PT-95 

К ОСТРОВУ НАДЕЖДЫ 

Михаил ЗЛАТОГОРОВ 

Фото автора и моториста «Победы» С. Костина. 

Отход траулера «Победа» на промысел в Баренцово море был назначен на шестнадцать часов. Но прошли с того часа уже сутки, а «Победа» все еще стояла на рейде Мурманского порта, светившегося в ночи белыми, желтыми и зелеными огнями. 

Плохое начало рейса! Траулер «Россия» сегодня радировал, что взял за один подъем трала десять тонн трески и пикши. Десять тонн за один подъем, а сколько же выйдет за сутки! Эх, золотое времечко, теперь бы только пахать и перепахивать тралом морское дно, а тут томись на приколе! 

И все, в сущности, из-за какихто мелочей... То второй помощник капитана, молодой человек, забыл получить картофель и другие продукты для камбуза. То в машинном отделении в последние часы вдруг заявили, что... не успели еще заменить лопнувшую шпильку, хотя времени для ремонта у механиков было предостаточно. 

— Чертова «шпилька»! — раздосадованно бросает штурман Павел Прокофьевич Осьмиченко.— Теперь этой «шпилькой» долго нас будут колоть! 

Его раздражение понятно. Обидно ему и за честь корабля и по сугубо личным мотивам. На время стоянки траулера в порту приезжала к нему из Ленинграда жена, с которой Осьмиченко не виделся три месяца. Дорог был ему каждый час встречи. Но, подчиняясь установленному порядку, Павел Прокофьевич распрощался с женой за сутки до назначенного срока отхода корабля. И теперь он ругает себя: 

И зачем я ее поторопил! Эх, дурак! 

...На палубе уже все подготовлено к выходу в море. 

Вдоль обоих бортов уложены тяжелые траловые сети с привязанными к ним рыжими от ржавчины круглыми кухтылями, которые служат поплавками. Между железными тумбами и затянутыми брезентом люками сложены доски для рабочих столов, за которыми матросы в море будут разделывать рыбу. 

Мы пойдем далеко на север — туда, где раньше не появлялись промысловые корабли. 

Раньше труженики рыбного Мурманска не могли пускаться в такие длительные на три месяца промысловые рейсы. Сейчас это стало возможно, потому что появились и, что ни месяц, приходят в порт все новые и новые мощные современные суда с большим радиусом плавания. 

«Большие», почтительно называют их моряки. «Большой» работает на дизельном топливе, а не на угле, как обычный паровой рыболовный траулер. Он берет в рейс изрядный запас воды и может подолгу бороздить море в разных направлениях: не заловится рыба в одном месте возьмет ее в другом! 

Павел Прокофьевич Осьмиченко назвал некоторые цифры. Оказывается, «Победа» может поднять за один день при успешном лове десятки тонн рыбы. Это многие тысячи килограммов первосортных рыбных продуктов, жира, сотни банок консервов, что в денежном выражении составляет немалую сумму. 

— Вот теперь и подсчитайте, во сколько обходится государству наша задержка в порту! 

Наконец механики доложили, что с машиной все в порядке. Команда в сборе. 

На полубаке! Чисто у вас? 

Боцман Анатолий Громов — юношески быстрый в движениях и совсем непохожий на тради

ционных усатых боцманов из старых морских романов машет рукой, показывая, что якорь выбран: 

— Чисто! 

Гудок рвет воздух: два протяжных, один короткий морское прощание... 

До района промысла к острову Надежды, который тоненькой, едва заметной палочкой помечен на карте на дальних подступах к Шпицбергену, ходу не более трех суток. Однако посвежевшая погода сразу же внесла коррективы в расчеты промысловиков. 

С ночи море начало «морщить», как выразился Осьмиченко. К полудню сила ветра достигла десяти баллов. Сильная килевая качка безжалостно швыряла наш «большой». Перед глазами то вздымались зеленые горы воды в бахроме пены, то они закрывались белыми шлюпками, неподвижно укрепленными в гнездах. 

Трудно устоять на мостике, не держась за поручни. Бешеные потоки воды врываются на палубу, они шипят и мечутся, окатывая тумбы. 

Несмотря на шторм, люди спокойно занимаются своим делом. Одни помогают боцману Громову крепить грузы, другие готовят сети трала к первому спуску... 

В сапогах с высокими голенищами они перебегают через палубу, увертываясь от ударов волн. Матросами владеет какое-то задорно-лихое настроение, словно они радуются разыгравшейся буpe. 

— Вот так дал... прикурить! 

— Морская погодка! 

Дуй, дуй, родной, дай ребятам выходной! 

В камбузе скользят по плите кастрюли. Из котлов выплескивается навар. Прыгают луковицы. «Разве вкусно теперь приготовишь?» виновато спрашивает помощник повара, девушка с текстильной фабрики, сменившая 

«Победа» мощное современное судно. 

привычную работу и налаженный быт на суровую жизнь морячки. Она огорчена тем обстоятельством, что из-за шторма не удастся хорошо накормить команду. 

Радист Виктор Ахматов принял радиограмму, что где-то восточнее Кильдина далеко от нашего маршрута — получил повреждение и находится в опасности сейнер No 571. Берег уже не слышал 571-го, потому что у радиста сейнера сели аккумуляторы. 

Капитан Алексей Антонович Георгиев вызвал вахтенного штурмана: 

— Пойдем к пятьсот семьдесят первому... Ахматов запеленгует. 

«Победа» развернулась в бушующем море и пошла лагом вдоль линии волн. 

Килевая качка сменилась бортовой. 

Дымящиеся белой пылью валы низко кренили судно на правый борт. Но отличная остойчивость корабля сразу же выравнивала его. 

Маленькая радиорубка была на

Чайки и глупыши сопровождают суда в открытом море. 

5