СООБЩЕНИЕ На Государственной Комиссии Окончание И Влахлямирская ул.. ок. еврейсксго кладбища -— могила, В тюремном саду — 1 могила. Площалная ул., ок. старого кладбища — 1 могила. 142. Ратио, в 3 км. восточнее горола, ок. ветряной мельницы — 1 могила. 143. Крымпо, в 2 км. северо-западное ош. озера — [ могила, 144. Мацеев, Меловой карьер, в 200 м. за казармами охр. полиции — 1 могила. 145. Голобы, в лесу 4 км, сев.-зав. от города — 1 могила. 146. Мельница, в 2 км, западнее Мельницы, ок. песчаного карьера — 1 могила. 147, Маневичи, в 2,5 клм. зап. от города в песчаной горе—1 моraga. 149. Осераня, в 5 клм. сев.-зап. от деревни, в песчаном карьере— 1 могила. В конце списка говоритбя: «В списке пихусмотрены все могилы, вилючая и могим команд, работавших здесь раньше». Деслтками тысяч сжигались трупы раселяниых и замученных немецкими палачамя военноплелных и мирных советских праждая в Харькове, Киеве, Ровно и в ряде других городов и районов по пути отступле\ кия гитлеровской армии. (целью проверки точного выполнедия ‘воих даректив о массовом истреблении с0- вотских воонноплевных и мирных граждан милеровская правящая клика требовала представления отчетности от непосредствеяных исполнителей «экзекуций», Пачальник полиции безопасности и СД в приложении № 2 к своему оперативному приказу № 8 требовал от начальников зоипоркоманд: «В отношении примененных репрес(ий команды должны вести сциски, в котррых должиы содержаться следующие 5. Гитлеровцы преступно попирают нормы международного права, законы и обычаи ведения Формально гитлеровекие бандиты пикогja ne об’являли о том, что они отказываются от международных правид ведения зойы, которые зафиксированы в различных меллупародных конвенциях и требуют тумапного обращения с военнопленными. №Юльше того, гитлеровское правительство 3 1934 тоду даже ратифицировало Женевкую конрёнцию 1929 года «0 содержании зовнпоплениых». Ho ото присоединение гитлеровского правительства к международным конвенЦияи о военнопленных было рассчитано па обман хирового общественного мнения, что J 4 ws TOAyWATO свое подтверждение с начала этой зоны и особенно со времени подлого иападения гитлеровской Германии на СССР. В приложении № 1 к оперативному призу № 14 начальника полиции безопасщоти и ОД цинично заявляется, что «большевистский солдат потерял право па обращение с ним, как с честным солатм и в соответствии с Женевской вонвенцией». (См. фотокопию № 3). (ви чудовищные преступления против ‘ветеких военнопленных гитлеровские (анлиты пытаются, таким образом, прирыть цаничными ссылками наз якобы неприменимость общепринятых правил обращения с военнопленными к советским люМи. Допументально также установлено, что В 6, К суровому ответу гитлеровское правительство н германское военное командование— организаторов чудовищных преступлений! В№ приведенные выше тайные приказы оп шотрукции германского военного комалдания и полиции со всей . убедительностью говорят о тщательно разработанной гитаеровцами системе массового истреблеWa советских людей в БИдО 060б0 организуванного для этих чудовищно преступных ` Щл аппарата, всяких «оперативных Ман», «зондеркоманд», специальных «фильтраций», «экзекуций», «ликвихаtis, лвлявшихся не чем иным, как масвых убийством советских военнопленных инирных советских граждан. Эш приказы и инструкции говорят © ТИМ, что: 1) леиецко-фаитистские захватчики уже зшовые же месяцы войны с СССР ири‚ иимди к массовому истреблению kan Фажданекого населения СССР, тав бойцов п узпдяров Красной Армии, попавших в Мен: 2) кассовое истребление населения и илнопленных было предписано и проРо1065 п согласованию между органами Млиции безопасности и СД и верховным Миаихованием германских вооруженпых р и: 3) лая физического выполнения «aR2etytuis составлялись «оперативные» И быв комаплы» (зопдеркоманды), имевАв право самостоятельно решать вопрос © применении расстрелов; 4) расстрелы военпопленных и граждан(ROTO населения немцы старались проводить Йно, чтобы остальные военнопленные a ` Пажданское паселение ничего 0б этом не aos 5) в отдельных случаях предписывалось ипиально привозить советских BOCHTOиных для расстрела па оккуппрованную сведения: номера по порядку, фамилии и имена, времл и место рождения, воинское звание, профессия, последнее местожятельство, основания для репрессии, время и место репрессии». Далее в приказе говорилось, что «Подобные сообщения должны, как правило, в информационном порядке передаваться в 1 отдел ТУ Управления Главного управления имперской безопасности (ПУЛА 1)». В развитие этой директивы оперативная команда. Ц’5 полиции безопасности и СД уточняет: «В конце каждого месяца необходимо представлять сюда отчет о деятельности комапд СД в стационарных лагерях noenпопленных. Необходимо указывать количество ликвидаций по национальностям, в соответствии с изложенными в инструкциях дирсктивами». 0 том, как все вышеуказанные директивы выполнялись, говорит донесение оперативной команды 7 (оберштурмбанфюрера Липера бригадфюреру «доктору» Томасу) в Виннице от 4 декабря 1941 г. В этом донесении указывается, что в лагере в ВинниЦе, после так называемой «фильтрации» лагеря, осталось всего 25 человек, которые могли быть отнесены к категории «подозрительных». «Это ограниченное количество, —говорится в донесении, —0б`яснлется тем, что местные органы повседневно предпринямали необходимые мероприятия но линии полипии безопасности против отрицательных элементов в стацпионарпых лагерях воеппопленных в контакте с комендантами или соответствующими офицерами коптрразвелки». Таким образом, помимо массовых казней, проводившихся специально созданными для этого «зонлеркомандами», широко прастиковалось систематическое истребление с0- ветских людей комендантами и находящимисл в их подчинении командами лагерей для советских военнопленных. войны преступные планы немецко-фапистекого команловамия и полиция входило применение «эгзекуций» и «очистительных мер», т. е. массового истребления и в отношении польской интеллигенции. В этом не остазляет никакого сомнения оперативный приказ № 2 начальника полиции безопасности и СД, помеченный: «Берлин, 1 июля 1941 года», в котором говорится следующее: «Поляки, проживающие во вновь оккупированных областях, особенно на территории бывшей Польши, будут пролвлять себя на основе их опыта ках антикоммунистически, тах и антисемитск». «Поэтому, само собою разумеется, что настроенных таким образом поляков на первых порах (подчеркнуто Чрезгычайной Комиссией) не следует подвергать очистительным мероприятиям. «В отношении польской иптеллигенцин ит, д., поскольку в каждом отдельном случае обстоятельства не потребуют принятия немедленных мер, решение может быть принято позднее». Как уже было установлено, такие решения неоднократно принимались. Такие <очистительные мероприятия» были действительно, как известно, проведены немецкими убийцами в отношении польских офицеров в Ватынском лесу. немцами территорию Советского Союза. Публикуемые документы указывают, таким образом, на то, что директивы о преднамеренном истреблении военнопленных п мирных советских люлей шли из Берлина, от германского, правительства и верховного германского командования, от имперского министра оккупированных восточных областей, начальника безопасности и СД и xpyгих членов гитлеровской шайки преступняков. хе Чрезвычайная Государственная Комиссия па основании материалов, публикуемых в настоящем сообщении, а также па осповании ° документальных материалов, ранее опубликованных Комиссией по результатам расследования злоделний, совершенных немецко-фашистсвими захватчиками в освобожленных от немецкой оккупации советских районах, — установила, что: 1) Непосредетвенными организаторами и руководителями массового уничтожения советских военнопленных и мирных советских люлей являются: начальник лагерей военнопленных 1-го Военного округа Восточной Пруссия генерал-майор фон Г инденбург, начальник лагерей военнопленных «генералгубернаторства» генерал-лейтенаит Геррготт, офицеры связи криминальрат Шиффер, кряииналькомиссар Рашвитц. 2) Непосредствеяными исполнителями этого чуловащного истребления советских людей являются личный состав зондеркоманд, оперативных романд, коменданты и персонал коменхатур лагерей, а также их пособники. Всё они должны понести суровую вару за cnom преступления, совершенные против coветского народа. Директива оперативной ко Фотоколпии отдельных подликных документов, приведенных в тексте Сообщения Чрезвычайной Государстсенной Комиссии № 2 Выдержки из приложения № к оперативному приказу № 14 начальника полиция безопасностя от 29 октября 1941 г. №2 5 № 6 Выдержки из приложения № 2 к оперативному пряказу № 8 начальника полиции безопасности от 17 июля 1941 г. Ne 7 Pander a-Bayes worberes a gchaffew. Alle Punktionire der Bande gofort teatruneiawn wid noch einer singehorw $ ala Plduderer ia oiler ВЫ Па zu Liquid eg PUL Neen thane * от 25 ноября 1941 г. мачды Ц/б полации безопасиости п СД за № 12/41 Разгром немцев под Уманью (От военного корреспондента «Правдь») После того, как ‘войска маршала Советского Союза Rowena блестящим ударом у Шанлеровки завершили ликвидацию окружённой группировки немцев, германское командование немедленно приняло эпергичные меры для того, чтобы предотвратить паступление наших войск на юг, на Умань, И тем самым не дать нам возможность изБлечь стратегические выгоды, какие дало в наши руки победное завершение исторического корсуньского побоища. Многочисленные трофейные хокумеяты, уже попавшие в наши руки в результате нового наступления, & также многочисленные показания пленных солдат и офицеров свидетельствуют 0 том, что гитлеровская ставка сделала всё возможное для того, чтобы в самом срочном порядке воздвигнуть новые оборонительные линии н укрепить их всеми средствами. На этот сравнительно небольшой участок они стянули до 7 пехотных дивизий, сильно насытив их автоматикой и подкрепив артиллерией и миномбтами. По этого мало. На случай нашего удара они поставиля во втором эшелоне отведбнные в тыл свои танковые дивизии. Им была поставлена задача: в случае возникновения опасности прорыва бросалься в бой и подкреплять свои пехотные части. Такова была обстановка па этом участке фронта к моменту начала пового наступления войск 2-го Украинского фролта. В первых числах марта погода в этях краях резко изменилась. Зима сменилась настоящей весной. В несколько дней снег растаял, ноля превратились в топкие болота, ручьн разлилиеь и превратились в речки, а дороги покрылись совершенно непролазной грязью. Пленные немепкие офицеры говорят, что их командование считало, что наступление в этих условиях совершенно невозможно. Но нет преград, которые могли бы остановить советских воинов. Наше команхование не дало немцам опомниться и укрепиться. В оттепельное мартовское утро, кэгда сырой туман-снегоел низко повис нал цолями. советские артиллеристы начали наступление. Страшный гром нарушил утреинюю тишину. Звуки отдельных выстрелов сливались в мощный артиллерийский гул, потрясавший окрестность на десятки километров. Этот гул можно было сравнить тольКо с громом горного обвала. Огневой шквал бушевал около часа. Сосредоточенные налёты буквально пропахали немецкие укренления на несколько километров в глубину. Успех прорыва был предопределён мощью артиллерийской подготовки и сразу же развит энергичными действиями пехоты, закрепившей места прорыва, в которые немедленно же хлынули наши танки © лесангами автоматчиков на броне. Этим блестящим уларом и началось наше новое паступление ва Умань. И Оправившись от первых ошеломляющих ухаров, германское командование сейчас же приняло меры к тому, чтобы восстановить положение. Начались контратаки, Немцы пыталиеь отрезать напи клинья, вонзанные в их оборону. Заговорили пеприятельские укреплённые узлы, созтанные на высотках ну околии деревень. Но было уже поздно. Подвижные части мощным потоком вливались в прорыв, и в то время как одни подразделения блокировали, а затем душили и уничтожали гарнизоны немецких укрепленцных узлов, танки и мотонехота продолжали двигаться вперёл. Здесь в полной мере сказалось босвое мастерство наших воизов. Танки рвались вперёд no Tw грязи. По следу, проложенному ими, шли машины с автоматчикамя, с боеприпасами. тянулись пушки. Там, где машины вязли, там, гле сквозь разливы грязи орудия не работал даже немецкий ралиоузел, питавшийся от электростанции. Радистам наших подвижных частей оставалось только поймать волну Москвы, и жители освобожденной Маньковки слушали советские передаЧИ. Все эти детали чрезвычайно наглядно характеризуют и стиль нашего наступления, й панику, которой были охвачены немецкие войска. Но. конечно, самым большим, самым ярким показателем темпов нашего нового наступления под Уманью лиляетсл огромное количество всевозможной боевой техники и автотранспорта, брошенного немцами на дорогах. На широком шляхе, ведущем от ст. Ноташ к большому селу Подобное и от Подобного к Дзенгелевке, на десятки километров тянуте1 непрерывные вереницы автомашин. Трудно себе лаже представить тавов огромное скопление вражеской техники. Эти бесконечные очереди машин, подпирающих друг друга, тянутся по тракту к Умани п местами стоят в два, три и даже в четыре рада. Всё это брошено отступающими нехцами вместе с грузом. Чтобы представить, как много здесь брошено техники, скажу толко, что на одном километре дороги от станции Поташ до перекрёстка тракта я насчитал около 630 машин разного размера и назначения. Здесь не только транспорт. В колонне машин вядны брошенные орудия всех калибров — от маленьких мортир до огромных гаубип. Тут де машины, гружёнцые снарядами, минами, а дальше—танки: и маленькие, те, что немцы называют «кошками», и продолговатые «Пантеры» со своими длинными пушками, и монументальные «Тигры», увязшиз в грязи по самые панели. Весь этот фашистский «зверинец» брошен бежавшей прислугой. В баках — бензип, в люках и броне — неизрасходованные боекомплекты: сались, выводи машины из грязи и бросай в бой. Но особенно величествеяна картина немецкого разгрома на ст. Поташ. Станция цела со всеми своими складами зерна, сахара, соли. Всё это брошено. У товарной станции на площади, на всех прилегающих к ней улицах, на всех хорогах, являющихся продолжением этих улиц, я видел танки, десятки типов автомашин, тягачей, броневиков. Между машинами бродят офицеры-трофейщики, Чем ‘дальше к Умани, тем больше загромождены дороги трофейной техникой. Сквозь шеренги брошенных маптин медленно бредут по грязи группы немецких пленных. Это — счастливцы. Им очень повезло. Двадцать тысяч их соратников по разбою никуда уже больше не пойдут. Разорванные нашей артиллерией, раздавленные нашима танками, пригвождённые пулямя наших стрелков, лежат они на оттаявших полях. * * * На рубеже Умань——Христиновка немеккое командование предприняло ещё одну OTчаянную попытку остановаться и задержать наше наступление. В этих пунктах, имеющих важное значение, они собрали все, что имели, и сколотили группировку, перед которой поставили задачу: лечь ко. стьми, но удержаться на рубеже этих двух городов. Этот приказ гитлеровской ставки весьма показателен. Христиновка является крупнейшим в этих краях железнодорожным узлом, на который упирались все епсрирующие здесь войска. Умань — большой и благоустроенный украинский город, имел для немцев первостепенное оперативное значение. От Умани во все стороны, ках лучи от солица, расходятся благоустроенные грунтовые дороги. скрещивающиеся здесь с телезнодорожной магистралью, а в услспроходили, ——-люди проносили их на рувгях вопиющего бездорожья обладание такчках. В результате стремительного удара уже в первые часы обозначился успех на левом фланге. Немцы её пытались обороняться, но обходные маневры, которые всё время ми дорогами является решающим и в 009- роне, и в наступлении, В последние дни эти города превратились в арену коротких, но очень ожесточенных предпринимали наши части, ставили немцев сражений. Немцы дрались здесь с упорством под угрозу окружения или флангового охвата. Призрак второго Сталинграла и только что отшумевшего корсуньского побоища стоял над каждым немецкнм соллатом и офяпером. Очутившись под угрозой окружения, немепгие части начали отступать. Это отступление не было сначала паняческим бегством. Немцы отступали только после жестокого бол, то и дело бросаясь в контратаки, которые не прекращаются и сейчас. Ио наши войска действовали умело я очень инициативно. Наступая клинъямя, они всё время ставили немцев под угрозу охвата п тем самым лишали их воли к 060- роне. Наступление наших танков было так быстро и неудержимо, что немецкие танковые дивизии, стоявшие во втором эшелоне обороны, не успевали полностью развернуться, а некоторые танковые группы оказывались окружёнными, уничтоженными или пленбнными прежде, чем они успели дать хотя бы несколько беспоряхочных залпов. s * * Отступая, враг терпит большой урон. Жители села Маньковка рассказывали мне о том, как утром немцы удирали огородами с одним личным оружием, одеваясь и застегиваясь на ходу. В большом. селе Кишенны осталось несколгко немецких складов, боеприпасы, амуниция, продовольствие. Веё это аккуратно разложено в огромных сараях. Перед складами странHoe зрелище: столпилиеь телеги и фуры, гружённые воинским добром и по ступицы вроешие в грязь. Повозочные удрали верхом на лошадях, перерубив постромки. 30- лотая украинская пшеница течёт из дырявых мешков. Чем дальше следовали мы к Умани по пути немецкого отступления, тем ярче были картины разгрома и панического бегства. В селё Маньковка мы видели мельницы и колбасные, работавшие на полном ходу. Немцы не успели их ни эвакуировать, ни разрушить. В последнюю минуту, когда наши танки были уже на площале перед церковью, бежал тер Шлип — директор мельницы. Его кепка с пуговичкой, рабочий комбинезон, портфель с бумагами и шесть приготовленных посылочек с адресом: «Дрезден, Кайзерштрассе, Фрау Кларе Шлип», мы нашли в его габинсте. Здесь п яростью смертников. Остатки разбитых дивизий составляли еще крупную человеческую массу, хорошо. обеспеченную всем, чтэ нужно для боя. Но наши наступающие части обонли эти плапдармы. Они обтекли Умань и Христиновку с севера и с юга. Призрак новой Корсуни встал над немцами. Это подорвало боеспособность обороняющихся. Они дрогпули. Наши частая, стоявшие на подступах к этим городам, нанесли новый штурмовой удар. Умань и Христиновка были освобождены. Когда солнце только поднялось нал 0свёбожленной Уманью и озаряло город своими косыми лучами, мы подлетели к нему иа маленьком связном самолете, пилотируемох младшим лейтенантом Алексеем Мерзляковым. Первое, что бросается в глаза, —это тысячи автомашин. Точно испуганное стало животных, они ринулись ва последние дороги, связывавшие немцев с тылами. У городской черты первые машины застряли в грязи. на них нажимали сзади остальные, и сейчас огромной массой сбились оня на выезле из города. Умань стоит под солнечными лучамл, окутанная сизым дымом. Удирающие немцы не успели ни грабить, ни разрушать. пп жечь. Горол остался целым, со всеми складами, железнодорожным узлом, аэродромом. Но то, что не доделали удиравшие в паняке немцы, хотят сделать воздушные пираты. Они совершают налеты, стремясь прорваться к горолу спвозь заслоны нашей авиации, и беспорядочно разбрасывают бомбы, пытаясь жечь и калечить Умаць. Сегодня ясно и солнечно. Красивый го: род, свидетель подвигов и авы Богдана Хмельницкого, купается в весенних лучах. На улицах п тротуарах много людей, радушно встречающих своих осзободителей. Умань и Христиновка стали в строй советских городов. Этой блестящей победой завершился этап нашего нового наступления, во время которого была разгрохлена еще одна крупная группировка немецких войск. Последствия этой новой победы еще трудно представить во всем об’еме. Наше наступление развивается. Громя врага, наступая ему на пятки, пехота и танки продолжают рваться вперед. , Б. ПОЛЕВОЙ. Город Умань, 10 марта. (По телеграфу).