Изъ моего альбома автографовъ. 

ЗАРНИЦЫ 

Лица, сдѣлавшія своею спеціальностью осуждать все, что исходитъ отъ правительства, чрезвычайно недовольны нашей будущей государственной думой. 

Нѣтъ въ положеніи о ней ни одного пункта, который не былъ бы безпощаднѣйшимъ образомъ раскритикованъ. Исторія разсудитъ меня съ русскимъ обществомъ, но пока я позволю себѣ указать, что ни въ одномъ изъ европейскихъ парламентовъ, которые мы такъ прославляемъ, нѣтъ и десятой доли тѣхъ удобствъ, какія предоставлены будутъ членамъ нашей думы. Пусть мнѣ укажутъ въ другомъ парламентѣ столь изящныя и удобныя сидѣнія или столь добросовѣстный буфетъ и притомъ съ такими дешевыми цѣнами. Англійскій коммонеръ, французскій deput и германскій Reichsabgeordneter на однихъ бутербродахъ, поглощаемыхъ въ антрактахъ засѣданія, проѣдятъ втрое больше, нежели членъ русской государственной думы истратитъ на завтракъ и обѣдъ, вмѣстѣ взятые! Бутерброды: мясные по пятачку, а рыбные по гривеннику! Да гдѣ еще вы найдете такія цѣны? Своимъ ворчаніемъ наше общество доказываетъ только полную свою незрѣлость. 

Я знаю, чего хотѣлось бы крайнымъ партіямъ. Онѣ хотѣли бы, чтобы пюпитры были подъемные, какъ въ бурбонскомъ дворцѣ, чтобы можно было производить ими шумъ и устраивать обструкціи. Но этого не будетъ! Ни одно разумное правительство не можетъ допустить подъемныхъ пюпитровъ. Что же касается чернильницъ, то онѣ будутъ привинчены, ибо превращенія залы гесударственной думы въ арену для метанія снарядовъ я не могу допуститъ ни по долгу совѣсти, ни по долгу присяги... 

Гр. С. Ю. Витте. 

Никакой сводъ законовъ, даже самый полный, не можетъ предусмотрѣть всѣхъ настроеній правительства и всѣхъ капризовъ правящаго. Изъ этого необходимо вытекаетъ, что законъ долженъ быть эластиченъ. Хорошій прокуроръ долженъ сидѣть на законѣ, какъ джигитъ на конѣ. Кто долженъ быть обвиненъ, тотъ долженъ быть обвиненъ, а кто долженъ быть оправданъ, тотъ долженъ быть оправданъ. Въ этомъ весь секретъ. А самое лучшее, въ случаѣ какихъ бы то ни было недоразумѣній, справиться у моего зятя. 

М. Г. Акимовъ. 

Я получилъ на выборахъ всего одинъ голосъ­и этотъ голосъ мой собственный. Что изъ этого слѣдуетъ? Изъ этого слѣдуетъ, что совершенно напрасно я боролся противъ всеобщей, прямой, равной и тайной подачи голосовъ. Развѣ я получилъ бы при четырехвосткѣ меньше? Ни въ коемъ случаѣ! Ни на одинъ голосъ меньше! Итакъ, да здравстуетъ иссобщая, прямая, равная и тайная подача голосовъ! 

В. А. Грингмутъ. 

Тактика, принятая въ Прибалтійскомъ краѣ и заключающаяся въ томъ, чтобы зажигать дома орудійными выстрѣлами, рѣшительно непримѣнима въ кавказскомъ краѣ, ввиду совершенно иныхъ условій мѣстности, климата и нравовъ жителей. Здѣсь приходится зажигать дома, обкладывая ихъ хворостомъ. Кромѣ того, у насъ по-прежнему, какъ и во время японской войны, недостатокъ въ горной артиллеріи. Рѣшительно, мы неисправимы. 

Алихановъ-Аварскій. 

Грузиночки созрѣваютъ гораздо раньше, чѣмъ жительницы коренной Россіи, и въ этомъ отношеніи онѣ напоминаютъ мнѣ испаночекъ, которыя тоже въ 14 лѣтъ уже душечки. Въ тотъ самый годъ, когда я потерялъ на пожарѣ свои полосатые носки, о чемъ я уже разсказывалъ подробно въ «Новомъ Времени» (см. No 00), я побывалъ на Кавказѣ и, признаться, меня нисколько не удивляетъ увлеченіе нашихъ молодцовъ казаковъ прекрасными обитательницами горъ. 

К. Скальковскій. 

Собралъ Пэкъ. 

 Записки одного корнета . 

Vive la France! Да здравствуетъ страна чудныхъ, обворожительныхъ женщинъ! 

Заемъ заключенъ: будутъ теперь у насъ денежки. Ура! Вотъ, наконецъ, плоды франко-русскаго союза. Какіе пріятные плоды! Какъ веселитъ мое сердце звонъ французскаго золота!... Я очень радъ заключенію займа: не нужно ужъ опасаться за жалованье. 

А мой кузенъ, Володька, говоритъ, что Франція себя опозорила, что она продала своего брата за чечевичную похлебку-за большіе проценты. 

«Въ колыбели свободы,»-выразился Володя,-«сковали оковы нашему освободительному движенію: страна революцій дала средства для борьбы съ революціей . 

Онъ былъ очень удрученъ, и я, чтобы утѣшить его, сказалъ: 

 Совѣтую и тебѣ быть довольнымъ, ибо благодаря займу твои друзья. сидящіе по тюрьмамъ, не помрутъ теперь съ голоду... Подумалъ-ли ты хоть разъ за все время­каково нашему правительству содержать такую ораву . 

Володя презрительно усмѣхнулся и сказалъ, что у меня  рейтузная логика . 

Я сперва хотѣлъ вызвать его на дуэль, но затѣмъ передумалъ, рѣшивъ, что его можно привлечь за  оскорбленіе воинской части . 

Сегодня, узнавъ изъ газетъ, что есть желающіе объявить французамъ бойкотъ, онъ очень обрадовался, меня же это повергло въ значительное уныніе. 

Не знаю, что будетъ со мной, если объявятъ бойкотъ и... шансонетнымъ пѣвицамъ... Что будетъ съ моей милой Полиной, если эти революціонеры заставятъ меня подчиняться своимъ распоряженіямъ? 

Я теряюсь въ догадкахъ. Почва ускользаетъ изъ подъ моихъ ногъ. Ужасная мысль пронзила сейчасъ мой мозгъ: что если моя радость­ошибка... что если этотъ заемъ принесетъ мнѣ только одно горе?! 

Ахъ, Полина, бѣдная моя Полина!!! 

Списалъ: И. Г-чъ. 

Письмо въ редакцію. 

М. г. г. р.! Я человѣкъ простой, мало понимаю толкъ въ политикѣ. Не откажите поэтому разъяснить мое недоумѣніе 

Однажды графъ С. Ю. Витте сказалъ: 

- Я знаю, какъ спасти Россію. 

Въ другой же разъ онъ сказалъ: 

Г. Дуново, если захочетъ, можетъ меня повѣсить. 

Позвольте освѣдомиться-кто же въ такомъ случаѣ знаетъ секретъ спасенія Россіи: графъ С. Ю. Витте или П. Н. Дурново? 

Недоумѣвающій читатель. 

Муштровка.