MPHPORA HH ADAH pacsesevessesess CCH) СКСССЯ УСО teeecevssesesces Историческая повЪсть А. Е. ЗАРИВА. № 7—1 915 а и нЪкоторые новые принципы и— пользуясь полученными Bb борьбЪ преимуществами, завоевалъ себЪ исключительное, выдающееся мЪсто въ природЪ. Съ прискорб!емъ надо сказать, что т же принципы борьбы онъ примЪнилъ и противъ себЪ подобныхъ... Но культура все же идетъ впередъ, и теперь тЪ же оруд!я являются орудлями борьбы за высшия моральныя цЗнности, за всеобщий миръ и счастье всего человЪчества. — Kakb пр!5дешь, — сказалъ ему отецъ, давая деньги и письмо въ сзромъ пакетЪ, — ищи сейчасъ Никандра Кузьмича Толзыхина. Надо быть, онъ теперь въ чинахъ офицерскихъ; старый мой пр!ятель, у меня въ командЪ служилъ. Кланяйся и письмо ему отдай. Онъ тебя всякому добру научитъ. ЧеловЪкъ душевный. И съ этимъ завЪщанемъ Лошкаревъ отправился искать счастья въ далекй Питеръ. Страхъ сжималъ его сердце по мЪрЪ приближеня къ Петербургу. Уже темныя сумерки окутали дорогу, тарантасъ, лошадей и все окружающее, когда они подъЗхали къ столицЪ, остановились у заставы, показали свои бумаги и въЪхали въ городъ. — Ей, служивый!—крикнулъ съ козелъ СергЪй.— Не знаешь ли, гдЪ здЪсь можно остановиться? — А тутотко,—отв$чалъ заставный служитель и указалъ рукою налЪво.—Какъ до рЪчки доздешь, сейчасъ увидишь домъ, окна свЪтятся. Тутъ тебЪ и остановка. ЕремЪй ударилъ по лошадямъ. Тарантасъ двинулся по дорогБ и почти тотчасъ показалась рЪка. Застава въ то время была совсЪмъ возлЪ теперешняго Аничковскаго дворца, приблизительно, гд$ теперь проходятъ Литейная улица и Владимрсюй проспектъ. Справа и слфва стоялъ лЪсъ, а впереди протекала рЪчонка, и на другомъ ея берегу красовался роскошный дворецъ Разумовскаго, съ пристанью на самой рЪкт.- —щ Сворачивай налЪво,—сказалъь СергЪьй ЕремЪю. Они повернули за уголъ и черезъ короткое время увидЪли низкЙ заборъ, а за нимъ, во дворЪ, двухъэтажный деревянный домъ съ освЪщенными окнами. — Надо быть,. тутъ. Стой! — СергЪй`соскочилъ съ козелъ и постучалъ въ ворота. Калитка отворилась, и изъ нея вышелъ мужикъ. — Чаво тебЪ? — Сказывали у заставы, что здЪсь остановиться можно. `Заночевать. — Почему нельзя, —отвЪтилъ мужикъ.—У насъ постоялый. Милости просимъ!— Мужикъ скрылся, и черезъ минуту заскрипЗли ворота, а еще, черезъ нЪ© сколько минутъ Лошкаревъ, въ сопровождени Серг%я, . поднялся по чистой деревянной лЪстницЪ и вошелъ въ комнату. НавстрЪчу-ему поднялся красивый, съ большой черной бородою. мужчина въ синей поддевкЪ. Онъ степенно поклонился Лошкареву и сказалъ: — ЧЪмъ могу служить, милостивецъ? — Сказываютъ; у тебя постоялый дРОоръ, — отвЪтилъ Лошкаревъ,—такъ мнЪ надо заночевать и лошадей поставить, ; — Это все можемъ!--сказаль хозяинъ. — Иди за мной!-—Съ этими словами онъ зажегъ фонарь, выоруди защиты и нападен1я—они возникли, вЪроятно, одновременно съ возникновешемъ борьбы за существован!е, т. е. на самой зарЪ развит!я жизни на землЪ. Челов®къ, появивцИйся на нашей планетЪ, какъ peзультатъ этой борьбы всего органическаго Mipa, %OCпользовался уже готовыми принципами и даже типами орудй. Будучи, однако, одаренъ разумомъ, онъ ихъ РИидОоизмЪнилъ, развилъ, усовершенствовалъ, прим%нилъ . Первое знакомство. ХЫЛЬ ясный, свЪзтлый день 19 октября 1758 года, ps) и тмъ печальнЪе и блЪднЪе казались окрестности Московской дороги подъ’ Петербургомъ, въ который Ъхалъ Лошкаревъ. Однообразная унылая гладь во всЪ стороны, куда ни оглянешься. Кое-гдЪ кочки, поросция осокой, лужи среди болота, похож! я на крошечные пруды, и чахлыя деревца съ голыми вЪтвями то` здЪсь, то тамъ. Въ отдалени убомя деревушки, тош!я коровы, бродящя по болоту, а надъ всБмъ чистое, бл$дно-синее небо и солнце съ негрЪющими лучами. Молодой Лошкаревъ уныло оглядывался по сторонамъ, и ему становилось жутко при видЪ этой печальной природы. Непохожа она была на раздолье полей и луговъ, на густой боръ и крутые берега рЪки Широкой, гдЪ онъ провелъ девятнадцать лЪтъ своей безпечальной жизни; сердце Лошкарева тЪснили и грусть по оставленному дому, и страхъ передъ будущимъ, ожидающимъ его въ ПетербургЪ. Онъ Ъхалъ на парЪ добрыхъ лошадей, въ небольшомъ тарантасЪ съ парусиновымъ навЪсомъ. На козлахъ сидфли его слуги—кучеръ ЕремЪй и бойки молодой парень СергЪй въ посконныхъ кафтанахъ и треухахъ. СергЪй не могъ сидЪть молча и обернулся къ Лошкареву: — Теперь, сказывали, недалеча. Къ вечеру ужо будемъ. Посмотримъ на городъ Питеръ, что людямъ бока повытеръ! — сказалъ онъ и широко улыбнулся. Лошкаревъ ничего не отв$тилъ, но ему стало еще страшнЪе. Сынъ небогатаго помфщика Саратовской губерши, отставного бригадира Никифора Петровича Лошкарева, Петръ Лошкаревь жилъ подъ родительскимъ кровомъ въ привольЪ деревенской свободы. Коекакъ ’обучившись чтеню, письму и счету, онъ все время проводилъ на охотЪ и въ бездЪльЪ, пока ему не исполнилось 19 ABT. Тогда отецъ объявилъ ему: — ПоЪзжай въ Питеръ; пора служить ГосударынЪ МатушкЪ и свсей РодинЪ. На то ты дворянинъ. . Мать горько заплакала. Страшно стало и молодому Лошкареву, но онъ зналъ, что воля отца непреклонна. Кончилось лЪто, а съ нимъ и безпечная жизнь недоросля изъ дворянъ. Мать и старая нянька ц$Злое лЪто готовили для Петруши: и бЪлье, и запасы. Наступилъ и день отъЪзда. Въ тарантасъ впрягли пару добрыхъ лошадей, въ кучера дали опытнаго ЕремЪя, для услугъ молодого парня, СергЪя Бахвалова, завалили тарантасъ всякимъ <ъЪдобнымъ добромъ, одеждою, подушками и периной, дали ПетрушЪ въ дорогу денегъ 200 рублей и, благословивЪъ, отпустили въ Питеръ искать счастья.