c. миХАЛКов МОРСКОЙ ИНДЮН  Рисунок КУКРЫНикСЫ Индюк завидовал Гусям, Что могут плавать там и сям. Короче говоря: Его к воде тянуло На реки, на озера, на моря, Откуда иногда соленым ветром дуло. Но более всего его манило то, одет никто!… попал на флот! Что краше моряков уж не Везет же Индюкам! Индюк

ПИСАЕТЛЕЙ

СССР

Поэзия народа-победителя Второй вопрос, на котором бы мне хо… телось остановить внимание участников пленума, это способы трактовки темы ро­дины в стихах наших поэтов. Страна наша победила в силу того, что благодаря победе в Октябре 1917 года она превратилась из Российской империи в Союз Советских Социалистических Респу­блик, в государство, которое создало свое могущество и монолитность на основе не… рушимой дружбы народов, им обединяе­мых, За годы войны дружба народов не только не расшаталась, но как никогда окрепла и скрепилась общей кровью, про­литой на полях битв. А вот, когда вчитываешься в стихи по… этов, пишущих на разных языках народов Союза, то тогда очень остро чувствуешь элемент национальной замкнутости и те­матики, и проблематики, и персонажей, на­селяющих произведения некоторых поэтов. Причины этого, мне кажется, кроются в некритическом перенесении в новую дейст­вительность старых традиционных спосо… бов трактовки темы. Нет иногда в наших произведениях, по­священных Родине, того, что уже давно оформилось во всем строе народной жиз­ни. Ведь новая, родившаяся в огне Октябрь­ской революции советская семья народов внесла в существование всех народов, ею обединяемых, новые, общие для всех и бы­товые и психологические черты, обедини­ла народы не только общностью полити­ческого и экономического организма, но и общностью новых черт, выходящих за национальные рамки союзной CO­циалистической культуры, общностью героев, выдвинутых народами в борьбе за победу социализма. Ленин, Сталин, Дзер… жинский, Орджоникидзе, Киров, Фрунзе, Пархоменко, Чапаев, Шорс, Лазо, прослав­ленные герои нынешней великой войны, прославленные государственные деятели, ученые, герои труда, являются гор­достью всего советского народа, ибо их благородная деятельность во славу и во утверждение нового общества равно близ­ка и тем народам, из рядов которых они вышли, и тем народам, с чьими судьбами их неразрывно связала революционно со­зидательная деятельность. Тольконепониманием этого можно об яс­нить то, с какой легкостью некоторые наши поэты, законно перекидывая мостики родства с самыми отдаленными эпохами в истории своих народов, не замечают (как показы­вают их произведения) революционного первоисточника героизма, явленного на­шим народом в нынешней великой войне. Оттого некоторые с такой легкостью осеняют себя крестным знаменем. Оттого другие стараются вытаскивать в качестве воплощенной исторической совести народа бравых поручиков с лихо закрученными усами. В поэме «Пропавший без вести» Евге­ний Долматовский, ощущая «тяжелую» нагрузку стиха трагической прозой войны, писал: Любитель поэзии! Песен красивых Не жди от меня Я их петь не могу. Я полз, окровавленный, вшивый, в нарывах, Как хлебом, питаясь лишь злобой к врагу. Эти строки--не самооправдание, не бра­вирование обилием отталкивающих подро­бностей человеческого страдания, а утвер­ждение неизбежности тяжелой, трудной поступи стиха, призванного вместить все, бя жестокий и жесткий материал фронто­вой жизни воюющего человека. Этим обращением к читателю Долматов­ский передал одну из существенных осо­бенностей той струи нашей военной поэзии, которая протекала по руслу реалистичес­кого изображения войны. Есть жизненный материал, предопреде­ляющий легкость, артистичность словесной отделки стиха, виртуозную законченность или даже изощренность формы. И есть-ма­териал, при котором артистизм, ощущаемый читателем как самодовлеющее начало, вир­туозность и изощренность не помогают, а мешают раскрытию темы, в которой игра в аллитерации, сложные метафоры, виртуоз­ная рифмовка и прочее кажутся кощунст­вом. Суровая правда воинского подвига наро­да--не материал для поэтического «обыг­рывания», манерничания, игры в слова. Когда нам в строгих стихах о войне по­падаются строчки: A. ТВАРДОВСКИЙ За далекие пригорки Уходил сраженья жар. На снегу Василий Теркин Неподобранный лежал. Снег под ним, набрякши кровью, Взялся грудой ледяной. Смерть склонилась к изголовью: - Ну, солдат, пойдем со мной. Я теперь твоя подруга, Недалеко провожу, Белой вьюгой, белой вьюгой, Вьюгой след запорошу. Дрогнул Теркин, замерзая На постели снеговой. - Я не звал тебя, Косая, Я солдат еще живой. Смерть, смеясь, нагнулась ниже: - Полно, полно, молодец, Я-то знаю, я-то вижу: Ты живой, да не жилец. Мимоходом тенью смертной Я твоих коснулась щек, А тебе и незаметно, Что на них сухой снежок. Моего не бойся мрака, Ночь, поверь, не хуже дня… - А чего тебе, однако, Нужно лично от меня? … Смерть как будто бы замялась, Отклонилась от него. Нужно мне… Такую малость, Ну почти что ничего. Нужен знак один согласья, Что устал беречь ты жизнь, Что о смертном молишь часе… -- Сам, выходит, подпишись?- Смерть подумала: - Ну, что же, Подпишись и на покой. - Нет, уволь. Себе дороже. - Не торгуйся, дорогой. Все равно идешь на убыль, - Смерть подвинулась к плечу, - Все равно стянулись губы, Стынут зубы… - Не хочу. … А смотри-ка, дело к ночи, На мороз горит заря. Я к тому, что мне короче, И тебе не мерзнуть зря… - Потерплю. - Ну, что ты, глупый, Ведь лежишь, всего свело. Я б тебя тотчас тулупом, Чтоб уже навек тепло. И виселицы скорбный габарит, Как в раме траурной, задумчиво хранют Последний вздох безвестного героя, мы испытываем чувство раздражения, по­тому что непреодоленная автором элемен­тарная литературщина свела на-нет все его хорошие намерения. Подобного рода жеманство присуще не одному только Марку Геллеру, автору цитированных выше строчек. Оно часто попадается в стихах многих молодых поэ­тов. Сколько раз нам приходилось быть сви­детелями того, что беззаботное, или неу­мелое, или торопливое, или просто бездар­ное перо обесцвечивало и низводило до унылой серости самые яркие и многоцвет­ные явления народной жизни, делало об - емное и глубокое плоским. Многие из нас и до войны и в военное время удовлетво­рялись тем, что называли новое в стихах, вместо того, чтобы, опираясь на совершен­ное мастерство поэта раскрывать явление в его чувственной конкретности. Буквально сотнями примеров из практи­ки наших поэтов можно убедительно по­казать, что самое значительное явление жизни, самый выразительный случай не освобождают автора от большой работы над материалом. Если в оправдание некоторых авторов можно сослаться на то, что они писали свои произведения издалека, не зная ге­роев, не зная условий их жизни, то ничем нельзя обяснить, кроме безответственнос­ти автора, такое изображение подвига: Снаряд разорвался, ударил в плечо, Руки командира не стало. И кровь обожгла до того горячо, .Что сердце в груди застонало. Призывно взмахнув уцелевшей рукой, Комвзвода, герой Соломонов Бойцам закричал: В наступленье, за мной! И дрогнула вражья колонна. ОКОНЧАНИЕ. НАЧАЛО СМ. НА 3 СТР.

Народный поэт Литвы

СОВЕТСКИХ

ВСОЮЗЕ

Секция рассказа При президиуме Союза писателей СССР вновь образована секция рассказа. В бюро секции избраны: Л. Соболев (председа­тель), К. Паустовский, В. Ильенков (за­местители председателя), Н. Москвин (секретарь), В. Гроссман, А. Первенцев, Б. Лавренев, О. Черный и А. Писменный. На-днях состоялось первое творческое собрание секции, на котором А. Писменный прочел рассказ «Он будет ждать».  В секции драматургов На-днях в Клубе писателей состоялся очередной вечер эстрадной драматургии. Поэт Я. Сашин познакомил собравшихся c произведениями, написанными им на фронтах Отечественной войны для фронто­вой печати и эстрады. Выступившие в прениях Ан. Софронов, A. Арго и др. отметили политическую и художественную значимость работ поэта. Особенное одобрение получили стихи «На пушкинские темы», «Опасный поворот», Совета политические эпиграммы и памфлет в про­зе «Успехи русской медицины». Вместе с тем поэту было указано на ряд художественных и технических по­грешностей в его лирических стихах. Вторая часть вечера была посвящена по­казу работ В. Типота. Солисты Радиокоми­тета Шелиховская и Хачатуров исполны­ли в сопровождении автора музыки, ком­позитора С. Кац, отрывки из одноактной оперетты В. Типота «Я вам пишу», арти-

Людас ГИРА

Указом Президиума Верховного Литовской ССР писателю Людасу Гира присвоено звание народного поэта Литвы. Это почетное звание Гира своей долгой и плодотворной литератур­ной деятельностью. Еще перед первой мировой войной имя Л. Гира пользовалось широкой изрест­ностью в Литве, а многие его стихи реложенные на музыку, уже тогда стали любимыми песнями литовского народа. Автор целого ряда сборников стихов и

поэм, драматург и видный литературный критик, редактор первого литовского ли­тературного журнала «Вайворикште» многих антологий и альманахов, - Л. Гя­ра является одним из виднейших литов­ских писателей старшего поколения. Все сты ВГКО Чайка и Гутман выступили с сатирическими диалогами на бытовые темы. B. Типот прочел рассказ «Черствая ба­ба», отрывки из музыкальной комедии «Алена» и народное «действо» … «Как свои силы Л. Гира отдает трудовому ли­народу, активно участвуя в ус­чившее наиболее высокую оценку аудито­Литве, а рии. Менее удачными были признаны «Ин­термедия» и «Черствая баба», вызвавшие ряд критических замечаний. Вечера советской литературы В дни пленума отдел пропаганды худо­жественной литературы ССП СССР устраи­вает два больших вечера. Вечер украинской литературы состоится 22 мая в Политехническом музее под пред­седательством А. Фадеева. После вступи­тельного слова М. Рыльского выступят Л. Первомайский, И. Нехода, П. Панч, B. Сосюра, О. Вишня, Н. Забила и др. Переводы произведений украинских писа­телей прочтут Н. Ушаков, Б. Турганов, В. Звягинцева. В концерте из произведений украинских композиторов и писателей при­мут участие Д. Орлов, М. Царев, И. Мас­ленникова, К. Поляев и А. Батурин. союзов 23 мая в Колонном зале Дома под председательством Н. Тихонова со­стоится народов СССР. С чтением своих произведений выступят С. Михалков, К. Симонов, А. Твардовский, E. Долматовский, С. Чиковани, М. Рыль­ский, Я. Колас, С. Вургун, Гафур Гулям, H. Зарьян и поэты-переводчики.

А мы живем за Петухами, дуры!» героем дня, Хвост распустил, а сам, что было сил (Хотя особенно никто и не просил), Заголосил: «Родня!

Здесь что ни строчка, то безвкусица, ка, нелепость, вопиющая авторская безответст­венность. А писал эти «стихи» и печатал их на странице армейской газеты литера­тор, с первых месяцев войны находящийся в Действующей армии. Борис Весельчаков, автор вышедшей не­давно в издательстве «Молодая гвардия» книжечки «В блиндаже», тоже был на фронте, многое видел своими глазами. Это не помешало ему написать на-редкость слабую книжку, пестрящую стихами вро­де такого: В сожженном городе рыдает тишина. Дома лежат, как горы меловые. От дыма почерневшая луна За всю войну взошла впервые. В ее тяжелом, одичавшем свете Я вижу день совсем другой зари. На ржавых рельсах женщины и дети, Дрожа от стужи, делят сухари. Так из строфы в строфу нелепость нa нелепости, безвкусица на безвкусице. И уже никого не удивляет «резюме», кото­рым автор завершает двадцатистрочный сумбур, долженствующий создать у читате­ля представление о бедствиях войны: Земля моя, Разрушенный очаг. Степная ширь под громовым раскатом, Ночь пересплю на голых кирпичах И успокоюсь тем, что был солдагом. Гражданский паспорт самого честного фронтовика, доброго солдата никого изнас не освобождает от критики. Наоборот, по отношению к людям, отлично и непосред­ственно знающим войну и ее людей, кри­тические требования должны быть повы­шенными, особенно в нынешнее, послево­енное время, когда сами собой отпадут помехи, об ясняющие спешку и недорабо­танность. Из почти четырехлетнего периода особых условий существования советская поэзия в жизни вышла на рубеж новой полосы народа, обогащенная творческим опытом, со значительно укрепленной связью с боль­шим читателем страны.

в дни Отечественной войны борясь в ли­товских национальных частях Красной Армии, Его песни и стихи воодушевляли литовских бойцов в их борьбе за освобо­ждение родины из-под немецкого ига, За свою многолетнюю литературную деятель­ность Л. Гира в 1943 г. был награжден орденом Трудового Красного Знамени. Юбилей А. И. Белецкого

Берите все пример с меня! Довольно вам в пыли купаться! я … водоплавающий, братцы! Жить не могу без корабля! Аврал! Форштевень! Брамселя!» Захлопал крыльями весь птичий двор «Как мы горды! Нас посетил Индюк!», во круг. И даже сам Петух пропел: «Кукареку!» Воздав хвалу морскому Индюку. 

Индюк по-флотски ест. Индюк по-флотски пьет.

В тельняшку он одет, как ходят все флоте. Но в воду вы его и силой не столкнете: Подальше от воды на суше он живет, А если с берега увидит вдруг волну, Так уж кричит: «Тону-у…» Заехал раз Индюк домой, на птичий двор, И произвел фурор. О нем лишь только разговор: «Какой моряк! Ах! Ах!--кудахчут Куры.- Какой жаргон И как татуирован он!

КИЕВ. (От наш корр.). Столица Украи­ны тепло отметила 60-летие со дня рож­дения и 35-летие научно-педагогической деятельности действительного члена Ака­демии наук УССР, заслуженного деятеля науки Александра Ивановича Белецкого. На торжественный вечер в конференц­зале Академии наук УССР собрались ака­научные Академии наук, демики, писатели, журналисты, сотрудники институтов студенты. С докладом «А. И. Белецкий и его науч­ная деятельность» выступил акад. Л. Бу­лаховский. Юбиляра приветствовали заместители

Уверен я, что всяк меня поймет: Я не хотел обидеть славный флот, Ведь мы встречаем Индюков

«С

фронтовым приветом» се нашей жизни. Люди за войну (и в ты лу, н на фронте) стали старше, умнее требовательнее. Ощущая в себе новые с лы, с раздвинувшимся кругозором, с бо гатейшим опытом боевой жизни, советски люди, еще с автоматами в руках, обду­мывают новые задачи, которые предстоя им решать, когда они вернутся домой. Повесть Овечкина -- это первая ласточ ка послевоенной литературы. «Новаторская вещь» … эти слова несколько раз пово рялись на обсуждении, и при этом реч шла не о формальных изысках, а о но визне темы, мыслей, чувств, ощущений. «Отбросила ли нас война - разорени огромных областей, миллионов ло дей - не Такой гибель или отбросила?» задают одному из героев повести комму нисту Петренко, и онотвечает: «Не наза

председателя Совнаркома УССР В. Стар­ченко и М. Бажан, от президиума Акаде­мии наук УССР-акад. А. Палладин, от Союза советских писателей Украины - M. Рыльский, от Союза советских худож­ников Украины - В. Касиян, от Нарком­проса УССР--П. Тычина.

Не принято писать о произведениях, еще не положено не появившихся в печати:

высказывать суждения, которые читатель не может проверить, обратившись к самой книжке. Но бывают иногда литературные явления, о которых хочется, вопреки всем правилам, оповестить если не всех чита­ющих, то хотя бы всех пишущих. На-днях в областной комиссии ССП со­стоялось обсуждение рукописи В. Овечки­на. войной и за­помнили «Красной Нови» пе­в Стукачах», «Слепой маши­племени» и др. изобра из на-ред­Многие заметили перед это имя: в чатались рассказы «Гости «Прасковья Максимовна», нист», очерк «Без роду, без котто особоностоверностью женного особй

кость глубоким проникновением в колхоз­ную действительность. За годы войны об

Овечкине долго не было слышно, «Вою­мы отброшены, а вперед ушли». ет» - и все. И вот Овечкин снова среди нас, - по­худевший и посуровевший, со Сталинград­Безошибочным ощущением новой вым ты, на которую поднялась наша страна итоге войны и победы, проникнута весть, «Не старые рубежи оборонять,а новые отвоевывать» - так определяютз дачу нового дня герои Овечкина. Желая определить литературное родст повести Овечкина, участники обсужден вспомнили имена А. C. Макаренко, Н Островского - тех, для кого дело жизни и литературное творчество слив­лись воедино. «Издать, как можно скорее, довест до читателя, до человека думающего, те бовательного, которого не оттолкнет о сутствие занимательной фабулы, которы обрадуется встрече с героями, так же бе покойно рвущимися вперед, как и он сам», таково было общее мнение и Фадеева, Караваевой, и Герасимовой, и Слонимско­го, и всех других участников обсуждения Елена ЗЛАТОВА. ской медалью на груди. Прошагал всю войну полковым агитатором и сейчас при­вез новую повесть … «С фронтовым при­ветом». Впрочем, о жанре заспорили на об­суждении - повесть ли это? Где же фа­була? Не очерк ли? Нет, это больше, чем очерк… В конце концов, отказались от точного определения. «Нигде так много не думают люди, как на войне», - - пишет в одном месте Овеч­кин. Герои его новой вещи - фронтови­ки, они еще воюют. И даже на отдыхе они, по общей фронтовой привычке, смот­рят всегда на запад, но думы их - том, что делается на родине, о той жиз­ни, ради которой они воюют. Хотя дейст­вие повести развертывается на фронте, вся она обращена к новой, послевоенной поло-

Все возрастающий приток сил, который несомненно будет еще более значитель­ным, дает все основания ясно и уверенно глядеть в наше завтра. Мы отлично знаем, что поэту день за­вершения войны не сулит демобилизации, отдыха, передышки. Как ни полезно, как ни значительно со­зданное нами в дни войны, это только взволнованное предисловие к тому вели­чественному эпосу героики нашего народа­освободителя, над созданием которого при­дется трудиться нам всем от мала до ве­лика, не покладая рук.

Поэт Евг. Долматовский выступает перед бойцами у Бранденбургских ворот в день взятия Берлина. Фото Е. ХАЛДЕЯ (фотохроника ТАСС).

СМЕРТЬ И ВОИН - Я не худший и не лучший, Что погибну на войне. Но в конце ее, послушай, Дашь ты на день отпуск мне? Дашь ты мне в тот день последний, В праздник славы мировой Услыхать салют победный, Что раздастся над Москвой? Дашь ты мне в тот день немножко Погулять среди живых? Дашь ты мне в одно окошко Постучать в краях родных? И как выйдут на крылечко, Смерть, а, Смерть, еще мне там Дашь сказать одно словечко? Полсловечка? -Нет. Не дам…

Понесем его в санбат. Ну и редкостное дело, - Рассуждают не спеша. Одно дело - просто тело, А тут тело и душа. Еле-еле душа в теле. Шутки, что ль, зазяб совсем. А уж мы тебя хотели, Понимаешь, в наркомзем… 

Вижу, веришь. Вот и слезы, Вот уж я тебе милей. Врешь, я плачу от мороза, Не от жалости твоей. Что от счастья, что от боли - Все равно. А холод лют. Завилась поземка в поле. Нет, тебя уж не найдут… И зачем тебе, подумай, Если кто и подберет. Пожалеешь, что не умер Здесь на месте, без хлопот… -Шутишь, Смерть, плетешь тенета. Отвернул с трудом плечо. Мне как раз пожить охота, Я и не жил-то еще… -А и встанешь - толку мало, Продолжала Смерть, смеясь, А и встанешь - все сначала: Холод, страх, усталость, грязь. Ну-ка, сладко ли, дружище, Рассуди-ка в простоте. - Что судить. С войны не взыщешь Ни в каком уже суде… - А тоска, солдат, в придачу: Как там дома, что с семьей? - Вот уж выполню задачу - Кончу немца - и домой. - Так. Допустим. Но тебе-то И домой к чему притти? До гола земля раздета И разграблена, учти. Все в забросе. - Я работник, Я бы дома в дело вник. - Дом разрушен. Я и плотник. - Печки нету. - И печник. Я от скуки - на все руки, Буду жив - мое со мной. - Дай еще сказать старухе: Вдруг придешь с одной рукой? Иль еще каким калекой, Сам себе и то постыл… - И со Смертью Человеку Спорить стало выше сил. Истекал уже он кровью, Коченел, спускалась ночь… - При одном моем условьи, Смерть, послушай… Я не прочь… И томим тоской жестокой, Одинок и слаб и мал, Он с мольбой, не то с упреком Уговариваться стал.

Абай Кунанбаев и пути влияния русской литературы обогатил образы национальной поэзии. Переводами отрывков Онегина» Пушкина и «Вадима» лирическ из «Евгения Лермонт­ва Абай положил начало роману ской литературе. в казм Интересно отметить, что письмо в переводе Абая стало казахской Татьян народнй песней, которая исполняется свадебных торжествах. обычно н Сообщение М. Сильченко поводом для обсуждения вопроса влияния русской литературы ры братских республик. послужию о путях на литерау­В Институте мировой литературы им. A. М. Горького было заслушано сообще­ние исследователя казахской литературы M. Сильченко - «Абай Кунанбаев и его отношение к русским писателям». M. Сильченко обрисовал творческий путь замечательного казахского поэта - от ранних его переводных стихов из Лермон­това до позднейших переводов и перело­жений басен Крылова. Весь творческий путь Абая отмечен благотворным влияни­ем русских классиков от Пушкина до Не­красова и от Крылова до Щедрина, Лер­монтовскими и пушкинскими мотивами Абай

- Не толкуй. Заждался малый. Вырубай шинель во льду. Поднимай. - A Смерть сказала: Я, однако, в след пойду. Земляки - они к работе Приспособлены к иной. Врете, мыслит, растрясете И еще он будет мой. Два ремня, да две лопаты, Две шинели поперек. Береги, солдат, солдата. - Понесли. Терпи, дружок. Норовят, чтоб меньше тряски, Чтоб ровнее как-нибудь, Берегут, несут с опаской. Смерть сторонкой держит путь. А дорога - не дорога, - Целина - по пояс снег.

Дрогнул Теркин, замерзая На постели снеговой. Так пошла ты прочь, Косая, Я солдат еще живой. Буду плакать, выть от боли, Гибнуть в поле без следа, Но тебе по доброй воле Я не сдамся никогда. Погоди. Резон почище Я найду, - подашь мне знак… Стой. Идут за мною. Ищут. Из санбата. - Где, чудак? - Вон, по стежке занесенной… Смерть хохочет во весь рот: Из команды похоронной… -Все равно: живой народ. Снег шуршит, подходят двое, Об лопату звякнул лом. - Вот еще остался воин, К ночи всех не уберем. - А и то устали за день, Доставай кисет, земляк. Над покойничком присядем Да покурим натощак. - Кабы, знаешь, до затяжки - Щец горячих котелок. Кабы капельку из фляжки. - Кабы так - один глоток. - Или два… И тут, хоть слабо, Подал Теркин голос свой; Прогоните эту бабу, Я солдат еще живой. Смотрят люди: вот так штука! Видят: верно, - жив солдат. Что ты думаешь! А ну-ка,

ЛИТЕРАТУРА ДЛЯ ЮНОШЕСТВА И ДЕТЕЙ О МОРЕ И МОРЯКА путешественниках, стихи, песни и т д.)в научно-познавательные работы по всемв­просам, связанным с морским делом (гео графия, история развития кораблестроения физика, радиотехника и т. д.). Л. Успенский выступил с докладом н тему «Юность и море». Л. Кассиль в докладе «Советские пы­тели в библиотеке юного моряка» отмет наиболее популярные произведения худс жественной литературы на морские сюже теля. ты, пользующиеся успехом у юного чита Выступившие в преннях С. Марша акад Б. Завадовский, С. Городецкий, И Фейнберг, С. Беляев, В. Акуратов, Шишкин, Н. Чуковский, М. Муратов, Марков, Я. Черняк, И. Гринберг и д внесли ряд практических предложений созданию детской морской художественно литературы (организация издательског центра, выпуск детской морской энцикл педии, календарей, справочников, журн лов и т. д.). В совещании приняли участие писател 7 и 8 мая в офицерском клубе Нарко­мата Военно-Морского Флота происходило совещание на тему «Литература для юно­шества и детей о море и моряках», соз­ванное президиумом Союза советских пи­сателей и Военно-морским издательством. вступи­тельным словом С. Маршака. С докладом о задачах морской литера­туры для юношества и детей выступил генерал-майор С. Найда. - В современной войне, - говорит С. Найда, - флот играет огромную роль. Отечественная война убедительно доказала это. Нам необходим сильный океанский военно-морской флот, постройка которого должна явиться всенародным делом. Нам нужна литература, раскрывающая вековые традиции нашего флота, ибо страна наша великая морская держава. Следует не­медленно приступить к разработке плана издания морской литературы (русской и иностранной) для нашей молодежи. Этот план должен состоять из двух разделов: художественная литература о море и мо­ряках (о героях Отечественной войны, Ге-



Отдохнули б вы немного, Хлопцы… - Милый человек, Говорит земляк толково, - Не тревожься, не жалей. Потому несем живого, Мертвый вдвое тяжелей. И другой: … Оно известно, А еще и то учесть, Что живой спешит до места, Мертвый дома, где ни есть. Дело, стало быть, в привычке, - Заключают земляки. Что ж ты, друг, без рукавички? На-ко теплую, с руки… И подумала впервые Смерть, следя со стороны, - До чего они, живые, Меж собой свои - дружны. Оттого и с одиночкой Сладить надобно суметь. Нехотя даешь отсрочку. И, вздохнув, отстала Смерть.





роях Советского Союза, великих русских РИГА. (От наш корр.). При Союзе СЕКЦИЯ РУССКИХ АВТОРОВ научные работники, педагоги, работник издательств. че со­М. Крупникова. Принят план ветских писателей Латвии ближайший месяц. произведения и поэтов.  секция русских авторов. работы на Еженедельно в Риж­писателей будут обсуждаться молодых русских прозаиков

организационное со­брание секции.

Редакционная коллегия: Б. ГОРБАТОВ, Е. КОВАЛЬЧИК. , А. информации Л.СОБОЛЕВ, … К ПОЛИКАРПОВ, В. КОЖЕВНИКОВ, СУРКОВ (отв. редактор) T № C. МАРШАК, Д.

 Б11525. Адрес редакцин и издательства: Москва, ул. Станиславского, 24. (Для телеграмм --Москва, Литгазета). Типография

Телефоны: секретариат­К 4-60-02 , издательство - К 4-64-61 , бухгалтерия - К 4-76-02 . 7. ул. Москва, «Гудок», Станкевича,

критики, литератур братских республик, искусств,

4-26-04

984.

Заказ