К РаС ны й во И н

года, № 196 (6620).

16 сентября 1945

Михаил Илларионович Кутузов ная». Он смело шел на риск, зная, что решающее значение в бою имеет не только позиция, но прежде всего войска, защищаю­щие ее. B сражении под Рущуком 60-тысячная турецкая армия ве­ликого визиря была разгромлена и бежала на юг. Казалось бы, по правилам тактики было необ­ходимо неотвязно преследовать противника. Вместо этого Куту­зов, простояв на месте три дня, взорвал крепость Рущук и пере­шел с южного берега Дуная на северный. Это было искусное применение военной хитрости. Кутузов понимал, что если он будет преследовать турок, то они, убегая, снова укроются в Шум­ле, штурм которой он считал ненужным, ибо «важно было не крепость взять, а войну выиг­рать», как говорил он. В своем донесении 2 (14) ию­ля об оставлении Рущука Куту­зов написал: «…Я по совершенному убеж­дению принял мысль, тотчас по­сле одержанной над визирем победы, оставить Рущук; сие только и можно было произвесть после выигранной баталии, в противном же случае казалось бы то действием принужденным и ежели бы вместо выигранного сражения была хотя малая не­удача, тогда бы должно было пе­реносить все неудобства и для чести оружия не оставлять Ру­щук… Итак, несмотря на част­ный вред, который оставление Рущука сделать может только лично мне, а предпочитая всегда малому сему уважению пользу государя моего… выведя жите­лей, артиллерию, снаряды, словом, все и подорвав покоторые места цитадели, 27-го числа пе­е­решел я на левый берег Дуная». А рвавшимся в бой офицерам Кутузов об яснил: «Если пойдем за турками, то, вероятно, достигнем Шумлы, но потом что станем делать? Надоб­но будет возвратиться, как в прошлом году, и визирь об явил бы себя победителем. Гораздо лучше ободрить моего друга Ах­мет-бея, и он опять придет к нам». Великий визирь вначале не поверил донесениям о том, что Кутузов ушел за Дунай и опа­сается наступления турецкой армии. Ободренный кажущимся бездействием русских войск под­талкиваемый Наполеоном и сул­таном, верховный визирь усилил свою армию до 70 тысяч чело­век и двинулся через Дунай на позиции русской армии. Около 50 тысяч он переправил на се­верный берег, а на южном оста­вил свой лагерь 20 тысяч сол­дат, знамена, продовольствие, вооружение. Кутузов вниматель­но следил за каждым движением турецкой армии. Военная хит­рость удалась. Главные силы турок вышли на северный берег Дуная. Теперь обстановка резко изменилась, дорог каждый час, и Кутузов решительно переходит от обороны к наступлению. Се­митысячный отряд генерала Мар­кова совершает широкий маневр вдалеке от района действий и переправляется на южный берег Дуная. Он выходит в тыл турец­кому лагерю и стремительной атакой захватывает лагерь, зна­мена, пушки, боеприпасы. Мало того: по приказу Кутузова, Мар­ков ставит турецкие пушки на южном берегу Дуная и откры­вает огонь в тыл войскам визи­ря, находящимся на северном берегу. Кутузов атакует турок, прижимает войска великого ви­зпря к Дунаю. Завершается пол­ное окружение турецкой армии. В этой операции проявилась еще одна черта полководческого ис­кусства Кутузова - решитель­ный переход от обороны к на­ступлению, с использованием вне поля сражения и армии, что главная задача его заключается в дальнейшем уси ленин войск. И пока у францу­зов больше шансов выиграть генеральное сражение, надо от него уклоняться. Но он понимал также, что в определенный мо­мент потребуется вступить в генеральное сражение. Этот мо­мент наступил у Бородина. Русская армия насчитывала 120 тысяч солдат, в том числе 10 тысяч ополченцев, 7 тысяч казаков. Русская артиллерия насчитывала 640 орудий. У французов было 135 тысяч че­ловек при 587 орудиях. Куту­зов доносил 21 августа (2 сея­тября) Александру I: «Позиция, в которой я оста­ношился пи селе Бородине 19-ти верстах влереди Можай­ска одна из падлучших какую только на плоских местах найти можно, Слабое место сей пози­цли которое паходится с левого фланга, постараюсь я исправить посредством искусства. Жела­тельно, чтобы неприятель ата­ковал нас в сей позиции; в та­ком случае имею я большую надежду к победе; но ежели он, найдя мою позицию крепкою, маневрировать будет по дорогам, ведушим к Москве, тогда дол­ден буду идти и стать позади Можайска, где все спи дороги схолятся». Кутузов видел, что из двух дорог, проходящих через Боро­динское поле, Новая Смоленская у правого фланта позиции пире и лучше Старой Смоленской, прорезавшей левый фланг. Но­вая Смоленская дорога была ос­новным стратегическим направ­лением на Москву, и это на­правление прикрывал Кутузов, в то время как все остальные пункты позиции имели только тактическое у Кутузов, понимая стратегию и тактику Наполеона, предви­дел его возможные маневры. Располагая свои главные силы широкой Новой Смоленской дороги и за центром, Кутузов сохранял за собой возможность перехода в контратаки крупны­ми силами. В то же время при попытке Налолеона к обходу или при неудачном исходе сражения русская армия могла ответить контрманевром, стать позади Можайска и опять закрыть путь к Москве. 0 том, насколько прав был Кутузов, видно из то­го, что Наполеон не рисклул об­ходить левый фланг русской армии. Так в решающем Бородинском усту-сражении, которое было для рус­ской армии оборонительным, в котором инициатива должна бы­ла принадлежать наступавшему Наполеону, Кутузов искусно ли­шил его этого преимущества и вынудил кровопролитному фронтальному наступлению. В распоряжениях войскам Ку­тузов особо подчеркнул значение резервов, указав, что «резервы должны быть сберегаемы сколь можно долее, ибо тот генерал, который сохранит еще резерв, не побежден…». Свои резервы Кутузов умело расположил, обеспечив полную свободу их использования в бою. Таким образом, Кутузов пра­вильным замыслом сражения, ис­кусным построением боевого по­рядка, наличием резервов обес­печил себе максимальную свобо­ду действий и возможность уп­равлять ходом сражения. Куту­зов шел на это оборонительное сражение, уверенный в своих силах, уверенный в непоколеби­мой стойкости русских войск. После боя у Шевардина 24 ав­густа (5 сентября) две армии стояли друг против друга. Куту­зов обезжал войска и говорил с солдатами. Присутствие любимо­вождя вдохновляло армию. С6 удара по коммуникации врага. Далее, используя свой опыт дипломата, Кутузов умело довел дело до подписания турками вы­годного для России бухарестско­го мира, которым Турция была снята со счетов как противник России в критический момент начала войны с Наполеоном. По бухарестскому миру Бесса­рабия была освобождена от ту­рецкого ига и присоединена к России, а в Сербии и Болгарии турецкому игу был нанесен серьезный удар. Это была круп­ная военная и дипломатическая победа, значительно улучшав­шая политическую и стратеги­ческую обстановку к началу Отечественной войны 1812 года. Несмотря на это, царь Алек­сандр I отстранил Кутузова от руководства армией, и русская армия была лишена своего про­славленного полководца в гроз­ный час, когда на берегах Нема­на сосредоточивалась огромная французская армия. IV. ку мой ли в в часов утра 26 августа (7 сен­тября) французы, как и предпо­лагал Кутузов, повели атаки па Багратионовы флеши и на бата­рею Раевского. Семь раз броса­лись французские корпуса вата­и откатывались под контруда­рами Багратиона. Во время вось­атаки смертельно раненый Багратион пал. Его дивизии ста­отходить. Наступил кризис сражения. Наполеон уловил тот решающий момент, когда вводом бой резервов можно решить ус­пех. Он отдал приказ: «Гвардию огонь!», и главный резерв Французской армии­император­ская гвардия тронулась в насту­пление. Это грозило русским вой­скам поражением. Кутузов, узнав об этой опасности, грозившей его левому флангу, предпринимает искусный маневр, бросив в тыл левого фланга Наполеона каза­чий корпус Платова и кавале­рийский корпус Уварова. Они посеяли панику среди францу­зов. В тревоге за свой левый фланг Наполеон остановил гвар­дию и потерял время, а Куту­зов перевел свой резерв к лево­му флангу и упрочил его поло­жение. Через несколько часов Наполеону удалось ценой новых огромных жертв захватить цент­ральную батарею Раевского, ко­торую обороняли войска генера­ла Барклая-де-Толли. Но русская армия осталась непоколебимой до последнего часа Бородинского сражения. Французские маршалы настаиваля на необходимости бросить в бой последний резерв­старую гвардию. Но Наполеон понял, что русских не сломить, что, вводя в бой свой последний резерв, он может потерять свою гвардию и не добиться победы в войне. Воля и искусство Кутузова победили волю Наполеона. К ночи Наполеон отвел свои войска с Бородинского поля, на котором он оставил более 58 тысяч уби­тых и раненых солдат и 47 ге­нералов, не добившись победы в генеральном сражении, в кото ром он стремился решить судьбу войны. Кутузов одержал круп­нейшую победу. Великая заслуга Кутузова заключается в том, что, опираясь на стойкость русских солдат и искусство подчиненных командиров, он так организовал и руководил сражением, что не позволил Наполеону не только осуществить какой-либо маневр, но и прямым массированным ударом пехоты и конницы с мощной артиллерией одержать хотя бы частный успех. Наполеон впервые проиграл генеральное сражение и сам дол­жен был признать это. «Из пя­тидесяти сражений, мною дан­ных, в битве под Москвой выка­зано наиболее доблести и одер­жан наименьший успех», «Рус­ские стяжали право быть непо­бедимыми». Русская армия гото­вилась продолжать сражение у Бородина, но, когда Кутузов уз­нал, что его армия потеряла 44 тысячи убитых и раненых сол­дат и 23 генерала, он приказал отходить к Москве Это было наи­более целесообразное решение, так как оно давало Кутузовувоз­можность восполнить потери и продолжать войну в более выгод­ных условиях, чем это было для Наполеона. «Когда дело идет не о славе выигранных только бата­лий, но вся цель, будучи устрем­лена на истребление французской армии, я взял намерение отсту­пить» - доносил Кутузов Алек­сандру I. На военном совете в Филях 1 (13) сентября Кутузов поста­вил вопрос­сразиться ли с На­полеоном под стенами Москвы или оставить ее неприятелю? Мнения разделились. Кутузов приказал отступать, обратив­(Окончание на 4 странице).

(Продолжение, Начало на 1 и 2 страницах). сии, и в Европе не сомневались в его успехе. В этой будущей войне Наполеон отводил Турции важную роль. Он рассчитывал, что стотысячная масса турецкой конницы пройдет через Украину в Белоруссию и примкнет к пра­вому флангу французской армии. Паполеон обещал султану Крым и одновременно грозил страшны­ми карами, если Турция заклю­чит с Россией мир. К этомувре­мени из русской дунайской ар­мии пять дивизий были взяты для включения в состав главных сил, расположенных на западной границе. У Кутузова оставалось 46 тысяч солдат, с которымион должен был добиться победы над турками. Мало того, русская ар­мия была растянута на фронте в тысячу километров, а 80-ты­сячная турецкая армия была собрана против центра русских и занимала сильные крепости. B этих неравных условиях борьбы Кутузов находит своеоб­разные стратегические и такти­ческие решения. Он отказывает­ся от растянутой, кордонной си­стемы построения армии и соби­рает последнюю в кулак, чтобы действовать ею в решающем на­правлении. Кутузов 7 (19) апре­ля 1811 г. пишет военному министру России Барклаю-де­Толли: «…Оборов оронительная наша ли­ния, четырьмя дивизиями защи­шаемая, начинается, можно ска­зать, от Белграда и продолжает­ся до Днестра, занимая по изги­бам Дуная около тысячи верст. Тщетно было бы помышлять, чтобы огромное такое простран­ство возможно было занять везде довольною силою, и таковое раз­дробление войск и без того уме­ренных, без сильных подвижных корпусов к подкреплению, отво­рило бы путь первому неприя­тельскому корпусу несколько сильному». Кутузов стягивает свою армию к Рущуку. На флангах приказы­вает взорвать крепости Нико­поль и Силистрию и гарнизоны этих крепостей также сосредото­чивает к центру. Он располагает свои войска так, чтобы в любой момент контратаковать против­ника в нескольких направле­ниях. Кутузов решил не штурмовать крепость Шумлу, в которой засе­ли турки. «Идти к визирю в Шумлу, - пишет он 20 мая (1 июня) Барклаю,-атаковать  его в сем сильном укреплении и невозможно, и пользы никакой бы не принесло…Но может быть, что скромным поведением моим ободрю я самого визиря выйти или выслать по возможности знатный корпус к Разграду или далее к Рущуку и, если таковое событие мне посчастливится, тогда… конечно, с божиею по­мощью разобью я его…». В этих донесениях Кутузова видна способность великого пол­ководца принимать соответст­вующее обстановке оритинальное стратегическое решение, умение пользоваться ошибками против­ника и, зная слабые стороныту­рецкой армии в полевом бою, навязать ей бой в выгодных для русской армии условиях. В этой кампании особенно ярко проявилось умение Кутузова применить военную хитрость в интересах стратегии и тактики. Искусным маневром в сочета­нии с умелым распространением ложных сведений Кутузов выма­нил турок из крепости Шумлы к Рущуку. Узнав о движении ту­рецкой армии, Кутузов располо­жил свои войска перед Рущуком тылом к Дунаю. Это был безус­ловный риск, но, как писал Ку­тузов в донесении о сражении под Рущуком, эта позиция «не совсем выгодная, но единствен-[маневра

Накануне 1812 года Наполеон уже был властителем Европы. Раздавленная Пруссия лежала у его ног. Австрия была с ним в союзе. Наполеон строил планы завоевания мирового господства. «Через пять лет я буду господи­ном мира; остается одна Россия, но я раздавлю ее», - говорил Наполеон в 1811 году. Россия наряду с Англлей явилась глав­ным препятствием на пути к созданию мировой империи Нa­полеона. Навязанная Наполеоном по Тильзитекому мирувв 1807 году континентальная системa. U, противоречившая самостоятельно­му развитию русского народного хозяйства, гибельно отражалась на его состоянии. 1810 года Наполеон C в обширных масштабах подго­товку к войне с Россией, создав огромную, так называемую велп­кую армию, насчитывавшую 600 тысяч человек. В ночь на 12 (24) июня 1812 года без обявления войны Нало­леон вторгся в пределы России. Две русские армии под командо­ванием Барклая-де-Толли и Ба­гратиона отступали в глубь страны, соединившись 22 июля (3 августа) в Смоленске, От­ступление продолжалось, что вы­зывало недовольство в армии и в стране. Со всех сторон требо­вали назначения единого и пол­номочного главнокомандующего, и все взоры обращались к увен­чанному славой, известному все­му народу полководцу - Куту­зову. Царь вынужден был пить общественному мнению и 8 (20) августа назначил Кутузова главнокомандующим. Страна с восторгом приняла это известие. 17 (29) августа он прибыл в Царево-Займище и, обходя вой­ска, сказал: «Ну как можно от­ступать с такими молодцами». Эти слова облетели всю армию. Всюду говорили: «Приехал Ку­тузов бить французов». Первой своей задачей Кутузов поставил поднять дух отступавшей армин и успешно достиг этого. Прославленный русский пол­ководец стоял перед исключи­тельно трудными задачами. Он принимал армию в состоянии отступления. Близился кризис войны, решавший судьбу рус­ского государства. Дело шло о жизни и смерти России, о ее самостоятельном существовании. Перед Кутузовым была ог­ромная армия Наполеона. Фран­цузский император шел к Моск­ве. В те дни Наполеон понимал, что решается судьба всех его планов, что ему для их успеха нужно выиграть генеральное сражение, необходим полный разгром русской армии. Кутузов видел, что соотношение сил да­леко еще не в пользу русскойго