} ‘рабля его провожали десятки глаз, Оль­м  3 2 pr
(KOBE OTOMeE Of Kopadan, obepnyaca an­чилось со мной. всегда я буду воевать по­хоммунистически, а если помру за общее
  ховик, 23, 1.41 г. 1 чае ночи».

  ны, Алятву мою выполняю, Сейчас читал.

  Рамика, Карельский

‘

( 
\

3
It
i
b
a

 

i)
Mi

iA

р
1

<
ia

$

[ts

Ny

И

 

al!

р к

  eA An:

pO
ell

 

№
as

 

ait
ел

 

 

a

23 июня 1944 г., № 148 (1718)

 

 

Первый день войны. Комизсар корабля
(алииец Сергей Шеглов в кают-компании
na окотренном собрании. коммуни­тов говорит; «Настала пора показать
на Что способен каждый из нас. Мы —
зоммунисты. На нас будут смотреть в ‘бою
(праздаем 226 самое высокое звание, ка­кое дано человеку, — звание члена иартии
большевиков»,

Уходил на сухопутный фронт в те дни
ROMMYHMCT MOPAR Степан Ольховик, С ко­цех к ному и в минутном молчании про­щался Ним, точно с родным ломом.

Много месяцев спустя на Кавказе пе­16; жарким боем он вынул листок бумаги,
спрятанный им между обложкой красной
влижечки и черным коленкоровым пере­паетом с золотыми буквами «ВКП (б)».
Оп поднял этот листок и прочитал” его
зоух: «Дао верное слово, что бы ни елу­yond, TO так, как полагается. Степан Оль­Ольховик сложил записку и сказал:
— 910 я написал на второй день вой­для общего оведенил...

.. Порелистываю фронтовые блокноты,
перешеек, Черное
хоре, Южный фронт, предгорья Кавказа,
Приазовские степи, Крым, Севастополь.
Даты, события, люди. И почти на кажлой
странице слово «коммуниет». Юрий Бог­дан и Николай Рыбаков, Константин Оль­шанский и Николай Беляков, Георгий Ти­тов и Сергей Щеглов, Николай Токарев
п Андрей Ефремов -— коммунисты —
краснофлотцы, старшины, офицеры фло­та, С одними нае фронтовая судьба света,
на корабле, © другими — в блиндаже, о
третьих я записал со слов товарищей.

В студеный осенний день сорок первого
тода мы сидели с Шегловым в его каюте,
на корабле, нелавно ощвартовавшемея у
одной из стенок на Неве. Ише свежи были
в памяти сентябрьские сражения за
Тенинград, и он говорил 00 этих днях ©
каких-то особенным вдохновением.

Щеглов очень любил Фурманова. On
уного товорил о нем, наизусть читал це­тые куски из его «Чапаева», восхищался
умением Фурманова понять душу челове­ка, расположить его к себе. 0 своем дол­ro Щеглов сказал так: «Воспитать гером­WKS поведение коммуниста в бою, что­Oh оно становилось нормой поведения: вее­то экинажа». В этих Щеглов видел емысл
choco благоролного труда. Для этого He
жалел он ни времени, ни энергии, ни са­уого себя,

человеком можно прожить тоды, &
душа его останетоя для тебя тайной, Дру­тов дело на войке, в бою, когла порою в
дну минуту предотает перед тобою. весь
человек, во всем ето сложном многообра­вии, Шеглов видел экипаж своего а

Н

в минуты  омертельной › опаености.
стоял у пушек рядом е комендорами,
когда, словно дождь, хлестали осколки

раскаленного металла, он жил в каюте,
зуда трижды злетали вражеские снаряды,
он видел кровь и слезы. Щеглова. все ви­дали бодрым, в вадорным блеском в. гла­зах, уверенным в правоте великого дела,
которому посвящает свою жизнь комму­Нист,

В ту ночь. в пятый месяц войны, Щег­лов писал тезисы в предстоящему докла­комм CTL

ais
Из блокнота военного
корреспондента
> <=

ду, озаглавленному «От партийно -
Тания 22.\1 до бол у села Be ae

Пять месяцев— небольшой срок; но пать
таких месяцев, едва ли не самых тяжелых
38 всю воину, — вполне достаточный срок
для оценок, сравнений. выводов. Я вител
тетрадь, исписанную Шегловым. Ee 06-
ложка была продырявлена осколком ена­ряда. Шеглов записывал перед собранием:

«1) Мы сдержали свое слово (напом­нить решение первого военного партсоб­ранмя),

2) Впереди очень тяжелые испытания,
Смотрите правде в глаза, говорите прав­ду, какой бы она ни была. Впереди побела.

3) Сражаться, не зная страха и сом­нения — победить! Еели умереть, so co
славой, вак положено моряку, тем более
ROMMYHEGTY>.

Таконичные, выразительные тезисы бу­дущего доклада облекались плотью  фэк­тов; обобщений; выводов. Самое собрание
должно было состояться накануне  боль-.
ого боевого похоха корабля.

Через’ несколько ‘дней я снова напра­вился на корабль в Щеглову. Но корабль
не вернулся в базу. Моряки рассказали
© тероическом экипаже, боровшемся до
последнего удара сердца, до тех пор. пока
глаза видели флаг. Я услышал. повесть 0
славной гибели корабля, коммуниста Щег­лова и его воспитанников. A

Выполнив боевой приказ, корабль Bo
вражеских водах нарвалея на мину.
трагические минуты люди бохраняли не­передаваемую храбрость и стойкость, они
спокойно делали все, чего требовал от них
долг. Сам Щеглов был воплощением му­жества и коммунистического духа, незря­мо’ передававшегося людям, принихавшим
смерть в холодных водах Балтики. Щег­лов отклонил все предложения покинуть
корабль. «Мое место — на корабле, пока
здесь есть хоть один человек, — сказал
он. — Товарищи, мы честно служили Ро­дине и умираем, как коммунисты».

Когда вопоминаешь Щеглова, невольно
думаешь: где источник этой великой мо­ральной силы? И ответ находишь в герой­ческой историй большевистской партии.
Много тяжелых испытаний вынесла на
своих плечах партия, но не склонилась лох
их тяжестью: Коммунист черпает мораль­ную силу в революционном учении! боль­шевизма, в сознании великой чести и ве­дикой ответственности принадлежать к
партии, которую создали Ленин и Сталин.

Народ вверил свою судьбу большеви­слокой партии. Свою, судьбу советский
человек, вверяет. коммунисту. Каждый
хочет быть похожим на коммуниста —
самого смелого, самого стойкого, самого
верного сына народа.

‚..Этот эпизод рассказали мне морские
пехотинцы. Дело было & одну изо ночей
во время борьбы за освобождение Крыма.
Haz головами свистят пули. вблизи рвут­ся снаряды, в привычным уханьем шае­паютея мины.

Люди прижались к земле.
оцепенение сковало строй.

— За мной! — посльлналея голос из
тьмы, И все, кто только что залег, под­нялись за офицером — большевиком Геор­гием Титовым.

Минутное

Пробежали несколько шагов. Гаухой
взрыв, и, точно срезанный колос, свалиа­ся Титов. Строй снова залег.

Есть плащ-палатка? -— тихо сиро­сил Титов.

— Так точно, есть, — ответили ему.

— Кладите меня на палатку, подни­майте и несите.

Два краснофлотца подняли и понесли
раненого в обе ноги и в голову офицера.
Оз повернулся на левый бок, чуть свесул
голову, чтобы голос полетел вдаль, и изо
всей силы крикнул:

‚— Товарищи. Титов жив! Слушайте
мою команду! Вперед, братцы!

Через минные поля, сквозь проволоку
и отонь помчались люди. Необычайный
порыв овладел ими.

Носле боя только и разговоров было,
что о Титове, волевом, смелом большеви­ке, чеи пример увлек за собой сотни
краснофлотцев на массовый подвиг.

...В предгорьях Кавказа,
воиска перешли в наступление, Степан
Озтьховик сражался в морской бригаде.
Перед самой атакой он прочитал своим
боевым товарищам партийную клятву,
которую он дал еще в начале войны. В
первые минуты боя Ольховик был ра­нен — правда; не тяжело, но автомат, с
которым он бежал вперед. выпал из рук,
рассеченный пополам. И осталось у мо­ряка только три или четыре гранаты.

Ольховик пробежал несколько шагов,
вторично был ранен, а линиз ‘немецкой
обороны все еще оставалась нетронутой.
Немцы усилили огонь. Тогда, словно в
сказке, вотал во‘ весь рост Степан Ольхо­Вик, вынул из кармана пробитый оскол­ком партийный билет, поднял ого ‘в левой
руке над головой, правой рукой плотно
сжал гранату и бросился вперед. Люди
устремились за ним. Они крушили все на
своем пути и Фстановились лишь тогда,
когда немцы здесь были истреблены.

На привале, в разрушенном осетинском
селении Степан Ольховик бережно вынул
нартийный билет, достал заветный  ди­сток бумаги и дописал: «Провью: подтвер­ждаю свою присягу. Гада булу бить те­перь пуще прежнего». и

Велика любовь народа к большевиет­ской партии. Эту любовь на войне чело­век выражает в короткой, исполяенной
великого значения фразе: «В бой хочу
итти коммунистом».

Rak часто слышишь на фронте эту
фразу! Ее произносят в самые. опасные
минуты. Ибо одно только желание в ми­нуты риска и опасности вступить в пар­тию свидетельствует о великой духовной

силе советского человека, о его решимо­ети беззаветно, по-больевистоки бороть­ея с врагами Родины, за счастье и св0бо­ду народа.

Один из прославленных наших ба­тальонов морской пехоты действовал в
тылу врага. Горетка моряков билась про­тив превосходящих сил противника, Mo­ряки подползахи к тяжело раненому парт­оргу Богдану, отдавали еще до боя на­писанные заявления или устно просили
нарторга принять их в партию. Так вели­ка у людей вера в партию. В партии
они видели самую жизнь.

И они победили.
Капитан Е, НАМЕНЕЦКИЙ,

i et

30-ЛЕТИЕ ГИДРОГРАФИЧЕСКОГО СУДНА „МОРОЗ“

НОВАЯ МАРТЕНОВСНАЯ ПЕЧЬ
НА МЕТАЛЛУРГИЧЕСКОМ ЗАВОДЕ
им, СТАЛИНА

СТАЛИНО, 22 июня. (ТАСС). На ме­таллургическом заводе имени Сталина за­цончено восстановление и поставлена на
‘ушку мартеновокая печь № 3. Своими
лами рабочие и инженерно-технические
работники предприятия омонтировали все
оборудование, переложили стены и своды
печи,

{ монте. Личный состав

   

СЕВЕРНЫЙ ФЛОТ; 22 июня. (По теле­графу ‘от наш. спец, корр.). 500.000 > миль
прошло гидрографическое судно «Мороз»,
тридцатилетие „плавания которого отмеча­лось на-днях, :

Корабль бороздал воды Белого моря, ис­следуя его течения, берега и глубины,
Много было проведено работ по составле­нию карт северных районов плавания. На­ходясь на Северё уже двадцать лет, `«Мо­роз» ни разу еще не был в капитальном ре­бережет и любит

свой корабль. Каждый офицер и красно­флотец свято хранит славные традиции
старейшего гидрографического судна.

В дни Отечествеяной войны ‘экипаж
«Мороза» под командованием старшего
лейтенанта Соколова неоднократно выпол­нял задания командования, Многие из
экипажа награждены орденами и медалями
Советского Союза.

В день тридцатилетия плавания ‘северо­морцы горячо приветствовали отважный
экипаж «Мороза».

Е О Е Е ЧЕН КСО

азведчики над конвоем _

Воздушный разведчик ‘привык к одино­> честву в воздухе. Изо дня в день, а то и

по нескольку раз в день, уходя снова и
снова на задания, он в полете полагается на
свои — и только на свои -— знания,  ини`
цнативу, опыт, Ему не надо’ отвлекаться
наблюдением за своим напарником—он сам
себе хозяин, отвечает за Одного себя, за
точность и своевременность  выполчения
боевого приказа. Быть может, и бывало,
что над далеким вражеским фиордом порой
хотелось бы ошутить поддержку друга,
поддержку огнем при встрече с <Мессер­шмиттами» или «Фоккерами», ‹ поддержку
бодрым словом и веселой шуткой, когла гу­стой заряд поглотит самолет над чужим
морем или чужой землей, Но. разведчику
приходится поступаться, всеми этими  пре­имуществами,

На этот раз  обетоятельства потребовали,
чтобы младший лейтенант’ Панкрашин и
лейтенант Авцын полетели вместе. Два из­вастных североморских разведчика об’еди­пились для того, чтобы  выполнить сложную
к ответственную операцию над крупным вра­жеским конвоем, в районе которого след9-
вало ожидать сильное противодействие фа­щистских истребителей. Группы наших тор­педоносцев и бомбардировщиков ‘должны
были нанести мощный ‘удар по врагу, и
разведчикам надлежало при любом проти­водействии сфотографировать конвой триж­до удара, во время удара и после
удара:

— Если не привезем снимков—грош нам
цена! — сказал перед вылетом Панкрашин
Авцыну, и живой, непоседливый лейтенант
мигом стал прикидыват® тактику, основан­ную на учете преимуществ, создаваемых
совместным полетом двух разведчиков,

— Прикроем друг друга, Сережа; и фо­тографировать будем по очереди, — гово­рил он, — Так оно надежней будет. Если не
сработает у одного — сработает У другого.
И как бы жарко Ни было — задание непре­менно выполним.

kw *
Самолеты ударной группы уже  взмыли
над аэродромом,

каз на вылет Панкрашину‘и Авцыну. раз
ведчики быстро догнали отягощенных гру
бомбардировщиков,
й гроз­зом торпедоносцев ги
пристроились к ним и вместе со все
HO армалой пошл

когда ракетой дали при“

  

У В облачность кончилась. Впереди —   пошли параллельным курсом со всей вашей.

ясно. Теперь надо было приступать к вы­полнению первой части задания — к фото­графированию перед ударом,

— Давай, Сережа, набирать ‘высоту и
выходить влеред, — передал другу Авцын.

Так и сделали — набрали высоту и выш­ли вперед. И вот конвой уже в поле
зрения — 28 единиц насчитали друзья и в
их числе 5 транспортов, Десять истребите­лей и противолодочный самолет кружились
нал конвоем гиже наших разведчиков мет­ров na 8000 ;

— Вижу самолеты противника, — не­медленно передал Авцын. — Мы успеем
сфотографировать, пока они будут набирать
высоту. Прикрой, Сережа, ложусь на курс
фотографирования.

Расчет оказался верным. За три минуты
до подхода ударной группы Авцын заснял
конвой, а Панкрашин тем временем  при­стально следил за ‘воздухом, оберегая сво­его напарника. Когда же TOT лег в вираж,
Панкрашин для ` верности продублировал
его работу, зная, что теперь Авцын надеж­но прикрывает его.

На этом, пожалуй, и окончилась относи­тельно спокойная часть работы обоих дру­зей Четверка «сто’ девятых» при первом
появлении советских разведчиков сразу же
пошла вверх, и теперь четверо’ врагов OKa­зались на олной высоте с Панкрашиным и
Авцыным. Но голос Панкрашина был, как
обычно, спокоен, когда Авцын услышал его
слова:

— Я сфотографировал. Давай отходить
к нашей ударной группе.

Авцын понял смысл принятого  товари­щем решения: отойдя ‘в указанном направ­лении, разведчики могли рассчитывать, что
сопровождающие ударную группу я треби­тели отсекут от них назойливых «Мессе­ров». i

Торпедоносцы и бомбардировщикн уже
были на самом подходе к цели, и истреби­тели прикрытия, шедшие с превышеннем,
сразу же отвлекли на себя «сто девятых»,
не решившихся полезть в самую гущу со­ветских машич.

Первую часть боевого задания можно
было считать’ успешно выполненной. Че­рез короткие мгновения следовало присту­пить к выполнению второй части — фото­графированию конвоя в момент то
улаоа. Паякоашин и Авнын пазвеонулись и
ET Ee
нь НИЕ

 

ударной группой.
ek *&

Торпедоносцы легли на боевой курс.

Теперь секунды ‘решали исход, удара и
всей сложной, тшательно, разработанной
операции. (Секунды,  скоротечные, едва
уловимые секунды, которые в бою, и 050-
бенно в воздушном бою. порой влекут чашу
весов либо вверх — к победе, либо вниз —
к поражению. И именно в одну из таких
секунд Панкрашин и Авцын увидели, как
вторая четверка «Мессершмиттов», шедшая
со стороны солнца, а Потому и чезамеча­емая, стала заходить в атаку на наших ис­требителей, намереваясь, пробив их строй,
обрушиться на идущих под истребителями
торпедоносцев. ‘

Разведчики, некогда сами бывшие истре­бителями, не сочли себя вправе остаться в
стороне.

— Бей, бей, Авцын! Они в атаку идут. Я
тебя прикрою! — услышал, Авцын, уже 3a­ходивший сверху на «Мессеров», голос
Панкрашина, и нажал на гашетки. Его оче­реди мигом сделали свое дело, и четверка
«сто девятых», не ожидавшая этой атаки,
веером рассыпалась в разные стороны.
Атака была тзкой внезапной, что немцы не
сразу сообразили, кто обрушился на’ них,
откуда, сколько машин. Их замешательство

следовало немедленно использовать ‘Для
выполнения основной задачи.
— Прикрывай, Сергей, иду ‹ фотографи­ровать! —- передал Авцын, и. снова все его”

*

внимание сосредоточилось на конвое.

С резким разворотом набрав скорость,
Авцын лег на боевой курс. Торпедоносцы
только что произвели. атаку, и об’ектив фо­тоаппарата запечатлел взрыв огромного
транспорта водоизмешением в 10.000 тозн и
пожар на двух кораблях эскорта. Черно­желтый столб’ дыма встал нал пораженным
транспортом, и когда на фотографирование
вслед за Авцыным зашел Панкрашин, там,
где только что рассеивался дым, уже не
видно было фашистского судна, — оно це­ликом затонуло. S

— Ура, наши’ взорвали TpaNcnopT, TpaH­спорт взорвали! — не удержался  Панкра­шин. — Заходи еще раз, прикрываю!

Но тем временем произошло многое, П0-
ка пазвепчики фотогпафиполали улап thas

 

когда наши  

“Ленинградском ‘фронте’ моряка-балтийца. В

и Е имет ть р

 

Мастер
командир эскадрильи дважды
носец гвардии капитан

торпедного удара с воздуха
ордено­Г. Васильев.

Фото В. Федотова

 

Экзамены в Нахимовском
‚ военно-морском

училище

ТБИЛИСИ, 22 июня. (По телеграфу от
наш. спец. корр.). В пятом классе Нахимов­ского Тбилисского училища шли исныта­ния по алгебре. На. экзамеве присутствовал
заместитель начальника военно морских
учебных заведений Наркомата Военно­Морского Флота контр-адмирал Бондарен­ко, начальник политотдела училища капи­тан 2 ранга Кулешов, инженер-майср Mu­шин, старший преподаватель
Шкабеч. Я

=

К столу подошел воспитанник училища `

Валентин Андреев —сын погибшего Ha
течение нескольких минут Андреев решил
задачу по уравнению первой степени с одз
ним неизвестным. Твердо и четко Андреев
ответил по всему испытываемому курсу.
Экзаменационная комиссия поставила ему
пятерку.

Училище по достоинству ‘гордится вос­питанником Олегом  Осколковым — сыном
командира одного из подразделений Дей­ствующего флота. Олегу —13 лет. Буду­щий моряк, он внимательно изучает в. ка­бинете военно-морского дела модели ко­раблей. Здесь; в кабинете, собраны суда
всех типов и. классов, показан историче­ский путь их развития, разнообразное во­оружение, книги, карты. Олег Осколков
прекрасно усвоил классификацию  кораб­лей, Hx тактическое назначение, читает
много‘ специальной военно-морской литера­туры, непрерывно и жадно впитызает HO­вые ‘сведения по военно-морскому делу.
Олег Осколков после отлично сданных
зачетов переведен из третьего в четвертый
класс.
’В Тбилисском Нахимовском училище 55
воспитанников имеют пятерки по всем
предметам. 64 процента воспитанчяков по­лучили хорошие оценки; ;
nearer nance geen eae anes

IT о страницам журналов

„КРАСНОФЛОТЕЦ“ № 10—11

Вышел из печати’ литературно-художе­ственный журнал «Краснофлотец» № 10—°

11. В журнале помещены рассказы А. Ба­ковикова «Атака», А. Ложечко «Родной
дом», В. Козина «Русское море», «Буду
под Нарвой!» Алексея Толстого (отрывок
из третьего тома романа «Петр I»), продол+
жение повести С. Сергеева-Ценского «Си­нопский бой», статьи Бориса Лавренева
«Салют Севастополю», Константина Пау­стовского «Южная Пальмира», К. Федина
«Памяти А. С. Новикова-Прибоя».

Со стихами в журнале выступают В. Ле»
бедев-Кумач «Бессмертный город», А. Жа­ров «Севастопольская баллада», А. Сурков
«Песня о Нахимова», Р. Галинская «Ра­дость встречи». Напечатана песня <«Pa3-
говор» о (музыка В; Седого, текст С. Фо­гельсона).

В «Краснофлотце» даны разделы «Сатира
и юмор», «Команде — отлыхатыь!»,
Обложка работы С. Подыгина.

шистские истребители, ошеломленные ата­кой Авцына, опомнились и сообразили, что
подверглись нападению. всего двух совет­ских машин.

“Два «Месбершмитта» зашли на Азцына,
два — на Панкрашина. Панкрашин тут же
заметил угрожавшую ему опасность, но от­биваться до поры до времени не стал. Учтя,
что устремивиштиеся к нему самолеты от ве­го дальше, чем двое передних от Авцына,
он решил сперва выручить друга и дать
ему возможность довести фотографирова­ние до конца. Он только передал: «Авцын,
тебя атакуют в хзост два «сто девятых»! —
и сам пошел на них в атаку.

Авцын уже произвел снимок и резко раз­вернулся. Первое, что он увидел, была ма+
шина Панкрашина, висевшая в хвосте у од­ного из «Мессеров». Сергей бил по вей изо
всех точек. Немецкие летчики, увлекшись
преследованием Авцына, сосредоточили на
нем все свое внимание и, полагая, что Авцын
их нё замечает, решили внезапным наскоком
срубить советскую машину. Но Авцын,
предупрежденный по радио Панкрашиным,
неожиданно для немцев развернулся им в
лоб и заставил их самих растеряться; раз­вернуться они теперь не могли, ибо, по­ступи они так, огонь Авцына оказался бы
для них гибельным. ‘

Но’! судьба одного’ из «Мессеров» была
и без того решена. Трассы Панкрашина не
выпускали немецкую машину до Tex пор,
пока она,` беспорядочно качнув плоско­стями, не‘ загорелась и, об’ятая черным
дымом, не упала в район. конвоя. ‹ Второй
«сто девятый» разошелся с Авныным.

Авцын шел теперь на лобовых с Панкра­шиным и одновременно с теми ‘двумя «Мес­серами», которые висели у того на хвосте.
Сделав маленькую горку, он пропустил
Панкрашина под собой и, очутившись выше
«сто девятых», атаковал спереди ведущего.
«Мессеры» не выдержали и разошлись.

И как раз во-время, как нельзя кстати!
Вторая наша ударная группа, выйдя к кон­вою, наносила теперь свой намеченный пла­ном операции удар, и разведчикам нужно
былу опять фотографировать.

Панкоашин немедленно. прикрыл захо­дившего на’ фотографирование Авцына. Но
не успел Авцын сделать первые несколько
снимков, как два «Мессершмитта», снова
атаковали его свзоху. Оба разведчика взяли
свои машины горкой вверх, и противники
пронеслись друг мимо друга.

Еще не миновало напряжение этой мол­ниеносной схватки, как слуха Авцына до
стиг_ тпербзиный голос Панипашиныо ыы

on

 

математик.

WA PAs were Ree TTA Set mm

‚Успех

Возрождение

Краворозжкья

Группа читателей «Красного Флота» в
насьме в редакцию просит в очередном обо­зрении «Успехи советского тыла» расска­‚зать о восстановленни Криворожского же­лезорудного бассейна.

Немецкие варвары, отступая под удара­ми Красной Армни, причинили Криворожью
огромный ущерб. Они вывезли в Германию
все оборудование, а шахты затопили, раз­рушилий. Фашистским грабнтелям и fo­громшикам казалось, что они на много лет
вывели из строя Криворожье, Но соват­скис люди, полные решимости укреплять
военно-промышленное могущество Роди­ны, в рекордные сроки возрождают к жиз­ни одну шахту Криворожья за другой.

Восстановление бассейна началось еше
тогда, когда бои шли в пепосредственной
близости от Кривого Рога. На. окраинах
города слышались выстрелы — наши вой­ска выбивали и уничтожали последних нем­цев, —а в Кривой Рог уже прибыли люди,
которым поручено было организовать и
возглавить восстановительные работы.
Среди прибывших был, в частлости, и зна­менитый криворожский гопняк-стахановец
Алексей Cemaponoc; 8 годы оккупации
Криворожья он работал на уральских руд­виках,

На следующий день после освобождения
Кривого Рога сотни горняков собрались на
руднике имени Ильича. Перел собравша­мися выступил Семиволос. Он сказал: «Сы­ны Украины не уронили на Урале своей
трудовой чести. Каждый работал за двоих,
за троих. Я выполнил десять годовых
норм, значит работал за десятерых. Труди­лись мы, не жалея ничего для освобожде­ния родной Украины, нашего Кривого Рога.
н добились светлого дня. Теперь вместе

‘будем добивать врага. Я уехал от вас бур­щиком, вернулся управляющим ‘рудником.
Воэврашайтесь. на’ свои шахты!»

Менее чем через месяц в работах по вос­хтановлению восьми шахт рудника участ­вовало уже свыше тысячи человек. Здесь
были старые горняки, их жены и дети, ок­рестные колхозники, добровольно пришед­ние на’помошь рабочим. Восстановитель­ные работы начались и на других шахтах.

Выяснилось, что многие горняки-патриоты
упрятали от немцев шланги, буровые ко­лонки, перфораторные молотки, электросва­рочные агрегаты, автогенную аппаратуру.
Все это и многое другое — летали мащин,
болты, гвозди, мотки электропровода
ит. д. — было извлечено на поверхность
и использовано.

Чрезвычайно осложняло восстановитель­Eble работы и добычу руды отсутствие
электрознергии. Горняки применили самые
различные виды «малой механизации» —
рычаги, наклонные плоскости, блоки, воро­ты ит п. Рабочая сметка и изобретатель­ность оказали неоценимую услугу делу
восстановления. И скоро из Криворожья
пошли первые эшелоны руды.

Расгет число действующих шахт. На­днях телеграф сообщил об окончании вос­становления ещё одной криворожской шах­ты — № 9 Октябрьского рудоуправления.
Растут ряды стахановцев, героев восстанов­ления, героев добычи руды.

Росту добычи криворожской руды в
больной степени булет содействовать пуск
восстановленной Днепролзержинской ГРЭС.
Tok Towed ‘из Днепродзержинска в Кри­ворожье, и это позволит уже в июне вдвое
увеличить добычу руды.

Забота о здоровье
- детея

 

В трудных условиях войны большевист­ская партия и советское правительство по­сталински заботятся о дётях, создают все
условия для их нормальной учебы в школе,
для укрепления их. здоровья

Недавно Совнарком Союза вынес специ­‘альное постановление об организации лет­него отдыха детей. С 1 июня должно быть
вывезено из городов на дачи и в пионер­ские лагери, а также устроено на детские
плошалки ‘2 миллиона 370 тысяч детей
школьного и дошкольного возраста. В пер­вую очередь на дачи н в пионерские лагерн
поедут дети военнослужащих и инвалидов
Отечественной, войны.

Коллективы фабрик и заводов, учрежде­НИЙ, КОЛХОЗОВ И совхозов принимают актив­— Гляди, «сто девятые»
педоносец!

Осмотрезшись, Авцын увидел, что одна
из наших тяжелых машин отстала от груп­атакуют тор­пы и что на нее насела пара «Мессеров».
Наши истребители прикрытия, связанные
боем, отошли в сторону, и сейчас огненные
трассы так и ложились по’ одинокому тор­педоносцу. Совесть подсказывала  развед­чикам одчо единственное решение, и они,
ве задумываясь, приняли его.

— Иди в атаку, Сергей! Прикрываю! —
передал Авцын.

Панкрашин пошел на сближение с «Мес­сершмиттами». Двух заградительных  оче­редей вполне хватило для того, чтобы вы+
нудить обоих немцев отвернуть от торпе­доносца, но в это время, откуда ни возь­мись, другая пара «сто девятых» зашла в
хвост Панкрашину.  

Дело было за Авцыным. Выручая друга,
он напал на немцев сверху и с дистанции
50 метров дал по ним. очередь изо всех то­чек,

Трассы легли хорошо. Панкрашин отчет­ливо наблюдал, как один из наседавших на
него «Мессеров» вдруг сделал переворот и
с дымом пошел вниз, пикируя в воду.

— Молодец,  Арик! Поздравляю
победой!

Но редко на войне большой радости не
сопутствуют воинские невзгоды. ’ Самолет
самого Авцына оказался подбитым подоспев­шим «Мессершмиттом». Храбрый  совет­ский летчик ни за что не хотел примирить­ся с неполноценностью своей раненой Ma­шины. Он сцепился на виражах с подбив­шим его немцем‘ и гонял его до тех пор, по­ка не пришло время фотографировать `ре­зультаты второго. удара нашей авиации“ по
конвою. Набравшийся страху фашист был
рад ускользнуть от погони, и Авцын, как
ни в чём не бывало, хладнокровно передал

С

“Панкрашину: ,

-- Сергей, я подбит, Иду на фотографи­рование, Прикрой!

Закон воздушных разведчиков один; ка­кое бы противодействие ни встречали они
над целью, каких бы трудов ни стоило им
выполнение боевого задания — оно должно
быть выполнено любой ценой. и во что бы
то ни стало, И Авцын на поврежденной
машине прошел над разбитым конвоем.

Наконец и эта последняя,. заключитель­ная стадия боевого задания завершена.
Можно итти домой, ла и нужно — горючего
В обрез. Над конвоем нет больше ни одного
нашего самолета, лишь один истребитель

ras

  
  

  GOBCTCHOFO Thila

ное участие в организации летнего отдыха
детворы. Вот, например, как провожают сво­их детей в лагери рабочие и служащие
комбината `Трехгорной мануфактуры имени
Дзержинского. Для 700 пионеров и школь­ников, которые будут отдыхать на берегу
реки Пахры, сшито свыше 700 комплектов
постельных принадлежностей. Tpexropun
позаботились также о том, чтобы дети по­лучили пионерские костюмы и легкие спор­тивные туфли. ОРС комбината взял на себя
заботу о питании детей, а подсобное хозяй­ство Трехгорки булет снабжать их свежими
овощами, молочными и другими продукта­ми. 600 маленьких детей трехгорцев, в ос­HOBHOM детей фронтовиков, будут жить на
дачах в Салтыковке, пол Москвой.

Более 33 тысяч школьников Горького
выедут в пионерские лагери на Волге и Оке.
Кроме того, 11.800 школьников проведут
каникулы на детских оздоровительных пло­щадках.

В Калинине для детей с ослаблённым здо­ровьем организуются специальный санатор­вый лагерь и две санаторные группы в ла­герях обычного типа, где им обеспечивают­ся усиленное питание, особый режим и по­вышенный медицинский надзор.

В Харькове на ремонт упелевших. после
гитлеровского хозяйничанья детских здрав­ниц, подведомственных горолскому отделу
здравоохранения, расходуется около 500
тысяч рублей. На отлых выезжают 17 ты­сяч ребят дошкольного ‘возраста.

Такие сообщения поступают со всех кон­цов страны, Ей:

Продукция животноводства

для Красной Армии

и населезия

 

Многие колхозы и районы, целые эбла­сти и республики за время войны значитель­но увеличили поставки мяса, шерсти. моло­ва, масла. Мвановская область ‘°слала в
прошлом году мяса почти вдвое больше, чем
в 1940 году. За время войны в колхозах об­ласти поголовье крупного рогатого скота
увеличилось на 39 проц., овец и коз — на
91 проц., свиней — на 63 проц. В Таджик­ской республике крупного рогатого скота
за военные годы стало вдвое больше. Крен­RYT н богатеют животноволческие фермы,
тучнеют колхозные стала в Ярославской и
Московской областях, Азербайджане, в
Грузии и других областях и республиках.

Большое значение для снабжения Крас­ной Армии и населения мясом приобрело
птицеводство. Во всех уголках страны кол­хазники борются за увеличение количёства
кур. гусей, уток. Колхозники Коломенско­го района Московской области решили
вдвое увеличить количество птицы на сво­их фермах. Этот почин нашел живой отклик
во всех краях и областях.

Развитие птицеводства — одна из важ­вых хозяйственных задач в селах, разорен.
ных немецкими оккупантами. Глава украин­ского правительства. тов. Хрущев в своем
докладе на сессии Верховного Совета
УССР говорил: «Для того, чтобы обеспе­чить Красную Армию и население мясом и
в то же время ускорить восстановление и
развитие продуктивного животноводства, не
убивать животных преждевременно, слёду­ет обратить особое внимание на развитие
птиневодства разведение кур, гусей,
уток, индеек». Следуя этому совету, укра­инские колхозники энергично борются за
расширение птицеферм. Только в Переяс­лав-Хмельницком районе решено в этом го­ду вырастить 400 тысяч цыплят, утят и гу­eat. А каждые 10 тысяч кур — это 110—
120 центнеров мяса.  

Колхозники-животноводы работают ©
большим напряжением и старательностью.
Свикарка колхоза «Буденновец» Вологод:
ской области Александра Люскова в 1940
году получила около 5 тонн мясной про­дукцин от одной свиноматки, установив тем
самым мировой рекорд.

Труженики советекой деревни стремятся
всемерно поднимать животноводство, в
кратчайшие сроки возродить его там, гле по­бывали немецкие грабители. Сейчас во
всех районах развертыгается движение за
создание прочной кормовой базы животно--
водства. «Чем лучше скот будет обеспечен
кормами, тем больше животноводческой
продукции получат наша Красная Армия
и Население», — эти слова наркома земле­делия СССР тов. Андреева глубоко Boc­приняты  колхозниками, самоотверженно
борющимися за развитие животноводства.

уже далеко отошедших машин — должно
быть, ведя бой, задержался в районе цели.

И вдруг Авцын видит, как к этому по­следнему нашему истребителю  пристрая­ваются два «сто девятых». — «Сейчас на
глазах рубанут!» — мелькает тревожная
‘мысль, а предупредить незнакомого товари­ща нельзя: волна у него другая!

Прямо с. курса фотографирования Авцын
разворачивается в сторону «сто девятых»
и сзади открывает по ним огонь. Отлично!
Оба фашиста расходятся вверх в разные
стороны,

У Авцына пробита плоскость, шиток от­клонился, машину все время разворачивает,
горючее на исходе — ведь игон и Панкра­шин дрались никак не менее 15 минут каж­дый, Все сделали летчики, чтобы дотянуть
машину до ближайшего аэродрома: подоб­рали обороты, поставили сектор на обед­ненную смесь, лишь бы только машины
держались в воздухе. Предупредили аэрод­`ром, чтобы подготовили посадочную  пло­a ty te tan hone yt tn et 9 i —-

щадку.

Когда сели, все бензиномеры у Авцына
показывали ноль. У. Панкрашина остава­лось горючего еще на две минуты полета.

На командный пункт между тем звонили
из других частей. Звонили от торпедонос­цев:

— Благодарим ваших! Молодцы, выру­чили! ;

И от истребителей звонили. У телефона
был известный на Севере Конов:

— Спасибо, что атаку отбили, Я думал,
что накрываться придется, а тут ваши по­доспели. Еще раз — спасибо вашим!

> wee

Воздушный разведчик привык к одиноче­ству в воздухе. Одиночество развелчика -—
его оружие. Но и вдвоем разведчикам хо­рошо. даже веселее, когда в бою. верный
друг поддержит тебя огнем, бодрым сло­вом, веселой шуткой! И теперь на всем Се­BepHoy флоте толкуют о разведчиках
Авцыне и Панкрашине, об их двух победах,
одержанных ‘в короткие промежутки
между  заходами на — фотографирова­ние, о силе их боевого товаришества, бла­годаря которому им упалось выручить из
белы две лругие наши машины, толкуют
о том, как дерутся и уничтожают врагов
разведчики-североморцы, когда обстановка
вынуждает их проявить в бою наряду с ма­стерством бывалых возлушных следопытов
и все присущие им качества умелых и от­важных воздушных бойцов.

С. ВАРШАВСКИЙ.
С в РЕСТ.

я

аи +