И. БАСКЕВИЧ «ЕСТЬ ТАКИЕ ЛЮДИ» Герои новой книги рассказов Льва Кассиля «Есть такие люди» - воен­ные моряки, подводники, пар­тизаны, бойцы и офицеры Красной Армни. Действие происходит на фронтах Отечественной войны, Сборнику предпослан эпиграф из Маяковского: Я знаю - город будет. Я знаю саду пвесть. когда такие люди в стране в советской есть. О таних советских людях, борю­щихся за счастье, независимость и честь родины, обещает рассказать Кассиль. Писатель, уже давно снискавший себе популярность, и в своих воен­ных новеллах выступает как опыт­ный рассказчик. Тем интереснее выяснить в чем заключается «необщее выражение» сборника Кассиля, что за события и какие люди интересуют писателя. В новых рассказах нет боевых эпи­водов, батальных сцен, Не привле кает внимания писателя и повсе­дневная будничная жизнь фронта. Фронтовой быт служит только фо­ном, на котором разыгрываются со­бытия. Актриса дает на фронте концерт перод краснвнами тод которой служит ее муж, калитал щаясь из опасного рейда, в это вре­мя блуждает где-то рядом разыски­вая в густом тумане путь к своим. Голос жены доносится до его слуха и выводит его на дорогу. О таком стечении обстоятельств узнаем из первого и самого большо­рассказа Кассиля «Нелюдимо наше море». В следующем за ним рассказе по­вествуется о том, как старшина вто­рой статьи Семен Перчихии, гордив­шийся своим абсолютным слухом, оглох от взрыва глубинной бомбы. В госпитале, куда он помещен, Перчи­хина навещает хорошенькая Дуся, подавальщица из столовой подпла­ва. Не подозревая того, что Перчи­хин может ее услышать, Дуся при­знается в своей любви к герою, ны шо своему характеру, Автор за­ставляет Батыгину петь как раз в те минуты когда муж ее сбился с пути, а Дусю оставляет в относительно исцеления Перчихина для того, чтобы она произнесла нуж… ные по ходу действия слова. В рассказе «Семимильные щаги» на поле боя встречаются «бывший инфизкультовец универсальный лы­жник и мастер боя Арефьев с бур­жуазным чемпионом Эйно Саломи» Враги эти встречались некогда на лыжной дорожке. Все это очень увлекательно и очень «литературно», но мало прав­доподобно, Впрочем, достоверность описываемых событий не слишком тревожит писателя. В рассказе «Цик-цак» женщина, запертая немцами в заминированном подвале, ожидая каждую минуту взрыва, пишет длинное (на полови­ну печатного листа!) письмо, в кото… ром подробно описывает свое состоя­ние, В довершение всего она заяв­ляет: «Вы только не думайте, что вот, мол, какая непоколебимая, ка­кое самообладание: еще находит в сесе силы писать. Просто я не могу иначе…» Излагая нечто столь неправдопо­добное, Кассиль прибегает к такой уловке: он обращается к читателю и говорит вот вы думаете, что так не бывает а так было! Но этот спо­соб предуведомления не придает его необыкновенным ситуациям ни тени правдоподобия. Постепенно у чита 

Ю. ШАПОРИН «МОРСКАЯ ДУША» Концерты Центрального ансамбля краснофлотской песни и пляски Центральный краснофлотский ан­самбль возник незадолго до Великой отечественной войны, но художест­венное лицо его определилось уже в годы войны, точнее, ро второй поло­вине 1943 года, когда начались его концерты сперва в Москве, а затем в частях Черноморского флота Располаган смешанным хором, большими симфоническим и джазо­вым оркестрами, танцовальной груп­пой и группой артистов чтецов и баянистов, художественное руковод­ство (руководитель - Вано Мура­дели) при построении программы от­казалось от «запетых» вещей и про­изведений сомнительного художест­венного достоинства, обратившись к помощи поэтов и композиторов. По­ложительный результат не замедлил сказаться. В программе ансамбля слушатель находит много свежего и интересного: «Черное море» Д. Шо­стаковича - песню с большой убе­дительностью отражающую мужест­венную борьбу героического Черно­морского флота, молодо и бодро звучащий марш Ю. Левитина, «Крас­нофлотскую песню о Сталине» В. Мурадели - торжественный гимн советских моряков великому вождю. Включенные в программу народ­ные песни даны в отличных обра ботках Сюда следует отнести «Гру­зинскую хороводную» (обработанную И. Дунаевским), песню «Раскину­лось море широко» (в обработке Вано Мурадели) и «Варяг» (в обра­ботке А. В. Александрова). Ориги… ных песен хорошо исполняются хо­несни и обработки народ­рогой групной ансамбля. Некоторым диссонансом в программе показалась мне песня Ю. Милютина «Морская гвардия»: ее легковесный и поверхно­стный музыкальный материал сни­жает тему и не передает того суро­вого и непреклонного мужества, ко­торое так свойственно нашим моря­кам-гвардейцам. В програвмо анесмбтя нопользу. степени) и классическое наследство. Задача всякого ансамбля, а тем более такого мощного, как Центральный ансамбль краснофлотской песни и пляски, не только развлекательная, но и воспитательная, Наряду с очень умело использованным «Мо­рем» А. Глазунова можно и должно было бы включать в программу ор­кестровые и хоровые пьесы русских и западноевропейских классиков. Концерт идет под общим назва­нием «Морская душа». Этим назва­нием определяется совокупность черт, присущих советскому гоенно­у моряку - бесстрашному и от­важному бойцу, беспредельно пре­данному родине, душа которого от­крыта и мягкой лирике и задорному удалому веселью. Отдельные части программы (по­становщик И. Туманов) -- песни, пляски, художественное слово­связываются выступлениями «ве­дущих». Сама по себе правильная мызль обединить отдельные но­мера программы в целое представле­ние маленькими интермедиями не находит, к сожалению, верного разрешения, так как актеры, кото­рым поручено это дело, не обладают соответствующими данными. Второе отделение программы носит дивертисментный характер. Здесь и джаз под управлением Я. Скоморов­ского, очень хорошо сыгравшийся, и пьеска «Камбузный театр», и пляс­ки Танцовальная группа ансамбля очень сильна. С большим темпера­балетмейстер С. Корень (танцы «Со­леная вода») чего нельзя сказать о балетмейстере В. Вайнонене, доста­точно ординарно поставившем «Яб. лочко», Это тем более досадно, что именно «Яблочком» заканчивается программа. Общее же впечатление от ансамб­ля - самое отрадное С этим чувст­вом и покидаешь концерт. 

теля складывается впечатление, что все обычное и типическое сознатель­но отвергается писателем, Его не ос­тановит никакая несуразица, лишь бы она казалась эффектной. Капитан Батыгин («Нелюдимо наше море») был свидетелем того, как фашистские бомбардиров­щики потопили судно, перевозившее эвакуируемых детей и женщин. То­гда он решил, что «до тех пор, пока не будет истреблен последний из той паршивой сволочи, что топили на его глазах детейи женщин, уши у него будут заткнуты, сердце за… крыто для любви, для воспомина­ний, для музыки, для радости, для всего». Так герой Кассиля создает теорию о войне, воздвигающей барьер меж­ду человеком и его прошлым. По мысли капитана Батыгина война требует фактического самоотречения от всех благ жизни. Чтобы солдат был солдатом, в нем должно уме­реть все человеческое, Правда, тео­рии Батыгина вызывают всеобщее осуждение, и в конце концов голос жены примиряет его с музыкой и со КРЕМЛЬ Овеянный народною любовью И осененный несказанной славой, Не пошатнулся город величавый Bpar захлебнулся собственною кровью. Лучи весны сквозь тучи заблистали, Их позолотой древний Кремль украшен, Живет под сенью озаренных башен Надежда мира - наш великий Стапин. Март РАУД Весенний луч сбегает по узорам Седых от времени, туманных башен. И позолотой солнца Кремль украшен, Гляжу на город проясненным взором. Я помню, вереницей черной, И длинной Сюда ночами хищники петали, Но облако из пламени и стали Хранило от напасти Кремпь старинный. Летело время грозной огневицей, Был раскапен от гнева каждый камень, В кремиевских звездах затаился пламень, враг отброшен был от стен стопицы. A. ЯКОВЛЕВ член-корреспондент Академин наук ССОР Перевела с эстонского K. АРСЕНЕВА жизни». Но зачем же Кассилю оче­видные нелепости излагать с такой обстоятельностью, с таким серьезным видом? Живые советские люди идут в нть ради сластья род ных и близтн для того, чтобы не надругаться над нимч чтобы защи… тить свой дом свой город свою ро­дину А герой Кассиля проповедует отрешенность и «самовольный отказ от жизни», Где и когда видел Кас­силь советских людей, боящихся, чтобы храбрость их не померкла при восноминании о том зачто они сра­жаются. В рассказе «Зеленая веточка», по­мещенном в этом жесборнике, гово­ри.ся о нежной любви некоего тех­ника-интенданта к зеленому ростку, который пустил кругляш вязи в по­толке блиндажа, Тарасников (такво­вут техника интенданта) запрещает рассказчику, основательно промок­шему шод дожлем и жолавшему об сушиться, растопить печурку, так как печка дымит, а дым вредно от­ражается на росте этой веленой ве иначе! Его умиляет поступок Тарас­никова, «Кажется мне, - говорит он, неведениигонок что есть у каждого из нас своя за­ветная веточка. Ради нее готовы пе­ренести все мытарства и невзгоды военной поры, потому что твердо знаем, там, за выходом завешанным сегодня отсыревшей плащ налаткой, солнце непременно встретит, согреет и даст новые силы дотянувшейся, нами сбереженной и даже взращен­ной ветке нашей». Оказывается, это не просто ветка а символ! Раз так, бесчувственное отношение Тарасникова к рассказчи­ку находит свое оправдание. Почему все-таки столь понрави­лась Кассилю зеленая веточка? Не выражен ли здесь взгляд писателя на жизнь? В самом деле, легко за­метить, что в необычайных сюжетах Кассиля екрыта изрядная доля сен­тиментальности, Не правда ли, как чувствительно: Семен Перчихин слышит, а Дуся, полагая, что он глух, говорит о своей любви! Баты­гин спасен благодаря тому, что ус­лышал голос своей жены встрад ной певицы, И как трогательна лю­бовь техника-интенданта к зеленой   веточке! Сентиментальная растроганность не имеет ничего общего с мужест­венным и правдивым отношением к жизни. Чувства советских людей го­раздо красивее и значительнее, чем Ту «чувствительных» героев Кассиля. * Книга об Иване Грозном заграничной интриги, сцен, разы­грывающихся в глубине лесных тру­шоб между станичниками (разбой­никами) и др. жизни Даны картины штурма Нарвы и Нейгаузена взятия Дерпта (Юрье­ва), вступления в Нарву русских войск и т. д. Картины походной чередуются с описанием ла­герных стоянок, приема Иваном пос­лов, представителей разных разря­дов русских вооруженных сил, со сценами, разыгрывающимися в Ре­веле, Шпенере и Аугсбурге. Удалось автору изображение ха­рактеров царя Ивана, боярина Колы­чева, красавца и пройдохи Василия Грязного, самолюбивого Курбского , древнего старца Вассиана, артилле­риста Андрея, как и многих других лиц, эпизодически вводимых в ро­ман. Бледнее и расплывчатее очер­чены женские характеры (Охимы, Параши царицы Анастасли). тральныя ромила ственный деятель, ясно понимаю­щий великие национальные задачи русского государства, как первоклас­сный военный организатор и искус­ный дипломат. К сильным сторонам романа надо отнести то, что автор внимательно ознакомился с рядом первоисточни­ков и основными историческими об­зорами Карамзина, Соловьева и дру­гими работами; владеет русской на­родной речью с ее меткими присказ­ками и прибаутками; показал собы­тия под углом зрения простых лю­представителей народа. Имен­по люли вынесли на своих пле­чах, все неимоверные трудности строительства русского государства. Царь Иван потому и мог действо­вать так решительно и твердо, что он чувствовал за собою народную поддержку, дававшую ему уверен­пость в том, что избранный импуть правиеткть Ливонию за стаго лида выходдеть ла историческим потребностям рус­ского государства, русского народа. С большой симпатией обрисованы в романе представители угнетенных немцами народов Прибалтики эс­тов, латышей. Роман В. Костылева с особенным вниманием будет прочитал дни дни победонобной бор мецкими нодлых ливонских рыцарей. В упрек автору можно поставить его тенденцию вкладывать в уста действующих лиц некоторые искус­исторических деталях.  Роман В Костылева «Иван Гроз­ный» посвящен эпохе Ливонской войны, начатой парем Иваном в 1558 году и законченной (после переры­вок) в 1538 году. Он изображает од­ну из самых важных эпох в исто­рии русского государства, когда впервые энергично были поставлены основны, задачи развития России - организация на западноевропейский образец русских военных сил, в ча­стности их артиллерийского воору­жения, получение открытых досту. пов к Балтийскому морю, распрост­ранение в России печатного дела, обеспечение бесперебойных торговых с Западной и культурных связей Евроной и т. д.

Картина Б. никитина. Выставка работ Студии военных художников им, Грекова. * * Иллюстрации, посвященные Эн­аму, дка рисунков, нокаание БОГОРОДСКИЙнальные Н. Жукова в ряд первоклассных ри­совальщиков. Сколько сердечности в рисунке «Спасибо, родная!», сколько изяще­ства в наброске «Материнство», как выразителен лист «Лиха-беда - на… чало»! разбора. Все эти работы - несом­ненное достижение талантливого  художника. На выставке представлена и жи­вопись. Она еще сыра и незрела. Попытки создания фундаменталь­вых полотен не могут вызывать осуждения. Наоборот, эти «про­бы» могут быть очень полезны. Но желание во что бы то ни стало в короткие срокиобобщить собранный маториал и написать законченную картину часто оказывается не поси­лам молодым студийцам (тем более без руководства настоящих масте­ров-живописцев). Торопливость в создании картины самое страшное зло. И совершенно непонятно, за­чем нужно такое форсированное из­готовление малограмотных «полотен» огромных размеров? Ни к чему хо­рошему это не приводит. Так, произведение П. Кривоногова «Лиза Чайкина» напоминает плохую репродукцию. Стжетная ситуация не раскрыта органическими средст­вами живописи, а «рассказана» на… ибным и сухим приемом. П. Кривоногов, несомненно, спо­собный художник, и в небольших своих работах он полон «живописно­го натиска», но он еще весьв бро­и в поисках свое­жении молодости го же творческого лица. Ему надо глуб… смотреть в живую действитель­и черпать там содержание картин, надо совершенствовать ком­ию и цветовые решения своих пелотен. За гранью профессионального ис­Более удачна картина В. Гав­рилова и Б. Неменского «К родным местам» - о возвращении советских людей в родные села, освобожденные от врага. Искреннее отношение к теме искупает многие погрешности этого большого полотна. В картине сказывается влияние Саврасова, особенно в изображении красоты русской весны. Много и плодотворно работает Б. Преображенский. Живописный и выразительный портрет денского ка… зака Антонова - трорческая удача художника. И. Лукомский давно уже зарекомендовал себя оченьспо­собным портретистом. На этой вы­ставке он ноказал ряд новых жи­вописных работ, писанных на пере… довых позициях фронта. Выставка Студии им. Грекова ＿ это итог интенсивной деятельности молодых талантливых художников, участников великих битв за совет­скую родину.

Письмо

Федор В залах ЦДКА открылась выстав… ка работ военных художников Сту­дии им. Грекова. Большинство этих произведений создано в самых сло­жных и опасных условиях фронта. Молодые художники пробирались к переднему краю, бывали у парти­зан, фиксируя в этюдах и зарисов­ния будущих полотен и, кроме то­го, представляют неповторимые до­кументы, которые будут вниматель­но изучаться грядущими поколения­ми. Весь этот материал, добытый ча­сто с риском для жизни, требует особой оценки. Трудно применять здесь общие «нормы» и требования. Но работы молодых художникор не нуждаются в скидках; они про­фессионально грамотны и содержа­тельны. В рисунке В. Медведева «Рожь минирована» хорошо передан рус­ский пейзаж … бесконечное ржаное ноле, склонившиеся у дороги тяже­лые колосья. Рисунок Н. Соколова «Партиза­ротец правлив Нет ничего традиционного, нет «обя­зательных» партизанских примет в портрете сидящего на земле брито­человека с винтовкой, Чтобы уви­такого человека, надо побывать у нартизан. Живые наброски С. Годыны, Кокорина, В. Правдина и других A. ху­дожников чередуются с обстоятель­ными рисунками сложного компози­ционного строя. большом листе Г. Черенщиков на захлатиикность эскизе к панораме «Переправа че… рез Днепр» мастерски и увлекатель­но показывают эпизод наступления Красной Армии. священные морской пехоте. На выстарке экспонируются и портреты героев, близких и дорогих нашему сердцу. Художник E. Комаров рисовал связиста Ефимова на переднем крае - сколько задушевной простоты в ясных глазах этого русского солда­та! Ясность задач, простота решений характерны почти для всех участни… ков выставки. Это особенно заметно в работах Е Комарова и Р. Горелова, которым раньше не чужды были схематизм и манерность. Особое внимание привлекают пре­восходные рисунки Н. Жукова, Ост… рый «снайперский» глаз, умение угидеть характерные детали и под­чинить их нелостному образному



Действие романа открывается кар­типой жизни в захолустной вотчине боярина Никиты Колычева. Боярин Колычев -- одна из центральных фигур романа - становится вопло­щением воинствующей боярской он­ноторинения прогрессивноя цев из низов, горячо преданных но­вым идеям политической централи­зации, - одного из приближенных Грозному «худородных» людей, Василия Грязного, и выходца из нижегородского глухого угла Андрея Чохова Благодаря своей энергии и таланту Андрей становится одним из знаменитых русских мастеров пу­шечного дела: как меткий и смелый артиллерист он действует во время войны против Ливонии. Перипетии судьбы Колычева вво­дят читателя в боярскую среду ок­ружавшую Ивана, и дают возмож­ность автору описать сеть боярских интриг, направленных против широ­ких государственных задач политики царя. В ряде сцен романа Костылег рас. крывает тяжелые переживания ца­ря, чувствующего среди привычного (кияат Старицкий) строения онимацие ных задач, я в боярстве даже пря­мую ненависть Вноследствии это вы­разилось в изменах бояр; самым крупным но ным актом была дняля Курбского. далеко не единствен­измена родине

Автор дает ряд зарисовок: сцен счастливой семейной жизни царя с его первой женой Анастасией; ар­тиллерийского смотра под Москвой; попыток организовать политический заговор против царя при содействии  во, 1943 г.



Издание п произведений Г. Тукая КАЗАНЬ, (От наш. корр,). Татар­ский институт языка, литературы и истории уделяет большое внимание изучению литературного ниследия народного поэта Татарии Габлуллы

Уральские сказы II. Бажова Овердловское государственное изда­тельство выпустило в этом году сборник «Сказов о немнах» П. Бажова. Это - сказы сатирического характера ° не­мецких «управителях» и мастерах (ра­ботавших в XVIII и XIX веках на Ура-

 

ле) которым противопоставляются рус­Тукая. Текст произведений поэта Новое издание произведений п. Бажо­ва под названием «Уральские сказы» гстовит к печатч, Детгиз, Сюда войдут сказы из книг «Ключь-камень» (наданной в Свердловске в 1942 г.) и «Малахито­и несколько лучших вой шкатулки» сказов о немцах. Иллюстрации к сборнику Детгиза, так же как и к книгам «Ключ-камень» и «Оказы о пемцах», принадлежат худож­нику В. Таубер. заново проверен но рукописям ииз­даниям, напечатанным при его жи­зни. Результатом этой работы яви­лесь академическое издачие произ­ведений Г. Тукая. Недавно Татгос­издатом выпущен первый тэм, в ко­терый включены стихи, поэмы, ска­зки биографический очерк «Жизнь Г. Тукая» и исследование «Поозия Тукая». В 1944 году будет издан второй В Гослитиздате выходит новое изда­шкатулки» с иллю­том, в которыйй войдут поблицисти­ческие произведения поэта. ние «Малахитовой страциями художника В. Баюскина. 

День обслуживания раненого бойца Артисты Малого театра организо­вали в одном из крупнейших гос­питалей Москвы день культурного обслуживания раненого бойца. 46 актеров театра, разбившись на группы, провели концерты в 13 от­делениях госпиталя, выступив пе­ред ранеными, размещенными в 150 палатах. Больные и раненые бойцы и офи­церы горячо благодарили коллек­тив Малого театра и персонально E. Турчанинову, Н. Светловидова, А. Полякова, Г. Коврова, В. Влади­слагского, В. Хлебникова, С. Брил­лиантова и других артистов, испол… нивших отрывки из спектаклей «На бойком месте», «На всякого мудреца довольно простоты» и др. В клубе госпиталя артисты дали большой концерт для выздоравли­вающих бойцов и офицеров и для медицинских работников. В другом госпитале, над которым шефствует театр им. Вахтангора, артисты этого театра во главе с M. Синельниковой и А. Орочко орга­низовали концерты в 12 палатах. Вечером после приветственного слова, произнесенного Б. Захарой, вахтанговцы показали раненым спектакль «Свадебное путешествие» в исполнении молодых артистов. 

представлению и. наконец, какое-то наумительно живое, органическое ошущение действительности ставят творяющих людские характеры, Как же дети должны воспринять харак­теры изображенных Чуковским ос­вободителей «мирных селений от­чизны своей»? K. Чуковский, написавший столько трезвых статей в поучение молодым литераторам, тщательно обдумавший материал и композицию «поэмы», не мог не сознавать, что творит его правая рука, когда левая принима­ет еще непросохшую страницу ру­копчси. Факт появления этого, с позволе­ния сказать, литературного труда свидетельствует о том, что его авто­ру чужды элементарные представле­ния о долге и ответственности пи­сателя в дни великой войны Буквально на каждой странице книжки можно найти шутовские интерпретации действительности. Победа Айболитии «над диверсан­тами»дана B развязных картинках, изображающих, как пче­лы опрокидывают носорогов, - Испугались носороги. Побежали по дороге. И в испуге носорог Носорогу сел на рог. А над ними пчелы тучею. Так и жалят, так и мучают. И на веточке веселой Распевает воробей: «Ай да пчелы! Вот так пчелы! Всех зверей они сильней. И умнее и храбрей!» И звенят над ними птенчики. Словно звонкие бубенчики… го это по и Ваня Васильчиков, перенесенный сюда из предыдущих книг Чуков­ского, должен изображать советско­мальчика. Это не просто Взня, «знаменитый Ваня» - идеал, мнению Чуковского, для совет­ских пионеров. Этот «идеал» при ближайшем рассмотрении оказы­вается хотя и отчетливой по харак­теру, но очень спорной фигурой. му, видимо, внушено, что в жизни в бою ему не предстоит никаких трудностей, - самолет ему послу­шен так же, как и мотоцикт, авто­мат его бьет так же сам собою без промаха, как сабля рубит, Тигры и носороги рассыпаются при малей­шем прикосновении его сабли, а страшный Бармалей, завидя Ваню,

Рисунок Г. ХРАПАКА. Выставка работ Отудии военных художников им. Грекова, С. БОРодин БЫЛЬ И ЗООЛОГИЯ произведения искусства или науки, Все возрасты, даже дети, захвачены этой небывалой по размаху и напря­жению войной. Война вошла в быт детей, в их сознание, в основной круг их инте­ресов, и литература, откликаясь на их запросы, создала целый ряд дет­ских произведений, посвященных Великой отечественной войне. Детские писатели вместе со всем советским народом несут жертвы и отбивают родную землю На­ша детская литература говорит о войне полным голосом, ибо дети сейчас думают о войне и следят за ней с напряженным вниманием Ма­лыши спорят между собой о систе­мах танков и самолетов подчас с такой эрудицией. которая впору взрослым. победы, для фронта -- кует ли ору­жие, растит ли хлеб, создает ли Каждый в нашей стране, от мала до велика, знает, что сделал бы нашей страной Гитлер, который с велел, чтоб разгромили. Растоптали и еожгли Все, что дружно мы хранили, Пуше глаза берегли. Чтобы мы нужду терпели. Наших песен петь не смели Возле дома своего. Чтобы было все для немцев. Для фашистов-иноземцев. А для русских и для прочих. Для крестьян и для рабочих - Ничего! Сила этих строк Сергея Михалко­ва-в их конкретности и простоте; его «Быль для детей», напечатанная на страницах газет, равно понятна де­тям и взрослым - старику я ре­бенку, академику и пахарю. В ней - та правла о наших днях, которая легко укладывается в простую и ясную форму, а самая сложная те­ма если она ясно изложена,на­родна, если она, разумеется, и по илее близка народу, Народ не тер­пит ни вульгарного упрощения серьезных вопросов, ни путанных, витиеватых форм изображения, ибо это - признаки авторского недо­мыслия, непонимания темы, ее не-

За родной дом.

сразу же пал на колени и взмолил­ся о пощаде. Ваня, однако, столь же беспощаден, сколь и непобедим, - он убивает Бармалея. И тут, для сравнения, уместно вспомнить образы других детей участников войны, уже отображен­ные в нашей детской литературе о которых написано и в «Были» Ми­халкова, - это те, которые смогут впоследствии сказать друг другу: Вспомним все, как мы дружили. Как пожары мы тушили, Как у нашего крыльца Молоком парным поили Поселевшего от пыли Утомленного бойца. Мне могут возразить, что несрав­нимы эти два произведения, что они рассчитаны на различные воз­расты, что различны художествен­ные методы этих двух писателей. Но я именно о том и говорю, что форма различна и цель различна. Михалков обращается к миллионам конкретных советских детей, чтобы еще раз вдуматься в значение вой­ны для жизни советского народа. Чуковский, проповедуя образ «зна­героя», перед которым враги немедленно расступаются, не сопротивляться, снижает в сознании детей смысл войны, пре­уменьшает переживаемую опасность, от которой оберегает их родина, и тем самым снижает меру героиз­ма и доблести, проявленной отцами и братьями советских ребят в борь­бе отнюдь не с легким, а с очень серьезным я опасным противником, Пошлые выверты К. Чуковского возбуждают чувство отвращения. Они вызывают недоуменный воп­рос: что же такое его «поэма» - плод чудовищного недомыелия или сознательный пасквиль на велпкий

обороне настолько, чтобы одержать внезапный удар врага, ощущает не­достаток снарялов, не успевает со­брать все силы. Главная горилла Бармалей изображен со всеми ат­рибутами фанизма - топором и свастикой, Затем из страны Чудосла­вия является Ваня Васильчиков и против его помощи сила врага ус­тоять не может. Бармалея казнят к вящшей радости воробьев и лягу­шек - и т. д. и т. п. То, что К. Чуковский пытается в строки своей сказки вложить конкретное полити­ческое содержание, показывает и самая терминология автора: …И поставьте у калитки Дальнобойные зенитки, Чтобы наглый диверсант К нам не высадил десант!.  …Вы, орлицы-партизанки. Сбейте вражеские танки, И пустите под отков Бармалеев паровоз!

точные проз борющийся под руководством рачная ясность изложения дается Сталина, идущий к победе сурово и автору лишь, когда ему самому непреклонно. Эта война ложится большая тема предельно ясна и рубежом в истории всего человече­ства, замыкая один период и от­близка. крывая новый в жизни всего ми­ра так же, как и в личной жизни каждого отдельного человека, ее современника. Об этом, о самом дорогом для на­рода, Корней Чуковский написал, как о борьбе зверья за ветеринара Айболита, как о шутовском побои­ще воробьев с гориллами, крокоди­лов - с лягушками. строки, чтобы выразить свою мысль:   Нет! - сказали мы фашистам, Не потерпит наш народ. Чтобы русский хлеб душистый Назывался словом «брот»… Мы тогда лишь вольно дышим. Если речь родную слышим, Речь на русском языке. И в своей столице древней. И в поселке, и в деревне. И от дома вдалеке. Сила «Были» в том, что она сдер­жанно и мужественно говорит о са­мом главном­Все, что было вечно нашим. Мы назад себе вернем! Мы поля опять запашем И засеем их зерном! Мы вернем себе назад Каждый дом и каждый сад. Каждый кустик на дороге. Над которым выл снаряд. Полной противоположностью «Бы­ли для детей» явилось другое произведение о войне для ма­леньких читателей, произведение, написанное писателем зрелым, опыт­ным, прекрасно понимающим, что такое «простота в искусстве», ибо об этой простоте ему случалось и говорить и писать. Великую те­му он ухитрился в своем произве­дении так изложить, что осквернил и опоганил ее Я говорю об «Одо­леем Бармалея» Корнея Чуков­ведется ского. Для каждого советского человека Отечественная война священна. Она освящена кровью дорогих для нас людей - наших родных или дру­зей, кровью безымянных героев и беззащитных летей. Священна по­тому, что у каждого связаны с ней значительные лично для него и ти­пичные для множества советских людей переживания. Для каждого советского человека - это великая война, потому что она ради великих освободи­тельных идей и осеняет ее победо­носное знамя великого Лензна. И это чувствует и анает весь народ,

своих матерей на оборонную рабо­ту, - не далек от войны настоль­ко, чтобы представлять ее себе ат­тракционом в зоопарке. Я не забываю о том, что книжка написана для детей, что у читате­лей или слушателей ее своя систе­ма восприятия образов и понятий, но именно об этих-то образах и идет речь: Никто из советских де­тей, начиная с самого раннего воз­раста, никто из детей фронтовиков, детей, провожающих каждое утро Между тем именно такой веселый аттракцион разыгран К Чуковсиим в зоопарке в солнечный летний день, среди чистеньких, подстри­женных газонов, между бассейнами с водой комнатной температуры Неизвестно, так ли представляется война самому Корнею Чуковскому, но такой он цытается представить ее сгоим доверчивым читателям. в Вся композиция «поэмы», вся об­щая ее концепция не оставляют сомнения в том, что автор взял за основу конкретную войну, и наивная оговорка автора, что это происходит придуманной стране, - неубеди­тельна. Война начинается, когда страна Айболития живет мирной, гуманной жизнью, На светлое государство не­ожиданно обрушивается звериная орава, сокрушая и гуманные идеи этой страны и ее материальные ценности. Айболития не готова к

Или, например, строфа о наступ­лении: Как весело гнать Ошалелых зверей От мирных селений Отчизны своей!

Таких локальных цитат можно привести множество, и из них явст­вует, что автор собирал материал «поэмы» и продумал ее тщательно. Таким образом не может быть слу­чайностью, поэтической опиской вся «зоологическая» сторона «поэ­мы». При поверхностном взгляде может показаться, что Чуковский, следуя классическим примерам, отталкивал­Войны мышей и лягу­шек» или от традиций Эзопа и Кры­лова и, разделив зверье на добрых и злых, показал борьбу двух начал - Ормузла и Аримана. Но такая иллюзия быстро рассеивается. Пока­зателен самый выбор образов зве­рей - хищные орлы и безобидные воробьи оказываются в одном лаге­ре со слонами и лягушками, а бе­гемоты и волки, горитлы и носоро­ги - в другом лагере. Аиболития имеет армию, состоя­шую из зайцев и воробьев, медве­дей и слонов, тюленей и пчел. Со времен дедушки Крылова наши де­ти знают характеры зверей, оляце-

подвиг нашего народа, карикатура Труженики войны. Рисунок Г. ПРОКОПИНСКОГО, на участников войны, прикрытая  Выставка работ Студии военных ху­формой детской книжки? дожников им. Грекова.   № 10 (114)

Литература и Искусство 3