Заканчивается строительство здания Каховской ГЭС. 

Мы были в Новой Каховке!» 

Каким бы транспортом вы ни прибыли на строительство Каховской гидроэлектростанции, сначала вы попадете в город, в Новую Каховку. И с этой первой встречи город заинтересует вас не меньше, чем основные сооружения гидроузла. 

Белокаменные дома, крытые яр

в. полынин 

Фото Н. 

песке, песке настолько злом, что здесь почти ничего не росло, настолько мелком, что он не пригоден даже как строительный материал. 

Степан Маркович Фалдзинский, старший садовод «Днепростроя», тот самый, портрет которого был напечатан на обложке нашего журнала No 33 за 1952 год, 

может раскрыть вам секрет поучительной победы над песками Херсонщины. 

Он начал с того, что дал первый бой проектировщикам. На бумаге выходило, что 62 плодовых дерева на квартал это вполне приемлемо. Фалдзинский доказал, что их должно быть на том же участке не менее 560. 

Так город стал зелеКозловского. ным. Его можно назвать городом-парком, потому что здесь шестьдесят сортов деревьев: сосна обыкновенная и крымская, тополь пирамидальный, канадский, акация белая, шаровидная, клен серебристый, татарский... Его можно назвать городом-садом, потому что редко в каком дворе не растут яблони или груши, сливы или персики, 

кой черепицей. Большие, светлые окна и множество балконов и балкончиков. На улицах нет и не может быть грязи: кругом асфальт и зелень. Заасфальтированы и мостовые, и тротуары, и даже дорожки, идущие к калиткам. 

Нелегко было строить новый город. Его надо было создавать на 

Растения не прижились бы в песке, поэтому и грунт возили из плавней. А когда рыли котлованы под водосливную плотину, здание ГЭС и шлюзы, плодородный днепровский ил сбрасывали не в отвалы, а под саженцы и для газонов. 

виноград или абрикосы. Его можно назвать городом-цветником, потому что улицы и скверы усыпаны цветами: канны и астры, табаки и петуньи, анютины глазки и розы. Туя, тамариск, можжевельник образуют зеленые барьеры. 

— Аппетит пришел во время еды, улыбается Степан Маркович. Сейчас мы развели целую плантацию новых пород. Грецкий орех прогонит из города мух, магнолия даст приятный запах, а шестьсот платанов, век которых — тысяча лет, будут свидетельствами возраста нашего города. 

Ходишь по улицам и проспектам города и спрашиваешь: 

— А где же тот барак, самое первое жилье, где поселились первые строители Каховки? 

А его не было, отвечают вам. Вопреки укоренившейся традиции мы не строили времянок. Мы строили сразу, навсегда. 

Взгляните на улицу. Ее мостовая неширока. Но откуда такой простор? Дома спрятаны в глубине и отделены от тротуаров неширокими газонами. Газоны проходят непрерывной полосой между тротуарами и мостовыми. 

Вот Приднепровский сквер. Дворец культуры, летний открытый кинотеатр со спускающимся по склону зрительным залом, беседки с колоннами все это расположено так, что старые липы и тополя, ивы и платаны, давно выросшие на берегу Днепра, оказались будто нарочно посаженными вокруг этих зданий. 

И все, на что ни посмотрите: на магазин или школу, сапожную мастерскую или детский сад, здание управления ГЭС или строгий в своей спартанской простоте стадион «Энергия» и даже колхозный рынок, все сделано с большим вкусом. У города столь обжитой вид, что не верится в подлинность цифр на фасадах домов: 1953, 1954, 1955. 

Население Новой Каховки постоянно растет: за восемь месяцев этого года уже родилось свыше четырехсот новокаховчан; загс ежедневно регистрирует один два брака. 

Сюда приезжают со всех кон

Новая Каховка.