дарства, растерянные, сбитые съ толку, безъ руководителя, безъ опоры, ограничиваются ролью жертвъ или пассивныхъ свидѣтелей крайностей черни. Созывъ Штатовъ есть не что иное, какъ торжественное сознаніе власти въ своемъ безсиліи.
Министерству не подъ силу его задачи, и оно падаетъ подъ ихъ бременемъ. «Мы такъ задавлены собраніями и комитетами,—пишетъ Монморенъ отъ 25 января,—что у меня нѣтъ ни одной свободной минуты» 6).
Всѣ завалены дѣлами. Ни вожди не умѣютъ повелѣвать, ни подчиненные повиноваться. Администрація упразднена; армія исчезла. Отъ страшнаго орудія королевской власти, выкованнаго Ришелье и усовершенствованнаго Людовикомъ ХІУ, остается только инертная и вялая масса, которая душитъ тѣхъ, кто пытается ее расшевелить. Штаты собираются 5 мая. Вскорѣ дворъ начинаетъ тревожиться ихъ требованіями и народными дви
женіями, которыя ихъ иоддерживаюгь. Въ иринципѣ весь авторитетъ еще вмѣщается въ особѣ короля: онъ—верховный властитель, дворянство его окружаетъ, оно стоитъ во главѣ войска, оно занимаетъ важнѣйшія
должности. Тѣ, кого страшитъ революція, совѣтуютъ Людовику XVI устроить государственный переворотъ и прибѣгнуть къ классическому средству «ко
ролевскаго дня». Въ послѣдній разъ монархія является передъ народомъ во всемъ своемъ величіи, но это величіе—только тѣнь прежняго. Достаточно нѣсколькихъ словъ, сказанныхъ депутатомъ, чтобы разсѣять этотъ призракъ правительства. «Насъ можетъ разогнать только сила», отвѣчалъ Мирабо церемоніймейстеру, который предлагалъ Собранію разойтись °). Сила не явилась, и вся Франція узнала, что королевская власть уже не располагала ею.
Не располагало ею и Собраніе. Вслѣдствіе неопытности, самонадѣянности, идеализма, оно оказалось столь же непредусмотрительнымъ и неспособнымъ управлять, какъ и сама монархія, вслѣдствіе рутины и дряхлости. Недовѣріе къ престолу заставило депутатовъ захватить всю власть въ свои руки, самое отношеніе ихъ къ принципамъ власти не позволяло имъ воспользоваться ею. Новое правительство было очень скоро доведено до такой же крайности, какъ и старое. Надъ министерствами властвовало Собранiе, надъ Собраніемъ—клубы, надъ клубами—демагоги, а надъ демагогами—вооруженная фанатическая и голодная чернь, которую они думали увлечь за собой и которая въ дѣйствительности гнала ихъ впереди себя. Это страшное давленіе началось 14 іюля: при первомъ напорѣ оно взло
5) Изъ письма къ ла-Люцерну, посланнику въ Лондонѣ.— Эта цитата какъ и всѣ другія, происхожденія которыхъ я не указываю, взята изъ архивовъ министерства Иностранныхъ дѣлъ.
6) Засѣданіе 23 іюня 1789 г.

На «Электронекрасовке» ведутся технические работы и в ближайшие дни издания могут быть недоступны для чтения. Приносим извинения за возможные неудобства!