Союза советских писателей СССР Н. Погодина и КРЕПНУТ ТВОРЧЕСКИЕ СВЯЗИ

Десятый пленум правления Прения по докладу Н. Тихонова и содокладам А. Кононова, ВОЕННАЯ ТЕМА 22 мая продолжались прения по докла­ду Н. Тихонова и содокладам А. Кононо­ва, Н. Погодина и А. Суркова. C речью, посвященной послевоеннымза­дачам советской литературы, выступил Всеволод Вишневский. Напомнив о событиях, последовавших после первой мировой войны, о сложной современной международной обстановке, он предостерегает писателей от духовной, идейной, литературной демобилизации. -Война родила высокое уважение к военному делу в нашей стране, к нашим воинам. Мы будем развивать, растить, беречь и холить нашу армию и будем па­раллельно создавать великую литературу, которая бы соответствовала желаниям и позиции Советского Союза. Надо использовать все средства, чтобы Союз советских писателей и впредь пра­вильно строил свою военную работу, ра­боту военной комиссии, органов печати. Нужно прививать молодому поколению, высо-- будущим суворовцам и нахимовцам, кие традиции военной славы России и Со­ветского Союза. Нужно средствами лите­ратуры, театра и кино широко показывать органическую связь народа с армией и флотом нашей страны; способствовать тому, чтобы в зарубежных странах нас правильно понимали и лучше узнали на­ших людей, наше государство. Надо позаботиться и о пополнении пи­сательских рядов: потеря 140 писателей, погибших на фронтах Отечественной вой­ны, - тяжела. Надо ее возместить, шире привлекать новых авторов. Должна быть шире развернута литературная критика, нужно способствовать выявлению различ­ных мнений и оценок художественных про­изведений, бированных поэтических имен и не заме­чать новых имен. Л. Сейфуллина в своем кратком выступ­лении говорит о некоей инерции наших из­дательств и журналов, печатающих осо­бенно охотно апробированных авторов даже в тех случаях, когда они дают сла­бые произведения. Эта инерция находит, по мнению Сейфуллиной, свое отражение и в критике, которая часто восхваляет восхваленное и проходит мимо недостат­ков произведений общепризнанных авто­ров. ЗАПЕЧАТЛЕТЬ ЧЕРТЫ СОВРЕМЕННОСТИ тие. Мне кажется, что при залечивании душевных ран литература должна быть рукопожатием, а не валерьянкой. Поэма Антокольского «Сын» - это ру­копожатие, а повесть Симонова «Гордый человек» -- о том, что еще ничто не кон­чено и ты еще можешь выйти замуж за главного инженера завода, пусть туберку­лезного, но хорошего человека, - это не рукопожатие, а валерьянка. Симонов очень чуткий писатель. «Жди меня» было написано в очень нуж­ный момент, и Симонов этот момент по­чувствовал. Но когда он переделал «Жди меня» в растянувшееся на четыре акта драматическое произведение, ничего из этого не получилось. Главное для литера­туры - открывать людям большие, глу­бокие истины, укреплять их оптимистиче­ское мировосприятие. Этот оптим птимизм - выражение высокой идейности и большого духовного богатст­ва. Поэтому литература должна быть сейчас очень интеллектуальной, она дол­жна ставить острые вопросы, давать боль­ше пищи для размышлений. Поэтами, -- говорит далее М. Али­гер, -- за годы войны сделано очень мно­го настоящего и бесконечно дорогого ка­ждому, кто любит поэзию. В частности, мне кажется, что Твардовский даст еще очень, очень много всей нашей литерату­ре: то, что он сказал и обещает сказать в дальчейшем в «Теркине», стоит очень многих замыслов и осуществленных на­мерений. Очень сбогатила нашу поэзию и работа Маршака за годы войны: значи­тельная часть этой работы еще не изве­стна читателю - Маршак перевел огром­ное количество произведений английских поэтов и в том числе перевел сонеты Шекспира. - Основное, что мы должны делать, подчеркивает в заключение М. Алигер, это говорить, писать и думать о больших чувствах, НАШИ ПЕСНИ БУДУТ ЖИТЬ МНОГИЕ ГОДЫ лов, пока тот или иной писатель не обра­тится непосредственно клюдям, горячоза­интересованным в судьбах литературы, как это сделала, например, Галина Ни­колаева, стихи которой опубликованы в журнале «Знамя». A. Прокофьев говорит о создании репер­туара для колхозной самодеятельности и эстрады. Из-за недостатка квалифицированныхсил на этом участке нередко процветает хал­тура. Подробно останавливается А. Прокофь­ев на стихах, посвященных Ленинграду. … Можно с уверенностью сказать,--го­Анализируя произведения О. Берггольц, А. Прокофьев подчеркивает, что ее стихи этого периода полны искренности эмоции и вдохновения, Но Берггольц, как и неко­торые другие поэты сосредоточена на тиве страдания, бедствий людей осажден­ного города. H. Тихонов месяц за месяцем публико­вал в «Красной звезде» свои дневники из осажденного Ленинграда, вошедшиечастич­но в книгу «Ленинградский год». Это были записи о борьбе Ленинграда, проник­да, нутые любовью и яростью, и читат их и читать их было интересно и поучительно. Это не о было любованием страданиями. A. Прокофьев критикует ленинградский дневник В. Инбер. По его мнению, мир, показанный в нем, мал и не передает вои­стину железных дней и ночей Ленинграда, В. Инбер хронологически регистрирует события, и взгляд ее -- взгляд наблюда­теля, а не активного борца, каким факти­чески являлась она в эту трудную пору. ворит он, что в дни, когда вся страна жила судьбой Ленинграда, не было в Рос­сии поэта, который не откликнулся бы стихом, адресованным городу-герою. Говоря о фольклоре, А. Прокофьев под­черкивает:--Народное творчество, связан­ное с Великой Отечественной войной дол­го будет привлекать внимание наших пи­сателей, ибо общение их с народом в эту войну было как никогда тесным и дейст­венным. Отечественная война дала громад­ный толчок развитию фольклора. СОВЕТСКАЯ ПОЭЗИЯ ДОСТИГНЕТ БОЛЬШИХ ВЫСОТ и в чертамичто с но - Когда мы говорим о поэзии советско­го народа, особенно о ее работеуже кой значительный отрезок времени, как Отечественная война, надо говорить о рабо­те нескольких поэтических поколений подчеркивает С. Васильев. Наша поэтическая критика очень слаба плохо отражает процесс, происходящий поэзии. Есть считанные статьи, вызвав­шие живой интерес литературной общест­венности. Это статья П. Антокольского о Тихонове, «просторная», страстная, может быть пристрастная, может быть ошибоч­ная, но интересная; статья Сельвинскогоо покойном Уткине, горячаяи взволнованная. у нас написано о Симонове? Си­монов талантлив, энергичен, чуток к зап­росам времени, Велики его заслуги как публициста. Для нас, поэтов, особенно важны стихи Симонова. В его творчестве, моей точки зрения, есть некий рациона­лизм. Лирическая поэзия Симонова не бе­зупречна, ей недостает целомудренности. Значительное явление поэзии«Василий Теркин» Твардовского. Твардовский - прекрасный поэт, талантливый, великолеп­владеющий языком ион напишет много замечательных произведений, Но его поэ­ма о Теркине не удовлетворяет меня с точки зрения построения сюжета, В ней события нанизываются одно на другое, не развивая сюжета поэмы, а лишь бесконеч­но продолжая ее, По этому же принциу была построена его поэма «Страна Мура­вия» и в «Василии Теркине» поэт повто­ряет себя. Мы много говорим о качестве нашей литературы, которая должна стать достой­ной нашего народа. Если среди нас не появился еще Пушкин, то у всехнасесть страстность и горячая вера в то, что на­ша поэзия достигнет больших высот. H. Панов посвящает свое выступление поэтам-краснофлотцам, творчески проя­вившим себя за годы Отечественной вой­ны. Союз писателей должен позаботиться, о творческой помощи им. Поэты млад­шего поколения равняются на мастеров советской поэзии, и это возлагает на на­ших квалифицированных поэтов особую ответственность за качество их собствен­ного творчества, Говорит ли критика прямо и откровен­но об этой ответственности старшгих пе-

А. Суркова эстонцы и узбеки горят общей ненави стью к врагам родины, стремлением к строительству новой жизни. От имени ССП Латвии, Эстонии и Лит­вы к. Краулиныш высказывает пожелание чтобы правление ССП СССР командиро­вало в братские республики поэтов и про­занков, которые, ознакомившись с языком. историей и нравами народов, серьезно за­нялись бы переводами произведений брат­ских литератур. Национальная комиссия Союза писателей должна систематически рассылать в республиканские отделения со­юзов подстрочники лучших произведений братских литератур. И наконец следует организовать выпуск ежемесячного бюл­летеня, информирующего о важнейших яв­лениях литературной жизни республик Со­ветского Союза. Вопрос перевода был одним из основ­ных и в выступлении А. Усманова(Башки­рия). Отсутствие переводов башкирской литературы на русский язык приводит к тому, что не только то многое, что созда­но за годы войны, но и произведения вы­башкирских писателей - Сайфн Кудаша, Маджита Гафури, Рашита Нигма­ти, Ханиф Карима неизвестны широко­му советскому читателю. Альманах «Дружба народов» не отражает с до точной полнотой все, что делается в многонациональной советской литературе. А. Усманов поднимает вопрос о созда­нни литературно-художественного журна­ла, вокруг которого группировались бы квалифицированные писатели и молодые силы башкирской литературы. A. Усманов информируеr пленум о ра­боте писателей Башкирии в дни Великой Отечественной войны. Тов. Корняну (Молдавская ССР) оста­навливается на истории Молдавии и го­ворит о том, что тормозило процесс развития молдавской культуры. Он знако­мит пленум с состоянием советской молдавской литературы, ее новыми произ­ведениями: пьесой Л. Деляну «Андрей н Светлана», стихами Е. Букова, пьесой дра­матурга Барского, написанной по мотивам народного творчества с работой прозанков Чабана, Кана и др. Тов. Корияну говорит о необходимости создания журнала, В прениях приняли участие И. Розанов, В. Герасимова. С большой речью высту­пил Д. Поликарпов. ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ СЛОРА H. ПОГОДИНА и А. СУРКОВА Затем выступили с заключительными словами Н. Погодин и А. Сурков. Отвечая ряду ораторов, сделавших кри­тические замечания по поводу отдельных положений его доклада, Н. Погодинкате­горически опровергает упреки в том, буд­то бы он излишне придирчив к молодым драматургам. Н. Погодин подчеркивает, что в своих обвинениях по адресу А. Арбузо­ва и А. Гладкова он исходил исключи­тельно из принципиальных идейно-художе­ственных требований, пред являемых еегод­ня к советской драматургии. A. Сурков в своем заключительном сло­ве отметил, что некоторые участники пре­ний справедливо упрекнули его за излиш­не беглый доклад о поэзии. Эта беглость явилась результатом стремления доклад­чика охватить большое количество лите­ратурных явлений. Вероятно, было бы бо­лее правильно ограничиться кругом от­дельных тверческих вопросов. Преобладающая часть поэтов, - го­ворнт А. Сурков, вышла из войны, не только проверив себя граждански, как люди с хорошей общественной закалкой, широким и точным взглядом в будущее но и проверив себя, как мастера-поэты. Наш народ, победивший в войне, со­зрел для того, чтобы сейчас, перед ли­цом нового этапа жизни, душа его - ве­ликая, благородная и ясная - была вы­ражена в поэзни с подлинной глубнной и предельной широтой. Затем с заключительным словом высту. пил Н. Тихонов, 

  

О растуших творческих связях москов­ских писателей с писателями, живущими в краях и областях Советского Союза, го­ворит А. Карцев Он указывает на недоста­точное вниманиекритики кпроизведениям, выпускаемым областным тными издательствами, а также на бедность критических кадров на местах. ПРОБЛЕМА ПЕРЕВОДОВ

Со всей остротой был поставлен в вы­ступлениях писателей представителей братских республик вопрос о переводах. - Я заранее прошу прощения. у поэ­тов-переводчиков,- заявил Камиль Сул­танов (Дагеслан) что осмеливаюсь как Они не нуждаются вза­бы защищать их. щите. Но когда речь заходит о литерату­ре народов СССР, у нас часто говорятдающихся поэтах-переводчиках недостаточно уважи­тельно, А надо ли доказывать, как необ­ходима, важна и, в большинстве случаев, доброкачественна их работа. Даже тогда, когда поэт-переводчик не знает языка, ес­ли ему удается постичь дух оригинала и если ему близка творческая индивидуаль­ность писателя - его перевод удается, В одном Дагестане, например, 38 языков, есть аулы, языка которых не понимают жители соседних аулов. Но если именнов талантливый поэт, таком ауле появится разве он не достоин быть переведенным? Адалис, например, не зная языка, перево­дила аварских поэтов и перевела превос­ходно. Прекрасны переводы Звягинцевойс армянского языка. Аварцы восхищаются переводами Тихонова и спрашивают, неу­жели он владеет их языком? А Липкин? Его переводы проникнуты духом Востока, Эти поэты глубоко чувствуют писателей, которых переводят - вот чем обусловле­на их удача, Если надо критиковать от­дельные недостатки в переводахс языков народов СССР, то в целом работа поэтов­переводчиков заслуживает глубокого ува­жения и признания. Далее, К. Султанов обращает внимание на одно отрицательное явление, укоренив­шееся в последнее время, в частности, в литературе Дагестана. Есть литераторы, нищущие о Дагестане по-русски, Их не печатают в центральных издательствах, но для них щироко открыты двери в изда­тельствах Дагестана, хотя их произведения заслуживают самой жестокой критики. Примером могут служить книги Р. Фатуе­ва, в которых увлечение автора псевдо­экзотикой приводит к искажению действи­тельности. С другой стороны, русские писатели, ных издательствах. Они находятся под эгидой дагестанской газеты, которая об­ясняет недостатки тем, что они создавались в напряженных усло­виях. Но можно ли этим обяснять халту­ру? Разве «Ленинградские рассказы» Н. Тихонова, или «Народ бессмертен» Грос­смана были написаны на курорте? Секрет тут прост - редактором газеты является что редактировал книги тот же человек, Трунова и Фатуева. Это, разумеется, част­ный случай, но с такими явлениями мы обязаны бороться. нов, чтобы национальная комиссия Сою­за писателей. подобно областной комис­сии, вызывала писателей с мест и уст раивала обсуждение их произведений участием квалифицированных писателей и критиков и чтобы альманах «Дружба на­родов» превратился в ежемесячный жур­чал, на страницах которого, помимо про­изведений писателей братских республик, печатались бы критическне статьи о них. - Очень прискорбно,-говорит К. Кра­улиньш, выступавший от имени писа­телей Прибалтийских республик, что ла­тышский народ так мало знаком с лучши­ми произведениями украинских, азербайд­жанских, туркменских, армянских, эстон­ских, литовских писателей и что так мало произведений латышских писателей пере­ведено на русский и тем более на бело­русский, таджикский и другие языки на­родов СССР. Народы братских республик должны не только знать, но и видеть в художественных произведениях, как глу­боко волнуют писателей Советского Сою­за одни и те же проблемы и цели; что украинцы и казахи, латыши и белоруссы,

вопросам драматургии, - В основе доклада Погодина, - ска­зал Ю. Юзовский,--требования литератур­ного качества, хорошего вкуса и т. п. Но доклад этот, подчеркивает Ю. Юзовский, не отражает реального соотношения сил и процессов в драматургии. Выше всего должно быть поставлено стремление дра­матурга уловить реальные жизненные яв­ления. - 15 лет назад, говорит Ю. Юзовский, когда в литературу входили Погодин и вишневский в театре шли пьесы Файко Олеши, Афино прониОлеши, Афинс финогенова и др., главенствовала еен Но эта роблема чхо тема интеллигенции. Но эта проблема ухо… дила со сцены, и новые драматурги Пого­дин и Вишневский привели на сцену ра­бочих, крестьян, красноармейцев … реаль­ных персонажей эпохи. Сейчас в драматургию привнесен новый жизненный материал, Например, моряки в пьесе Крона «Офицер флота» уже непохо жи на героев пьес Вишневского, За эти 15 лет произошли серьезные сдвиги: лю­ди, которые строили пятилетки в пьесах Погодина или боролись за советскую власть в пьесах Вишневского, создалины­нешнему поколению возможность жить и работать в иных условиях. Сотни тысяч и миллионы молодых людей овладели за эти годы огромной культурой, Это уже люди иной психологии, иного склада, И молодые драматурги пытаются показать Ю. Юзовский посвятил свое выступление их в своих, пусть еще очень несовершен­ных, пьесах. Советские люди всегда живут завтраш­ним днем. Мы только что закончили большой исторический период, а думаем о завтрашнем дне, Эта мысль о бу­дущем должна лежать в основе нашей литературы. Вот с этой точки зрения я и что главное -- не скрупулезный считаю, разбор недостатков того или иного а умение видеть тенденцию, которой надлежит будущее. произведения, при… О «ДОВОДНЕ» ЗОЛОТА ЛИТЕРАТУРЫ



ХУДОЖЕСТВЕННО­ИСТОРИЧЕСКОЙ КМИГЕ

Много внимания уделено было на пле­нуме проблеме советской художественно­исторической литературы. В частности, говорил об этом С. Голубов. Одна из главных задач исторических романистов­в том, чтобы обяснить, как сове шилось превращение прошлого в настоящее. Исто­рические романисты в известной степени умеют обяснить настоящее прошлым. Но это лишь первая и более легкая часть де­ла. Значительно труднее осветить это прошлое предвидением, предощущением будущего. С этой-то трудностью и долж­ны справиться исторические романисты. Говоря о герое художественно-истори­ческого произведения, С. Голубов подчер­кивает, что для исторического романиста герой должен быть выразителем духа описываемой эпохи. К сожалению, не все наши исторические романисты отвечают этому требованию. С этой точки зрения C. Голубов резко критикует роман К.Гам­сахурдиа «Давид строитель». Придворные интриги, детали военных столкновений и обильный реквизит - вазы, чаши, драго­ценности, оружие - заполняют страницы романа. Народ, вынесший на себе тяжесть битв и последствия придворных интриг, его труд, кровь и слезы не занимают ав­тора. Эпоха, показанная столь внешне и поверхностно, остается нераскрытой. Отрицательную оценку дает С. Голубов и последним романам С. Сергеева-Ценско­го «Брусиловский прорыв» и «Пушки вы­двигают». Их недостаток, по мнению C. Голубова, возникает главным образом вследствие упрощенного понимания авто­ром его задачи: вдохновившись духом ге­ройческого самопожертвования, который владел значительной частью русской армии в период войны 1914 года, Сергеев-Цен­ский затушевал общ общественный конфликт того времени.

- Наша поэзия, - говорит Е. Долма­товский, оказалась подготовленной к войне. Она стала на службу родине. Есть песни, живущие сейчас - и я думаю они будут жить многие годы, Это «Свя­щенная война» Лебедева-Кумача, «Города и хаты» Исаковского, «Смелого пуля боится» Суркова. Эти песни были напи­саны через час после выступления това­рища Молотова, и мы прошли c ними всю войну и сейчас мы поем их. Очень важно, что во время войны унас звучали голоса всех поэтов, независимоот того, кто из них был на фронте, а кто в тылу. Характерно, что в совершенно но­вом и знаменательном качестве проявила себя Анна Ахматова, Ахматова показала себя как глубоко современный поэт. Считавшийся книжным П. Антоколь­ский стал поэтом со многими трибуна, которые подняли и возвысили его. Политически остры и актуальны новые вещи Демьяна Бедного, В новой форме показал себя Маршак, Многое сде. лано за эти годы Михалковым. Хочется вспомнить поэтов, погибших на войне, Джека Алтаузена, Лебедева, Стрельченко и многих других, которые проявили себя доблестными воинами не только в своем творчестве, но и в жизни. Во время войны немцы захватили огром­ную часть нашей территории. Но нашу культуру, нашу литературу, нашу поэзию они не могли сломить, Они не смогли от­нять у нас ни одной песни. Я собрал пес­ни, которые пели наши люди на оккупи­рованной территории и в немецкой катор­ге. Это огромный фольклор, пасчитыва­ющий до 300 песен. Почти все они созда­ны на канве наших популярных советских песен. Это тоже заслуга советской поэзни. Наша поэзия приобрела широкий между­народный резонанс: советских поэтов пере­водят польские, болгарские, югославские поэты, по литературе нашей узнают нашу страну за рубежом. Мне кажется, что сейчас наступает пе­риод особенного расцвета нашей литерату­ры,

С интересной речью выступил в послед­ний день прений П. Бажов. - В добыче золота, особенно рассыпно­го, важная роль в старательских артелях принадлежала так называемым доводчи. кам, т. е. тем, кто проводил последний этап отбора золотого песка. Это были са­мые опытные старатели, знавшие все сор­та золота, почти точно различавшие рас­пределение весомости золота, его пробу, Но у нас, на Урале, земля не столько зо­лотая, сколько пестрая, И однажды, по­мимо установившихся уже сортов, была обнаружена новая группа совсем белого золюта, Сначала возник вопрос… куда его отнести? Обратились в контору. Там не принимают: нам такого не надо. По­том нашлись люди, которые стали пробо­вать: обмакивали в хлорное золото, за­тому что они могут оказаться дорожезо­лота. Я хочу сказать, что главной заслу­гой нашей критики должно стать умение крепляли купоросом, Сначала за эту бе­лую крупу платили по 2 копейки, потом по 8, потом по 40,а потом оказалось, что эта крупа в 8 раз ценнее золота: это бы­ла платина. 100-150 --200 лет сбрасывали, как негодные, черные шлихи. А когдаста­ли проверять эти шлихи, в них оказались редкие металлы, во много раз превосходя­щие по ценности золото и платину. В нашем золотом деле - в литературе роль «доводчиков» огромна Всеизменилось вокруг нас, а мерки часто остаются ста­рыми. Появится какое-нибудь литератур­ное произведение, подходят к нему соста­рой меркой, прикладывают не золото. Ну и что же, что не золото? Может быть это шлихи? И наши литературные довод­чики обязаны всячески стараться отыски­вать эти шлихи, изучать их свойства, по­отыскивать то новое, что ежедневно рож­дается в нашей советской литературе.

И л

ЛИТЕРАТУРА ДОЛЖНА БЫТЬ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ -В последнее время, когда победа ста­новилась для нас все более явственной в своих очертаниях,-говорит Маргарита Алигер, - я очень много думала о том, каково будет назначение нашей литера­туры, каковы будут ее задачи и обязан­ности. У нас была распространена мысль том, что литература должна стать великим утешителем, что она должна ска­зать людям какие-то слова, помогающие их душам Есть люди, которые в минуты потрясений прибегают к помощи валерь­янки, но мне ближе другого склада люди, которым в тяжелую минуту больше помогает горячее, дружеское рукопожа-

О ТЕМАТИКЕ ПОЭЗИИ Ряд вопросов поэзии ставит в своем вы­ступлении А. Прокофьев. Он говорит о том, что часто писатели, работающие вне крупных центров, выпадают из круга зре-

Единодушно, дружными аплодисментами встретили участники пленума предложение послать приветствие товарищу Сталину. Весь зал, стоя, горячо аплодируя, при­нимает приветствие любимому вождю наро­дов, великому полководцу, лучшему дру­гу советской литературы Иосифу Виссари­оновичу Сталину.

ния литературной общественности и они не попадают на страницы столичных журна­ред младшими? Некоторые критики при­выкли жить в мирке двух десятков апро-

ЗАКЛОЧИТЕЛЬНОЕ СЛОВО ТИХОНОВА шей частью это поэты высококвалифициро­ванные и преданные своей работе. Они работают много и плодотворно. Но знаем, что успешнее переводит тот, мы кто имеет дело не только с подстрочни­ком, но хорошо знает и все творчество переводимого поэта, и литературу, жизнь его народа со всеми ее особенно­стями. Чем шире и глубже дружеское общение между автором и переводчиком, тем успешнее результат работы. Но мы знаем и других переводчиков, у которых за отсутствием возможностей прямого соприкосновения с автором выра­батывается невольно хладнокровный, ре­месленный подход к переводимому произ­ведению, Бывает, что крайняя спешка в этой работе приводит к очень плачевным результатам. Недостаток точных сведений, неясность представления о творчестве пе­реводимого автора затуманивают лицо поэта, Так, например, дагестанский поэт Гамзат Цадаса известен как автор по­пулярных басен. При переводе на русский язык у одного переводчика эти басни сделаны под Крылова, у другого под Маяковского, у третьего под Демьяна Бедного Вряд ли Гамзат Цадаса писал такими разными стилями свои басни, То, что характерно для дагестанского поэта, не найдено переводчиком. Стихи некоторых молодых поэтов оте чены «облаком грусти». Тема потери близ­ких, тема грусти и печали о погибших достеречь молодых поэтов, что военные воспоминания, и очень глубокопережитые, сейчас, при переходе в другую эпоху, не составляют главного во внутреннем мире поэта, Это его поэтическая биография в годы войны, занесенная на страницы лири­ческого походного дневника. И не должно быть у поэта смятенья перед мирной жизнью и ее новыми задачами, не должно казаться, что романтическая тема кончи­лась вместе с войной и начинается после высоких героических дней какой-то про­заический период будней. Наши герои перешагнули границы брат­ских славянских народов. И в Польше, и в Югославни, и в Чехословакии, и в Бол­гарии в голосах, приветствовавших ихпоэ­тов, зазвучал Маяковский, И зазвучал во весь голос, Одно это уже свидетельство­вало о том влиянии, какое оказала совет­ская поэзия на творчество западно-славян­ских поэтов. В этом явлении очень много правды. Та цельность ощущений мира, ко­торой обладал в своей поэтической приро­де Маяковский, сама говорит за себя этн­ми жизненными фактами. Когда югослав­ский поэт Радован Загович пишет свою поэму о маршале Тито, о всенародном 2герое и о борьбе югославского народа с захватчиками, он не подражает Маяков­но он идет по его пути, чувствуя, в своем творчестве он должен до­стране, о путях нашего развития, о наших взглядах на жизнь, кроме нас самих, Это налагает на нас большую ответственность. рель». Несмотря на все, что происходит с героями, ее нельзя отнести просто к приключенческому жанру. Многие говорили о национальной гордо­сти русского народа. И нет у нас причин для опасения, что речь идет о каком-то новом славянофильстве, Вся наша борьба, все наши достижения - достижения всех народов Советского Союза, впереди ко­торых идет русский народ. Это естествен­но. Мы гордимся в «Войне и мире» героя­ми Толетого. Они русские люди, Но эта наша гордость идет от их полноценного изображения, а не только служебно-сю­жетного, То, что они несут в себе, как русские люди, то, что они отлают своему веку, то они отдают будущему всего че­ловечества. Это сделало их всемирно из­вестными и любимыми. Пюэтому мы гово­рим сейчас о русском человеке с гордо­стью и гордость эту нужно раскрыть. Делами своими русский человек всему миру доказал право на нее. И литература наша должна раскрыть еще глубже все высокие качества этих дел и характера русского человека. Некоторые выступавшие указывали, что песатели мало говорили о самом главном. А что такое самое главное? Гоголь ска­зал о героях Пушкина, что это не только сама правда, но еще как бы лучше ее. Вот представим себе окоп на одном из участков центрального фронта зимой 1942 года. Сидят бойцы в окопе, Мрачно, холодно,немец впереди, через поляну, ни­вор. Он не может уловить, о чем они го­Подходит вплотную спрашивает: Как жи­вете, товарищи? Они вгляделись в него­начальство, Разговор прекратили, На воп­рос отвечают: Ничего хорошо. Ну а как настроение у вас? - Ничего, хорошю. Ну, а табачок есть? - Да маловато, поч­ти что и нет.- Ну, а водочка есть? Да маловато… Ну, а подмерзаете в окопах? Холодно? Да, уж, как полагает­ся… - Немцев-то хоть потеснили? … Да трудновато теснить-то…- Так что же вы говорите, что хорошо? Плохо живете, не хорошо. Табаку нет, водки нет, замерзае­те, немцы под носом сидят,- чего ж тут хорошего? Ну, а о чем вы говорили до меня? - Сел генерал с ними, дал бойцам папирос, слово за слово, разговорились. О чем же они там на переднем крае до прихода генерала говорили? О значении конюха в колхозе. И так как они все бы­ли с разных концов Союза, то каждый приводил свои доводы, каким должен И быть конюх. о том, как им становят­ся… Вот теперь и подумайте, что вель в каждом бличлаже, в каждомокопе.на до­роге, в госпитале народ говорил непре­рывно о самом главном. Он подводил ито­ги своей жизни, он говорил и о судьбе государства, и о судьбе своей семьи, и о скому, что стичь самой высокой цельности и самой высшей изобразительности. Это те обстоя­которых стоит подумать моло­поэтам, вступившим в литературную жизнь в зареве небывалой военной грезы, потрясшей народы. На пленуме было много разговоров об издательствах и журналах. Совершенно правильно, что журналы и издательства есть свидетельство роста и развития ли­тературы. У нас это развитие идет непре­рывным темпом. Естественно, что издатель­ства и журналы сопутствуют непрерывно­му росту литературы. Вот почему мы мо­жем приветствовать реорганизацию Гослит­издата, превращених его в еще более мощную базу для выпуска книг класси­ков и современных писателей и надеять­ся, что «Советский писатель» и другие издательства будут также реортанизова­ны для общей пользы литературы. Это должно коснуться и национальных изда­тельств и областей, Надо, чтобы в Сиби­ри снова были «Сибирские огни», надо, чтобы в Ленинграде возродилось изда­тельство «Советский писатель», чтобы писатели братских республик переводи­лись и издавались гораздо шире. Надо, чтобы ожили журналы в республиках, в частности, в Казахстане и Узбекистане. Сейчас образовались новые области: Вла­димирская, Костромская, Великолуцкая, Новгородская и другие. Там естьмолодые наших погибших на фронте товарищей. Или переиздать лучшие их произведения, Надо переиздать самое значительное из того что было написано за первые годы после Октября, в течение первой четверти советского века. но о войной, «Библиотеки поэта». Немцы со­жгли все советские книги, все старые до­революционные русские издания на окку. пированной территории. На Украине они уничтожили сочинения классиков и совре­менных писателей То же самое в Бело­руссии. Вопрос, поднятый здесь К. Крамлинь­шем об издании информационного бюлле­теня всех литератур Советского Союза, очень важен. Бюллетень крайне необхотим, и должен он издаваться не в Риге, кото­рая, несомненно, справилась бы с его из­данием, как и другие наши большие сто­личные города, но должен он издаваться в Москве: Литература--это дело жизни, а не зада­чи на разные темы, Это биография и твор­чество. Писатели не демобилизованы с фронта идеологической борьбы, которая сейчас по-особому остра Никто не рас­скажет о советском человеке, о нашей На Западе уже появляются произведения, авторы которых пытаются представить со­ветских людей перед мировым читателем в меру своих толкований, под тем углом зре­ния, который им выгоден. В наших кни­гах мы должны рассказать правду, выра­зить наши взгляды на то, что происходит на второй день после окончания войны в Европе, Естественно, что, излагая в худо­жественной форме передовые иден нашего времени, мы должны думать и о суще­стве художественной формы, и думать всерьез, Тогда у нас не случится анекдо­та, который произошел с мольеровским персонажем, обнаружившим с удивлением, что он всю жизнь говорил прозой. А та­кой анекдот появился у нас, когда драма­турги пришли к выводу, что драму можно считать тоже литературой, и выкинули лозунг «вернуть драму в литературу, что­бы можно было ее читать и печатать в журналах и книгах». А что же ставили тогда на сцене? Здесь говорили о значении науки очень хорошо говорили в отношении по­пуляризации науки в детской и научно­фантастической литературе. Но этот воп­рос стоит и для всей литературы, Не бу­дем забывать, что быт советского челове­ка насыщен достижениями передовой науки двадцатого века, Нельзя обеднять жизнь советского человека. Герои прошлого века ратуре их внутренний мир в сравнении с Союзе, с его передовой техникой, разви­тием знаний, открытиями. Разве солдат двенадцатого года мог летать? Разве он знал танк? Или все хитрости подводного плавания? Мы не унизим толстовского Ту­шина тем, что скажем, что его правнук, служащий в советской артиллерии, новый капитан Тушин, сохраняя героические чер… ты своего далекого предка, гораздо слох нее его, как характер. и Мы говорили и о приключенческом ро­мане, и о том, как он нужен нашему юношеству. Но не будем забывать, что наша жизнь переполнена самыми фанта­стическими приключениями. Если мы про­ведем нашего героя только по схеме при­ключений, то, может быть, этого будет достаточно для среднего приключенче­ского романа. Но и большая лите­ратура не должна отбрасывать всю сложность тех временами почти фан­тастических событий, которые проис­ходили со многими советскими людьми в годы нашей небывалой борьбы, Пусть не отпугивает писателя то обстоятельство, что биография современного человека изоби­лует сильными и многочисленными собы­тиями приключенческого характера. При­мер: повесть Кожевникова «Март Ап-

Наш пленум состоялся в исторические дни, полные огромных событий. Он не был итогом всего, что сделано писателями за время войны, Такие итоги можно былобы подвести лишь на сезде писателей. Наш пленум не был парадным. Мысосредоточи­ли свое внимание на задачах, стоящих пе­ред литераторами в ближайшембудущем. Но мы не могли не говоритьобовсем, что сделано во время войны. Поэтому в на­ших долгих прениях можно было слы­шать разные голоса. Мы говорили обо всем сразу. И о том, что делал каждый из нас вчера, и о том, что каждый из нас думает делать завтра.

колхозе, и о заводе. Помимо того, чтоон стрелял, наступал, наводил мосты, строил гати, он был еще и философом. С нена­вистью своей, с горем своим он прошел путь от Волги до Шпрее, но и с песней, и с народной шуткой, но и с мегким на­родным словном он не расставался в этой дороге. Так что, сказав про него народ-богатырь, мы как бы стдали ему должное, но на самом деле богатырских то черт его в подробностях не привели. И получается у нас иногда,что писа­тель, изображая советских людей, с ору. жием в руках защищавших свою родину, не идет дальше того места, где бойцы на его вопрос отвечают: ничего, хорошо, И тут рука его останавливается, На дискус­сии о драматургии один драматург при­знался, что ему мешает писать «внутрен­ний редактор», который сидит в нем самом. Это уже самоограничение и внут ренняя узость. Прав Малик Габдуллин, приводя слова фронтовиков, обращенные к писателю, изображающему их односто­ронне, «Мы гораздо сложнее может быть, мы хуже, но мы интереснее». Тут говорили о желании писателя по­пасть в яблоко темы, о снайперстве в ли тературе. А ведь это значит, что кто-то дал мишень писателю, между тем писа­тель должен выбирать цель, не ожи­дая подсказанной темы, как мишени для упражнения. Заданность не есть необходи­мость, случайный выстрел не явление. У нас должно быть много тем и очень важ кухарок, оно починает все круги сыва седень Поэтому, когда говорят, что появится Пушкин и все станет ясно, нало усло­виться: Пушкин не появится, Появится другой, уже Лермонтов говорил: «Нет, я не Байрон, я другой», Вот этот другой будет новым, Горького не называли вто­рой Чехов. Явление нового огромного пи­сателя никак не снимает ответственности с самого маленького мастера, Зачем нам самоунижение, ведь других писателей, кроме нас, в Советском Союзе за эти 27 э лет нет и не было, Мы отвечаем за все годы. И за будущее 25 лет назад один литератор написал статью под названием «Я боюсь», Он бо­ялся, что у русской литературы одно только будущее ее прошлое. Каждый из нас сегодня может сказать: «Я не бо юсь за русскую литературу, за советскую литературу и за ее будущее, Она дока­зала свое существование своими делами. Белинского: Но мы должны помнить острые слова и роскошь ума». «Литература - наслаждение

В речах выступавших чувствовались и неудовлетворенность сделанным, и беспо­койство писателя о самом главном в его работе, и ощущение новой грани времени. Война только что кончилась, естественно, что мы разбирали произведения, главным образом, посвященные войне. Естественно было сегодня вспомнить все, что сделано советской литературой с пер­вых ее дней, Новое состояние мира, вели­кую победу нашего народа, мы снова ощущали, как торжество творческих ндей Октября. На пленуме проявилось с новой силой единство советской литературы, чувство семьи единой, выступало много писателей братских республик, Нашу дружбу мы скрепили на всех фронтах кровью и об­щей работой, Мы соединили души для Сегодня мы прорвали списочный фронт, и стало ясно, что мы богаче, чем нам каза­лось. Сегодня мы обсуждали целый ряд про­изведений, романов, повестей, поэм, сти­хов писателей и поэтов братских народов, которые в переводах стали широко извест. ны советскому читателю. Наше единство -- залог громадного раз. вития советской литературы в ближайшем будущем, литературы, обогащенной всем, что пережил советский народ в годы испы­таний. Наши дружеские связи мы должны углу… бить и продолжить. Надо, чтобы каждое значительное произведение братских лите­ратур немедленно становилось достоянием самого широкого читателя. Мы посвятили много времени на пленуме вопросу о переводах. У нас имеется мно­жество превосходных переводчиков. Боль­(Сокращенная стенограмма) Литературная газета 2 №

Ум - вот что особенно нужно сейчас литературе, Ум и широта, честность и вдохновение в служении народу и перс­довым идеям нашего сталинского века.