р

oe

Слава нашему великому народу, народу-победитёлю!
Пусть здравствует и. процветает наша Родина!

 

Митин: в aise советских писателей СССР

Вместе со всей страной советские писатели празднуют блестящую победу Красной
Армии над японским агрессором. 4 августа в. Союзе писателей состоялся митинг,

посвященный разгрому Японии н окончанию

второй мировой войны.

Митинг открыл Вл. Бахметьев. С взволнованными речами выступили: генерал-

лейтенант А, Игнатьев, А, Твардовский, Е,

Долматовский, Поэт А. Яшин прочел сти-

хотворение, посвященное великой исторической победе.
Собравшиеся обратились с приветствием к вождю народов товарищу. Сталину.

хх. к Хх
“Ba. БАХМЕТЬЕВ

 

Сталин привел нае

3 сентября вся наша страна торжествовя-.
ла по случаю полной победы над ‘фашист-
ской Японией.

Вслед за разгромом гитлеровской Герма-
нии наша Красная Армия и Красный Флот
рука об руку с союзными армиями повергли
в прах второй очаг фашизма—на Востоке.

«Отныне мы можем считать Нашу ©т-
чизну избавленной OT угрозы немечкого
нашествия на западе и японского нашест-
вия на востоке. Наступил ee. wre
для народов всего мира».

В эти славные-дни мысль наша невольно
устремляется к далекому прошлому, когда,
сорок лет назад, хищническая Япбния втай-
не, без об явления войны, напала ue Manly
страну.

Кто, подобно людям нашего поколения,
был свидетелем переживаний солдат, рабо-
чих и крестьян, возвращавшихся <’ ‘полей
Маньчжурии; тот знает. с какою тяжестью
на сердце приняя тогда’ нарол весть 9 по-
ражении в русско-японской войне. }

В 1918 голу, после установления совет”
ского строя в нашей стране, та же разбэй-
ная Япония вновь напала на нас, вторглась
на Дальний Восток, стремясь обэссилить
наш народ, захватить Дальневосточный край
и Восточную Сибирь, разгромить наше осво-
бодительное движение.

Я вместе с многими другими товарищами  
находился тогда в Сибири, участвуя в рабо-  
те партийных и советских ее организаций.
И нам, занятым борьбою с белогваолейцами
и интервентами. каждый удар. Японии © во-
стока поистине был ударом в спину!

Но, как ни была сурова обстановка: тех
лет, наш народ, наша молодая Красная
Армия справились с японскими захватчика-
ми и выбросили их из районов Дальнего Во-
стока.

Однако, как известно, Япония на поотя-
жении всех последующих десятилетий, ко-
гда советский народ занят был мирным стро-

к победе, к к миру!

ительством, бряцала брУЖиЕМ на наших. гра-
  ницах. М не только бряцала, но и поззоля-
  ла себе бешеные наскоки и’вылазки: Одна-
ко Россия была уже не прежней: Япония
навеки запомнит наши уроки в районе ‘озера
  Хасан, Халхин-Гола и нынешний грозный
  урок, когда под сокрушительными удара-
  MH Красной Армии, армии - победительни”
‘цы. страна «восходящего» фашизма tana
на колени.

 из нас, товарищи, с горячо бьющимся серд-
цем слушал обращенные к народу слова ве-
  ликого нашего вождя, нашего родного
Иосифа Виссарионовича Сталина,
Счастливы поколения, живущие в эпоху
Сталина. и нет слов, которыми мы могли
бы вполне выразить ему, вождю и учителю,
  наше, преклонение. и преданность, .

постью его руки. Е
Мы славим полководческий : гений
Сталина. его неслыханный. в истории рево-
Люций организаторский .дар. мы славим: -Be-
личественный трул нашего вождя, нашего
кормеего, который вел и привел к берегам
победы наш государственный корабль.

Снова нашему народу открыт путь мирно-
го строительства социалистического хозяй-
ства. социалистической культуры. _

Перед нами, советскими писателями,
‘встают задачи, мысль о которых должна
наполнять наше сознание святою тревогой.

Запечатлеть. творчески осмыслить только
что пережитые события во всем их вели-
чии! А впереди — новые славные дела, но-
вые подвиги труда, новые всенародные гё-
роические достижения и победы — Ha фор-
постах` социализма.

Нелегки наши задачи, товарищи, но Мы’
должны осилить и осилим их, потому что с
нами — любовь нашего народа. с нами —
мудрость нашей партии, с нами-наш Te-
ниальный вождь и учитель! :

 

 

А. ИГНАТЬЕВ :

Долгожлан

Товарищи! Мы являемся
величайших в истории _ событий. Ра
Японни и конец второй мировой войны воз’
буждают в сердце каждого сознательном.
гражданина чувство радости и удовлетво-
рения Но мы. люди старого поколения,
встречаем эти факты с особым чувством
торжества. Поражение России в войне с
Японией в 1904 году легло черным пятном
на нашу страну. Теперь это пятно
навсегда 

Как отрално было видеть, с каким бога-

тым военным опытом и техникой, с каким  
высоким моральным духом вступала наша,
японскими  

армия и наш народ в войну с
захватчиками. Сила нашей армии в ее елди-
нении с народом. Это единение суп
вует, как незыблемое завоезание Октябрь-
ской революции, и Оно для меня дороже
всего. А тогла. в 1904 году, когла я нахо
длился в рядах маньчжурской армин, этого
решающего условия победы — единения
армии с наролом — не было.

Вся многолетняя `дальневосточная

пея. завершившаяся блистательным триум-

фом созетского оружня, победой нашего

свидетелями _

CMBITO  
:   Хотелось. чтобы наши писатели, которые

цест:  

эпо-.

aa ETT

ная победа,

народа, — богатый материал для советско-
го писателя. ^

Я помню, как, находясь в Маньчжурии,  
мы разбирали по ‘листочкам «Войну и мир»
н устраивали круговое чтение, и как живо!

наше   нием работать и
восхищение его орлиною зоркостью “и {ре благороднее. — т :

 

  воевать на Дальнем Востоке?»

переживали мы вместе © героями их судь-  

 
 бу. военные события тех дней. :
Несмотря ‘на различие эпох, техники,
  тактики есть в нашем русском военном де-
ле что-то духовное и душевное — вечное.
  работают и. разумеется, еще много будут
работать над темами второй мировой войны,
’ постарались бы правдиво передать вот этот
  воинский наш талант.
Ликуя мы вспоминаем и чтим славных
  героев нешей отчизны, 40 лет покоящихся’
‘в манькуоской земле. Красная Армия
  своими гатными подвигами возавигла уже,
‚этим тезоям чудесный монумент. Наш -ве-
`ликчй нарол еше увековечит память. сынов,
павших в боях за ‘родину. М советские пи-
  сатели, воскрешая образы и дела Великой

Отечественной. войны. создадут. -художест-
зенные произведения, достойные памяти
героев. ‘

 

Голос писателей „Ленинграда —

ЛЕНИНГРАД. (От наш. корр.). Ленин-
градские писатели собрались в доме  
имени Маяковского на торжественный ми:
тинг. Они пришли выразить чувства, овла-
девшие каждым советским гражданином,
когда великий Сталин обратился к народу
по случаю победы над Японией и наступле-
ння мира во всем мире.

Митинг открыл И. Никитин. Слово пре-
доставляется Михаилу Козакову-

— Не первый раз в этом счастливом го-
ду, — говорит М. Козаков, — мы спешим
на радостные митинги, посвященные вели-
ким победам Красной Армии. Сегодня ка-
питулировала Япония, полностью разгром-
лен очаг мирового фашизма, мировой агрес-
сии на. Востоке.

М. Козаков говорит © благородных за-
дачах, стоящих перед писателями в после-
военный период — период торжества пра-

  вого дела, во имя которого сражался
трудился советский народ: .

О новом боевом торжестве ‹оветского
оружия на Дальнем Востоке говорил фрон-

и

товик А. Бартен. Огромная  квантунская
армия, сказал он, разгромлена не только.
танками, самолетами, но и высокой MO-

ральной силой, которую несла ‘на’ своих
знаменах Красная Армия, и сегодня мы по-
вторяем слова, которые произносили бойцы

на всех фронтах: «Там, где Сталин, — там
победа!»
С речами выступили также Bb, Рест,

П. Туганов. Илья Садофьев. Людмила. По-
пова и Георгий Трифонов прочитали сти-
хи. посвященные победе и вдохновителю
победы — товарищу Сталину.

С большим под’емом митинг ленинград-
ских писателей принял ° приветствие
товарищу Сталину. Е

 

 

 

  но из величайших

А. ТВАРДОВСКИЙ

Великие. итоги
° нашей борьбы

События, которым посвящен наш митинг,
трудно cpasy осмыслить, и TeM более
трудно выразить словами свби ‘чувства.
Речь идет о судьбах мира, об особом пово-
роте в жизни народов всей нашей планеты.
Шесть лет и один день
войны, которая в свою орбиту

го стоили человечеству. Когда мы  гово-
рим об этом; то обращаемся, ‘естественно,
к судьбе советского народа. В эти радост-
ные дни память невольно воскрешает не-
давнее суровое прошлое. Страшно было
глядеть на карту родины в 1942 году.

Но мы не только отстояли свою незави-
симость и разгромили противника на Западе

В день всенародного торжества каждый  и на Востоке; мы вышли из борьбы еще

более могучими, сильными. Таков знамена-
тельный факт, великий итог нашей борьбы.

От нас требуется сейчас работа еще бо-
лее самоотверженная, более горячая. И я
закончу мое краткое выступление пожела-

темпераментнее #
\ ‘

A примером того, как надо работать,
всегда будет нам смужить самый великий
войн из всех воинов и самый великий тру-
женик из всех тружеников — товарищ
Сталин, о котором мы думаем. с признатель-
ностью и ‘любовью, когда говорим о нашей

победе.

 

 

fer, ДОЛМАТОВСКИЙ

Быть достойным
подвига народа

В воскресенье говорил товарим
Сталин, и у каждого из нас было такое ощу-
щение, будто кончилась одна эпоха и насту-
пает другая. И это, конечно, верно. Когда
наша страна победила Германию, мы пони.
мали, что это еше не полный мир, пока пы-
лает очаг агрессии на Дальнем Востоке. Но
мы твердо знали, что лолгожданный мир
будет завоеван. И мы думали тогда о ста-.
линской стратегии, о нашем  гениальном
‚полководце.

Когда на Эльбе встречались мы с амери-
канцами, поздравляли друг друга с побе-
  дой. мы говорили—это еще не мир. Аме’
риканцы спрашивали нас: «Ну, как—будете
И мы отзе-
‘чали спокойно и Твердо: «Наша ap-
i MHA и наша ‘страна сделает для мира все и
добьется мира во всем мире». И вот Крас-
ная Армия вступила в войну с Японией.
Была эта война. очень короткой, И это—од-
проявлений ‚сталинской
мудрости, сталинского гения, который cy:
мел подготовить во время труднейшей вой:
ны на Западе короткий и сокрушительный
удар на Востоке. 2

Теперь наступает новая эпоха, наступает
эпоха великого расцвета культуры, искусст-
ва, нашего трудного и. почетного ремесла.
И когда думаешь ‘06 этом, то хочется толь-
ко одного: быть в своей работе, в своем

труде достойным того подвига и того тру-  

да, который OBS PIL наш народ под py-
ководством вождя.

 

    

Иллюстрации художника А. Кокорина к
«Слава храбрым» (Военгиз).

 

 

Ю. ЛИБЕДИНСКИЙ

 

КНИГА ВЫСО

О том, что в боях Великой Отечественной
войны, на передовой линии фронта люди
делаются прямее, честнее, крепче, писалось
уже не раз. Но В. Овечкину, автору повести
«С фронтовым приветом», удалось то, что
удавалось немногим писателям. Он ‹умел
приподнять завесу над тем, как именно про-
исходит этот сокровенный процесс мораль:
ного совершенствования.

После боя сержант Фомин, агитатор и
участник обороны Сталинграда, проводит
беседу < бойцами. Один из бойцов—Карже-
невский возражает агитатору, ему кажется,
что тот преувеличил значение Сталинград-
ской битвы в деле морального роста бойца.
И в ответ агитатор напоминает Карженев-
скому. что он во время сегодняшнего боя
не бросил гранату в танк.

«Из-за тебя мы двух товарищей похоро-
нили.. Ты крайний был, мог остановить
танк, а пропустил... А в Сталинграде у нас
этого не было, Карженевский. Гвардейский
закон — умирай, но товарища выручай.
Там. мы за все кровью расплатились. За
всю’ подлость, что осталась еще в таких лю-
дях. как ты. И за тех расплатились, кто
Крым бросил, на Кубань бежал. и за тех,
кто Ростов отдал без боя, ворота на Дон
открыл. Там мы, Карженевский, многое по-
няли, другими глазами смотрим теперь на
свет и на людей».

Агитатор только начал, дальше ему поч:
ти добавлять не пришлось. Бойцы один за
другим производят суровый солдатский суд
над своим товарищем. Карженевскому при-
поминают, как во время одного боя он где-
то в окопе отлежался, другой раз ссылкой
на устав попытался оправдать свое шкур-
ническое поведение во время разведки.
«С ним. никто не хочет на пару хлеб полу-
чать — миллиметрами буханку меряет». Су-
ров солдатский суд и очень высоки требо-
вания. поед’являемые друг другу. Присут-
ствующий при беседе замполит полка ка-
пятач Спивак сначала как будто вступается

  3a Карженевского и высказывает надежду,
uto «ло Беолина Карженевский может еще
  тъижды Героем Советского Союза стать».
Но кончает он жестоким предостережением:
«Если будет и далыше так воевать. по ще-
лям спасаться, свой же товариш или коман-

7 октябрь», № 5-6. 1145.

Литературная газета
2 № 38

  ~

eel

КОЙ МОРАЛИ.

дир застрелит в бою... Одним шкурником
после войны меньше останется».

С первой же страницы повесть захваты-  
вает своей жизненной правдой — кажется,
что вы вместе с капитаном Спиваком едете’
  в вагоне в сторону фронта и слушаете
обычные и безыскусственные рассказы ©
войне, о страданиях людей, о немецком
зверстве — рассказы, которые автор сумел
так передать, что они как бы сливаются в
одну мелодию, в которую вдруг резким
диссонансом врываютсл олнообразные сен-
тенции одного из пассажиров: «все рав-
HO — война». И дождавшись, когда пасса-
жир три раза под ряд оправдал этой сентен-

 

Спивак решительно вменливается в разговор:

«Война, все равно»... Мой брат пулемет-
чик Иван Спивак мог сказать — все равно
погибать, когда не осталось ни одной лен-!
ты..: «погибать, говорит, так с музыкой»!
и кинул гранату в ящик < немецкими ми-!
нами. А к чему ваше выражение OTHO-  

  ское рассуждение... «Война — все дозволе-
но». Кто это сказал?; Даже в самые тяже-
лые дни, когда отступали мы, когда к Вол-
ге немец нас прижимал, и то за такой ло-
зунг следовало бы... судить военным судом,
как за предательство... Если бы не мы нем-
цев- а они нас зажали там, и оставалось
нам месяц, неделю, день существовать, —
и то мы их прожили бы по-человечески, а
не по-скотски.. Первый, кто сказал это—
«все равно—война» — немец был. Немец, да.
Не по нации — так по душе...»

Так сразу в острой воинетвующей форме
проявляется в повести высокая мораль
фронтовика, и насмешника. придиру капита-
на Спивака шумно олобряет весь вагон,
поддержка эта не случайна. Ведь без вы-
сокой и суровой морали мы не смогли бы
победить.

Один из героев повести старший лейте-
нант Петренко, в прошлом — агроном, эн-
тузиаст интенсивного земледелия, принад-
лежал до войны к той категории мужей, ко-
торых жены заставляют бриться, сами по»
вязывают им гастук и одергивают * криво
подпоясанную сорочку. В армии он стал
придирчивым и требовательным командиром.
«Нужно чувство беспрекословного подчине-
ния командиру поднять в солдате над ин-
CTHHKTOM самосохранения и ‘укрепить его
так, чтобы оно стало вторым инстинктом,

 

 

цией три возмутительных гадости, капитан  

причем—сильнейшим... Он все видел, ничего
не пропускал‘ мимо внимания и не прощал:
прязный котелок бойца, пришедшего в кух-
ню за обедом, небрежную позу командира

взвода при отдаче приказания... он не уста-

вал делать замечания и выговоры, но делал’
их не нудно, не сквозь зубы. а с жаром, с
‚ чувством глубокой убежденности в TOM,
что от правильно пришитого хлястика ши-
нели солдата зависит успех ero подразде-
ления в завтрашнем бою». И в результате
такой придирчивости во всем, и в мелочах и
в крупном, ибо в военном деле мелочей не
существует, «какой-нибуль приведенный <
\ немецкой стороны «язык» показывал, что
район между железнодорожной  будкой
справа ин рощей слева, как раз занимаемый
вторым батальоном (которым командовал
  Петренко), считается у них непроходи-
мым»... Легко ли было самому Петренко, в
  мирное время мягкому.и рассеянному, про-
делать над собой подобного рода работу?
Легко ли подчиненным ему командирам
и бойцам? Конечно, очень трудно, однако
без этих усилий, без этой высокой мораль-
‚ной требовательности мы войны Obl He вы-
‚играли. И вот в итоге эти высокие мораль-
‹ ные требования стали свойственны всему
: народу, приобрели общенародный харак-

Мораль эта сама по себе отнюдь ‘не
  Нова. Воинственная и  сурово-требователь-
: Ная, она зародилась еще в тех боях, кото-
  рые партия большевиков вела против само-
 державия; ‘и ‘создателем этой ‘морали >
Ленаян, носителями — большевики-подполь-:  ре
щики. С тех пор она передавалась от одно-
го советского поколения к другому. Родив-
шаяся в великих революционных боях. эта
мораль, но самой сути своей сурово-воин-
ственная. встретилась в наших воинских ус-
тавах < родственными ей требованиями во-
енной науки, соединилась с ними и их оду-
хотворила. Вот почему и Петренко и его
друг Спивак, мало сказать, требовательные
командиры, они — знатоки уставов и ма-
стера их применения:

Капитан Спивак после ранения
домой в родной колхоз и, вернувшись в
свою часть, снова встретился с земляком
Петренко. «Как посмотрел я, Микола, на
наших коомителей, на этих солдаток и де-
тишек, на районных наших работников. в
каких условиях приходится им сейчас” начи-
нать восстановление колхозного хозяйства.
ЕЙ богу, тот же фронт, ничуть не легче...
Посеют. И трактора, какие ни есть, пашут,
и лощади, которых паши ветлазареты по-
бросали, работают, и коровами пашут, и 
‚вручную, лопатами’  копают землю.» —
рассказывает Спивак.

Что же это? — Повторение пройденного, 
трудности, подобные тем,

сится? В мутной воде рыбу лорите?,   тер.
Плюй, сори, пачкай — война. Хороший
солдат так He скажет. Это  марочер-

с’ездил

 

второй мировой ;
втянула за  
малым исключением весь. мир, очень доро-  

‘среде своей Максима Горького»,

‚го . реализма»

‚ слова о Горьком,

‚умизать, когда так
` тебя».

 

 

эбъл

 

‘ловечество,

 

Иллюстрации художника В. Щеглова к книге С.

 

м. МОРОЗОВ

 

«Я` счастлив, что человечество имеет в

 Голсуорси. «Горький, — писал
Уэле, — играет очень большую роль в том,
что может быть названо воспитанием созна-
ния» Эптон Синклер, который. по собствен-
ному признанию, «учился у Горького», на-
звал его «великим борцом за человеческую
свободу». Т. Драйзер — борцом за «мир, в
котором нет насилия». «Великим про-
изведением» назвал «Фому Гордеева»
Джек Лондон. Произведения Горького уже
давно переводят на английский язык, иуже
давно Горький стал всемирно знаменитым
писателем. i

С каждым годом Bce —
ются положительные и восторженные

громче разда-
oT-

] зывы о Горьком. Гендерсон в своей книге

«Современный роман» (Лондон, 1936) вос-
хищается цельностью Горького. «Он
шел через эпоху арцыбашевщины, незапят-
нанный ею», После революции он принимал,
участие в культурном строительстве своей
родины «с энергией и силой молодого че-
говека», Автор книги называет Горького
«отцом-новой советской литературы». Боль-
нюй знаток истории театра и драматургии,
американский профессор Элердж Николь
причисляет Горького, автора «На дне», на-
ряду © Львом Толстым
«Живой труп»), к основоположникам «ново-
в драматургии. Профессор
Калифорнийского университета Нойес
включил «На дне» в свою известкую анто-
логию «Шедевры русской драматургии»
{1943). Автор книги о советском театре,
американский профессор Дана, говорит ©
Горьком, ‘как о «буревестнике революдии>.
По мнению Дана, Горький в «На дне»,
прежде всего указал на «потенциальную ` си-
лу, заключенную в человеке». Напомним.
наконец, замечательную речь покойного

‘Ральфа Фокса, произнесенную им на собра-

нии, посвященном памяти Горького, в Лон-

‘доне в 1936 г. «Горький, — говорил Фокс,--

любим всеми, кто ведет ту же борьбу за че-
которую вел он». Многие,
но словам Фокса, — прочитав Горького,
«впервые начали мыслить». Горячие чузст-
‘Ba английских трудящихся к Горькому ва-
шли отражение в этой речи. Фокс цитирует
сказанные  работняцей
одной из лондонских фабрик: «Как грустно
МНОГО ЛЮДЕЙ‘ любят

 

«Seven Plays of Maxim Gorky». Translated by,
sMlexander Bakshy in collaboration with Paul

 

1s, Nathan. «Yale. University. Press», 1945.
209°

 

книге рассказов. М. Горького

— писал!

Герберт.

иро:  

(«Власть тьмы»,  
 ми лишь отраженным светом.+ Это, конечно,

 

-

  «Чудаки»,

 

насколько нам известно, моявляются на
‘английском языке впервые,
Нам кажется, что ‘вообще _ ° неправильно

 

перевод Горького он берется не ‘впервые и

$®>$

Да, Горький — один из гениев мирозой
литературы. Эта истина становится Bee
очевидней многим и многим амерчканским
ни английским читателям. И’ все ‘же тут ©с-
тается одно очень трудно преололимое
препятствие ‹— далеко не все пьесы Горь-
кого переведены на’‘английский язык и боль-
шинство существующих переводов очень
плохи. «Горький пострадал от своих пере-
родчгков на’английский язык», — заметил,
Ральф Фокс.

Только что выпили в США переводы се°
ми пьес Горького. Автор этих переводов: —^
Александр Бакши в сотрудничестве с По-
лем Натаном. Изданы они Мэльским Уни®
верситетом (США) отд льной книгой.
нее вошли «На дне», «Варвары», «Враги»,
«Васса Железнова», «Зыковы»,
«Егор Булычев и другие». Кроме’ пьесы
«На дне», которая уже несколько раз. пере»
водилась на английский язык,

говорить о переводе, как о чем-то единоэб-
разном по мегодам и по самым задачам, ко
торые ставит перед собой переводчик. Кто-
то сравнил перёводы © планетами,  горящи-

далеко не всегда так. Имеются’ переводы,
которые как бы горят собственным ‚светом,
не столько отражают подлинник, сколько
восеездают его, являются как бы самостот
ятельными, сходными с подлинником суще-  
ствами. В таких переводах всегда можно  
узнать творческое лицо переводчика, Ко-
торый является в известной мере соавтором
переводимого им писателя или поэта и
сам непременно должен быть писателем или  
поэтом. Крайний ‹ предел ®этого   пути —
«вольное подзажанив» подлиннику, Но Ha-  
ряду с 3TuM CyMecTByIOT HW MOANEI CYULe-
ствовать переводы, стремящиеся, > главным
образом, к семантической точности, к отра-
жению смыслового содержания каждой де-
тали. Здесь от переводчика прежде’ зсего
требуется быть превосходным лингвистом,
Крайний предел этого пути — научный
«подстрочник смыслового содержадия».

‹ Серьезная, вдумчивая работа Александра
Бакши принадлежит скорее ко второму из
двух описанных нами видов перевода. Вме
сте с тем она имеет и значительные ‘лчтера-
турные достоинства. Язык перевода — xe

ный, простой. Александр Бакши несомнен-
‘HO знает русский язык в совершенстве. В,
‘частности, он-—знаток языка’ Горького; `за

уже напечатал в своем переводе несколько
его рассказов. Сравнив текст подлинника ©
переводом, нам не удалось обнаружить” ни
одной сколько-нибудь резко бросающейся в
глаза ошибки, ни одной ° небрежности.
К самым своеобразным, колоритным
словам и оборотам Горького мы найдем
в переводе до конца «раскрытые», ло-
гически ясные параллели, как в. пре-
восходном толковом словаре. Даже там,
где` Горький преднамеренно не договарива-
ет, где у него скорее нюанс, а не цвет, пере-
водчик обычно раз’ясняет читателю. до кон-
ца. Мысль Горького—вот что прежде все-
го передает этот перевод. И не столько жи-
вой трепет. и разнообразнейшие интонации
созданных Горьким действующих лиц,
сколько` общие ‘их характеристики, опять-
таки, если можно так выразиться; в плана
мысли — отразились в этом’ переводе.
Горький здесь меньше увлечет И ‚захватит,
чем в подлиннике. Но, как и в подлиннаке,
он заставит внимательного читателя заду-
маться, будит и направит его мысль,

Образные выражения и идиомы: часто не-
реданы буквально. Напримар. в подлинни-
ке: «и теперь уж ни за сто печеных. раков
под венец не пойду» («Насдне»); в Перезо-
де; «не пойду к алтарю, даже ебли мна да-

 

 

лосле гражданской войны и. при коллекти-
визации? задают себе вопрос оба друга. И
оба решают: «Так нет же, это’ не повторе-
ние. В жизни ничто дважды не ловторяет-
ся... Это что-то ‘новое началось...» -—гово-

‘рит Петренко. «Не назад мы отброшены, а

‘вперед ушли по ленинским заветам: Далеко
вперед! Развалины, конечно,  страшные мы
видели... Но что значит раздавить злейших
врагов социализма — фашистов? Это же
обеда из побед! Победа на глазах всего
человечества. Ты чувствуешь, говорю, что
мы уже перешли тот противосоветский сов,
которым от HaC MHD отгораживался. Уже
другими глазами на нас ‘смотрят. Смотрят
< удивлением: что это’за люди. сломившие
шею Гитлеоу, перед которым Европа в пы-
ли лежала? Английские инженеры и рабо-
‘чие шлют нам посылки, вкладывают запис-
ки; «русскому брату». На Карпаты, говорю,
взберемся, — ой, далеко будет видно отту-
да!» `

Далеко глядят Спивак и Петренко, дале-
ко глядят все советские люди в солдатских
‚щинелях. Они видят, на какие мировые про-
<торы вышла наша великая страна, ведь «на
фронте бойцы всегда смотрят на запад». И
за теми большими трудностями, которые
‘переживает сейчас наш героический тыл,
‘они видят близкий и небывалый расцвет,
они знают, что этот расцвет завоевыва-
ется только трудовым под’емом, и как же
им хочется скорее принять участие в труде
восстановления!

Вот происходит. ночное передвижение пе-

ред боем. Бойцы почувствовали «среди гру-
бых запахов обкуренной дымом костров и
мокрой от дождя и пота солдатской одеж-
ды» поднимающийся от земли тонкий и
приятный аромат. «Мята, — сказал один
негромким тенором. — по мяте идем, Э-эх!
Толково пахнет». Завязывается разговор,
сначала о мяте, о том, как выгодно
ее. сеять, о том как в одном колхозе по-
садили гектар роз, «из тех розовых лепест-
ков масло давят, Пуд. масла, говорят, всего-
навсего можно собрать с гектара. зато це-
на ему десять тысяч». Оживленный разго-
вор продолжается до тех пор, пока’ комбат
Петренко не прервал его. «Вы. хлеборобы,

гречкосеи! Дома будете заниматься мо-
лотьбой». Но не выдержал, ведь сам он
агроном, и поправил «пул розового мас-
ла стоил. до войны не десять тысяч.., а
пятьдесят пять тысяч рублей.
— Не растягивай-сь! Шире итаг!..>
Понятно, что Петренко обрывает этой

командой не только бойцов. но и самого се-
бя. Еще предстоят бои, но победа уже
обозначилась, «Не верь на фронте внешней
сухости и, суровости... бывших сталеваров,

виноделов, золотоискателей, геологов. аг-

которые были’ рономов, преподавателей музыки, архитек-

 

торов», — и целые ночи Спивак. и Петренко
проводят в разговорах © новых задачах
мирной. работы, Наконец, они  решают. ‘напи-
сать письмо своим товарищам’ в тый. «Рай-
он... наци... ничем особенным не знаменитый,
салют за него Москва не давала. но хотим
мы видеть после всех ужасов войны много
красоты: и радости. Если не сразу создаешь
ее, красоту, на месте вырубленных садов и
выжженных сел, пусть будет она в отно-
шениях между людьми и в их трудовых
подвигах». Так вырисовывается замечатель-
ный сюжет повести. Подобно появившимся
в разгаре войны «Письмамо к товаришу»
Горбатова. повесть В. Овечкина родилась на
фронте, и тоже не случайно, —нанисана она
как взволнованное послание. Б. Горбатов.

осталея в рамках  эпистолярной’ формы.
В. Овечкин следует за мыслями своих ге-
роев; Спивак и Петренко обзуждают со-
держание своего будущего письма ведут
новседневную Фронтовую жизнв. Мы ‘уже
видели Спивака в случае с Карженевским
и узнали его ‘пои столкновении со случай:
ным спутником в вагоне, о Петренко мы мо-
жем судить по его работе над собой чу по
его деятельности командира. батальона. Оба

друга — отнюдь не абстрактные носители  

отвлеченной морали. Оба они — люди при:
дирчивые и рыцарски-честные,: беспокойные
и не очень уживчивые, оба горды_и незави-
симы, Автор не выдумал их такими, — он’

сумел показать, как военная служба к
фронт обострили, выявили’ в таких лю
дях, как Петренко, Спивак. лучшие

черты их характера. И то, что произмило &
ними, отнюдь не исключение. Люди с фрон-
та, возвращаются, ‘как правило, выросшими.
<Уходили гядовыми и сержантами. а зерну-
лись офицерами. Кто без руки кто на ко-
стыле, но марки Не теряют: в форме ходят,
На. заседаниях правления встают, когла’ от-
вечают на вопросы, бритые, подтянутыс».
Спивак и Петренко прекрасно позчимают,
что дело тут отнюдь не в военном обмун:
дировании, «Не обременяйте себя тяжел:
ми керзовыми“ сапогами, портупеями»,
пишут они в своем послании з тил.
стесняйтесь, носите ‘пиджаки. галстуки
майки, трусы, шляпы, цилиндоы, что XOTH-
те; лишь бы дело у вас шло хорошо».

То, что герои ‘повести не выдуманы, под-
тверждается еще следующим любопытным
актом: недавно на сцене МХАТ была 1го-
ставлена пьеса А. Крона «Офицер флота»
и та общая хатактеристика, которую мы Да:
вали пехотным офицерам Спиваку и Пет-
ренко, целиком относится и к капитан-лей
тенанту Горбунов ой
пьесы Гоэбуновы останутся в`армии:и н
флоте. Спиваки и Петренки, по всей. верс aT
ности, вернутея в’ промышленность и. на
колхозные поля, Но их. биографии. во в мя

«Не

 

остальные, *

Ww

 

шизма, о Горьком, ненавидевшем STH «CBHH-
цовые мозги под черепом» и с самого нача»

У: главному ‚герою 370K,

Михалкова «Родина. награждает» ({Детгиз)-

 

Пьесы Горького в ‚ США

  дут сто вареных раков». Иногда Русский
оборот’. передан соответствующим змерикан»
ским идисмом, но с большой  осторож-
востью, избегая «слэнга» и слишком опре.
вая «американизмов». Погозорки. В
рифму, „натиимер; «Все хотят порядка, да
‚разума нехватка» {«На_ дне») обычно, пере:
ведены очень точно и также в рифму,

Общим недостатком перевода явллется,
как нам кажется, некоторая его многослов”
  ность. Ведь Горький необыкновенно  Лако-
вичен в выражении своих мыслей 4 лишие-
го слова ‘не скажет,

Переводчику следо
примечании «говорящие» прозвища ни фами:
лии. — например, Клеш, Конь, отставной
солдат. Да’ и такие фамилии, как, например,
Костылев, Медведев, Пепел, Бубнов, . выб:
раны   Горьким, конечно, не случайно.

Чувство ‘разочарования и даже  недоуме-
ния вызывает написанное переводчиком. пре“,
дисловне к книжке. С одной стороны А, Ба-.
кши подчеркивает величие Горького, как ху-
дожника, создавшего целую галлерею жи:
вых человеческих образов, говорит об их
«монументальности» и «трагической Kpaco-
те». Он правильно указывает на «художест-
венную слепоту» тех критиков, которые не
поняли этого величия. Но, с другой сторо-
ны, в предисловии мы встречаемся с пере“
певами темы. весьма типичной для части’
американской литературной критики. А. Ба:
кши всячески старается доказать, что ху
дожественное-де творчество Горького <амо
По себе, а идеология--сама по себе, Мы не
будем опровергать столь абсурдную «кон-
цепцию».. Лучшим опровержением являют.
ся, в конце концов, переводы, напечатанные
в той же книжке,

Полнейшее недоумение вызывает слелу-
ющая фраза: «Величие Горького, как дра-
матурга, все еше ждет своего признания’ в

как критика, буржуазного общества». Это
просто’ грубая ` фактическая ошибка, Всеёму:
миру известно, что в нашей стране Горький
любим миллионами, которые видят в Нем
писателя, глубоко веровавшего в человека,
в силу разума. Что же. касается художест:
венной оценки Горького, как’ драматурга,
то об этом краснорёчиво ‘говорят ` хотя бы
замечательные постановки пьес. `Горького
BO многих и. многих. наших. театрах,, ,

Странно, что в предисловии, написаняом
в 1945 году, — в год победы свободолюби:
вых народов над фашизмом, — ничего’ не
сказано о Горьком, как борце против фа-

ла‘увидавшем в фашизме «бред и агонию
смертельно больного»; а в его «теориях» —
«цинически обнаженную проповедь воору-

женного грабежа»,

К, серьезным недостаткам книги следует
отнести и то, что в ней напечатан лишь
первый вариант «Вассы Железновой», Про-
стая об‘’ективность требовала опубликова-
ния в столь солидном издании обоих вари
антов.

Но вернемся, в заключение, к самым пе-
реводам. Они несомненно явятся шагом
вперед на пути более глубокого ознаком*
ления американского читателя с. творчест-
вом Горького и, надо надеяться, заинтере-
суют многообразным богатством этого
творчества американский театр, а быть мо
жет, и кино. Сыграют сни и другую роль.
Очень недостает серьезной научной моно-
графии о Горьком на английском языке, не-
достает и вдумчивых критических статей об

его творчестве, Для будущих исследовате-

лей творчества Горького в США эти пере»,

воды явятся ценным Е Е ee

Отечественной войны носят общие
облик у них один. К сожалению, даже не-
} достатки. ‘в изображении этих . героев У
В. Овечкина и А. Крона очень сходны, —
кажется, что авторы только что увидали
своих героев и рассказали о них очень об:
ще и, пожалуй, торопливо. „Хорошо, что

 

В. Овечкин нам показал двух командиров.
олинаковыми,

фронтовиков, одушевленных
мыслями, но ведь если бы мы видели, что
они разнятся по характерам от этого. пз-
весть только выиграла бы. А_в. ее теперещ-
  нем состоянии мы с трудом отличаем, ког:
да говорит Спивак. и. когда Петренко, Оба
они говорят умно, сердечно, благородно,
но чрезвычайно многословно, и‘ это утомля-
ет читателя. Конечно, люди на фоонте не
только воюют, у них есть время ‘размьги-
лять, и размышляют они с особенной остро-
той и свежестью, — есть, конечно, время и
поговорить. Но фронтовой ‘писатель He

 

глиста, и некоторые разговоры могли, бы
быть пересказаны, некоторые слиты вместе,
тот этого они стали бы острее, ярче. и 60°
лее соответствовали общему тону фронто:
вой жизни, ее пульсации, Бой. за мельницу
— единственный батальный эпизод, изобза-
о nen дан слишком торопливо.
о-настоящему удался в. этом

‚эпизоде лишь финал боя, в котобом” аги-
татор Андрюхин, взбежав на верхний этаж
die ae ‹осмотревиись ° вокруг, увилей,
колоть больше некого, вытайтил из као-
мана платок, смочил его в крови  лежавше-
ое ряненного в груль и живот Разу*
aoe cee дел платок на штык и. выста-
Seas У в окне, помахал импоовизиро-
ым красным флагом, давая знать, что

ы мельницей` кончено». Казалось бы, сколь:
Вы и в поэзии и в живописи видели
. рода плакатные’ изображения,
я ee исполненные. они. поч-
есколько холульны.

 

Такого np

и oer этот. момент в опусаним  Овеч>

rine что в основе эффектно-драма-

Е eons лежит реальная буд+

а: ивировка: надо дать знать, что
а в наших руках.

Повесть В. Овечкина насышена велчко-

bir предвидениями и конкретно. поак>
ами en советами, влохновенными  при-
ВА высокой морали и уверенностьх,

И «в труде сейчас, как в бою,

а бысто
we оценить человека». В повести ¢ipd5-
улирюваны требования пе редовых людей

себе
повесть
политического зво»

о народа, обращенные к самим
ко всему народу. И это делает
великолепным орудием.
питания... -
  Олнако эта удача автора толь
Аи работы и обещание будущих 60
ршенных произведений,

вало ‘бы об’яснить в

России, где его главным образом ценят,

черты,

должен себя ставить в положение протоко- ..

ко. начало: