ПРИРОДА илюЮюдИиИ Гуцулы изъ Соколвки. Да, хитрые бываютъ люди на св5тЪ. Правда, такя штучки преслЗдуются закономъ, но пока еще это дойдетъ до закона, пока низш я инстанщи перестанутъ удовлетворяться подарками въ видЪ той же самой обуви—времячко то идетъ, и фирма наживается. А когда почувствуетъ приближене карающей Немезиды, сумЪетъ исчезнуть съ лица земли, оставивъ огромный контингентъ лицъ безъ обуви, хотя и съ оплаченными тремя-четырьмя квитанщЯями. Но вотъ и Косовъ. «Столица» Гуцульщины. Въ какой-то старой книжкЪ я прочелъ, какъ одинъ изъ графовъ Потоцкихъ возилъ за собой по всему свЪту © гуцула-конюха—вЪдь гуцулъ половину жизни проводить на конЪ. Такимъ образомъ гуцулъ побывалъь и - въ ПарижЪ, и въ Венещи, и \ въ ЛондонЪ. Но когда его спро- силъ Потоцкй, какой городъ © &. Bory больше всъхъ ему понравился «oS. LY и: гуцулъ отвзтилъ: — Kociss... Но если бы вы видЪли этотъ самый Косвъ! Господи Боже moiil.. Вообразите себЪ городъ, состоящй изъ одной всего улицы: по одну сторону рЪка, по другую отвЪсная скала; распространиться некуда. Улица эта сплошь изъ еврейскихъ мелкихъ лавокъ, лавочекъ, лавченокъ; все это грязное, откровенное, шумливое, крича_ щее. Тутъ лошади, («ф!ри») повозки; тутъ жестянникъ колотитъ деревяннымъ молоткомъ по ведру; корчмарь зазываетъ въ свою корчму; факторы всЪхъ возрастовъ хватаютъ васъ за полы, тащутъ кудато, что-то предлагаютъ. Рынокъ. Небольшая квадратная площадь. Сзади —отвЪсная скала. По-предан!ю Довбушъ, этотъ герой Гуцульщи‘ны, когда приходилъ къ Косову, то становился надъ обрывомъ и бросалъ свой топоръ («бартку») на средину рынка. И купцы уже знали этотъ знакъ, собирали посильную дань и несли знаменитому опришку. На рынкЪ и биржа извощичья и всякая иная биржа. Трижды вы счастливы, если вамъ не нужно искать 3nbcb себЪ экипажа: измотаютъ всЪ нервы, приведутъ Bb бЪшенство, когда человЪку уже никого и ничего не нужно—лишь бы его оставили въ покоф. Но вы съ почтой, трижды будь она благословенна! Правда, иногда почтовый чиновникъ, владЪлецъ почты, закапризничаетъ и скажетъ, что сегодня пассажирскаго движеня онъ ‘не допускаетъ. Но вы не ат возница вамъ шепнетъ: — Вы идите немного впередъ по дорогЪ, а я васъ догоню, и вы тогда сядете. Идешь этой знаменитой единственной косовской улицей. Красные куски ‘кумача болтаются—это значитъ галантерейная торговля. Содержатель постоялаго двора перебБгаетъ дорогу и предлагаетъ самый свЪж! супъ изъ самой свЪжей курицы. Но не пробуйте заходить: возьметъ съ васъ за эту курицу, «як за рану маму». И все будетъ сваливать на доктора Т*. — РазвЪ за нимъ можно что-нибудь купить!-—жалуется еврейка.—Когда приходитълЪто —ничего нельзя докупиться: все бабы несутъ туда. Это лечебное заведен!е доктора одного. Тоже, вЪрно, человЪкъ не безъ хитринки: у него пищевой. режимъ во-первыхъ оригинальный—салатный, а во-вторыхъ исчисленъ на дътсюЙ организмъ. Но такъ какъ кЛенты доктора все народъ взрослый и по большей части не совсфмъ и больной, то разногласица между аппетитомъ и возможностью его удовлетворить получается весьма значительная. Въ виду же того, что докторъ абсолютно больше ничего не даетъ, пащенты вынуждены какъ-нибудь сами себЪ помогать. Вотъ при помощи служителей организуется якобы подпольная доставка провиз]и, больные ЗдятЪ «по чемъ здря»—а докторъ дЪлаетъ видъ, будто ничего этого не замфчаетъ и къобЪду подаетъ все тотъ же салатъ. Идете вы дальше. До сихъ поръ гуцуловъ вы не: вид$ли, но. здЪсь, въ КосовЪ ихъ уже много, Вотъ они въ ярко-красныхъЪ своихъ одфяняхъ, въ оригинальныхъ «кштарахъ» (кожушокъ безъ рукавовъ), на головЪ «кресаня», украшенная перьями, побрякушками. Въ рукахъ неизм$нная «бартка» (топоръ), съ которой гуцулъ, вЪроятно, и Ha CBBTh бож!й появляется. Ходятъ, дБлаютъ как!я-то закупки, говорятъ на своемъ интересномъ язык$. Не назойливые, спокойные и влекутъ къ себЪ чЪмъ-то ваше. вниман!е. Соколвки. Но пора Ъхать. Почтарь уже 2 васъ догоняетъ. вскакиваете въ таратайку, Ъдете по направлен!ю «до Соколвки». Сразу же за Косовомъ характеръ мЪстности м$- няется. Дорога, вначалЪ очень хорошая, вьется неспокойной лентой между какими-то горбами. Немного дальше-—горы, покрытыя «смерековымъ» (порода хвойныхЪъ) лЪсомъ. ПереЪзжаете черезъ мостъ—вода гдЪ-то внизу, далеко-далеко подъ вами; каке-то кони пьютъ воду, гремя камешками на берегу. И предчувствие чего-то большого, какихъ-то новыхъ, неизвЪданныхъ впечатлЪн@ ‘охватываетъ васъ. Смотришь’ на эти горы—и думаешь: он% красивы но вфдь, вЗроятно, будутъ еще красивЪе. Смотришь на разорванную щель, затЪненную нависшими деревьями и думаешь—а тЗнь еще будетъ чернЪе, потокъ, сбЪгающ внизъ, еще ярче, еще шумливЖе. Скатывасшься возомъ внизъ и чувствуешь: будетъ спускъ еще круче, поворотъ еще острЪе. Душа раскрывается, сердце начинаетъ тихо замирать, готовясь принять новое счастье общеня съ Матерью Природой, (До слтд. №-ра.).