За отличный
расчет
	Воспитать хороших воинов-зенит­чиков, сделать их отлично подго­товленными — вот главная задача,
над которой мне предстоит работать
в наступившем году.

Солдаты молодого пополнения —
` люди самые разные. У них неодина­ковоё образование, неодинаковые ха­рактеры, у каждого из них свои осо­бые достоинства и недостатки. И вот
нам, командирам, нужно привить им
глубокую любовь к службе, Ha­учить действовать точно по уставам,
вырастить из них хороших, умелых
специалистов сзоего дела.

Надо сказать, что уже сейчас у
новичков проявилась важная общая
черта — это серьезное отношение к
учебе. Мой подчиненный — рядовой
Хасансв, например, внимательно .слу­шает об’яснения, никогда HE отвле­кается. Он не довольствуется плано­выми занятиями, много работает са­мостоятельно. Точно так же большую
активность в боевой подготовке про­являет рядовой Моисеев. ~
	Однако впереди у новичков мн5-
го трудностей. Сегодня я хочу им по­советовать не пасовать перед слож­ностями боевой учебы и службы,
проявлять упорство, настойчивость,
смело шагать вперед. А мы, коман­диры, сделаем все, чтобы как мож­но скорее молодые солдаты стали
хорошими зенитчиками, способными
в любую минуту выполнить свой
долг перед Родиной. :
	Младший сержант

А. ШЛЯЧКОВ.
	Триста шестьдесят шесть дней, напол­ненных напряженным трудом, остались
позади. Много нового, радостного принес
нам прожитый год. Советские люди уве­ренной постуцпью идут к коммунизму. C
каждым днем, с каждым годом Отчизна на­ша становится могущественнее и краше.
Исторические решения ХХ ©’езда партии
воплощаются в действительность.

Наш народ спокоен за свое будущее.
Его жизнь и созидательный труд надеж­но охраняютея армией, флотом и авиаци­ей. Советские летчики никогда не забы­вают о своем долге перед Родиной. За ми­нувший год поднялось на новую ступень
боевое мастерство ’летчиков-истребителей,
Так, в нашей эекадрилье нет сейчае ни
одного летчика, не имеющего класса. А
это означает, что воздушные воины в
совершенстве овладели своим грозным ору­жием — реактивным самолетом и способ­ны выполнять любые задачи в любых ме­теорологических условиях днем и ночью,
на различных высотах.

Для летчиков нашего подразделения
прошедший год останется надолго в па­мяти. 910 был год напряженного творче­ского труда, борьбы за высокую боевую
выучку. Перед нами стояли сложные и
многогранные задачи, требующие больших
усилий, знаний и опыта. Глубоко созна­вая свой долг перед Родиной, мы успешно
преодолевали трудности.

Знания, боевое мастерство не даются
легко, Вепоминаются первые дни учебного
года. Ш нам в подразделение прибыли
молодые летчики. Они имели страстное эке­лание скорее войти в строй. Их стремление
находило горячую поддержку. Для обуче­ния молодых воздушных воинов были вы­делены опытные летчики-методисты, офи­цер Сухов и другие. Они не жалели сил и
энергии, чтобы передать молодым летчи­кам свои знания, привить ‘им качества,
свойственные мастерам воздушного боя,

Шли дни упорной учебы. Летчики совер­шенствовали свои знания, продолжали
изучать теорию полетов, аэродинамику,
штурманское дело. Теоретическая ‘учеба
принесла положительные результаты.
Вскоре мы приступили к основному виду
учебы — полетам.

Вот здесь особенно много пришлось по­трудиться инструкторам. Обучая молодых
летчиков технике пилотирования реактив­ного истребителя по круту и в зоне, лет­чики-инструкторы использовали весь арсе­нал своих знаний и опыта. Много потру­дилея капитан Сухов. Участник Великой
Отечественной войны, летчик первого
класса коммуниет Сухов стал любимым
наставником молодых воздушных воинов.
Он терпеливо и настойчиво учил их в
воздухе, влумчиво анализировал каждую
ошибку, советовал, как лучше и быстрее
ее исправить.

Минувший год характерен и тем, что
учебная практика строилась на требова­ниях современного боя. Переходя в более
сложным видам боевой учебы, мы решя­тельно искореняли всякого рода условно­сти и упрощения, которые снижают 605-
вую тотовность летчиков-истребителей. В
нашем распоряжении был богатейший 6o­евой опыт, накопленный в годы Великой
Отечественной войны, опыт, которого не
имеет ни одна армия в мире. На каждом
занятии, в каждом полете мы стремилиеь
привить летчикам все качества, необходи­мые в современном воздушном бою,

Недавно у нас состоялись полеты на пе­рехват скоростных маневрирующих целей.
Тетчикам предстояло действовать в елож­ной воздушной обстановке,  атаковывать
опытного «противника», летевшего на
большой скорости. И воздушные воины
	Малина е трудом пробивалась по заене­женной лесной дороге. Водитель ефрейтор
Скориков чем-то походил в тот час на
штурмана, который отважно ведет судно
по буйным пенистым волнам, отчаянно
крутил баранку, жал на тормоза, переклю­чал скорости. Рядом с ним сидел молодой
	солдат Федор Махов. Он то сползал &
вери. то его подкидывало так, что головою
	солдат касалея потолка кабины. то он ле­тел в об’ятия ефрейтору Скорикову. Еф­рейтор хмурилея, шмыгал носом, но ени­сходительно помалкивал. Какой, мол, спрос
е новичка? Верно, на полигоне Махов по­казал себя с хорошей стороны. Не отставал
от других заряжающих. Командир полка
даже блатодарность ему об’явил, Но что
это за соллат, коль не изведал, почем фунт
лиха?
	Ряловой Махов чувствовал: водитель на
него смотрит, как на безусото WANA. Одна­ко настроение у Федора было отличное.
Первый экзамен на звание зртиллериста он
вылержал. Сам полковник поздравил его ©
успехом. Руку пожал. Более того, именно
ему, рядовому Федору Махову, он поручил
отвезти в клуб елку. Это радовало солда­та еще и потому. что Новый год он будет
встречать вместе со старшим братом. В
кармане у него лежала короткая телеграм­из: «Резу тебе подарок. Встретимся в час­ти. Николай».
Что там еще за подарок? Просто Нико­успенгно справились с поставленной зада­чей.
	Б полетах на перехват воздушных целей
	принимала участие и летная молодежь. В
этот день успешно действовали лейтенан­ты Повиденко и Вознюк. Они не терялись
в сложной обстановке, четко выполняли

команды штурмана наведения, стреми­Фельно соблуижанирЕ ep naqtwm wanna aman.
	не свойственно
	или маневры и атаки. -
	Советским — воинам
	успокаиваться на достигнутом. Мы хоропо
помним о том, что военное дело не стоит
на месте, непрерывно развивается. Что­бы не отетать, нужно настойчиво и упорно
учиться. Так и поступают наши летчики.
Они много и упорно работалот над повыше­нием своих военных и политических зна­ний. Каждый день являетея хля них но­вым шагом по пути боевого совершенетво­вания.
	Достигнув успехов в освоении полетов
	в сложных метеоусловиях, молодые пере­хватчики еще уверднее изучают летное де­ло, авиационную технику, чтобы быть на
уровне современных требований. Недавно
группа передовых молодых летчиков бы-!
ла допущена к зачетам на звание военно­TO летчика второго класса, Это была сезь­езная проверка их боевой зрелости. Но они
` честью выдержали экзамен. Тетчики
	с честью выдержали экзамен. летчики
Вознюк, Повиденко и другие получили от­личные оценки по всем элементам техни­ки пилотирования и боевого применения.
	Ревностное выполнение летчиками сво­его воинского долга высоко оценивает­ся командованием. Молодые офицеры смело
выдвигаются на командные должности. Им
создаются благоприятные условия для даль­нейшего роста. Так, отличный летчик лей­тенант Вознюк назначен командиром зве­на. Выросли и офицеры, которые обучали
молодежь летному искусству. Капитан Су­хов стал командиром подразделения. Пе­редовые летчики преисполнены стремле­ния добиваться новых успехов во имя
любимой Родины.

Успехи летчиков стали возможны бла­годаря высокой организованности и дие­циплине. Верные своему долгу перед Ро­Диной, летчики-истребители всегда стре­мятся точно и пунктуально выполнять
требования военной присяги и уставов.
Они хорошо понимают, что только высоко­дисциплинированные летчики способны
преодолеть любые трудности, стать под­линными хозяевами неба.

Добрым словом хочется упомянуть и во­инов, которым доверено обслуживание
боевой техники. Мы, летчики, во многом
обязаны нашим боевым друзьям — техни­кам и механикам, которые отдают все свои
силы, знания и опыт тому, чтобы наши
самолеты безотказно действовали в любых
условиях воздушной обстановки.

Заслуженным авторитетом пользуется
У нас техник самолета коммунист Демен­ко. Мне много раз приходилось летать на
обслуживаемом им самолете. И в-каких
бы сложных условиях ни приходилось вы­полнять задание, авиационная техника ни­котла не имела перебоев и отказов. Это —
результат того, что  техник-лейтенант
всегда содержит машину в идеальном со­стоянии. С большой теплотой летчики от­зываются 0б авиаспециалистах Свитневе,
Голубеве, Балыкове и других воинах.

Можно многое рассказать о лучших на­ших воинах. для которых истекший гол
	был годом напряженного труда, самоотвер-.
	женного служения Отчизне. Шламенные
советские патриоты торят желанием и
впредь, не покладая рук, трулиться на
благо своей любимой Родины.

Капитан В. ТОРОПОВ,
	командир эскадоильи.
				На большие высоты.
	Фотомонтаж В. Колесникова и В. Вавилкива.
	От завоеванной славы— к новым успехам
	Сейчас, наверно, в
МТС готовятея к встрече
Нового года. Елку наря­жают, Деду-Морозу коз­anny бороду приклеи­вают, На выдумки там
хватит мастеров...

припоминать, а как он
к в прошлом и поза­дела. Он освоил две смежные
спецтальности: paxucra и те­лефотиста.

И, наконец, рядовой Мыс­Нико} не остался в долгу пе­ред новым своим сослуживцем
молодым солдатом Молевым. Он
помог ему сделать первые ша­А передал опыт
ram ответственном
nocry.

Bor по всему этому зенит­чик Мысников и может сска­зать: «Что ж, 1956-й год про­шел неплохо».
	Может быть, в связи е этим
	и нео чем больше размышлять
солдагу, придирчиво относить­ся к своему прошлому, искать
HOBHIt, еще не встававигие на
хорогё трудности? Да только
разве  Василий Мысников ста­раетея из-за наград, из-за то­го, чтобы похваляться Ус­пехами?

Bega человеку не больно за
свой промах, то это плохой че­ловек. Он или равнодушный,
или зазнайка. Отцу Мыени­кова — Якову Васильевичу,
известному новатору-шахтеру,
всегда было больно за свои
упущения, за то, что он мог
бы, да не сумел сделать еще
лучше, чем сделал. И именно
поэтому Яков Васильевич, че­ловек уж не юный, пошел в
вечернюю школу, получил без
отрыва от производства обра­зование. Бывший  забойщик
стал главным инженером шах­ты и своим опытом использо­вания врубовых машин принес
огромную пользу стране и Ha­роду. Но трудовая слава, зва­ние инженера не вскружили
	CMY голову: он рядовым ушел
	на фронт и под Сталинградом
погиб солдатом, полный чувств
торячей любви к Родине,
думающий только о том, как
и где можно полнее отдать
свои силы всенародному делу.
	То, что Василию хорошо
привились лучшие качества
таких советских людей, каким
был его отец, сейчас уж впол­не ясно. Рассказать ‘хотя бы
0б одном случае, который он
сам не может забыть даже в
нынешние праздничные лни.
	Произошло это так. Шли
напряженные полевые заня­тия всей батареи. На коман­диреком пункте давно уже ки­пела горячая работа. Появля­лись все новые и новые само­леты «противника». На боль­ших дистанциях обнаруживали
их. локаторщики. Уверенно
	их. ловаторщики. оверенно
проводил цели рядовой Мысни­вов, отмечая места «уничтоже­ния» самолетов  огневиками.
Но вдруг вся работа  остано­вилась. «Противник» прекра­тил налеты. Проходит минута,
другая, десятая... Нет целей.
Но нет и отбоя. Однако ряло­вой Мысников подходит Е ря­довому Шаманскому и говорит:
«Идем,  покурим. Наверное,
кончилось все».

Наверное... Только покину­ли они поет, как на командир­ском пункте раздался голое:
«Есть цель!»
	А у планшета никого нет.
Й пока Мысников бежал. пока
	Важдый солдат на рубеже
старого и Нового года старает­ся оценить свой труд, загля­нуть в будущее. Таков уж Co­ветский человек: не может
он не взвешивать евоих сил,
своей совести перед народом,
не промерять пути пройденно­го и пути неизведанного.

В канун 1957-го года сумел
все оценить, все взвесить и
рядовой Мысников.

Что ж, 1956-й год прошел
для него неплохо! На гимна­стерку, рядом ¢ первым на­трудным знаком «Отличный
артиллерист», он привин­TUT второй нагрудный
знак — «Отличник TBO».
К подарку командующе­го за усердную службу —
карманным часам — и к ряду
других поощрений теперь до­бавились новые. Собственно,
дело не в самих поощрениях.
Кем был рядовой Мысников
год назад? Рядовым разведчи­ком. Хорошим или плохим?
Старательным, ‘трудолюбивым,
добросовестным. За это и вру­чили первый нагрудный знак.
Но, в сущности, в сердце еще
не было той торжествующей
уверенности, : какой обладал
бывший его командир младший
сержант Савин.

Совсем иное дело теперь.
Василий Мысников стал опыт­ным разведчиком. Какие бы
узоры ни_ нарисовал самолет
«противника» в небе, путь его
полета, как в лучшем зеркале,
булет запечатлен на планше­те...

И еще одно похвальное де­ло слелал в истекшем году ря­довой Мысников. Вернее, два
	Федор стал припоминать, а как он
ветречал праздник в прошлом и поза­прошлом году. Нет, не вее складно выхо­дило у Федора. Как-то он увлекся одним
делом: токарный станок решил по-своему
	оборудовать, чтобы можно было заняться
изготовлением дефицитных деталей. Ди­ректор МТС одобрил замысел Федора. По­мощник комбайнера Федор Махов с увлече­нием работал над своим первым рациона­лизаторским предложением. От темна до
темна из цеха не выходил.

Под Новый год ребята рано ушли домой;
старигий механик засветло цех опечатал,
не заметив, что Махов у станка хлопочет.
А сам Федор спохватилея, когда его друзья
приступили к закуске, поминая добрым
	словом старый год. Наскоро убрал он рабо­чее место. Толкнулся в дверь — заперто.
Надо было бы позвать кого-либо. Однако
Федор знал: где-то неподалеку ходит неуго­монный сторож дед Авдей. Человек он не­злобивый, да за плечами — дробовик.
Оружие, не то чтоб очень грозное, но если
шуганет в спину или пониже — будешь

потом откАашливаться.
	Федор проник через люк на чердак, про­делал в крыше небольшой лаз и, дождав­much, Korda дед Авдей уйдет подальше,
епол2 на сугроб. В село он пришел, когда у
петухов была в разгаре вторая перекличка.
	Начало следующето Нового года для Фе­дора обещало быть куда более интересным.
Молодежь затевала нечто вроде бала-маска­рада. И роли были распределены. Федору
Махову предстояло играть Евгения Онеги­на. 0б этом он ховерительно сообщил своей
невесте Маше Ракитиной. Но в самый по­следний момент выяснилось, что фрак сли­ком узок в плечах и цилиндр на голову
не лезет. Федору Махову, скрепя сердце,
пришлось отдать все это, и сверх Toro,
	вая волнение, говорит солдат.
— А что было б в бою? Какое
бы мне тогда подошло взыска­ние? Чем бы я расплатился за
	В ДРУЖНОЙ
БОЕВОЙ СЕМЬЕ
	В армию меня призвали не так
давно. В памяти навсегда останется
день знакомства с боевой техникой.
Командир показывал грозные зенит­этакое «безобидное» наруше­ние? Нет, этого я cede не

прощу...

Многомесячной давности.

случай этот беспокоит, трево­жит. солдата. Добросовветной.

ки, радиолокационную аппаратуру,
артиллерийские тягачи. Казалось,

. что разобраться в материальной ча­сти, стать хорошим зенитчиком бу­дет очень и очень трудно. И в самом
деле, овладеть солдатской наукой не
так-то просто. Однако мне, как и
	службой Мысников сумел вос­становить свой высокий авто­ритет, но этого, как верно счи­тает он, еще недостаточно.
Большие хумы о постоянной
боеготовности батареи зовут
комсомольца к новым делам, в
новой работе.
	А дел много. Мысников хо­чет и обязательно добъется
этого — чтобы новичок в 0з­тарее Молев стал настоящим,
искусным мастером евоей про­фессии.
	другим молодым солдатам, старшие
товарищи оказывали всяческую по­мощь. Командир орудия внимательно
следил за нашими успехами, созда­вал благоприятные условия для ро­ста наших воезных знаний,
	Теперь для всех нас батарея ста­ла ролной. Новый год мы встреча­ем в дружной боевой семье. Настрое­ние У всех — отличное.
	Рядовой Н. ЧУМАЧЕНКО.
	ВЫСОКАЯ ЧЕСТЬ
	Закончился первый год шестой пя­тилетки. И каждый ощутил, сколь
грандиозны предначертания ХХ с’ез­да родной Коммунистической пар­тии, Велик энтузиазм рабочих и кол­хозников, всех тружеников нашей
страны, которые, засучив рукава,
взялись за воплощение этих предна­чертаний в жизнь. Богатства нашей
Родины растут со сказочной быстро­той. И все это мы, воины, должны
беречь пуще глаз своих.

В суровом сорок первом году под
Москвою участвовал в боях мой
отец. Теперь настал мой черед сто­Tb на страже родной столицы.
Высокая это честь. И ответственность
чрезвычайно велика. Это понимает
каждый из нас. И потому мы, не
жалея молодой энергии, будем и
дальше совершенствовать свою бое­вую выучку.
	Ряловой Г. ГАВРИЛОВ.
	Телефонист Вовалев очень
хочет научиться работать за
планшетиста. Правильное же­лание: в бою вторая профессия
каждому пригодится. Мысников
уже откликнулся на ого проеь­бу помочь в этом деле. Теперь
он будет по-настоящему рабо­тать с ним и из своего опыта
ничего не утаит.
	Ну и, конечно, сам он не
собирается в Новом году почи­вать на лаврах... Разведчику
прекрасно известно, что воен­ное дело не стоит на месте.
То. что вчера считалось хо10-
	1%
		он схватился за линейку и щим, завтра будет оценено
карандаш, цель прошла ДВ   тройкой. Значит надо учиться,

трети пути до батареи. расти, смотреть только вперед.
—щ Понимаете, что я совер­шил! — ло сих пор  пережи­Р. ПАЛЕХОВ.
	—_ Jy? всякому понятно, что делать
нужно, — повеселев, отозвался ефрейтор
Скориков.
	Солдаты дружно принялись за дело. Че­рез каких-нибудь полчаса машина уже
стояла на прочном основании. Скориков
нажал на стартер. Влапана торопливо за­стучали. Из выхлопной трубы повалил
пым. Однако запуска не произопгло. Скори­ков вновь нажал на стартер. Результат
вее тот же.
	‘— зря аккумуляторы гоняете, — убеж­денно сказал рядовой Maxon.
	— Вак-нибуль обойдусь без подеказок,
— пробасил ефрейтор. Водитель осмотрел
топливную систему, поджал поплотнее
urynepa. A sce же мотор не подавал при­знаков: жизни.

— Дазайте карбюратор проверим, от­стойник вычистим, — нисколько не оби­жаясь на старшего товарища, вновь пред­ложил рядовой Махов.
	— Теперь я вижу: ты... то есть вы раз­бираетесь в этом хеле, — примирительно
бросил ефрейтор Скориков.
	— В МГС работал.., был трактористом,
— скромно ответил Федор.
	Наконец, приведена в порядок система
питания, слит из стеклянного колпачка от­стой. В глушителе дважды что-то выетре­лило, и машина бойко покатилась по доро­ге. Ефрейтор Скориков облегченно  вздох­нул, как только влали показалаеь авто­страда.

— Вашего брата сержанта Махова я хо­рошо знаю, — заговорил шофер,. широко
улыбаясь. — (Особенно удачно провел он
	последнюю стрельбу... Сверху сбросили та­кой огромный мешок е опилками. A cep­жант скомандовал: «Вниз двадцать, вправо
пять»... Как пальнут ребята... От мешка
только клочья полетели, Генерал доволен
остался расчетом, брата вашего хвалил. Я
сам видел: как ад’ютант что-то в блокнот
записывал. Говорят, сержанта Махова те­нерал часами наградил.
	— 9то правда, — ответил Федор.

— Только ведь он домой уехал.

— Мне командир велел эти часы пере­дать Николаю, Вот они, -——= рядовой Махов
	троеть и лорнет ечетоводу Филькину, ху­дощавому пареньку. А на Федора напялили
медвежью шкуру. Но что за беда. Если ну­жен такой персонаж, Федор будет играть
от души. Все шло своим чередом, Веселилея
как мог и Федор. Только вдруг заметил, что
Маша Ракитина держится поближе к
Филькину, то бишь в Евгению Онегину.
Обидно это пеказалось Федору. Подбежал
он к счетоводу, ланой цилиндр  смахнул,
за воротник великосветского фрака ухва­тилея. Маша вдруг в лице переменилась,
сжала милые кулачки и на жителя лесов
наступать стала’
	— Это не медведь, — закричала она, —
а грубиян. Надо его привлечь к ответствен­ности по комсомольекой линии, как мелко­го хулигана.
	Тут Федор отстегнул медвежью пасть и
проговорил невнятно:
	— Что. ж, привлекайте. А только медве­пя играть я не буду.
	Маша Ракитина снова переменилась в
лице. Что-то ласковое шентала на ухо Фе­дору. Но вечер для него был вее же ис­порчен.
	Рядовой Махов очнулся от воспомина­ний, когда его снова подбросило. Двига­тель стал пошаливать. Вперели показался
ветхий мостик. Ефрейтору Скорикову надо
было бы поехать к переправе, наведенной
Делом-Морозом. Да, видно, не понадеялся
шофер на его инженерные способности.
Под колесами ходуном заходили жерди и
колья. Раздалея хруст, треск. Машина
плавно качнулась, нросела вниз, встала
как вкопанная. Ефрейтор Скориков быстро
выбежал из кабины. За ним носнепгил ря­товой Махов.
	— Алонот будет много. — огорченно
произнес водитель, сидя на корточках. —
Откуда взялея этот чертов мост на кури­ных ланках?
	«вначит встреча с братом сегодня не ео­стоится, — подумал Федор, — как обычно
не везет мне пол Новый год». Осмотрев на­стил. положение машины, рядовой Махов
предложил:

— Надо вывесить домкратом задний
ход и подложить хорошее бревнышко.
	потянул за’ рукав шинели. — Ветати,
брат сегодня в чаеть приедет.
	— Ах, вот оно что. То-то вижу вы пе­реживаете...
	а стеклами кабины замелькали легкие
изящные машивы и грузовики, автобусы и
мощные тягачи. Снопы яркого света сколь­зят по полотну магистрали. Вепыхивают
зеленые и красные огни.
	Машина подкатилась к воротам военно­го городка. Ефрейтор Скориков протянул
дежурному свой пропуск. А тот, задорно
козырнув, проговорил:
	— С такой кудрявой елкой не смею за=
держивать.
		РАССКАЗ
				лай задумал навестить Федора, чтоб не
скучал шибко по родным краям. Но ведь
они виделись совсем недавно... Николай
Махов. служил на той самой батарее, где
служит теперь Федор. И когда старший
брат уходил в запас, младший впервые на­хел военную форму. Над клубом полка тре­петало тогда два алых полотнища. На од­ном аршинными буквами было начертано:
«Добро пожаловать, молодые воины!», а
на другом: «Счастливого пути, дорогие од­нополчане!»

И вот сегодня братья встретятся сно­ва... Веселые размышления Федора неожи­данно были прерваны резким толчком.
	Машина покатилась юзом и утквнулась в
	корневище старого дуба.

Ефрейтор Скориков нажал на ручной
тормоз. Двигатель чихнул, чмокнул, вздох­НУЛ и заглох.

— Ах, чорт! — выругался шофер и вы­шел из кабины. Рядовой Махов повпентил
за ним, но Скориков властным жестом ос­тановил молодого солдата:

— Не вылезай. Я мигом.

Водитель осмотрел дорогу, потом, от­крыв капот, что-то покрутил, повертел и
вновь накинул пружинные застежки.

— Все в порядке, — с важностью в го­лове произнес ефрейтор Скориков.

Й действительно, мотор вновь бойко за­шумел. Белая дорога занетляла впереди.
Над лобовыми стеклами виднелись зеленые
лапки веток. Елка кренко-накрепко при­кручена телефонным кабелем, так что на­реканий от водителя он. Федор, не услы­шит. Запах бензина и хвои приятно ще­котал ноздри. Как хорошо вокруг! Тонкие
кристаллы снежинок горят, переливаются,
		Тремела музыка. Вазалось, весь зал кра­сивый, светлый состоит из певучих зву­ков. В легком танце кружались пары.
	Рядовой Махов не сразу нашел в толие
своего брата. Николай в мундире без но­гон, с ярко начищенными знаками и пуго­вицами, сам вышел к нему навстречу, об­нял Федора. В глазах старшего Махова ва“
горелись лукавые светлячки: ¢
	— Эначит привыкаешь кв армейской
жизни. Сказывали мне. что ты, Федор,
всерьез за елужбу взялся, Очень рад. Ма­XOBLI, Rak пушкари, себя показали...
	— И не только как пушкари, — Федор
указал на тоненькую с тиснением папку,
которую Николай держал пох иышкой. —
Я вижу мой старший брат, хотя уволился
недавно, а уже в начальниках ходит.
	— Что ты, что ты, —— заемеялея стар
ший Махов. — Это и есть тот самый пода
рок, о котором я тебе сообщал. Ты награж­ден грамотой ЦЕ комсомола за хорошую ра­боту в МТО. Секретарь райкома велел мне
передать тебе эту награлу.
	— Чт0ж иу меня есть приятное пору­чение, — рядовой Махов отетегнул реме­шок и передал брату часы. — Вот тебе 3a
последнюю стрельбу.
	Николай бережно положил их на ладонь
внимательно осмотрел и на крышке прочиз
тал: «Сержанту Махову от командующе»
	Го»...

И. АНИСИН.