веках

в

померкнет

Слава

16

героев-комсомольцев

не

СРАЖАЙТЕСЬ ЗА РОДИНУ ТАК ЖЕ СТОЙКО И САМООТВЕРЖЕННО, * ЛЕЙТЕНАНТ ОГАНОВ И * * ЕГО БЛАГОРОДНЫЕ СОРАТНИКИ!

КАК СРАЖАЛИСЬ

МОЛОДЫЕ ВОИНЫ!



ИСТОРИЯ ОДНОГО КЛАДА От специального корреспондента «Комсомольской правды» С начала войны полк прошел путь, пол­ный тяжелых испытаний. Ранней осенью он уходил из-под стен Старой Руссы на вос­ток, оставляя позади себя суровый север­ный край, страну чудесных озер и сосен. Это было тяжелое для полка время, но он вышел из жестоких оборонительных боев не ослабевшим, а закалившимся. И хотя германское командование трижды сообщало о его полном разгроме, полк по­чти полностью сохранил свою живую силу и технику. В те дни артиллеристы не оста­вили немцам даже ящиков со снарядами, которые увезти не удавалось, Они закопа­ли их в землю, «Мы придем еще сюда, … говорили бойцы. - Тогда нам эти ящики пригодятся». С тех пор прошло более полугода, Полк возмужал, окреп. В дни активной обороны комсомольцы полка проявили особую стойкость и отва­гу. Бойцы готовились к наступательным боям. И вот получен, наконец, долгождан­ный приказ: - Вперед на запад! Артилле­ристы восприняли этот приказ с радостью и воодушевлением. Они бесстрашно дра­лись и с боями продвигались все вперед и вперед, в оставленную ранней осенью чудесную страну озер и сосен. Они прохо­дили по близким, родным местам, где зна­ком каждый дом, каждый камень. Они снова пришли в район Старой Руссы - этого древнего русского города, Здесь ком­сомольцы-артиллеристы приняли самое не­посредственное участие в окружении 16-й германской армии. с Среди многих героических дел выде­ляется подвиг комсомольца Александра Попова. Он находился на наблюдательном пункте, когда его окружили автоматчики. Попов продолжал корректировать огонь. К тому месту, где он находился, пошли танки. Голос Попова, диктовавшего по те­лефону данные, дрогнул лишь на мгнове­ние. Комсомолец быстро взял себя в руки и продолжал корректировать стрельбу. «Противник вокруг меня, восклакнул он,- огонь!». В течение 20 минут близ наблюда­рванись спаридм,- друзыя Попова. Снаряды ложились точно, и вско­ре три танка лежали подбитыми, а авто­матчики разбежались. пор­В тяжелых боях ковались воля и упор­ство полка. Ему было присвоено звание Гвардейского. Случилось так, что одна из бата­рей полка попала в затруднительное поло­жение. Бой затянулся. Все снаряды были израсходованы. Между тем для успешного завершения атаки наших частей требова­лось еще полчаса-час вести интенсивный артиллерийский огонь. Подвоз боеприпасов был затруднен. В эти тяжелые минуты раздумья, когда каждый из артиллеристов думал о том, как помочь делу, сержант Голубев радостно воскликнул: … Нашел!… Он отбежал от своего орудия назад, от­считал от старой высокой сосны тридцать один шаг. - На помощь, товарищи! - закричал он. Подбежали друзья. Вместе они ко­выряли лопатами сухую, промерзлую зем­лю,-именно здесь осенью при отступлении были зарыты снаряды. К счастью, ящики были закопаны неглубоко. - Вот он, наш старый клад! - сказал сержант Голубев. B ящиках были снаряды, спрятанные артиллеристами при их отступлении. Они сейчас пришлись как нельзя кстати. Лица бойцов посветлели. Снова загремела кано­нада. Прямыми попаданиями орудие Голу­бева разнесло дом, где расположились фа­шисты, уничтожило немецкие блиндажи. Командир полка был очень доволен рабо­той артиллеристов. - Вы сегодня отлично стреляли, сер­жант,--сказал он, пожимая руку Голубеву. K. НЕПОМНЯЩИЙ.

«Нет слов, умереть­это большое дело, это подвиг. Но вопрос в том: как умереть? Нельзя умирать пассивно, без самой отчаянной борьбы. И если дей­ствительно понадобится умирать, то надо это делать так, чтобы отдавать с боем свою кровь каплю за каплей и чтобы до последней капли крови пулемет в руках бойца разил врага. Это - призыв к действию длительному, настойчивому, неукро­тимому. Вот эти качества и надо воспитывать в наших бойцах». * * * М. И. КАЛИНИН. южный фронТ. 10 марта. (От специ­альных корреспондентов «Комсомольской празды»). В степи под Ростовом, там, где скрещиваются три дороги, стоит неболь­шой курган, поросший у подножья гу­стым кустарником. На самой его вершине прохожий заметит высокий каменный столб, вкопанный в землю. Это братская моги­ла. Здесь погребены шестнадцать героев­комсомольцев, слава о которых разнеслась по всей Советской стране. Сюда приходят жители окрестных сел - старики, девуш­ки, дети, чтобы поклониться праху бога­тырей. Курган этот виден издалека, и люди с замирающим сердцем глядят на него и из уст в уста передают быль о легендарном подвиго шестнадцати героев. Боевая семья Их было шестнадцать. Все, как на под­од­бор, здоровые, сильные, красивые, с го­рячей кровью и благородными сердцами. Они страстно любили жизнь, ценили ее. Но их не пугала смерть. Все они были наделены недюжинной лихостью, дерзостью воинов и удивительной отватой. Их спая­ла война, сдружили бои, И в части о ком­сомольской артиллерийской батарее так, бывало, и говорили: «Боевая семья». Командовал этой батареей двадпатилет­ний лейтенант Сергой Антревич ном сный ариянии  екуглым ли­вая карьера началась незадолго до войны. В 1941 году Оганов окончия Тбилисское артиллерийское училище. Здесь же полу­чил образование и его верный друг уроже­нец Смоленщины, лейтенант Василий Ива­нович Пузырев­заместитель командира. Молодых артиллеристов взрастил комсо­мол. и каждый носил у сердца комсомоль­ский билет. Молодежь запомнит имена членов этой героической семьи артиллеристов. Вот они: старший сержант Федор Захарович Бале­ста, младший политрук Сергей Васильевич Вазилов, командир орудия Стефан Степяно­вич Лазарев, правильный Мовсес Ога­несович Гулян, наводчик Фазлы Ахме­Шахвалиев, наводчик сержант лов, ездовой Григорий Корсунов, езловой первого орудия Василий Семенович Ткаченко, разведчик батареи Аслан Велиев, наволчик сержант Денис Бахишев, разветчик батареи Сурен Арутюнов, наводчик Федор Абраменко, за­ряжающий Исмаил Мамедов. Клятва на кургане Угром Мовсесу Туляну вручили письмо. Он быстро распечатал конверт и, взгля­нув на почерк, узнал руку своей жены Арек. Она писала ему из села Карачинар Шаумяновского района Азербайджанской республики: «Родной мой, Если бы ты 18 февраля в «Комсомольской правде» сообщалось о героическом подвиге шестна­дцати комсомольцев-артиллеристов. Теперь точно установлены имеча 15 из 16 героев. Сегодня мы печатаем очерк наших военных корреспондентов, подробно рассказывающий о подвиге шестнадцати артиллеристов. Б Е С С М Е Р Т И Е видел, как вырос наш сын и как он по­хож на тебя,-- твои глаза, губы, нос, вы­литый папка…» Гулян прочитал письмо, улыбнулся и, глядя на обведенную на бумаге ручонку сына, сказал другу: Вот Арек просит, чтобы я сынурас­сказал, как мы лупим нечцев. Оп с ребя­тишками в войну играет. Гулян достал из кармана гимнастерки каранлаш и лоскут бумаги и стал тероп­ливо писать. Но кончить ему не приш­лось. Из-эа дального леса вышла большая группа немецких танков и с грохотом уст­ремилась на батарею. Строгий, подтяну­тый Оганов быстро взвесил все и уже от­давал приказания. Комсомольская батарея поистино была грозой для оккупантов. Командование ча­сти всегда доверяло комсомольцам оборо­нять самые решающие рубежи. Вот и на этот раз они должны были преградить путь тапкам врага на важном участке. Вражескио машины мчались на полной бы неподале­ку, загромел звучный голос молодого командира: - Огонь! все напиши… Запрохотали пушки, Два танка вздрог­нули и застыли на мосто. Остальные ма­шины стади пятиться назал. Вдогонку им спардаыа. И ешо четыре танка по­Эта схватка была серьезным испытани­родимуеотва Бой был нарни Кругом рвались снаряды врага. Роем но­сились над головами храбрецов осколки. Упал на землю смертельно раненый Мов­Исмант Маметов Он взлл на руки рапе­ного товарища. Тулян пришел в себя, от­крыл глаза и тихо сказал: - Сыну, дружище, письмо напиши… Он умер на руках Мамедова. Потеряв после первой атаки шесть тан­ков, неприятель отошел. Скоро вернутся, сказал Оганов. Будем паготове… Он рассматривал в би­нокль долину, Из соседней роши вышол­зали новые бронированные чудовища.

В эти напряженные минуты вдруг раз­дался голос Федора Балесты: -Комсомольцы, ко мне. Секретаря комсомольского президиума батареи любили все бойцы за смелость, прямоту и решимость. Казалось, скажи он «надо умереть», и никто бы не возразил. Дорогие товарищи,-- громко сказал Балеста,- комсомольское собрание считаю отюрытым. Он обвел всех взглядом. И его все по­нимали. ву… - Может быть, мы все погибнем сей­час, но отсюда мы не уйдем. Ведь мы ком­сомольцы. Враг пройдет только через на­ши трупы. Так дадим друг другу клят­И люди мужественно, крепко, пожали друг другу руки. Так поклялись комсо­мольцы умерсть, но не пропустить врага. Родина их не забудет Горстка людей выдержала вторую ата­ку немецких танков. На этот раз враг бросил на батарею 30 машин. Смельчаки открыли по ним ураганный огонь. Танки шли напролом, сильно обстреливая бата­рею, Из строя выбыли Фазлы Ахмедов, Ткаченко, Абраменко, Ряды героев редели. Теперь Мамедов стрелял уже из двух пу­шек. Он вихреминосился от орудия к ору­дно, наводил, ааражал и беа промаха ра­зил немецкие танки. Две машины запыла­ли от его выстрелов, Мамелова ранило в плечо, но он оставался на боевом посту до последного взлоха. Спустя несколько минут началась третья атака, Тогда горсточка героев вылвинула. свои орудия да открытую позицию, чтобы было узобнее разить врага. - Скоро полойдет к нам подкрепле­ние.- говорил Оганов боевым друзьям, будем держаться… Он стоял у орудия и беспрерывно по­сылал спаряды по врагу, Глядя на него, стойко держались и остальные. У ног Ога­нова разорвался вражеский снаряд, Место командира занял Пузырев. Батарея не умолкала. Загорелись еще четыре немец­ких танка. А когда смертью храбрых пал командование принял комсомоль­Пузырев, ский вожак Балеста. Он был тоже ранен, кровь заливала ему лицо. -Снаряды… снаряды скорей подно­си! -- кричал он ездовому Шахвалиеву. Но вот убиты Шахвалиев и еще не­сколько бойцов. У пушек остался один Ба­лоста. Прямо на него двигался танк. Ба­леста подпустил машичу метров на пять­десят и дал выстрел, Танк был подбит. Балеста бился до последней капли кро­ви, как подобает комсомольцу-воину. Подошла пехота. Она заняла рубеж и отогнала фашистские танки. Шестнадцать молодых артиллеристов по­гибли, но не пропустили врага. Они обес­смертили свои имена, и над их могилой народ говорит сегодня: - Спите, храбрые герои. Родина и комсомол не забудут вас. Ваши славные имена будут золотом сиять в веках. М. КОТОВ, В. ЛЯСКОВСКИЙ.



Подразделение гвардейской части, кюторой командует генерал Крюченкин, реши­тельно атаковало боевое охранение противника под одним селом и захватило в плен группу немцев, На снимке: немецкие солдаты сдаются в плен нашим бойцам. Фото специального корреспондента «Комсомольской правды» г. капустянского. ШТУРМОВИКИ СБИЛИ «ЮНКЕРС-52» КАЛИНИНСКИЙ ФРОНт, 10 марта (По телеграфу от специального корреспоидента «Номсомольской правды»). Звено штурмо­виков под командованием старшего лей­теланта Шкулепова получило задание ата­ковать скопление вражеской пехоты. Са­молеты поднялись в воздух и взяли бое­вой курс. Шли на бреющем полете. Вдруг ведущий заметил, что впереди, метрах в 1.200-1.500, идут трехмоторный самолет и два истребителя. Вначале Шкулепову показалось, что это наша транспортная машина, В то же время какой-то ин­стинкт заставил командира звена усом­ниться в своем предположении, Штурмо­вики прибавили скорость. Так как истре­бители шли выше, то они не смогли за­метить, как под ними оказалось звено са­молетов-штурмовиков. Подойдя ближе в хвост трехмоторного самолета, Шкулепов отчетливо увидел свастику. Ведущий дал своим самолетам сигнал: «Внимание» немедленно сделал два выстрела из пуш­ки. Прицел был исключительню точных Фашистский стервятник задымился, Шку­лепов дал еще две очереди из пулемета и пушек. Его ведомые младшие лейтензны Зудилов и Жидовец также открыли огонь. Об ятый пламенем, вражеский самолет рухнул на землю. Все это было сделано так впезапно п неожиданно, что фашистские истребител пришли в полную растерянность и уда­ли, не сделав ни одного выстрела. Шту­мовики спокойно продолжали путь и че­рез минуту были уже над целью. Выпол­нив задание, летчики невредимыми вер­нулись на свой аэродром. Командующий военно-воздушными сп­дами фронта об явил благодарность лети­кам-штурмовикам Шкулепову, Зудилову к Жидовцу.

Меткие залпы артиллеристов Метко и беспощадно громит врага батарея, которой командует старший лейтенант Владимир Киян, Однажды, находясь на наблюдательном пункте батареи, тов, Киян заметил большую да. группу немцев. - Огонь!--раздалась громкая коман­C первых же залпов комсомольцы­артиллеристы накрыли цель. Около тридцать оккупантов было убито на месте, Сержант Алексей Капышников пятью снарядами уничтожил два стан­ковых пулемета с прислугой и до 20 немцев. За меткую стрельбу расчеты млад­шего сержанта Ковалева и старшего сержанта Кузнецова получили благо­дарность от командира дивизиона. Заместители политруков: Б. АЛИПОВ и С. ИВАНЕНКО. Действующая армия.

АТАКА Письмо из Действующей армии - Водитель, стой! Внимание! Радит влево, верхний тулемет вправо, оруп шраппелью прямо по немцам огонь! Так. По фашистам огонь! Хорошо! Отонь! И по голосу капитана и по весбой улыбке рядом сидящего со мной водител я чувствую, что атака удается, Вдалин высоте мечутся гитлеровцы, Я даю пюни очередь, потом еще одну.  - Хорошо! -- весело кричит вод­тель.- Валяй дальше, Смотри, офицер и­шет рукой, Бутылочники, Бей! Пулемет работает безотказно. Офипер взмахивает руками и падает, «Бутылочн­ки» залегли и не двигаются. Гордиенк бьет шрапнелью. Высота приближается. Танки уже прошли опасную зону. Далью­бойная артиллерия противника не мож бить по наступающим, рискуя попасть своих, а противотанковые пушки нашм танку-великану не страшны. - Товарищ капитан, -- докладывае Гордиенко. Вижу пехоту. - Хорошо. Водитель, взять вправа Осторожнее! Подходы заминированы… Но Чухарев и без того прилик к сю тровой щели. Что-то, недоступное моем неопытному глазу, ему видно отчетливо. Танк забирает то влево, то вправо, обход хитро расставленные минные ловушки. дороги тяжелью. Товарищ капитан, опять крич Гордиенко.- По нас бьют из-за железно  Вижу, водитель, стой! Повернит орудие влево. Так, хорошо. Наводите на лый домик. Нет, не шралнелью­снар­дом. Огонь почти хорош, возьмите праве. Огонь! Хорошо, еще раз. Превосходно! 1е перь они уже не будут приставать кнак Водитель, на батарею противотанковы, полный вперед! Чухарев «газует». Танк легко преодол­вает подем и врывается на высоту, н цы и румыны бегут. Танк с ходу учарн. по пушке, давит ее, поворачивается, д­вит другую, третью, давит пулеметны гнезда. Мы непрерывно стреляем. Танкос­тапавливается на высоте. Сзади подтяти­вается пехота. Теперь уже умолкли враже­спеша закрепиться на высоте. Высота взята! Враг, наконец, выбит, и путь на два селения открыт. Задача вы полнена. Танк бозвращается на исходную позн­цию, У пас потерь нет. Только Гордненк легко ранен в толову. Машина нисколько не пострадала. Праа­да, один спаряд едва но заклинил башни но все обошлось благополучно. Кое-гд  бропе небольшие вмятины, Это следы желых снарядов. Зарицкий залезает в яму под тапквм­сте с Гордиенко. Чухарев возится с мот ром, Федоров стоит на посту. Над степью спускается темная осда ночь. Невдалеко гремит артиллерийска пальба, Где-то трещат автоматы, Насту

Танки накапливались в лощине для ата­ки. Метров двести позади приготовилась невидимая для врага похота. Далеко на горизонте возвышался холм, где укрепился враг. Высота эта господст­вовала над двумя селами. Вчера три раза наша часть атаковала высоту. Сегодня решено атаковать в четвертый раз. Коман­дир части Калинин и комиссар обходят машины, проверяя их готовность. 9 часов 55 минут. - Приготовиться к атаке! По ме­стам! - командует капитан Зарицкий. Экипаж занимает места. Нас в танке ять человек: командир машины капитал Александр Зарицкий, механик-водитель сержант Алексей Чухарев, командир ору­дия сержант Иван Гордионко, заряжающий сержант Сергей Федоров и я стрелок­радист. Сидим в шлемах, увитых радио­шнурами. Слева от меня рупюр и вделан­ная в броню радиостанция. Мотор ревет оглушительно. Теперь уже не слышно ничего­ни взрывов, ни низ­га и грохота рвущихся мин, ни треска автоматов. Все покрывает рев мотора. - Прямо вперед! -- командует капитал Зарицкий. - Есть прямо вперед! Атака началась. Мы знаем, что одновре­менно с нашей машиной двинулись ос­тальные танки, что сзади поднялась и сле­дует за нами пехота, что артиллерия от­крыла огонь по высоте и что враг в от­вет осыпает нас снарядами, минами. Через маленький глазок я еле различаю синеющую далеко впереди высоту. Тяже­лый танк идет ровно, не спеша, чтобы не отставала пехота. В поле глубокий снег. Пехоте тяжело. команды но стрелять! Теперь высота видна ясно, можно даже Командир включает рупор. - Врат накрыл нас, взять левей. Без различить черные полоски номецких око­пов. да. три Около - снаря­голос машины взрываются -

РАЙОН СТАРОИ РУССЫ, 10 марта. (По телеграфу).

 БРАТЬя ПАВЛА КОрЧАГиНа с членами Комитета обороны чоследним уходил за Дон, Под вражеским пулеметным огнем он переходил по тонкому молодому льду, выбрасывая впереди себя доски. Он уходил последним, но первым всту­пил в город, когда над Ростовом снова взошло померклувшее было солнце. И сра­зу у обкома нашлись тысячи дел. На электростанции комсомольцы восстанавли­вали агрегаты, разрушенную проводку, да­вали городу ток, В жилища рабочих, на заводы, в детские очаги пошла вода, добы­тая молодыми водопроводчиками. девушки хлебозавода выпекли изголодавшимся ро­стовчанам первый хлеб. Секретарей обкома Николая Захарова, Виктора Шнейера, Юрия Сорина напра­вили партийными комиссарами на строи­оборонительных укреплений. Участок, где работал комиссаром Виктор Шнейер, вплотную прилегал к фронту, Над строителями бреющим полетом проно­сились немецкие самолеты, обстреливали, ебрасывали бомбы. От партийного комиссара требовались качества бесстрашного и волевого органи­затора. И эти качества у Виктора Шнейе­ра нашлись. Он собирал теряющихся лю­боролся с дей, ободрял их, беспощадно трусами. Кто бы мог подумать, что у это­го юноши окажется столько твердости! Но кто скажет, что меньшо мужества требовалось от секретаря Орловского рай­кома комсомола Николая Гулака, который в дни, когда враг стоял у ворот района и сераше рвалось в бой, запасал корм для скота, собирал семена руководил подго­товкой к севу? на с их улицу. Со всего села к дому со­брался народ и, плача слезами радости, обнаженными головами слушал вождя, В дни пребывания немцев в этом селе на каждом шагу подстерегали «не­приятности». Однажды глухим вечером кто­то насмерть оглушил ломом обер-лейте­нанта. Другому офицеру, как куропатке, перерезали горло ножом. В придорожной канаве нашли труп задушенного солдата, Вестовому штаба дубиной перешибли по­звоночник, Бесследно исчезли трое дру­гих солдат. Шесть автомашин со снаря­приготовленныю к отправке на дами, фронт, взлетели к небу. Разве мог узнать врат во всех этих ночных происшествиях руку тех молодых простодушных парней, что пелыми дня­ми вертелись в селе на виду у немецких солдат и офицеров? И кто мот предполо­жить, что задания давала этим парням девушка в белом полушалке с добрым, открытым лицом и ясными глазами? Вскоре после изгнания немцев из Ро­стова в городе собрался пленум обкома комсомола. Сколько было волнующих встреч, поцелуев, от которых пощиыва­ло сердце! После долгой разлуки сеха. лись друзья. Война изменила даже их внешний облик. Ребята почти все были в шинелях, в чекменях армейского образ­ца, девушки­в полушубках, туюо пере­хваченных военными ремнями. В дни героической обороны Ростова са­моотверженно работали все. Пример пока­зывал Саранцев - секретарь обкома ком­сомола. Ночами его душили жестокие при­ступы астмы, а утром он приходил в Ко­митет обороны и упорно работал до самой глубокой ночи. Ездил за город, где ростов­чане возводили пояс укреплений, Нажи­мал, чтобы быстрее подвозили рельсы, пе­сок, цемент. Беспокомлся о снабжении на­селения осажденного города хлебом. И всю­ду находил комсомольцев, ставил их на «горячие» участки, быстро, по-военному, инструктировал. Когда немцы ворвались в Ростов и уже прошикли в самый центр города, Саранцев( …Уляжется буря войны, и наступит с комоомольцами, рассказывал им, какпар тизаны сражаются с немцами. Нередко Остап давал хозяйственные по­ручения: Весной сеять будем, семена утаите от немцев, инвентарь запрячьте И комсомольцы, выполняя наказ свое­го вожака, крадучись, по ночам перено­сили из колхозных амбаров семеша в тай­ники, прятали плуги и сеялки в ук­ромные места. час, когда наши воины смогут оглянуть­ся назад, отдаться воспоминаниям. Ны­нешнее суровое, тяжелое, но по-своему прекрасное время предстапет перед ни­ми, окутанное дымкой волнующей роман­тики, Человеку всепда кажется романтич­ным подвиг, ушедший в прошлое, Кого из нас не пленял и не пленяет до сих пор образ комсомольского вожака Павла мя, в которов он жил и боролся! Корчагина, и каким привлекательным всегда казалось нашему юношеству вре­Сегодняшний день пока еще нам ка­жется будничным, рядовым, обычным, и люди, живущие сегодня, тоже обычны­ми, рядовыми. Вот и теперь мы подчас не замечаем, что рядом с нами в любимом комсомоле живут, борются и побеждают тысячи вожакков молодежи, несущих в се­бе черты Павла Корчагина, такие же, как он, омелые, мужественные бойцы и за­мечательные товарищи. Вот факты. B Неклиновский район Ростовской об­ласти пришли немцы. Из райкома комсо­мола ушли все во главе с секретарем Осталенко, Но на двери остался белый четырехугольник бумати: «Райком живет и работает», Это пе было пустым обеща­нием, красным словцом. Секретарь райкома Осталенко (его кон­спиративная кличка была Остап) ушел в камыши к партизанам. Руку Остапа постоянно чувствовали и враги и друзья. Вздетел попозалеку на воздух мост.- его работа, говорили комсомольцы, Нашли в офицера,- Остап комсомолка низатором. переходила ты в тала, советскими здесь побывал. Нагрянули на немецкий штаб ночные гости и унесли с собой документы, энакомая остапова походка! Почами появлялся тайком Остал на квартирах неклиновских комсомольцев, При свете коптилки он подолгу беседовал «KОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА» 2 стр. 11 марта 1942



и «Кадры не давайте громить», снова снова предупреждал Остал. И когда пемцев выгнали из района, оказалось, что основные кадры остались живы, сохра­нились, Пришел Остап, открыли двери, на которых еще висел пожелтевший ли­сток. Райком попрежнему живет и работает, и 200 комомольцев района немедленно приступили к работе. в дни немецкой оккупации то в од­ном, то в другом селе Куйбышевского Грайона Ростовской области можно было встротить тонкую, стройную миловидную девушку. звали со Аниушкой. В ста­реньком пальто и накинутом по-деревен­ски на голову белом полушалке она ни­чем не выделялась среди других. Член райкома комсомола Аннушка За­харченко осталась в оккупированном районе для нелегальной работы. Молодая показала себя опытным орга­Обивая со следа немцев, она из колхоза в колхоз, из ха­хату, беседовала с молодежью, чи­колхозникам листовки, сброшенные самолетами, рассказывала правду о положении на фронте. C Аннушкой шли ее друзья Черненко, Романенко, Прядкин, готовые на всз по первому знаку своего вожака, И словом и делом они боролись с немпами: вчера они атитаторы, сегодня - партизаны. В селе Куйбышево комсомольцы про­никли в дом, где квартировали пемецкие солдаты, настроили штабной радиоприем­ник па Москву в то время, когда выступал г.товарищ Сталин, и открыли окна дома

Взять

травей!

слышится

Зарицкого.

-Развернуть орудие на ходу! - командует затем капитан водителю. - Стой! - Гордиенко, видите слева орудие? Танк сразу послушно останавлиг авливается. - Вижу, товарищ капитан. Огонь! Наводите левее. Еще левее. Так. Танк вздрагивает от сильного удара. Ми­мо. Стрелок поспешил. - Заряжайте. Левее. Так. Огонь! Снова удар. Секунда, две, пять. -Вот это по-моему! --- слышится го­лос калитана. лоса - Товарищ капитан, смотрите, колоса к небу взвились. виться! Вижу, Вперед! Пулеметчик, пригето­Машина спова движется вперед. Я при-

Ветер нес с правобережья Дона орудий­ные раскаты, а Николай Гулак ехал в комсомольцев за зимуют на открытом базу, Враг вошел в Ростов, а Гулак ска­кал на лошади в степь спасать захвачен­ные пургой отары колхозных овец… Таковы наши нынешние комсомольские вожаки -- достойные братья Павла Кор­чагина. Ан. КАЛИНИН, Б. ВАКУЛИН. Ростов-на-Допу.

никаю к пуломету, Ясно вижу вражеские ление нашей части продолжается. окопы.  Пулеметчик В. ЛОСЕВ,