КАссиЛь ДРАМАТИЧЕСКИЙ ТРИПТИХ фашиетского концлагеря, куда его раненым заключали немцы. Он слы­шит голос Волги, матери своей, зо­вущей к себе, заклинающей все си­лы природы помочь беглецу, Он бе­жит по израненной земле Европы, он ползет через рвы и кусты, его сечет дождь, низкие тучи скрывают его от самолетов, молнни освещают ему путь к свободе, и он бежит, падает, подымается, ползет, карабкается, по­ка вращающаяся площадка сцены не выносит ему навстречу стороже­вой пост с красноармейцем. Финал спектакля оказался не­сколько более слабым, в сравнении с концовками двух первых актов. Здесь тоже сказалось отсутствие ав­тора при последних необходимых до­делках спектакля, Но все же тема C. Вечеслов, играющий Фридриха, дал очень точный, запоминающийся, умный и своеобразный портрет вра­га. Он не криклив в своем злодейст­великого победного наступления Красной Армин, грозы, карающей врага, очищающей воздух, открыва­ющей дорогу к солнцу, выразитель­но прозвучала в конце спектакля. Актерски спектакль разыгран не совсем ровно. мрачный повер, человек, сти. Чудесно играет М. Бабанова ма­ленькую француженку Марн. Это одна на самых ярких актерских удач спектакля, Изящиая, пленительно дукавая женственная любящая и радующаяся сноей любви, маленькая во и за позор своей родины, С ма­стерством, глубоко потрясающим зрителя, проводит Бабанова сцену с М. Штраухом (Вильгельмом), когда терзаемая одиночеством, голодная девушка борется с соблазном взять пирожки и бутерброды в сверкаю­щем целофане, любезно предложен­ные ей сытым немцем. Штраух с ве­ликолепным сценическим сарказмом играет солидного немецкого коммер­санта, тупого патриота, отрыгиваю­щего пивом, похотливого хищника, готового положить всю Европу в свой карман. Волжанина Алексея играет Е. Са­мойлов. Обаятельный, простой, сер­дечный, он быстро завоевывает сим­патии зрителя. Но материал роли не позволяет артисту создать большой и оригинальный образ. Т. Карпова, играющая его подругу Александру, хороша в лирических сценах. Сла­бее звучит у нее трагический напев­ный монолог о бедах народных, о личном горе, о потере любимого. Отлично играет мелкую хищницу Матильду артистка К.Пугачева Ис­кренции, порывистым, получился ше всех читает свой трудный, насы­щенный большими, величавыми обра­зами текст К. Половикова. Музыка композитора А. Голубен­цева помогает обединить в одно стилистическое целое разнообразные элементы этого спектакля. Замеча­тельной работе художника В. Рын­дина спектакль обязан значительной долей своего успеха. И вот опускается занавес, и на дружные аплодисменты зала выхо­дят постановшик, артисты, худож­ник, И каждый раз с острой болью думаешь об авторе, который так и не повидал своей пьесы, освещенной огнями сцены, ＿ пьесы, где мы сно­ва увидели, каким умным,многообе­щающим и шим далеко еще не себя полностью поэтом был Виктор Гусев. «СЫНОВЬЯ ТРЕХ РЕК» В МОСКОВСКОМ ТЕАТРЕ ДРАМЫ Фото 0. ШингАРЕВА. Эскиз В. РЫНДИНА.

РУССКАЯ

B. СУРИН

НАРОДНАЯ ПЕСНЯ Богатство и многообразие рус­ской песни общензвестны, Песня - постоянный друг и спутник русско­го человека. Нет ни одной стороны жизни нашего народа, которая не нашла бы своего отражения в пес­не, В песне народ выражает свои радости и печали, песня сопровож­дает его труд и отдых. В народных песнях воспеваются любовь и пре­данность родине, красота и простор русской природы, шумные леса, ши­рокие луга и могучие реки родной земли; Русь и в песне ты могуча. Широка и глубока. И свободна, и гремуча, И привольна, и звонка. Вся славная история русского на­рода, его героические подвиги запе­чатлены в песне. Еще Дмитрий Дон­ской, подготовляя русский народ к освободительной войне с татара. ми, широко использовал песни и бы­лины, содержание которых он сам подсказывал певцам и гуслярам. «Надобно петь так, чтобы от татар пух летел», - говорил он. Выдающийся знаток русского му­зыкального фольклора М. Пятниц­кий назвал народную песню «худо­жественной летописью исью народной жизни». Русская народню-песенная и инст­рументальная культура всегда была, как и теперь, источником творче­ского вдохновения композиторов, поэтов, певцов, музыкантов. Огромное влияние оказала рус­о вснй ки, Мусоргского, Даргомыжского, Бородина, Чайковского, Римского­Корсаковарактрны слова линкняет народ, а мы ее только аранжируем». На почве народной песни выросли такие исключительные художники и мастера вокального некусства, как Шаляпин, Собинов, Григорий Пиро­гов, Нежданова и др. Высокие тра­диции русского хорового искусства также неразрывно связаны с народ­ной песней. Народ любит, бережно хранит и развивает свое замечательное песен­но-музыкальное наследие. ства. ы ране, где созданы широчайшие возможности для раз­оискусства, на­родная песня пользуется исключи­тельным вниманием и питает самые разнообразные формы и жанры музы­кального творчества и исполнитель­B концертных организациях РСФСР насчитывается сейчас свы­ше 40 профессиональных хоровых коллективов. Среди них широко из­вестные и любимые нашим народом Государственный русский народный хор им. Пятницкого под руководст­вом В. Захарова и П. Казьмина, Крас­нознаменный ансамбль красноармей­Соревнование тет по делам искусств проводит в июле авлусте всероссийский смотр хоровых коллективов ансамблей и со­листов-исполнителей русской народ… ной песни. Комитетом утверждена оргкомис­В целях большей популяризацин русской народной песни и повыше­ния мастерства ее исполнения Коми­сия по подготовке и проведению смотра, в которую вошли В. Сурич (председатель), М. Белоцерковский, H. Беспалов, C. Бугославский, H. Голованов, Г. Дмитриевский, В. Захаров, А. Новиков, Н. Обухова A. Свешников, В. Хватов и Ю. Ша­порин. Утверждены также условия проведения смотра, предусматриваю­щие ряд премий для хоровых кол­лективов, вокальных ансамблей и солистов-исполнителей. На местах смотр начнется 25 июня и закончится 5 июля, Межобластные смотры вокальных ансамблей и пев­цов-солистов проводятся с 20 по 30 июля. В Москве состоится в августе за­ключительный концерт, в котором примутучастие лучшие хоровые кол­лективы, вокальные ансамбли и со­листы. Хоровые коллективы выступят с русскими песнями в подлинной за­писи и в обработках классиков и созетских композиторов; отдельные коллективы, имеющие достаточную вокальную и музыкальную подготов­ской песни и пляски Союза ССР под руководством А. В. Александрова, Государственный хор русской песни под руководством А. Свешникова. Ленинградская государственная ака­демическая капелла под руководст­вом Г. Дмитриевского и другие. Среди перщие известны по своим выступлениям в Москве хор северной песни Архан­гельской филармонии, Русский на­родный хор Воронежской области, хор донских казаков и др. За время Отечественной войны со­здано свыше 20 новых профессно­нальных хоровых коллективов, в ре­пертуаре которых основное местоза­нимает русская народная песня Рус­ская музыка, пропаганда которой со­ставляла всегда главную задачу в деятельности концертных организа­ций РСФСР, в период войны стала бсновой репертуара большинства коллективов, ансамблей и солистов. Русская народная песня является всюду желанным гостем -- она зву­чит в блиндаже и в землянке, в заводском клубе и цехе, в шахте и колхозном стане. Однако было бы неверно утверж­дать, что в области процаганды русской песни все обстонт хорошо. о.с Наши исполнители еще далеко не всегда умеют раскрыть красоту выразительность народной песни, глубокую органичность и ность ее музыкально-поэтического текста. На эстраде, к сожалению, еще часто дают себя чувствовать дурные традиции эстрадного «шика». вятся просто неузнаваемыми. Чувство досады вызывают и неко­торые «обработки» народных песен. Известны случан, когдакорошие песни, после того, как к ним при­коснется рука композитора, стано­Серьезный недостаток работы хо­ровых коллективов, ансамблей исо­листов-исполнителей - ограничен­ность репертуара. В большинстве случаев ими исполняю лняются пусть очень хорошие, но одни и те же песни. Привлечь внимание художествен ной общественности к задачам даль­лего развития народно-песенной культуры, повышению уровня испол­нения и качества художественной обработки народной песни, обогаше­нию репертуара исполнителей, соби­ранию и изучению русскогоузы­кального фольклора … таковы цели Всероссийского смотра хоровых кол­лективов, вокальных ансамблей исо­листов-исполнителей русской народ­ной песни. Всероссийский смотр должен стать не только творческим отче том о проделанной за время войны работе в области популяриз яризации русской народной песни, но и огром­ным стимулом для дальнейшего рас­цвета русской национальной музы­кальной культуры.

I.

Виктор Гусев уже не увидел своей последней пьесы на сцене театра. Смерть унесла поэта в самом разга­ре его совместной работы с Н. Ох­лопковым и коллективом театра над спектаклем «Сыновья трех рек». А пьеса оказалась необычной для Гу­сева-драматурга, неожиданной для тех, кто хорошо знал его предыду­работы. Таким разительно не похожим на все, что видим мы се­годня на сценах наших театров, ока­зался и самый спектакль. В нем ре­ки говорят человеческими голосами, действие свободно перемещается по поверхности земного шара, шагая через меридианы и государственные границы, Персонажи пьесы связаны друг с другом не фамильнымродст­вом, не квартирным соседством или совместной работой - их об единя­ет, разлучает, сводит и сталкивает в борьбе время, эпоха. Перед нами спектакль широких горизонтов, поч­ти вселенского размаха. И недаром уже в прологе зрителю напоминают, что он не в театр взял билет, а «на седой корабль воображения»… Струится млечный путь, проносят­иидет еучит ся светила и планеты, … и медлен­но возникает в космическом полу­мраке гигантское, занявшее всю сцену, вращающееся полушарие зем­ли, И на нем города, реки, утесы, остроумно вкомпанованными в об щий рельеф глобуса площадка адками конкретного действия. значитель-веческого Иванова или в блиндаже командира Петрова, - зрители, приученные ервокую, такля. «Во-первых, почему весь те­атр разворочен? Благонамеренных тотчас вспомилаютслогМаяковско­го из пролога ко второму варнанту «Мистерии Буфф». Грандиозная все­ленская мистерия Маяковского вста­ет в памяти не только потому, что снова мы видим на сцене земной шар, но и потому, что пьеса Гусе­ва находится и в жанровом родстве с «геронческим, эпическим и сати­рическим изображением нашей эпо­хи», как окрестил сам Маяковский свою планетарную комедию. Гусев назвал свою пьесу драмати­ческой поэмой. Определение доволь­но точное. Пьеса построена в форме некоего трагического ревю, лирико­публицистической оратории, Лириче­ские отступления, прямой оратор­ский разговор со зрительным залом, философские обобщения, пытающие­ся охватить и осмыслить события суровой и кипучей эпохи, смеловве­дены в текст пьесы. Мы обозреваем мир, вспоротый, какговорил тот же Маяковский «ке саревым сечением войны». Три маль­*чика родились в один и тот же день, в трех разных точках земного шара. Первый из них, названный Алексеем, вырос на крутых зеленых откосах Волги: другой, Андрэ, провел свою юность на берегах Сены; третий, Фридрих, одержимыймыслью опоко­рении мира, учился маршировать над Эльбой, струи которой замутил от­разившийся в них «прусского ефрей­тора мундир». И нам дано просле­дить судьбы трех этих сверстников, сыновей трех рек. Монументальные поэтические образы Волги, Сены и Эльбы, как обобщенные символы материнства, живут в пьесе, участ­вуют в действии наравне с другими персонажами спектакля. Рекивался здесь как географиче Эли ступают не ские факторыдускажей зе Реклю, но как поэтические напо-



Уголок Тбилиси. Рисунок Елены АХВЛЕДИАНИ.1 Из новых работ грузинских худож­ников.

В Союзе советских писателей Литературный Ярославль В Ярославле за годы войны вышло два альманаха, несколько сборников и книг. Среди них наиболее интерес­на во В В повесть В. Смирнова «Открытие мира». Наблюдательный художник вая, по существу, тема зазвучала свежо благодаря глубокому понима­нию автором психики ребенка. Тако­общее мнение писателен кова, .М. Слонимского, етуповон Е. Златовой, Д. Урина и А. Карцева, выступавших на заседании Бюро об­ластной комиссии ССП СССР 17 мая. то же время военные очерки Смирнова, напечатанные в 1942 г., по мнению участников совещания, в художественном отношении ниже творческих возможностей автора. В разительные рассказы. Менее единодушным было мнение выступавших о рассказах А. Флягина. то время как Е. Златова находит, что даже наиболее удачные его про­изведения незрелыи несамостоятель… ны, Н. Четунова, А. Суркови А. Кар­цев считают, что А. Флягин спо собный литератор; рядом с явно не­удачными, фальшивыми рассказами («Семья», «Песня», «Гармонь») у него и такие («Егор Кошелев», «Учитель», «Концерт»), где автор об­наруживает наблюдательность. Анализируя произведения Д. Бон­дарева, писатели отметили, что его повесть «Буйловцы», не лишенная значительнее, чем его вялые и невы­Резкой критике подверглись на со­вещании стихи ярославских поэтов М. Лисянского, Г. Соловьева и др. A. Сурков и А Карцев подняли вопрос о новых .кадрах писателей. Ярославская писательская организа­ция мало заботится о воспитании новых одаренных литераторов. ,,И дегей  Татарский эпос «Идегей» бытует среди башкир, кара-калпаков, каза­хов и других народностей, входив­ших некогда в Золотую орду. Тема этой эпической поэмы - борьба простого народа против ханской ти­рании. Собранный и отредактированный татарскими литературоведами и пи­сателем Исамбетом, окончательный свод эпоса содержит 7000 стихов. Эпос переводится в настоящее вре­мя на русский язык поэтом С. Лип­киным. На-днях переводчик познако­мил со своей работой русских и та­тарских писателей.

четов. И об одном из них, самом серьезном, следует сказать. враг, белокурый грабитель, чванливый потомок тевтонов, пока­дочень интересном ракурсе и нальные, остро звучани ор характеризующие черты; если для француза Андрэ тоже придуманыав­тором какие-то меткие, поэтически определяющие его облик частности, то для основного героя пьесы для Алексея … таких деталей, характе­в ристик, особенностей почти не ока­получился слегка упрощенным, на­поминающим слишком многих моло­дых людей, которые так часто дей­ствуют в наших пьесах и спектак лях. Мы верим в его благородство, его отвагу, мы разделяем все его лучшие чувства и, конечно, «стоим за него» всей душой. Но если Гу­сев заставил нас серьезно задумать­ся над фигурой врага, -- показав, как сложно сочетается в этом само­уверенном соллафоне плотоядная нежность к своей жене и мерзейшая вушкой, сентиментальность у колы­бели собственного ребенка и подлая ожестокость убийцы, подкладывающе­го мину под ребенка, спящего в кие слова и саркастические характе­смерть фзалово выворавают перед нами нутро врага, - то, гово­ря о своем герое, мало нового сооб­шил нам поэт, Несомненно, этот не­достаток, проступивший уже при работе театра над пьесои, был бы устранен и восполнен, если бы ему средствами постарался «допи­не остановила работу Гусева сать» образ героя, усилить его зву­чание в спектакле. Охлопков поставил пьесу Гусева со свойственным ему театральным темпераментом, любовью к широким пластическим обобщениями хорошей смелостью. В работе постановщика чувствуется настоящее творческое увлечение. Пьеса ставила перед ре­жиссером огромные трудности при воплощении ее в театральном дей­ствии. Символические фигуры трех

минания об исторических руслах по которым течет жизнь народов, как некий ст пооЕсли судеб, народных дум, общественных течений. Волжанин Алексей, молодой со­ветский учитель, полон гордой и творческой уверенности в том, что завтрашний день, к которому он вместе со своей необятной страной, будет днем большого чело­счастья. Он работает, детей, глядит и не наглядится на родную свою Волгу и на крутом упрямую и всем своим сущест­вом радующуюся жизни. Сверстник Алексея - парижанин Андрэ порывистый, восторжен­ный, может быть, слегка бездумный, на укромной скамье, у набережной Сены, плечом к плечу со своей возлюбленной мечтает о своем не­большом счастье, прислушиваясь к тихой задумчивой песенке. A на берегу Эльбы ровесник Алексея и Андрэ белокурый Фрид­рих, соединяя свою судьбу с пух­ленькой Матильдой, выслушивает в брачную ночь напыщенные тирады по­рель о фамильной двухспальной стели и фамильном мече … священ­ных реликвиях, добытых предками Фридриха в грабительских походах… На этой исторической фамильной кровати должен Фридрих дать Гер­мании новых сыновей-завоевателей, а фамильным мечом, который ему вручен кичливыми предками, он обя­зан проложить кровавый путь сквозь «суету французов» и «темное без­молвие славян» к владычеству над миром. бы. И вот падают на набережную Се­ны тревожные листовки, и сирены взвывают над парижскими бульва­рами. Сыновья Эльбы с барабан­ным рыком топают по набережным Сены. Занимается зарево над Вол­гой. Мы видим мир в огне, мы ви­дим земной шар, обятый великой бе­дой войны, которую задумали и за­чали в фамильных альковах у Эль­Так построена пьеса Виктора Гу­сева, своеобразный драматический триптих. акая пьеса не могла бы появиться в первые дни войны, ко­гда писатель, поэт, драматург отзы­на события со всей прямоли­нейностью первого отклика Не мог­ла она появиться и во второй пе­риод войны, когда искусство наше было отмечено некоторой дроб­ностью тем, эпизодической част­ностью матернала, когда писатель вндел еще войну так, как видит солдат лишь свой участок фронта. Сейчас, когда жестокая война еще не кончена, но исход ее уже совер­шенно очевиден и хочется уже обоб­щить, осмыслить накопленный опыт, заглянуть глубоко в сущность про­исходящего, именно сейчас пьеса Виктора Гусева оказалась чрезвы­чайно своевременной. Она харак­терна для нашего сегодняшнего ощущения войны. Она заставляет подумать о многом, еще лучше и ответственнее почувствовать гранди­озность времени, в которое мы жи­вем, еще точнее понять всю безмер­ную гнусность врага. Стих Гусева возмужал в этойпье­се. Большая, смело взятая тема за­ставила поэта перестроить словарь, подсказала волнующие строки. Пье­са написана с большой поэтической смелостью. Но в ней есть ряд недо-

  





певцов нальные хоровые произведения рус­ских классиков и советских компо­зиторов. Вокальные ансамбли и певцы-со­листы будут исполнять русские на родные протяжные и лирические, хороводные и плясовые, шуточные и частушечные песни. В числе других в смотре примут участие хор русско сской народной се­верной песни Архангельской филар монии, Русский народный хор Воро­нежской области, Русский народный хор Челябинской области, хор рус­ской народной песни Свердловской областной филармонии, хор русской народной песни Саратовской области, хор русской песни Калининской об­ластной филармонии, хор русской песни Орловской области, Русская хоровая капелла Куйбышевской об­ластной филармонии, Хоровая капел… ла Свердловской областной филар­монии, хор русской песни Ярослав­ской области, хор Тамбовской обла­сти и многие другие коллективы, также вокальные ансамбли (кварте­ты, дуэты), солисты концертных ор­ганизаций и музыкальных театров. Организаторам и участникам смот­ра рассылаются библиографические указатели лучших сборников русских народных песен, указатель литера­туры по вопросам русского музы­кальмого народного творчества и другие материалы.

площадки на другую. Глубоко ли­рические сцены перемежаются бое­выми эпизодами плакатного характе­строй пьесы вкра­ра. В эпический плены блестки сатиры И все это на­до было подчинить единому сцени­ческому замыслу, усиливая те эле­менты, которые не успел оконча­тельно доработать драматург. Ох­лопков сделал спектакль, полный страсти. Он проявил неистощимую

лохи над городами Европы, грохот прусских барабанов, сцены грабежа и насилия, мгновенно выхваченные лучом прожектора из тьмы. И оди­нокая фигура русской девушки, ко­торая с крутого волжского откоса машет платком пароходу, увозяще­му её милого на войну… В концовке второго акта герой пьесы Алексей бежит на родину из

Участвовавшие в обсуждении про­читанных глав поэмы татарские пи­сатели А. Файзи, А. Ерикеев, Р. Фе­зиева отметили близость перевода к подлиннику, верное воспроизведение особенностей татарской народной поэзии. П. Скосырев, Л. Пеньковский, В. Звягинцева, Д. Бродский и другие говорили о поэтических достоинст­вах перевода.

М. Бабанова в роли Мари.

СТАТЬЯ ПУБЛИКУЕтСЯ В ПОРЯДКЕ ОБСУЖДЕНИЯ.

E. Самойлов в роли Алексея.

 писстелей что автор хотелогра­Коньке-Горбунке». Рассказ развер­тывается легко и свободно, есть тро­гательные драматические моменты, и во всем ощутима настоящая теплота ,и любовь к нашим воинам. И хотя читатель не встречается здесь с ка­ким-то целостным поэтическим обра­зом, хотя он сетует и на незрелость,

победы, умение интересно рассказать о технической стороне дела, начер­тить портрет людей - все это свн­детельствует о том, что Анна Гер­ман серьезно подходит к темам на­шего тыла и может делать интерес­ные и нужные вещи в этом напра влении. Но почему так мало ею на­писано? И почему совсем не занима­ются этими темами новосибирские пиеатели? Любой школьник знает роли и значении Сибири в дни Оте­чественной войны, о трудовых под­вигах советских людей Сибири. По­чему же новосибирские писатели проходят мимо них? Что это -- рав­нодушие, непростительное для со­Среди очерков и рассказов, посвя­ветского писателя? шенных фронтовым темам или изоб­ражающих жизнь советских людей под фашистским игом во временно оккупированных немцами районах, есть и неплохие, правдивые зарисов­ки, - но и только… Нельзя не отме­тить одной неверной тенденции: не­которые авторы порой воспроизво­дят что-то вроде сентиментально-на­роднических штампов, особенно фальшивых там, где речь идет о страданиях советских людей под не­мецким игом. Например, отрывок из романа Фед. Олесова «Однажды ле­том» о бабушке и внучке, над кото­рыми издеваются немцы, написан в той слезливо-жалостливой манере, в которой нельзя писать о наших лю­дях! Это - не «маленькие люди», не «Антоны-Горемыки», a советские нелокоренные люди, бессмертный со­ветский народ! Новосибирским писателям есть чем подумать, Эпические трудовые подвиги совершаются на их глазах, новые люди, женщины, подростки вырастают в талантливых, смелых мастеров, настойчивых, неутомимых новаторов, чей труд обрушивается на головы врагов грозной карой, свя­той местью, Не следует ли литера­торам учиться у этих мастеров их строгому и творческому отношению к труду? Не пора ли новосибирским писателям поставить перед собой на­стоящие, большие творческие зада­чи и решать их с настойчивостью и неутомимостью, свойственными со­ветскому человеку -- труженику и патриоту!

ниться», ввести в атмосферу неза­дней, если не считать все это свидетельствует о том, что Ел. Стюарт поэт. Но ей нужно ра­такой, например, довольно странной ботать, не прощая себе ничего, пом­на строфы: му ня, что поэтическое слово в дни великой войны должно быть особен­но точным, строгим, острым, потому что оно воюет! Вот этого отношения к поэтическо­слову недостает новосибирским поэтам и прозаикам и их редакто­рам, - впрочем, по большей части они сами редактируют друг друга, делая это зачастую небрежно, сни­сходительно, без подлинного чувст­ва ответственности. Поэтому явно способный Л. Кондырев, умеющий иной раз сказать простые и точные слова, написать удачную песню, включает в свои сборники и стихи крикливые, являющиеся набором пу­стых штампов По той же причине немало неряшливости у Смердова. По той же причине сборник стихов и рассказов «За честь родины» от­крывается «программными» стихами Евг. Березницкого (сборник назван заглавием одного из этих стихотво­рений), - а в этих стихах мы встре­чаем такие, к примеру, строки: Пусть гады-гитлеровцы вьются В крови отравленной своей () или призыв мстить врагу За каждый волое, упавший С головок наших детей (?). пустая, безответственная болтовня там, где дело идет о страданиях, о крови, о муках наших людей, об их героической борьбе. Что касается прозы, вошедшей в сборники «За честь родины» и «От­невые дни», то прежде всего бро­сается в глаза почти полное отсутст­вие произведений, которые так или иначе отразили бы героический труд рабочих, крестьян, интеллигенции в тылу, жизнь Сибири в дни Отечест­венной войны. Кроме очерков Анны Герман «В тылу», здесь просто ни­чего нельзя отметить, Работа Анны Герман, несомненно, полезна, это особенно нужно сказать о ее кни­жечке «На больших горизонтах», по­священной людям Прокопьевска. Простой, деловой тон этих очерков, вдумчивость и внимательность, с ко­торыми автор рассказывает об ини­циативе, упорстве советских людей­новаторов, которых война вдохновля­ет на новые творческие искания и

Книг ии човоиоирских B. ЕРМИЛОВ читателя холодным, в них нет горя­чей, страстной поэтической эмоции, которая могла бы придать им настоя­щую жизненную силу. Даже наиболее сильные сти­хи сборника только подходят к той грани, за которой начинается поэзия, но не переступают этой гра­ни. Вот характерный пример: стихо­творение «Дым отечества». Оно на­чинается в той же свойственной многим стихам Мартынова манере беседы с товарищем: Ты помнишь пословицу? мы говорим. Что сладок бывает отечества дым Я дым этот сладкий вдыхал наяву. И далее оказывается, что речь идет об обнажениях юрских пород в Кунцеве, «где плещет волною Мо­сква»: горючая глина, «ярко горя», издает сладкий аромат «пьянее ви­на», прекрасней цветов. Все это у Мартынова ощутимо. Но стихотворе­ние оставляет чувство незавершен­и досады. Читатель не может не увствовать наличия богатой поэ­c детства знакомого изречения «сладком дыме отечества». Читатель чувствует соседство какого-то зна­чительного образа, поэтической мыс­ли, связаиной с любовью к родине и родной земле. Автор подвел нас к грани, за которой начинается поэ­зия, но и остановился перед этой гранью, В самом деле, все сводится только к следующему назиданию: Залюмни! Ты в Кунцеве раньше бывал и. кажется, даже на даче живал, И в парке Смирновском ты пиво пивал, Глотал ты «эскимо», спеша на вокзал, А вот не вдыхал ты отечества дым. О коем так часто мы все говорим! Итак, мы просто обогатились све­дениями о любопытном явлении при­роды, рассказанном в поэтической форме, - и только. Но и самое на­звание стихотворения: «Дым отече­ства», и первые строки ориентируют на иирокие я многозначительные ас­социации, и читатель никак не может В числе книжек новосибирских пи­сателей, изданных Новсибгизом за время Отечественной войны, есть н небольшой сборник стихов Л. Мар­тынова «Мы придем». Имя поэта из­вестно читателям, и книжечка не сможет не привлечь внимания. Одна­ко читатель вынужден будет при­знать, что большинство стихов, во­шедших в этот сборничек, слабее известных ранее произведений поэ­та. Разумеется, и в этих стихах ви­ден квалифицированный литератор со своей манерой, своеобразной ин­тонацией, оригинальностью выбораи разработки поэтических тем. Автор избрал интонацию «беседы с товари­шем» на различные общие темы, в том числе о старинной славе Рус­ских городов и об их новой славе, завоеванной в великих боях против фашистских захватчиков. Читатель не может не отметить, что автор чувствует русскую стари­ну, что ему присущи широкие исто­рические интересы и стремление к органическому слиянию историче­ской темы с современной, что стихи его отличаются несомненной куль­турностью. В сборнике уракоторых современная тема онльноености цией. В стихах дру другого жанра --- по­литического памфлета гораздо меньше поэтической конкретности, да и не все оказывается точным в об­щих представлениях автора, Напри­мер, в памфлете «Зеваки» автор об­виняет немцев, поддерживавших по­литические авантюры Гитлера, в… «ротозействе»: ла Он сгинет в ночь! Его сметем мы прочь, Но, немен, спросят сын тебя и дочь, Узрев портрет Шикльгрубера в музее: Ведьонже былживотное точь вточь, Как вы могли в делах ему помочь? Чего же вы зевали, ротовеи? Ясно, что сводить вопрос к «рото­зейству» означает грубую ошибку. Даже и наиболее удачным сти­хам, вошедшим в сборник, свойствен­на некоторая искусственность. В са­мой неторопливости, «рассудительно­сти» житейски-разговорной интона­ции есть отпечаток изрочитости, не­коего любомудрия. Стихи оставляют

И как, предвидя все утраты, Был город грозно напряжен, Отметив дверь военкомата Толнюю молчаливых жен (?). попытки автора опереться Пушкина: Нам сохранит навеки память. Как, враз перечеркнув покой Ползли орулия ночами По потрясенной мостовой. Пушкинская строка, быть может, прозвучала бы здесь поистине потря­сающе, если бы… если бы автор смог передать новое чувство, новое восприятие - по сравнению с тем, какое было у нас на довоенных на­ших парадах 1 мая, 7 ноября, когда орудия ведь тоже «ползли по потря­сенной мостовой». Пушкинская стро­ка оказывается очены невыгодной для стихотворения Ел. Стюарт, подчер­кивая, что его автор не справился с главной своей задачей выразить не­бывалую новизну великих дней, гроз­ных событий. Ведь у Пушкина «По­трясенная мостовая» выражает гроз­ную необычность событий, происхо­дящих в поэме, их небывалую но­визну. А в стихотворении Стюарт как раз этого и нет. Мало одной искренности и взвол­нованности, нужно еще многое дру­гое, и в том числе более глубо­кое, более конкретное чувство ре­ального значения слова. Вот, напри­мер, в одном из стихотворений Ел. Стюарт кульминацией всего стихо­творения являются такие строки: рана Что в жизни больнее, чем От краткого слова война? Автор не чувствует бестактности употребления привычной и стертой «метафоры»: «рана от слова» в при­менении к такому слову, как война с ее реальными ранами. При всем том и темы стихов Стю­арт, и подлинное их волнение, и та­кие, например, строфы в одном из стихотворений для детей (сборник «Отважные ребята»):

поверить тому, ничиться простым сообщением. Поэ­тому к досаде на незавершенность

присоединяется и недоумение по по­и на наивность, все же у читателя возникает живое представление отва­силы, смекалки, бес­воду заключительных строк стихо­творения, Они приобретают странное ги, ловкости, звучание в чем-то упрекающей, даже почему-то ехидствующей, сентенции: предельной преданности воинскому долгу, Несомненно, что «Тарас Клин­то ли мы виноваты в том, что «не вдыхали дым отечества», и поэтому ков» выполнял боевую фиксируя воинский опыт наших напрасно «так часто» об этом гово­цов в первые месяцы войны, помо­рим, то ли еще в чем-то непонят­ном. Незавершенность, холодноватость, отсутствие большой темы, страсти, пафоса - вот общее впечатление о ло сборнике «Мы придем» Л. Мартыно­ва. Читатель, знающий Л. Мартыно­ва по прежним произведениям, огор­чится тем, что в сборничке нет ни одного стихотворения, которое мог­бы увлечь ясно и сильно выра­женным большим и живым чувством! Привлечет внимание читателя книжка Александра Смердова под названием «Сибиряк Тарас Клин­ков». Это сборник стихотворных рассказов, печатавшихся с первых дней войны в газете «Красноармей­ская звезда», о воинских подвигах наших бойцов, в основу большинст­ствительные, из боевой практики. бойцов-сибиряков, которые, как из­вестно, прославили себя замечатель­ными боевыми качествами и воин­ской доблестью. Тарас Клинков … собирательный образ, он - находчи­вый и отважный разведчик, снайпер­пулеметчик, по-русски беззаветно­смелый и вместе с тем уверенно-спо­койный, расчетливый и хладнокров­ный, богатый острым, веселым сло­вом, любимец бойцов, - под разны­ми именами этот персонаж фигуриру-тех ет с начала войны во многих на­ших фронтовых, армейских, дивизи­онных газетах, Жанровое его проис­хождение -- в солдатском фолькло­ре, райке, частушке. Тарас Клинков далек от большой поэтической зна­чительности, но в пределах жанра он выполняет свои задачи, Это се­рия боевых эпизодов, сюжетных и занимательных, рассказанных живо, в бойкой получастушечной манере, сти­хотворным размером «Сказки гая молодым бойцам в усвоении это­го опыта. В стихах Елизаветы Стюарт (сбор­ники «Города будущего» и «Отваж­ные ребята») есть искренное волне­ние и единая поэтическая тема: мы ведем войну и готовы на смерть во имя жизни, во имя светлых «городов  будущего». Есть хорошие стро­фы и образы. Но не выработана еще своя поэтическая интонация, и много общих слов, стертых, потеряв­ших выразительность. Вот из вступ­ления к сборнику «Города будуще­го»: Жестокое время, с Суровые годы, Нелегкое бремя. И каждый из нас Сраженьям горячую молодость отдал И, может быть, все, что имест, отдаст… Каждый из этих стертых эпитетов имеет право на существование толь­ко в том случае, если он входит в какое-то большое поэтическое целое, e, освежающее любой эпитет Но тако­го освежения здесь нет. Недостает строкам Ел Стюарт ос­трюты, цепкости поэтического виде­ния. Несомненная искренность, вол­нение автора не находят еще для се­бя настоящего поэтического выхода, Это особенно ясно видно в стихах, где автор хочет не только выразить лирическое чув­ство, но и нарисовать обективную картину, В стихотворении «Никто из нас забыть не сможет» автор хочет воспроизвести небывалую новизну впечатлений первых дней войны: Тех дней мельчайшая подробность Запоминалась навсегда, но в том-то все и дело, что в сти­хотворении нет ни одной такой «под­робности», которая могла бы «запом-

В лесу грибной осенний запах Тебя встречает, как войдешь, И сосны на мохнатых лапах Невидимый качают дождь. А он, земли не достигая. Легко шумит над головой И в пышных ветках оседает

и Искусство З

№ 21 (125) Литература