ЭСТРАДА на СОПКАХ ПРИАМУРЬЯ
В ДАЛЕКИЙ ПУТЬ
Длинный перрон Ярославского вокзала. К пассажирскому поезду, следующему на Дальний Восток, прицеплено два вагона, резко отличающихся от всего остального состава. В одном из вагонов едем мы — участники передвижной агитинструкторской группы ПУРа, в другом наша складная эстрада, бутафория, реквизит и подарки бойцам Особой Дальне-Восточной армии.
10 сентября. В 9. 50 вечера раздается гудок. На перроне людно. Нас провожают представители ПУРа, друзья, знакомые. Второй гудок, и поезд увозит нас далеко на Дальний Восток, на много дней к героям Особой Дальне-Восточной армии.
Большой путь проходит незаметно. В вагоне только ночью умолкает музыка, только ночью не звучит гармошка, прерываемая бойкой песней или частушкой. Всю дорогу работаем, репетируем.
... Мы в районе Особой Дальне-Восточной... в полосе будничных, простых и больших дел.
Начинаем обслуживать части ОДВА.
В ТЕАТРАХ; КЛУБАХ, НА ВОЗДУХЕ... Городской театр и клуб — редкость в нашей работе. Чаще приходится выступать на собственной складной эстраде, с которой мы не расстаемся в течение всего пути. С этого помоста мы разговариваем с многотысячной красноармейской аудиторией, сыплем свои шутки, частушки, каламбуры.
Не раз, когда нам приходилось отъезжать далеко от полотна железной дороги, когда случались задержки с подводой, десятки красноармейских рук подхватывали составные части нашей складной эстрады и несли их на своих плечах до самого места спектакля.
Поездка богата случайностями и неожиданностями, незнакомыми в обычной эстрадной работе.
Дождь. Работать на нашей открытой эстраде не представляется никакой возможности. В округе никакого подобия клуба, никакого закрытого помещения. Красноармейцы собрались на спектакль. Немного подумавши, выходим из положения — открываем дверь нашей теплушки и все же... даем спектакль.
Сторожевая застава. Утепленная палатка. На нарах работает наш Петрушечный театр. Из-за ширмы выскакивает герой, размалеванный Петрушка.
Дружный смех набивших землянку красноармейцев покрывает слова Петрушки...
В СТЕПИ... МОСКОВСКИЕ АКТЕРЫ
По степи конным строем движется отряд. Тишина. С вечера прошел дождь. Холодно. Мерно чавкают ноги лошадей в степной грязи.
Мы делаем 50-тикилометровый верховой переход для того, чтобы дать спектакль на дальних заставах...
И в память врежутся на годы Глухой Ман журии огни, В седле ночные переходы,
И в армии Дальне-Восточной дни...
К концу пути усталость сковывает все члены. Доезжаем до цели. Нам устраивают теплую, дружескую встречу. Радостное возбуждение заставляет забыть об усталости.
Особый подъем. На спектакле между сценой и зрителями наладился крепкий контакт. Идет эпизод из обозрения «Полит-цирк», эпизод о клевете германских буржуазных газет на нашу Красную армию:
Выступление для красноармейцев Дальневосточной армии.
В ДАЛЕКИЙ ПУТЬ
Длинный перрон Ярославского вокзала. К пассажирскому поезду, следующему на Дальний Восток, прицеплено два вагона, резко отличающихся от всего остального состава. В одном из вагонов едем мы — участники передвижной агитинструкторской группы ПУРа, в другом наша складная эстрада, бутафория, реквизит и подарки бойцам Особой Дальне-Восточной армии.
10 сентября. В 9. 50 вечера раздается гудок. На перроне людно. Нас провожают представители ПУРа, друзья, знакомые. Второй гудок, и поезд увозит нас далеко на Дальний Восток, на много дней к героям Особой Дальне-Восточной армии.
Большой путь проходит незаметно. В вагоне только ночью умолкает музыка, только ночью не звучит гармошка, прерываемая бойкой песней или частушкой. Всю дорогу работаем, репетируем.
... Мы в районе Особой Дальне-Восточной... в полосе будничных, простых и больших дел.
Начинаем обслуживать части ОДВА.
В ТЕАТРАХ; КЛУБАХ, НА ВОЗДУХЕ... Городской театр и клуб — редкость в нашей работе. Чаще приходится выступать на собственной складной эстраде, с которой мы не расстаемся в течение всего пути. С этого помоста мы разговариваем с многотысячной красноармейской аудиторией, сыплем свои шутки, частушки, каламбуры.
Не раз, когда нам приходилось отъезжать далеко от полотна железной дороги, когда случались задержки с подводой, десятки красноармейских рук подхватывали составные части нашей складной эстрады и несли их на своих плечах до самого места спектакля.
Поездка богата случайностями и неожиданностями, незнакомыми в обычной эстрадной работе.
Дождь. Работать на нашей открытой эстраде не представляется никакой возможности. В округе никакого подобия клуба, никакого закрытого помещения. Красноармейцы собрались на спектакль. Немного подумавши, выходим из положения — открываем дверь нашей теплушки и все же... даем спектакль.
Сторожевая застава. Утепленная палатка. На нарах работает наш Петрушечный театр. Из-за ширмы выскакивает герой, размалеванный Петрушка.
Дружный смех набивших землянку красноармейцев покрывает слова Петрушки...
В СТЕПИ... МОСКОВСКИЕ АКТЕРЫ
По степи конным строем движется отряд. Тишина. С вечера прошел дождь. Холодно. Мерно чавкают ноги лошадей в степной грязи.
Мы делаем 50-тикилометровый верховой переход для того, чтобы дать спектакль на дальних заставах...
И в память врежутся на годы Глухой Ман журии огни, В седле ночные переходы,
И в армии Дальне-Восточной дни...
К концу пути усталость сковывает все члены. Доезжаем до цели. Нам устраивают теплую, дружескую встречу. Радостное возбуждение заставляет забыть об усталости.
Особый подъем. На спектакле между сценой и зрителями наладился крепкий контакт. Идет эпизод из обозрения «Полит-цирк», эпизод о клевете германских буржуазных газет на нашу Красную армию:
Выступление для красноармейцев Дальневосточной армии.