Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
ИСКУССТВО
ТРУДЯЩИМСЯ
ТЕАТР * КИНО * МУЗЫКА * ЖИВОПИСЬ * СКУЛЬПТУРА * АРХИТЕКТУРА
Еженедельник при Научно-Художественной Секции Гос. Ученого Совета Адрес редакции и конторы: Лубянский пр., Политехнический Музей, № 123. Тел. 2-20-17
20 ОКТябрЯ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО № 47
СОДЕРЖАНИЕ: С. Городецкий: Передовая. — А. Купель: О дозах театрального яда.— Беседа с Вильнером: »Яд“ в Моск. Драмат. т. — Беседа с И. С. Платоном: „Аракчевщина .— В.: „Виринея в студии им. Вахтангова. — Б. Терновец: Отдел СССР на Парижской выставке. — Т. Кедров: Кино на Западе. — Б. М : „Правда жизни . — Обзоры. — Новости недели. — Заграницей. — Про
граммы и либретто театров. — Сводная афиша театров. — Объявления.
Москва, 20 октября 1925 года.
Октябрь обновил человечество. Вместе с Октябрем пришли новые люди—те самые, которые его сделали. У них новые мотивы поведения, характеры, рефлексы. Литература и театр уже начали их изучение.
Поскольку революция была массовым творчеством, постольку отложились уже в нашем быту новые типы. Но только немногие из них определились к настоящему моменту окончательно - так, что они могут стать темой классического искусства и вылиться в законченные формы. Таков тип политкаторжанина у Френкеля („Политкаторжане“), тип большевика-ленинца у Луначарского (нарком Шурупов в ,,Яде“), завершены в истории и могли бы стать типами эсэр вроде Савинкова, или провокатор, вроде Окладского. И, наоборот, не мог подняться до типа Краснощеков в Коромыслове, или нэпач в Раке, потому что развитие этих типов еще не закончено исторически. Не имеем мы еще на театре типа рабочего, комсомольца, раскрепощенной женщины и многих других—как раз тех типов, которые видеть наиболее хотим.
Хотим потому, что требуем от театра не зрелища, а активного участия в революционном творчестве и даже руководя
щих линий поведения. Если неорганизоИ ванный бунт Чацкого отражался в жизни десятками и сотнями людей, думавших и поступавших, как Чацкий, то тем более вправе мы теперь, когда ленинизм вручает драматургу ключи к пониманию истории, требовать от сцены прототипов своим мыслям и поступкам.
Здесь театр попадает в ущелье между трудностью создания руководящих нашей жизнью типов и необходимостью их создания и должен видоизменить свои возможности.
Театр не раз был в таком положении, когда, например, приходилось ему оформливать типы первых горожан, или позднее, первых буржуа. Но Гольдони и Мольеры не создавались сразу: им предшествовал театр масок.
Ощупью и бессознательно и мы идем по тому же пути. Лучше открыто осознать законность этого пути, чтобы не делать лишних ошибок. Если б у Ромашева и Эрдмана не было претензии на создание типов, маски их пьес были бы живей и доходчивей.
Театр масок признан у нас только дефакто, т.-е. поневоле,— нужно признать его и де-юрэ.
ИСКУССТВО
ТРУДЯЩИМСЯ
ТЕАТР * КИНО * МУЗЫКА * ЖИВОПИСЬ * СКУЛЬПТУРА * АРХИТЕКТУРА
Еженедельник при Научно-Художественной Секции Гос. Ученого Совета Адрес редакции и конторы: Лубянский пр., Политехнический Музей, № 123. Тел. 2-20-17
20 ОКТябрЯ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО № 47
СОДЕРЖАНИЕ: С. Городецкий: Передовая. — А. Купель: О дозах театрального яда.— Беседа с Вильнером: »Яд“ в Моск. Драмат. т. — Беседа с И. С. Платоном: „Аракчевщина .— В.: „Виринея в студии им. Вахтангова. — Б. Терновец: Отдел СССР на Парижской выставке. — Т. Кедров: Кино на Западе. — Б. М : „Правда жизни . — Обзоры. — Новости недели. — Заграницей. — Про
граммы и либретто театров. — Сводная афиша театров. — Объявления.
Москва, 20 октября 1925 года.
Октябрь обновил человечество. Вместе с Октябрем пришли новые люди—те самые, которые его сделали. У них новые мотивы поведения, характеры, рефлексы. Литература и театр уже начали их изучение.
Поскольку революция была массовым творчеством, постольку отложились уже в нашем быту новые типы. Но только немногие из них определились к настоящему моменту окончательно - так, что они могут стать темой классического искусства и вылиться в законченные формы. Таков тип политкаторжанина у Френкеля („Политкаторжане“), тип большевика-ленинца у Луначарского (нарком Шурупов в ,,Яде“), завершены в истории и могли бы стать типами эсэр вроде Савинкова, или провокатор, вроде Окладского. И, наоборот, не мог подняться до типа Краснощеков в Коромыслове, или нэпач в Раке, потому что развитие этих типов еще не закончено исторически. Не имеем мы еще на театре типа рабочего, комсомольца, раскрепощенной женщины и многих других—как раз тех типов, которые видеть наиболее хотим.
Хотим потому, что требуем от театра не зрелища, а активного участия в революционном творчестве и даже руководя
щих линий поведения. Если неорганизоИ ванный бунт Чацкого отражался в жизни десятками и сотнями людей, думавших и поступавших, как Чацкий, то тем более вправе мы теперь, когда ленинизм вручает драматургу ключи к пониманию истории, требовать от сцены прототипов своим мыслям и поступкам.
Здесь театр попадает в ущелье между трудностью создания руководящих нашей жизнью типов и необходимостью их создания и должен видоизменить свои возможности.
Театр не раз был в таком положении, когда, например, приходилось ему оформливать типы первых горожан, или позднее, первых буржуа. Но Гольдони и Мольеры не создавались сразу: им предшествовал театр масок.
Ощупью и бессознательно и мы идем по тому же пути. Лучше открыто осознать законность этого пути, чтобы не делать лишних ошибок. Если б у Ромашева и Эрдмана не было претензии на создание типов, маски их пьес были бы живей и доходчивей.
Театр масок признан у нас только дефакто, т.-е. поневоле,— нужно признать его и де-юрэ.