нахъ, гдѣ къ вывозу онаго еще не всѣ препятствія устранены . Опираясь на авторитетъ того же Кеппена, въ литературѣ, обыкновенно, отрицаютъ какое-либо вліяніе международнаго хлѣбнаго рынка на цѣны внутри Россіи: „вывозъ хлѣба за границу менѣе у насъ значителенъ, чѣмъ полага
ютъ многіе, не изслѣдовавшіе сего предмета ,—говоритъ Кеппенъ и доказываетъ, что этогь вывозъ „не составляете. и сотой части количества, нужнаго для потребленія въ самой имперіи . Не трудно, однако, догадаться, почему этотъ вы
возъ, такъ быстро росшій въ первые годы XIX столѣтія, замеръ почти на одномъ уровнѣ въ два первыя десятилѣтія царствованія Николая, а съ нимъ замерло и развитіе помѣ
щичьяго хозяйства, сулившаго такія радужныя перспективы агрономамъ александровской эпохи *). Для характеристики этого застоя достаточно привести одинъ примѣръ. Мы видѣли въ своемъ мѣстѣ **), что еще въ 1760-хъ годахъ Тверская губернія быстро шла впередъ въ дѣлѣ развитія капиталистическихъ отношеній въ деревнѣ. Еще въ 30-хъ годахъ на эту
губернію возлагались особенныя надежды. Мордвиновъ, тогда предсѣдатель Вольнаго экономическаго общества, указывалъ,
что „эта часть имперіи, по положенію своему, по качеству многоразличныхъ почвъ земли и по расположенію помѣщиковъ къ принятію лучшихъ системъ хозяйства, могла бы послужить разсадникомъ усовершенствованнаго земледѣлія во
обще для всей Россіи,—могла бы сдѣлаться тѣмъ, чѣмъ въ Англіи была область Норфольская . Теоретически разсужде
нія Мордвинова были совершенно правильны,—роль тверичей въ реформѣ 19 февраля блестяще оправдала его надежды на „эту часть имперіи“. Но вотъ что представляла собою та же Тверская губернія въ 1838 году: „трехпольная система въ самомъ простомъ, первобытномъ видѣ; скотоводство скудно;
въ навозѣ для удобренія полей такой недостатокъ, что пашни почти нигдѣ не удобряются, какъ бы слѣдовало. Особенно у самихъ поселянъ-хлѣбопащцевъ вѳздѣ одинаковое нерадѣніе, о которомъ достаточно можно судить изъ того, что въ Тверской губерніи, въ Осташковскомъ уѣздѣ, доселѣ еще суще
*) Вывозъ хлѣба изъ Россіи въ первой половинѣ XIX вѣка иллюстрируется такой таблицей:
Года. Пшеница. Рожь. (тысячи пудовъ) 1810 1734 994 1820 13873 3924 1830 25506 8669 1840 18091 1409
**) Ом. „Русская исторія“, т. IV, стр. 110.
ютъ многіе, не изслѣдовавшіе сего предмета ,—говоритъ Кеппенъ и доказываетъ, что этогь вывозъ „не составляете. и сотой части количества, нужнаго для потребленія въ самой имперіи . Не трудно, однако, догадаться, почему этотъ вы
возъ, такъ быстро росшій въ первые годы XIX столѣтія, замеръ почти на одномъ уровнѣ въ два первыя десятилѣтія царствованія Николая, а съ нимъ замерло и развитіе помѣ
щичьяго хозяйства, сулившаго такія радужныя перспективы агрономамъ александровской эпохи *). Для характеристики этого застоя достаточно привести одинъ примѣръ. Мы видѣли въ своемъ мѣстѣ **), что еще въ 1760-хъ годахъ Тверская губернія быстро шла впередъ въ дѣлѣ развитія капиталистическихъ отношеній въ деревнѣ. Еще въ 30-хъ годахъ на эту
губернію возлагались особенныя надежды. Мордвиновъ, тогда предсѣдатель Вольнаго экономическаго общества, указывалъ,
что „эта часть имперіи, по положенію своему, по качеству многоразличныхъ почвъ земли и по расположенію помѣщиковъ къ принятію лучшихъ системъ хозяйства, могла бы послужить разсадникомъ усовершенствованнаго земледѣлія во
обще для всей Россіи,—могла бы сдѣлаться тѣмъ, чѣмъ въ Англіи была область Норфольская . Теоретически разсужде
нія Мордвинова были совершенно правильны,—роль тверичей въ реформѣ 19 февраля блестяще оправдала его надежды на „эту часть имперіи“. Но вотъ что представляла собою та же Тверская губернія въ 1838 году: „трехпольная система въ самомъ простомъ, первобытномъ видѣ; скотоводство скудно;
въ навозѣ для удобренія полей такой недостатокъ, что пашни почти нигдѣ не удобряются, какъ бы слѣдовало. Особенно у самихъ поселянъ-хлѣбопащцевъ вѳздѣ одинаковое нерадѣніе, о которомъ достаточно можно судить изъ того, что въ Тверской губерніи, въ Осташковскомъ уѣздѣ, доселѣ еще суще
*) Вывозъ хлѣба изъ Россіи въ первой половинѣ XIX вѣка иллюстрируется такой таблицей:
Года. Пшеница. Рожь. (тысячи пудовъ) 1810 1734 994 1820 13873 3924 1830 25506 8669 1840 18091 1409
**) Ом. „Русская исторія“, т. IV, стр. 110.