2 сентября 1945 года, № 186 (6610): Слово ветерана боев за Порт-Артур  8 февраля 1904 года наш броненосец «Победа», на ко­тором я служил комендором у шестидюймового орудия, сто­ял на внешнем рейде в Порт-Артуре Внезапно раздались выстрелы, засверкали прожекторы, Мы думали, что происхо­дят очередные морские учения Но это начались настоящие военные действия Японцы из-за угла, без об явления войны, напали на нас Храбро дрались с японцами русские вонны Моряки на­шего броненосца, как и на других кораблях эскадры адми­рала Макарова, решили умереть, но Порт-Артура не сда­вать В битвы за Порт-Артур мы кораблей наши малокалиберные орудия, перенесли их в ты и укрепления дрался на форте № 5. крепости Я со своим огневым расчетом

й в о И н

НРАСНЫ

Золомой LBETOKS   Отрывки из повести

с

Лам Хоу оставил девушке желтые с золотистым отливом цветы. На пороге показалась с длин­ной трубкой в зубах мачеха Ма-дзи Она сказала:

Ма-дзи подумала: не о ее ли позо­ре несется недобрая молва? - Я озолочу вас,-говорил Накама. - Я скоро стану очень богатым. Я теперь могу сказать, каким образом я стану богатым. Вы признались мне, что разочаровались в Лам Хоу. Признание за признание: мне по­ручили поймать бандита Лам Хоу. При каждом упоминании име­ни Лам Хоу Ма-дзи чувствова­ла, что у нее замирает сердце, а тут еще надо играть роль сча­стливой девушки, разделяющей радость своего кавалера, да еще

давно добивался сблизиться с Ма-дзи, снова намекнул старику, что он и сейчас неравнодушен к Ма-дзи, отец несказанно обрадо­вался. Отцу важны всякие по­блажки со стороны японцев, мрачно заметил Лам Хоу, -- ради них он готов пожертвовать своей дочерью. Ма-дзи неожиданно вскрикну­ла: -Накама идет сюда!

Какие нехорошие пветы приносит тебе Лам Хоу, Он из­менил тебе. Язык цветов-его язык. Ма-дзи не могла больше слу­шать. -- Оставь меня! Вошел Лам Хоу. Ма-дзи мед­ленно и тихо перебирала струны виолы. Знакомая, печальная ме­лодия. Уже одна эта песня за­ставила Лам Хоу насторожиться, он заметил, что глаза Ма-дзи были грустны. … Что с тобой? - спросил Лам Хоу. Она отняла руку от инструмента, и от беспо­рядочного звука Лам Хоу вздрогнул. - Что означают эти цветы?--не глядя на него, спросила девушка. … Я не понимаю, что ты спрашиваешь. … Ты любишь дру­гую? - С чего ты взяла? - Язык цветов - твой язык. Оба долго молчали. Лам Хоу первый на­чал: Признаться, эти зо­лотистые цветы дейст­вительно имеют важное значение, но совсем не такое нелепое, какое ты придумала. 0 значении этих цветов едва ли ты могла догадаться. И ду­маю, что никто не мог тебе об яснить. - Почему? - Тайна. - И от меня тайна? -- Эти цветы я нес сюда через весь город. Их видели те, кто является настоящими патрио­ответил тами кто готовится из­гнать наших враговB моих цветах они увидели знак к вы­ступлению против поработителей. Ма-дзи, пока говорил Лам Хоу, заметно оживилась. Чтобы ты меня правильно поняла, я должен сначала рас­сказать об одной девушке. Ее * зовут Золотой Цветок. Ты ви­дишь: в этом имени есть много общего с моими цветами, Она на родилась и долго жила в пвету­щем городке Чансии. Когда при­шли японцы, она ушла в горы и организовала там партизанский отряд. Рассказывая славные эпизоды из жизни Золотого Дветка, Лам Хоу видел, как округлялись гла­за у Ма-дзи, как она жадно ло­вила каждое слово об этой храб­рой девушке. - Я никогда не видела эту девушку, - сказала она взволно­ванно,но ее героизм, ее муже­ство настолько великолепны, что трудно это выразить. Я хочу те­бя искренно поблагодарить за цветы, которые ты сегодня при­нес мне. ** Ма-дзи рассказала, что долгое отсутствие Лам Хоу дало повод обеим женам ее отца к сплет­ням. Обе женщины сумели воз­на старика, и он тоже поверил, как по­верили многие знакомые, что Лам Хоy изменил белной Ма-дзи, когда японский офи-



Я помню бессмертные подвиги солдат и моряков форта № 3, укрепления № 5, взрыв «Стерегущего» Магросы сами взорвали этот корабль Они погибли, но не сдались япон­цам. Если бы не предательство продажных царских генера­лов, мы бы не отдали Порт-Артура врагу Прошел сорок один год Русский военно-морской флаг снова над Порт-Артуром Героическая Красная Армия и Военно-Морской Флот советской страны вместе с нашими союзниками поставили Японию на колени. Я горжусь подвигами наших сынов и внуков--героев бит­вы за Маньчжурию, Сахалин, Корею, Порт-Артур стариковское спасибо воинам-дальневосточ­Союза Большое никам! Спасибо великое товарищу Сталину! Генералиссимусу Советского

- Весьма кстати, - спокойно   какую радость! Радость, что ему предстоит получить це­лое состояние за голову натриота китайской рес­публики, за человека, так близкого сердцу Ма­ДЗИ. - Ваш отец, - про­должал офицер, - обе­щал оказать большую услугу японской импе­раторской армии. Низкий, гадкий ста­рик! Что угодно ждала от него Ма-дзи, только не предательства по от­ношению к ее Лам Хоу. * * * Рис. художника М. Попова

Мы, советские рабочие, будем трудиться в мирные дни так же энергично, как работали в дни войны Это наш луч­ший ответ на разгром японских империалистов Участник русско-японской войны 1904 г Филат Терентьевич ТРУНОВ. *

желЕзнов КЛЯТВА Любимой отчизне клянусь перед  Я грудью закрою отверстие Партийная жизнь Просматривая протоколы… Протокол партийного собрания очень важный документ. В нем, как на фотопленке, фикси­руется все, что происходит на собрании, заносятся принятые ре­шения. Протокол полагается со­Ставлять своевременно и четко. Об этом, к сожалению, забыли в первичной парторганизации, где парторгом тов. Мушулов. Неко­торые ротные парторги подолгу не оформляют протоколов. Не­давно авно в одной из рот произошел такой случай. Парторг батальона Мушулов после соответствую­щего указания решил прове­рить, как составляет протоколы парторг ефрейтор Геджимунский. Он взял у Геджимунского те­традь и, перелистывая ее, обна­жил, что в ней нет протокола ольского собрания, которое об­ждало вопрос об идейном ро­сте коммунистов. Где он? - спросил Му­шулов. Наверное, мой заместитель забыл подшить, а может быть, с собой в отпуск… рас­терянно заявил парторг роты. Некоторые протоколы пред­ставляют собой черновые записи. Парторг Геджимунский уже око­ло 20 дней собирается перели­сать протокол собрания, на ко­ором обсуждался вопрос о хра­нении партдокументов. Протокол собрания от 20 ию­ля в первичной парторганиза­ции, которой непосредственно вуководит сам Мушулов, тоже азался не в порядке, Он до сих пор не подписан председа­1олем и не утвержден занести­телем командира по политчасти, а уже подшит к делу. Неподписанный и неутвер­жденный протокол еще не есть законный документ. Кроме того, раньше, чем дать подписать про­токол, парторг обязан был отре­дактировать его, показать ком­мунистам записи их выступле­ний, внести поправки. Об этом парторг даже не подумал. Просматривая протоколы парт­собраний в этом батальоне, ви­дишь, что они оформляются не­брежно. Некоторые слова и фа­милии в протоколе, о котором шла речь выше, можно прочи­тать лишь с трудом. Многие за­писи явно не отражают того, что говорилось на собрании, поверх­ностны. Партсобрание слушало парторга роты Смолянского. Он сделал обстоятельный доклад об идейно-политическом воспитании коммунистов, В протоколе же оказалась куцая запись об этом. Когда тов. Мушулову показа­ли ее, он сам удивился, согла­сившись с тем, что запись вы­ступления парторга сильно иска­жена. Очень часто решения партий­ных собраний, записанные в протоколах, выглядят неконкрет­но, не отражают того, о чем го­ворили коммунисты. В решениях многих других собраний не указано ни сроков исполнения, ни лиц, ответствен­ных за выполнение. Парторги обязаны ответствен­но относиться к составлению про­помнить, что он являет­строем, Как матери Зоя клялась: Героем вернусь, иль погибну героем За нашу советскую власть! Клянусь, буду драться умело и смело, В бою не жалея себя И если придется, взорзусь, как Гастелло, Без врагов истребя. И если не будет другого исхода, Так в битве бывает порой,- дзота, Как сделал Матросов-герой А если я струшу и клятву нарушу, Присяге святой изменю, Пусть каждый, кто только меня обнаружит, Растопчет меня, как змею Нет клятвы на свете прямей и суровей И тверже, чем клятва моя И я свою подпись готов своей кровью Скрепить в беспощадных боях!

Серебряные лучи про­жекторов, как шпаги, скрестились на небе. - Придется итти об­ратно,-сказал Накама, встревоженный этими прожекторами. У древних ворот го­рода часовые при свете карманных фонарей про­веряли документы Нака­ма. Издалека доносились крики команд. Ядови­тые хлопки выстрелов. Где-то совсем близко, как раненые лисицы, повизгивали пули. ** Ма-дзи не все помнит, она еще не может понять, каким обра­зом Накама оказался связанным по рукам и ногам, а среди тех, которые проверяли его докумен­ты, был один с лицом Лам Хоу. Сейчас она в горах, лежит на носилках и слушает речь женщины, у которой приятный, мелодичный голос. У Ма-дзи правая рука на пе­ревязи. Лам Хоу говорил, что ее ранил охранник Накама, Сама она этого не помнит. Напрягла все силы, чтобы подняться, по­смотреть на довушку, которая так славно говорит с бойцами. На маленькой хорошенькой женщиневоенная гимнастерка и пилотка. Одна ее рука, когда она говорит, все время в движе­нии и ладонь открыта лодочкой, а другая сложена в кулачок и покоится на бедре. Ма-дзи удов­летворила свое женское любо­пытство, но сколько это ей стои­ло. Подошел Лам Хоу и бережно укутал Ма-дзи. - Кто это так славно гово­рит?спросила Ма-дзи. - Золотой Цветок, ---- ответил Лам Хоу. - Я сейчас слышала, как она хорошо отзывалась о тебе. Почему ты сам не сказал мне. что этой ночью тебе и твоим товарищам удалось уничтожить военные склады японцев, увеств из тюрьмы наших друзей, евя­зать и взять в плен Накаму? - Обычное дело, - ответил Лам Хоу,--и нечего мче этим хвастаться. Л. РУБИНШТЕЙН,

Лам Хоу. - Что ты собираешься де­лать?--встревожилась Ма-дзя. … Я с удовольствием пошлю ему из этой игрушки. Лам Хэу раснахнул халат и показал на пистолет, -- пулю в лоб. - Не смей этого здесь делать. Ты права, я еще успею это слелать отвелит дахот илоба вил:-Мне нужно, чтобы в горо­це несколько часов не было На­кама, Я имею поручение от Зо­лотого Цветка, а этот офицериш­ка может мне помешать выпол­нить важное дело. ** * Светлая Личность­так в го­роде называли отца Ма-дзи за его большую лысину-стоял око­ло дома и с умилением смотрел вслед своей дочери: Ма-дзи ра­довала его родительское око: она шла рядом с японским офицером Накама Наканаук-сан - легко и изящно. Светлая Личность по­тирал пухлые руки: теперь нет сомнения в том, что Накама дает ему возможность занять долж­ность главного судьи. Главный судья,--сладко размышлял Свет­лая Личность, -- имеет много до­ходных статей. Светлая Личность был счаст­лив: Ма-дзи вела себя умницей, и он уже мысленно стал подсчи­тывать доходы, какие ему даст пост главного судьи. *

Вскоре Ма-дзи и Накама выш-

токола, ся важным партииным докумен­том. цер Накама Наканаук, который Лейтенант А ЕРМИЛОВ, *) По-китайски: Цай-Цинь-хуа, ли за ворота города. B мрачной темноте вечера таинственно шентались деревья.