ПРЕДИСЛОВІЕ.
«Итакъ, наступающее столѣтіе призывастъ все знаніе къ концентраціи, къ единенію. Намъ надоѣло ограничиваться собираніемъ матеріала, мы хотимъ духовно овладѣть имъ; черезъ „частности мы хотимъ проникнуть къ тому, что является истинной цѣлыо науки: къ всеобщему великому міровоззр-ѣнію».
H. Dіе1s, Festschrift zur Zweihundertjahrfeier der
Kgl. Preuss. Akademie der Wissenschatfen, 1900.
Въ настоящемъ трудѣ, первый томъ котораго мы опубликовываемъ, предметъ трактуется совершенно иначе, чѣмъ это дѣлалось обыкновенно до сихъ поръ. Авторъ поставилъ себѣ цѣлыо не хроно
логический отчетъ о книгахъ, a исторію соціально-экономическихъ понятій и проблемъ. Такимъ образомъ, матеріалъ былъ съ одной стороны ограниченъ, съ другой—расширенъ. Ограниченъ—постольку, поскольку
дѣло заключалось болѣе въ томъ, чтобы выдѣлить принципіальнохарактерные моменты, чѣмъ въ полнотѣ литературно-историческихъ данныхъ. Расширенъ,—ибо автору пришлось обратить вниманіе и на тѣ внѣшніе историческіе факты, которые служили поводомъ къ постановкѣ теоретическихъ проблемъ. Поэтому я предвижу, что ожи -
данія читателя отъ изложенія отчасти не оправдаются, отчасти же онъ встрѣтитъ матеріалъ, привлечение котораго ему покажется новымъ.
Конечно, было бы легче и, имѣя въ виду критику, безопаснѣе остаться на проложенномъ пути. Однако, на это я не могъ рѣшиться. Я уже давно держусь того мнѣнія, что постоянныя жалобы на без
плодность работа по исторіи экономической литературы слѣдуетъ отнести на долю обычнаго способа обработки матеріала. Развѣ молено извлечь изъ исторіи какую-нибудь пользу для проблемъ, волнующихъ насъ въ настоящее времи. ограничиваясь извлеченіемъ безъ всякаговыбора изъ нѣдръ прошлаго одного матеріала за другимъ и не обращая вниманія на отношеніе его къ духовной жизни, какъ прошлой, такъ и настоящей эпохи. Конечно, идя по избранному здѣсь пути, мы вступаемъ на шаткую почву, и никто при этомъ не сможетъ избѣжать упрека въ субъективизмѣ.
Однако, и объективность, выражающаяся въ нанизываніи деталей,, мѣсто которыхъ въ примѣчаніяхъ, также въ сущности не далеко ушла. Истинная наука имѣетъ дѣло не съ фактами, а съ истинами, т. е. сужденіями, важной составной частью которыхъ, конечно, являются