® 20-—1915 PH POL Au JI WO AY. . 309

 
	— Это очень
странно!

— Это т%мЪъ
болЪе странно,
что Палестина
сама по себЪ не
представляетъ
особыхъ красотъ
природы. Особен­но Галилея весьма
камениста и суха.
Днемъ бываетъ
невыносимо жар­ко. Часто даже
осельъ отказы­вается итти.
Правда, нЪфкото­рыя ущелья, доли­«Скорбный путь» въ [ерусалимЪ.
ны, наприм., Са­\& 2
ронская, Эздре­лонская на сЪверЪ, нзкоторые уголки Тордана` тонутъ
въ зелени и цвфтахъ; подъ Тивер!адой цЪлая степь
влажныхъ тростниковъ, а за Меромскимъ озеромъ
пышный лиственный лЪсъ... Но все это словно ‘оази­сы. Сама почва не привлекаетъ.

— Я думаю, привлекаютъ воспоминан!я?..

- — Конечно, воспоминан! я! Воспоминаня дЪтства.
РазвЪ мы можемъ относиться равнодушно къ родинЪ
библм, къ родинЪ Христа! Съ самаго ранняго дЪтства
мы привыкли любить эту мЪстность, мы привыкли съ
глубокимъ волнешемъ повторять слова: [ерусалимъ,
Назаретъ, Яффа... Мы привыкли мечтать о нихъ
и стремиться къ нимъ .. Это наша общая родина, ро­дина христанъ и евреевъ, она болЪе близка нашей
Ayub, чБмъ арабамъ-магометанамъ, живущимъ тамъ!
Но они тамъ родились!

—. ВЪрно! Я не спорю! Они тамъ родились, —ихъ
ABTCTBO прошло на ‘поляхъ и въ горахъ Палестины,
но развЪ у нихъ есть столько дорогихъ воспомина­ный, какъ у насъ! Ни релимя, ни истор!я не связы­ваетъ ихъ со Святою Землею! И въ самомъ дЪлЪ,
взгляните на турка въ фескЪ у дверей вокзала въ
[ерусалимЪ! Кто ближе къ святому городу, этотъ ос­манскй чиновникъ или паломники со всего свЪта, съ
благоговзнемъ выходящ{е на улицу [ерусалима! Инте­ресно, что я, живя у себя во Франции, часто испыты­ваю настоящее чувство тоски по родинЪ, и эта роди­на--<Палестина! Меня снова влечетъ туда.

— Въроятно, занятя, любимый трудъ?

— Конечно, и трудъ, но главное страна, сама стра­на! Это особое ея настроеше... Эта легкость, словно
окрыленность души... Я не нахожу ея нигдЪ въ Ев­ропЪ ..
— Но что же съ вами случилось въ [ерусалимЪ?

 

 

 

 

 
		  ВЪ ГЕОСИМАНСКОМЪ САДУ
	Разенкназь АРВАЛЕЯ ПРЕБСА.
	I 5

— Когда`я былъ посл$дн разъ въ ТерусалимЪ, со
мной случилась странная история.

— Я думаю, —сказалъ я,—въ путешестви всегда
случаются стравныя истории...

— Нътъ, не то! Никаксго романа приключенй не
было! При современныхъ условяхь путешествй въ
вагонЪ ‘поЪзда или каютЪ парохода какя могутъ быть
приключен!я? Потеряешь гд%-нибудь багажъ на стан­щи или попадешь Бъ случайный карантинъ, вотъ и
все, Наконецъ, знаете, я не особенный любитель’ при­ключений...

Я засмЪялся.

— Приключеня, — замЪътилъ я, — это—неожидан­ность, это—=увлечене непредвидЪнной новизной, это—
сама’ жизнь:!..

— Да, да! Совершенно вЪрно, но жизнь современ­Haro человЪка, размЪреннаго чиновника или рабочаго,
далека отъ неожиданныхъ увлечен, она ушла совсЪмъ
въ другую сторону— «психическую». Наши путешеств!я
ушли въ область «настроенй». Мы ищемъ чувствъ и
воспоминанй, а не движеня и жизни... Посмотрите
книги путешествй прошлыхъ в$ковъ. Сплошное дви­жене! Безпрерывный романъ приключений, битвы, бури,
кораблекрушен!я, нападеня. Путешественниковъ то
продаютъ въ рабство, то они чуть не умираютъ съ
голоду или отъ жажды. А взгляните на отчеты со-.
временныхъ путешествий. Это—либо спокойная работа
ученыхъ или поэтическое описаше настроений.

— Это правда, —сказалъ я задумчиво.—Такъ что
же съ вами случилось въ [ерусалимЪ?

— Со мной случилось такое... какъ бы вамъ ска­зать?.. особаго рода настроене...’ Каждая страна
имЪетъ свою спещальную атмосферу... Я изъЪздилъ
всю Европу, былъ въ Египт$, жилъ въ Сирии, въ Азии,
и всюду я наблюдалъ это явлене—въ каждой странЪ
чувствуешь себя до извЪстной степени словно другимъ
человЪкомъ! Васъ невольно охватываетъ или волна
мЪстной жизни, или связанная со страной дымка вос­поминан!й ..

— Я считаль васъ археологомъ—зам$тилъ я,—а
вы сущ поэтъ!

Мой собесЪдникъ улыбнулся.

— Что же! Археологъ вЪдь тоже поэтъ! РазвЪ Ре­нанъ или Жоржъ Перро не поэты? Но не въ томъ
дЪло! Я хотЪлъ только сказать, что ни одна страна
въ мрЪ не создаетъ такого особаго настроен!я, какъ
Святая Земля. Я даже не назову это’ настроеше ре­лигюзнымЪ... Конечно, паломники разныхъ странъ и
вообще люди, впервые посфщающёе святыя мъЪста,
проникнуты релиМознымъ чувствомъ, но кто много,
разъ бывалъ.въ ПалестинЪ и живалъ тамъ подолгу,
тотъ привыкаетъ къ мЪстносги...

— А вы долго жили въ ПалестинЪ?

— Послфдыйй разъ я жилъ два года безвы$здно—
я Сылъ вице-консуломъ въ ЯФффЪ. Поэтому чувство,
которсе я испытываю; живя въ Святой ЗемлЪ, нельзя
назвать исключительно релийознымъ. Это-—скорЪе
какое-то чувство легкости и вмЪстЪ съ тЪмЪъ покоя...
Тамъ дышится легко, словно на морЪ... А главное васъ
никуда не тянетъ, вы какъ будто дома. -
	Я забылъ сказать: разговоръ этотъ происходилъ
въ вагсн$ во Франщи по дорог изъ Парижа въ
Руанъ. Я познакомился съ моимъ удивительнымъ со­бесЪдникомъ случайно, замЪтивЪъ зъ сго рукахъ жур­налъ о ПалестинЪ.