полтора-два, пока сиг­нальные флаги не дадут знак: «самолет
вернулся». Так было уже несколько раз.
	Трудно предетавить себе самолет над на­шим лагерем именно сегодня, когда термо­метр Цельсия показывал минус 38°. Ну,
как же можно лететь в такой мороз!
	Мысли заняты ‘лагерными заботами: He
успели вымыть ведро после каши, теперь
она засохнет, и вечером придется повозить­ся.

Неожиданно мысли путаются... Где-то
близко стук мотора!..
	Ато-то прыгает мне на шею: «Самолет,
самолет! Нас ‘нашли
	Наша точка. — лагерь Шмидта — уже
нанесена на карту и проверена большим
жужжащим «АНТ-4».
	Самолет делает два круга над аэродро­мом, мы видим его, от радости кричим:
«ура!». Машем руками и шапками в пол­гой уверенности, что он нас видит и слы­+ (HT
	«ВАН ТРУД­ГАРАНТИЯ СЧАСТЬЯ ВСЕГО ЧЕПОВЕЧЕСТВА»,
	Датский писатель Андерсен-Пексе в Ленинграде.
	Сеголня Андерсен-Нексе с женой побы­вал на заводе. После осмотра производ­ственных цехов Андерсен-Нексе присут­ствовал на собраниях рабочих арматурного
и механического цехов и на общезаводском
собрании инженерно-технических работни­ков. Старейшие производственники завода
преподнесли писателю и его жене букет
живых цветов, а также избранные сочине­ния енина на немецком языке. Принимая
этот подарок, Нексе подчеркнул особую
ценность для него книг величайшего вождя
мирового пролетариата.

Отвечая на многочисленные приветствия,
Нексе заявил:

— Советский Союз — это` маяк, кото­рый нам освещает путь в дальнейшей
борьбе. Героическая работа пролетариата
GOCCP придает нам силы и бодрость в борь­бе с капитализмом.

Перед от’ездом Нексе и его жена осмо­трели детские ясли и медицинский пункт
завода и выразили восхищение размахом
заботы о блатосостоянии и нуждах трудя­щихся.
		ЛЕНИНГРАД, 12 июня. (Корр. «Прав­ды»). Вчера датский писатель Мартин
Андерсен-Нексе принял делегацию рабочих
завода «Знамя труда» № 1. Делегаты, из­бранные общезаводской конференцией, по­священной всесоюзному с’езду писателей,
передали Андерсен-Нексе приглашение по­сетить их завод. Писатель охотно принял
предложение и вручил делегации следую­щее ответное письмо к рабочим и ИТР
завода: №

«Дорогие товарищи! Благодарю всех
вас за милый привет, который вы пере­дали мне через вашу делегацию, за ва­ши товарищеские слова привета. Я у3-
нал через. вашу делегацию о ваших
больших успехах. Кроме того, я всюду
вижу вае, как вы идете вперед богатыр­скими шагами. Двигайтесь и впредь так
же. Этого я вам и Советскому Союзу
искренне желаю. Человек сам кует свое
счастье. Ваш бодрый, неутомимый
труд— гарантия счастья для вас самих

й для всего человечества.

Мартин Андерсен-Нексе».
	Kro-To раскрыл 00 ятья, кто-то бежит
вперед, спотыкаясь и рассыпая взятые на
дорогу галеты. Подбирать их некогда: на­до спешить — самолет уже сел.
	Мы все бежим—за последние дни доро­га хорошо утоптана многочисленными по­ходами на аэродром. Перелезаем ` через то­росы, перепрыгиваем узкие трещины.
	Большая полынья на пути! Еще вчера
ве не было! Она тянется далеко и вправо
и влево... Вода’ покрылась уже легкой,
прозрачной Ледяной коркой, но пройти по
ней нельзя. Пытаемся найти место для
перехода на другую сторону. Нервничаем:
самолет `ждет, слышен треск его мотора, а

, беспомощные, стоим и нё знаем, добе­ремея ли ло аэродрома.
	—- Товарищи, скорее за ледянкой! Ta­щите из лагеря ледянку! — раздается ко­манла капитана.
	Человек 15—20 более крепких мужчин
спешат исполнить приказание. Через ми­нуту, другую они уже скрылись за торо­сами. Время идет медленно, хотя часы
утверждают во обратном. Чтоб не 3azep­жать самолет, мы женщины-пассажит­азалд.
	ного разрушения», т. е. М. А. Бакунин, в
своей полемике с Мадзини называл теорию
исторического материализма Маркса и Эн­гельса великим завоеванием человеческой
мысли и великой заслугой автора «Капи­тала». Велед за ним некоторые народники,
в том числе и Плеханов, так же смотрели
  на эту теорию. Больше того, смотря так,
они под влиянием новых фактов русской
жизни шли дальше. Известно, что уже на
страницах «Земли и воли» и в особенно­сти «Черного передела» Плеханов вслед за
Бакуниным не раз подчеркивал, что «эко­номические отношения в обществе» явля­ются «основанием всех остальных, корен­ною причиною не только всех явлений по­литической жизни, но и умственного и
нравственного склада его членов». Ho,
признавая это положение, Бакунин делал
из него совершенно неправильный вывод:
если экономика есть главная, движущая
причина современного общества, то отею­ца, рассуждал Бакунин, вытекает важное
следствие — ни о какой политической
борьбе нечего и думать и надобно совер­шить экономический переворот, а полити­ческие следствия его явятся  неизбеж­но сами собой. Вот почему Бакунин re
  соглашался и с тем положением «Между­народного товарищества рабочих», которое
гласило, что политическая борьба проле­тариата является могущественным сред­ством экономического освобождения трудя­щихся.

Борьба в’ среде. народников’ по этому по­следнему вопросу и разделила’ их на на­родников, отрицавших значение политиче­‘ской борьбы, и на народовольцев, прида­вавших ей главное и первенствующее зна­чение. Народовольцы ‘отстаивали мысль
Дюринга, что основной пружиной истории
является сила, народники же; признавав­Mle значение экономического’ фактора, за­бывали о политической борьбе,

Перед Плехановым, таким образом, сто­AIH две концепции: одна-—старая народ­ническая вера в TO, что экономика —
главная пружина истории и потому необ­ходимо совершить экономический перево­рот... — концепция, недооценивавшая по­ситься критичесни к самому себе и рабо­! делают свое повседневное рабочее хело.
		 
		никший на основе неразвитых буржуаз­ных отношений, ставивший ставку на кре­отьянство, по мере развития капитализма
и роста промышленного пролетариата из­жил себя.

Из ‘теории, вначале способствовавшей
росту и развитию революционного движе­ния в России, несмотря на присущие ей
некоторые реакционные черты, этот «рус­ский социализм» к середине 80-х годов
превращался в оковы революционного дви­жения. Теория исключительности, «само­бытности» русской истории при всем ее
внешнем оптимизме в конечном счете есть
«узкая» и глубоко «безнадежная» теория,
чуждая и враждебная марксизму. «Номму­нистическая революция рабочего класса, —
писал Плеханов,— никоим образом не мо­жет вырасти из того мещанско-крестьян­ского социализма, проповеднаками KOTO­рого являются в настоящее время почти
все наши революционеры» °).

2. Только марксизм выражает правильно
и всесторонне интересы единственно до
конца революционного класса — пролета­риата. На этот класс должны обратить свое
внимание социалисты, в его среде сосредо­точить свою деятельность, ибо он, а не
крестьянство, — та сила, которая способна
совершить социалистическую революцию °).

3. Задача русских социалистов. — ©0-
‘здание самостоятельной политической пар­тии пролетариата. «... Возможно— более ско­рое образование рабочей партии,— писал
Плеханов,— есть единственное средство
разрешения всех энономических и полити­зоних противоречий современной России.
На этой дороге нас ждут успех и победа;
Bce же другие пути ведут лишь к пораже­нию и бессилию» *).

4. Только победивший в своей револю­ции пролетариат сможет вывести из нище­ты, кабалы и угнетения крестьянство,
приобщив его к новым, высшим формам со­циальной жизни °).

5. Путь к социализму лежит через на­сильственную коммунистическую револю­цию, через захват власти рабочей социа­листической партией, через уничтожение

 
	классов).  
Вот круг идей, вытекающих из «Наших
разногласий». Они выражены’ здесь He
	всегда достаточно четко и резко, но имен­*) Плеханов, т. Ц, стр. 331, ГИЗ, 1923 г,
3) Там же, стр. 332.

1) Там же, стр. 349.

5) Там же; стр. 310-311.

8) Там же, стр. 331—332, 357.
	 
	В. НЕВСКИИ.
	литическую борьбу; другая— народовольче­ская, исходившая из идеи, что сила есть
творческая воля истории, и потому призна­вавшая, что заговорщическая партия пу­тем террора и прямого нападения сломит
абсолютизм, после чего и: начнется народ­ное творчество.

Эволюционируя сам от народничества и
постепенно освобождаясь от его предрас­судков, Плеханов и выступил сначала про­тив первой из этих концепций со своей
знаменитой книгой «Социализм и полити­ческая борьба». «Всякая классовая борьба
есть борьба политическая», — вот какое
положение Маркса развивал и защищал
Плеханов. Ему отвечал Тихомиров в статье
«Чего ‘нам ждать от революции?» (во вто­ром номере «Вестника «Народной воли»).

Аргументация Тихомирова была все та
же старая, что и в «Народной воле», —о
разнице в историческом развитии России
и Запада. Плеханову нужно было ответить,
и он выступил с книгой «Наши разногла­сия», предисловие к которой помечено
22 июля 1884 г.

Мы уже отмечали выше, что в народни­ческой среде «Наши разногласия» были
встречены в штыки. Но зато Плеханов по­лучил поддержку от самих учителей и
основоположников нашей теории. Меньше
чем через год, а именно 23 апреля 1885 г.,
в письме к В. И. Засулич Ф. Энгелье так
писал о «Наших разногласиях»  Плеха­нова: ‹... Но и то немногое, что я прочел
ИЗ ЭТОЙ книги, достаточно, я думаю, чтобы
более или менее пэнять разногласия, о ко­торых идет речь.

Прежде всего повторяю, что я. гржусь,
что среди русской молодежи существует
партия, которая без колебаний и оговорок
принимает великие экономические. и R:T3-
рические теории Маркса и зоторая реши­тельно порвала с ангохичеевими к’ наеколь­ко славянофильскими традиция ее прел­шественников.

Сам Марке, — заключает Энгельс, —
гордился бы этим точно так же, если бы
он прожил немного дольше. Это прогресс
огромной важности для развития револю­ционного движения в России» *).
		но эти идеи Ленин ценил в «Наших разно­гласиях» и других произведениях Цлеха­нова 80-х гг., и в пропаганде именно этих
идей он видел историческую заслугу Пле­ханова °).

Именно это и делает «Наши разногла­сия», при всех их несовершенствах и
ошибках, — а их немало, — произведением
исторического значения. в

«Чтобы сделаться революционерами по
существу, а не по названию, - русские
анархисты, народники и бланкисты долж­ны были прежде всего революционизи­ровать свои собственные головы, a для
этого им нужно было научиться понимать
ход исторического развития и стать во гла­ве его, а не упрашивать старуху-историю
потоптаться на одном месте, пока они про­ложат для нее новые, более прямые и
торные пути» *),—писал Плеханов в 1383
году.

Вещие слова, разящие самого Плеха­нова периода после П с’езда, когда ‘он,
погрязший в тине онпортунизма, упраши­вал  «старуху-историю  потоптаться Ha
одном месте», когда он, в 1905 г., как
оппортунист, возражал против диктатуры
пролетариата и революционного крестьян­ства, когда он не понимал в октябрьские
дни роли бедняцких революционных слоев
деревни, когда он в крестьянском вопросе
плелся в хвосте меньшевиков и даже ли­бералов, когда он высказывалея вообще
против большевистских методов полавления
буржуазии.  

Да! История не ждет. Она отбрасывает
назад всех, кто не поспевает за ее движе­нием, всех, кто не способен или не хочет
понять хода исторического развития’ и
стать во главе его. Понять же этот «ход»
мозкет только тот, кто стоит на гранитной
основе величайшей революционной теории,
выработанной челорочеством,—на основе
марксизма-ленинизма.

Под знаменем марксизма-ленинизма’ на­ша партия победила в Октябре, открыв­шем собой переход от прелюдии истории к
собственно человеческой истории. Под этим
знаменем наша партия во главе с веди­ким Сталиным осуществляет строительство
социализма и ведет СССР к бесклассовому
социалистическому обществу.

Под этим знаменем, под знаменем Мар­кса—Энгельса—Ленина—Сталина, — миро­вой пролетариат идет к своему Октябрю.
	 ) Ленин, т. ЦП, стр. 535.
8) Плеханов, т.П, стр. 87—33.
	Пятьдесят лет
	На текущий год приходится несколько
юбилеев, в том числе полувековой и сорока­летний— двух замечательных произведений
в русской и мировой литературе револю­ционного марксизма. В 1884 г. появились
«Hamm разногласия» Г. В. Плеханова, в
1894 г.—«Что такое «друзья народа» и как
они воюют против социал-демократов?»
В. И. Ленина.

Общие по теме и идейному направлению.
эти два произведения различаются между со­бой, как продукт мысли незаурядного ума
и большого таланта от продукта мысли
подлинного гения... То, что у Плеханова ча­сто только едва намечено. у Ленина, со
свойственной ему железной логикой, разви­то неизмеримо глубже и аргументировано бо­татейшим фактическим материалом. Уже в
этой работе в Ленине чувствуется будущий
великий теоретик и’вождь пролетарской pe­волюции, равный по силе гения основопо­ложникам научного социализма. С этого
	момента——середина 90-х голов­начинается.
	в Россий слияние стихийного рабочего дви­жения © социализмом, непосредственная
борьба за создание боевой партии пролета­риата, способной привести его к победонос­ной коммунистической революции, а веду­щая, решающая роль в эту эпоху уже при­надлежит Ленину.

Но на предыдущей стадии революционно­го движения в России роль Плеханова была
велика. Деятельность созданной им «Группы
«Освобождение труда» и прежде всего его
собственные критические работы немало
способетвовали победе марксизма над мед­кобуржуазными учениями п теориями, до
середины 80-х гг. безраздельно господетво­вавшими на русской почве.

Значение «Наших разногласий» в том,
что в них впервые, несмотря на все их
несовершенства и ошибки, связанные с на­родническим прошлым Плеханова, было
применено великое учение Маркса к ана­лизу тогдашней русской действительности,
к задачам и перспективам русского револю­ционного движения. В них впервые была
сформулирована мысль, что и в «самобыт­гой» России истинным героем будущего
является рабочий класс. что и злесь, на
	(«НАШИ РАЗНОГЛАСИЯ» Г. ПЛЕХАНОВА).
) ИЯ ;
	востоке Европы, именно этому классу,
создающемуся в ходе промышленной рево­люции, принадлежит не только будущее, но
и гегемония в революционной борьбе за это
будущее, что пролетариал, и только он
один, является до конца революционным
классом,

Теперь, когда весь мир стал свидетелем
невиданных побед пролетариата в СССР,
завоеванных под знаменем марксизма-ле­нинизма, все это выглядит просто, звучит
как аксиома. Но не так было полвека на­зад. В тогдашней исторической обстанов­ке нужно было ‘обладать известным прони­Цательным умом, большим мужеством мы­сли, чтобы высказать эти положения в при­менении к России и защищать их против
революционеров-народников, над которыми
тяготели ложные теории и на которых еще
был отблеск неувядаемой славы героев пер­вого марта. В этой обстановке проложить
дорогу марксизму в Россию было нелегко.
Ослепленные борьбой, неспособные под­няТьея До понимания революционного
марксизма, народнические противники Пле­ханова че останавливались даже перед об­винением его в апологии капиталязма,—-
прием, к которому прибегали в свое время
Бакунин и Кропоткин в борьбе с Марксом,
а позднее Михайловский и так называемые
«социалисты-революционеры» в борьбе про­тив Ленина.
	LJ oO)
Достигнув известных успехов в
отношении своей заговорщической кон­спиративной организации, «Народная во­ля» как бы застыла в своей теории и
	вообще в своей идеологии. В то время как.
	часть некогда правоверных народвиков
под влиянием фактов жизни — развиваю­щейся экономики страны и победоносного
	‚ развития марксистской теории и ее прак­тики на оападе—хотя и медленно, но ме­няла свои взгляды, народовольцы попреж­нему упрямо и в 1884 г. держались своих
взглядов, сформулированных еще на py­беже 70-х и 80-х гг.

Плеханов сам рассказывает об этой эво­INONHH от народничества к марксизму. Он
	подчеркивает, что еще «апостол всемир­Итак, следующие идеи, проникнутые ду­хом учения Маркса, лежат в основании и
вытекают из «Наших разногласий»:

1. Старый «русский социализм»: воз­^) Группа «Освобождение труда», 6. 3,
стр. 25. ГИЗ, 1925 г,