СУД ДЕТЕЙ 

Фриц ИЕНСЕН 

Фриц Иенсен в Ханое. Одна из последних фотографий. 

Группа военнопленных офицеров и солдат из французского экспедиционного корпуса во Вьетнаме готовилась к возвращению на родину. Через несколько дней командование вьетнамской Народной армии должно было отправить их из лагеря Витри в порт Хайфон и передать французским войскам, как это было решено на Женевской конференции. 

Среди пленных были старшие лейтенанты Лепаж и Шартон и майор Брюз. Эти трое жили в лагере Витри уже около четырех лет: они были взяты в плен еще тогда, когда войска Хо Ши Мина освободили вьетнамо-китайскую границу. 

Медленно тянулся последний вечер перед отъездом домой, во Францию. И вдруг у дверей зазвенели детские голоса. Несколько вьетнамских школьников, мальчиков и девочек, пришли в гости к отъезжающим. Лица у ребят были веселые и возбужденные, и в то же время каждый старался показать, что сознает важность возложенного на него поручения. Право прощального визита к пленным получили пионеры ученики местной школы, имевшие отличные отметки по всем предметам. 

Пленные были тронуты и обрадованы приходом ребят. Лепаж, Шартон и Брюз завели с ребятами непринужденный разговор. Школьники задавали вопросы, а офицеры отвечали, отвечали так, как иногда взрослые «дяди» отвечают детям: снисходительно и немножко подделываясь под детскую манеру речи. 

Вопросы сыпались со всех сторон. Какие дома во Франции? Работают ли французские дети в поле на учебных участках, как вьетнамские? Хорошо ли учатся французские школьники? Устраивают ли для них праздники и носят ли они флаги, на которых нарисован голубь мира? Какие 

8 

Австрийский журналист Фриц Иенсен погиб от злодейской диверсии американо-чанкайшистских агентов. Он был среди пассажиров самолета «Принцесса Кашмира», направлявшегося на Конференцию стран Азии и Африки в Бандунг. 

Врач по профессии и последовательный антифашист по убеждениям, Фриц Иенсен прожил большую, трудную жизнь. Три года он воевал в Испании, командуя ротой интернациональной бригады; с 1939 года почти непрерывно находился в Китае, сначала работал врачом, позднее в качестве журналиста. Он был свидетелем и участником великой борьбы китайского народа за свою свободу и видел торжество его победы. В конце прошлого года Фриц Йенсен побывал во Вьетнаме. Мы публикуем одну из последних его корреспонденций, присланную для «Огонька» из Вьетнама. 

игрушки у французских детей? Ссорятся ли они между собой? 

«Дяди» едва успевали отвечать. Старший лейтенант Шартон сказал: 

Да, во Франции дети тоже ссорятся, а потом мирятся. Они поют песни, как и вы. Я видел здесь, во вьетнамских деревнях, как дети гоняют обручи,- у нас ребята тоже любят заниматься этим делом на улицах Парижа. Вообще дети во всех странах играют одинаково... 

Лейтенант подумал с минуту, потом рассказал гостям маленькую историю: 

Когда меня взяли в плен, мне часто бывало грустно. У вьетнамского крестьянина, в хижине которого я жил, была тяжело больна жена. По вечерам он сидел на пороге рядом со мной и молча курил трубку. Однажды он заметил, что у меня скверно на душе. Тогда он позвал всех своих детей, они окружили меня, и я 

долго обучал их играм, в которые играют французские дети. Я вспомнил о своей семье, и мне стало легче. Когда я приеду во Францию, я расскажу друзьям и знакомым об этом добром крестьянине из вьетнамской деревни. 

Лейтенант Лепаж достал бумажник и вынул из него фотокарточку. Ребята увидели снимок мальчика их возраста. 

— Вот, смотрите, — сказал Лепаж, это мой сын, такой же школьник, как вы... 

Один из вьетнамских пионеров, круглолицый парнишка с надвинутым на глаза белым тропическим шлемом, не принимал участия в разговоре, а только переводил глаза с лейтенанта на ребят, внимательно слушая вопросы и ответы. 

Вдруг он сжал губы, слегка нахмурился и поднял руку, как это делают школьники, когда хотят задать на уроке вопрос учителю. Лепаж и другие офицеры обернулись к мальчику, ободряя его улыбками. 

Круглолицый паренек спросил тихо, но отчетливо: 

А кто заставил вас приехать сюда, к нам? 

Стало тихо. Замолчали дети, замолчали и офицеры. Потом лейтенант Шартон ответил со снисходительной улыбкой взрослого: 

— Мы приехали сюда, чтобы познакомиться с вами. 

Маленький круглолицый пионер еще плотнее сжал губы. 

Если вы приехали к нам в гости, сказал он, почему же вы стреляли в наших ребят? 

Последовала долгая, тяжелая минута молчания. Все вдруг переменилось. Офицеры французского экспедиционного корпуса стояли, как подсудимые, перед судом детей Вьетнама. Они стояли, опустив руки по швам, молчаливые, угрюмые, а пионеры так же молча глядели на них широко открытыми, внимательными и вопрошающими глазами. 

Наконец майор Брюз пробормотал, обращаясь не то к самому себе, не то к своим товарищам: 

Он задал трудный вопрос, этот маленький вьетнамец! 

Первым опомнился старший лейтенант Лепаж. В его словах уже не было снисходительности, они звучали серьезно и грустно: 

На войне бывают ошибки, мой мальчик, и мы совершили тяжелую ошибку. Мы о ней очень жалеем. Но теперь давайте забудем об этом. Наступил мир, да

вайте же будем говорить о мирных делах. 

Ребята окружили круглолицего мальчика, задавшего вопрос. Один из пионеров незаметно слегка толкнул его в бок. Это означало: «Ты уж помолчи теперь, будь вежливым сегодня, эти французы — наши гости, а с гостями надо вести себя приветливо». 

И все маленькие вьетнамцы, как по команде, протянули французам свои школьные тетрадки. Это означало, что они просят гостей написать им что-нибудь на память. 

Я прочел потом то, что было написано в тетрадке круглолицего вьетнамского школьника, в маленькой тетрадке, сшитой из грубой, плохо выработанной бумаги. 

Майор Брюз написал ему следующее: 

«Дети Вьетнама ставят взрослым французам вопросы, которые приводят их в замешательство. Это показывает, что дети много перенесли за время войны. Но это говорит и о том, что они извлекли из своих страданий важные уроки и будут до конца защищать завоеванный мир. Мир нужен и нашим детям, поэтому в борьбе за мир мы всем сердцем будем с вами, маленькие вьетнамцы. 

Майор Брюз». 

Ниже была еще одна запись: 

«Покидая Вьетнам, я был до глубины души тронут лаской детей, которые пришли попрощаться с нами. Если дети Франции и дети Вьетнама будут друзьями между нашими странами никогда больше не будет войны. 

П. Шартон, 

старший лейтенант». 

И, наконец, в самом конце страницы: 

«У меня тоже есть сын, школьник. Я очень рад был повидаться с тобой перед отъездом, мой маленький вьетнамский друг. Я скажу моему сыну, что дети Вьетнама любят французских детей и что нам всем надо рука об руку бороться за дружбу Вьетнама и Франции, за дружбу всех честных людей на земле. Прощай, мой милый мальчик. День, когда мы встретились, я не забуду до конца своей жизни. 

Лепаж, старший лейтенант. Лагерь Витри». 

Вьетнамские дети. 

Фото А. Кобздея.