HPHPORA LX AIO AH Ne 14 — 1915 — л его тутъ при Измайловскомъ полку обучилъ строю и ружейнымъ премамъ и всей солдатской наукЪ. — Ну, ну; ради васъ, господинъ бригадиръ, пусть онъ будетъ сержантомъ Выборгскаго полка! Лицо Лошкарева освЪтилось радостью. Онъ почти Bb поясъ поклонился генералу, и Ферморъ улыбнулся ему привЪ5тливо ; — Теперь, господа, пойдемъ кушать. Онъ быстрымъ шагомъ прошелъ въ сосфднюю горHuy, TAB былъ накрытъ столъ. ВсЪ усфлись вокругъ стола, во главЪ котораго сфлъ Ферморъ, посадивъ рядомъ Толзыхина, какъ старшаго по чину. Два денщика стали разносить незатЪйливыя блюда: супъ съ гусиными потрохами, баранй бокъ съ кашей, а потомъ клюквенный кисель. Но все это обильно запивалось виномъ, водкою и разными настойками, а по окончани обЪда всЪмъ подали по кружкЪ горячаго. пунша. Ферморъ былъ ласковъ, шутилъ и, казалось, это быль не главнокомандующий русской арщей, а просто добрый товарищъ. Фроловъ перегнулся къ нему и сиплымъ голосомъ спросилъ. — А что говорила нынче вамъ матушка императрица? Ферморъ пожалъ плечами. — Все пока по хорошему,—отвЪтилъ онъ. —ВсЪ ко мнЪ милостивы. Завтра по$ду къ ея высочеству великой княгинЪ. Дай Богъ ей здоровья! А велик князь все на меня дуться. изволитъ. — Не нравится его высочеству, что пруссаковъ бьютъ,—сказалъ маленью капитанъ. — Тамъ ужъ не знаю почему, —уклончиво отв5тиль Ферморъ,—а у него въ немилости. Ну, да Ha BCBXb и не угодишь! Будемъ стараться служить матушк$- государынЪ. Съ насъ и того довольно! Выпьемъ за ея здоровье! — Ура!—з&кричали всЪ, поднимая ‘свои кружки съ пуншемъ. Все это переполняло восторгомъ душу Лошкарева, и онъ, несмотря на сильный холодъ и вЪтеръ, поминутно обращался съ вопросами и съ разговорами къ Толзыхину, когда они мчались домой. Но Толзыхинъ только мычалъ въ отвЪтъ, и скоро Лошкаревъ‘услыхалъ доносящееся изъ огромнаго воротника шубы Толзыхина легкое похрапыван!е. Лошади мчали сани, встряхивая ихъ на сугробахъ, причемъ Толзыхинъ мотался изъ стороны.вЪъ сторону, какъ мЪшокъ съ картофелемъ. Лошкаревъ взялъ его подъ руку, чтобы придержать. Они подъЪхали къ дому, Лукашка соскочилъ съ козелъ и застучалъ въ ворота. Въ ту же минутуворота распахнулись, и выбЪжали СергЪй и Тишка. — Принимай барина,--сказалъ весело Лошкаревъ, вылззая изъ саней. Толзыхинъ проснулся, что-то промычалъ и, тяжело опираясь на Тишку и СергЪя, вошелъ въ сЪни. Лицо его почти залилось кровью, глаза были полузакрыты. Онъ промычалъ: — Кь ужину меня не будите,— и неровными шагами прошелъ въ свою горепку. — Угостился,—сказала Марфа Кузьминична, качая головою.—А тебЪ это ой какъ вредно! Но Толзыхинъ ничего не отвфтилъ на ея слова. Лошкаревъ вошелъ оживленный и радостный. Наташа увидала его и улыбнулась. — Ахъ,—воскликнулъ Лошкаревъ.—Я теперь самый настоящий воинъ! Генералъ сдЪлалъ меня сержантомъ Выборгскаго полка и милостиво говорилъ со мною, а потомъ мы съ нимъ обЪдали. . — Надо быть, —сказалъ онъ вполголоса, здороваясь съ ними,—скоро отъ государыни вернется. Пока, сказывалъ, государыня милостива, и графъ Шуваловъ говорилъ съ нимъ ласково. Великая княгиня къ себЪъ. звала, а велики князь отвернулся спиною и не хотлъ съ нимъ говорить вовсе. Не нравится ему, когда слышитъ, что пруссаковъ бьютъ. Толзыхинъ только покачалъ головою. — Не нашей онъ крови, — сказалъ онъ сердито. Въ горницу вошло еще нЪсколько офицеровъ, и всЪ _ почтительно кланялись Толзыхину, видя его высок чинъ. Онъ ласково кивалъ всЪмъ головою, а тЪхъ, которыхъ узнавалъ по походу, сбнималъ, цфловалъ и разспрашивалъ. ВсЪ относились къ Толзыхину съ особеннымъ вниманемъ, и онъ чувствовалъ себя довольнымъ, видя почетъ, которымъ его окружаютъ. Лошкаревъ смущался въ своемъ с$ромъ камзолЪ среди военныхъ мундировъ, со своей кудлатой головой между одинаковыми париками и не зналъ, куда дЪть свои руки, въ то время, какъ офицеры держали одну руку на шпагЪ, а другой свободно размахивали. — ’Бдетъ, -— вдругь сказалъ Фроловъ и бросился къ двери. Въ сЪняхъ послышался топотъ нФсколькихъ ногъ, короткй отрывистый разговоръ, а зат$мъ въ комнату ‚ быстрой походкой вошелъ высокй, худощавый челоBBKb, OABTH въ генеральскую форму, въ огромныя ботфорты, въ перчатки съ крагами, которыя онъ быстро сдернулъ съ руки. Голубые глаза его смотрЪли рЬшительно и строго. Толстый носъ, шировя брови, р$зко очерченныя губы на выбритомъ лиц обличали въ немъ рЪшительный характеръ и твердую волю. Онъ оглядЪлъ горницу и увидЪлъ Толзыхина. Лицо его вдругъ освЪтилось радостной улыбкой, глаза какъ будто бы улыбнулись, и онъ быстро подойдя къ Толзыхину, взялъ его за плечо и сказалъ: — Ну, господинъ бригадиръ, здравствуйте! При этомъ онъ кр$пко поц$ловалъ его три раза. — Разскажите мнЪ, какъ ваши раны и какъ ваше здоровье, и скоро ли ваши солдаты увидятъ мужественнаго своего начальника? Толзыхинъ низко. склонился передъ нимъ. — Ваше превосходительство, — сказалъ. онъ.-- Счастливъ вашимъ внима емъ. Слава Богу, раны зажили, и скоро сниму и эти заплатки (онъ показалъ на щеки) —а потомъ радъ снова проливать кровь свою за матушку царицу. — Хорошо, хорошо, господинъ бригадиръ! Будемъ съ вами кушать хлЪбъ-соль! Идемте, господа,—обратился онъ ко всЪмъ присутствующимъ, и вдругъ глаза его съ удивлешемъ остановились на ЛошкаревЪ. — Позвольте, ваше превосходительство,—сказалъ Толзыхинъ въ то время, какъ Лошкаревъ низко поклонился Фермору.—Это сынъ моего прятеля и моего стараго начальника, бригадира Лошкарева. Нынче онъ прислалъ его послужить матушкЪ-царицЪ$, а я съ вашего позволен!я хочу его записать въ Выборгскй NONK b. — Добро, добро!—сказалъ Ферморъ, кивая головой Лошкареву.—Послужи, молодой человЪкъ,—это обязанность русскаго дворянина, а когда будешь служить у нашего бригадира Толзыхина, такъ узнаешь, что значитъ храбрый воинъ, и выучишься сражаться неустрашимо. — Прошу скрЪпить за нимъ патентъ на сержанта, — сказалъ Толзыхинъ. — На сержанта? Почему такъ скоро?