Жизнь в музыке Б. В. Асафьев Максимович Горький, Алексей вспоминая о Владимире Васильевиче Стасове, говорил: «Около В. В. все­гда можно было встретить каких то юных людей и он постоянно с не­кой таинственностью в голосе реко­мендовал их как великих поэтов, му­зыкантов, художников и скульпторов в будущем… Известно, что не одно­го из них он ввел в храм искусст­ва». Прямой иллюстрацией к этому зоркому наблюдению служит отры­вок из новонайденного письма само­го В. В. к его брату Дмитрию Ва­сильевичу, Датированное 24 авгу­ста 1904 года, письмо это рассказы­вает о том, как Стасов в празднич­день 15 августа принимал друзей на своей знаменитой даче в Старожиловке. Не приехал только композитор Глазунов, с которым Ста­сов связывал возможность насла­диться музыкой. «Но, -- пишет Ста­сов, - его заместил некто новопри­былый, неожиданный и - важный! студент 20 белокуренький, маленький, робкенький, но сильно способный и поступающий в сентяб­ре в Консерваторию, в класс Рим­композитором (оперы) и кажется по­ского-Корсакова. Он хочет быть хож на будущего важного музыкан­милая вещь, ее одобрили уже и Римлянин та. Его «Колыбельная» (в марте), и Глазунов (третьего дня, здесь, у нас), но кажется повсему, скоро у него пойдут веши в самом важные! Этот белокурый деле тихий мальчик просто удивил меня. Он самоучка, ни у кого не учился, но отлично играет на форте­пиано, не как пианист (этим он ни­когда не будет). а как отличный музыкант, Он играет наизусть всю русскую школу (оперы, симфонии, романсы), отлично аккомпанирует от­лично читает с листа…» Заканчивая описание первых впечатлений от юно­го Асафьева, Стасов восклицает: «Как я люблю новые «рекрутские наборы»! Как я их жажду, как они мне нужны! Как они меня почти ни­когла не обманывают!» Борис Владимирович Асафьев не обманул ожиданий Стасова. Он стал действительно одним из вы­дающихся деятелей русской музы­кальной культуры. Ученик Римского-Корсакова и Ля­дова по композиторству, историк по своему университетскому образова­нию, Асафьев нерязрывно соединяет в своем лице художника и ученого, Его уметвенный кругозор обши­рен. Его творческий дар обаятель­но благороден. Понятие музыки для Асафьева это понятие особого познания мира. Обладая всеми тонкостями про­фессионального мастерства, он ви­дит в композиторе того худож­ника, чья душа созвучит миру, кто слышит музыку окружающей жизни и природы. За струнной изгоролью оркестра Асафьев разли­чает те величайшие драмы, комедии и трагедии, какие воспринял компо­зитор; он видит, как встают перед внутренним взором художника-твор­ца сложнейшие проблемы его време­ни, как рушатся и созидаются ми­ры, как расцветают весны и кружат­ся зимние метели. Для Асафьева-исследователя музы­ка есть вечно живой поток сознания, и как бы ни был тонок и остер его анализ, этот разбор нужен ему для того, чтобы притти в результате к новому синтезу, вновь пластически воссоздать целостный обганизм му­зыкального произведения. Тридцать лет назад весной 1914 года, Асафьев появился в музыкаль­но-литературных кругах, как «Игорь Глебов». Этот псевдоним стал вско­ре столь же известен как имя Асафьев. За подписью Игоря Гле бова стали печататься многочислен­ные критические статьи, обширные монографии и «Симфонические этю­ды». Громадная эрудиция Асафьева, его умение вчувствоваться в любую эпо­ху человечества не заслопили перед ним его главной и пентральной те­мы ученого и писателя, его задачи проследить то национальное русло. по которому шло могучее течение русского музыкального нскуества. Как исследователь русской музыки, Асафьев берет музыкальную жизнь нашей родины во всей широте Он внимательно и пристально вслушн­вается, как поет романсы гсрол, как разливается над лугами и речными просторами народная песня, как зву­чит пастуший рожок. И рядом этим монументальные монографии о величайших гениях Глинке и Чай­ковском, Мусоргском и Римском­Корсакове. Да и трудно перечис­лить, о ком из русских композиторов прошлогои настоящего не писал про­ницательно и любовно Игорь Гле­бов. и Асафьев как ученый не только изучает, но и открывает Он прокла­дывает просеки там, гле до него бы­зрхивную пыль со связок старых бу­маг и, читая старичный документ, чудесно воскрешает когда-то кипу­чую, а ныне забытую жизнь Но там, где, кажется, все уже найдено хорошо изучено и там он убели­еще «белых месть таится творческих блографиях, например, Глинки или и Чайковского, и как еще много непо­в самых по­нятого остается даже пулярных произведениях. раничивался сочинением драматическим спектаклям полнял ряд работ старых балетов и по вых вставных номеров в текущий ба­летный репертуар. И вся эта очень важная для культуры театра музы­кальная работа заставляла его по­рой отодвигать на второй план осу­ществление собственных творческих замыслов. Но последние годы явля­ются для Асафьева, как композито­своего рода жатвой жизни. ра, Замечательный знаток балета, Асафьев создает одно за другим но­вые хореографические произведения. сезон 1932-33 годов на балетных В сценах Москвы и Ленинграда появ­ляется балет «Пламя Парижа» из эпохи французской буржуазной ре… волюции. Музыку к этому балету Асафьев метко назвал «музыкально­историческим романом». И в самом деле, перед слушателями разверну­лась в музыкальных образах бурная эпоха конца XVIII века. и Осенью 1934 года Ленинград­ский театр оперы и балета показы вает пушкинский балет «Бахчисарай­ский фонтан», в музыке которого Асафьев глубоко вскрывает роман­тизм, как безудержный порыв, как «угль пылающий» в груди Пушкина Мицкевича. Начинается ряд бале­тов композитора, написанных им на большие литературные и жизненные темы. На афишах появляются: «Каз­казский пленник» по Пушкину «Ночь под рождество» по Гоголю, «Утра­ченные иллюзии» по Бальзаку, «Ашик Кериб» по Лермонтову, «Красавица Радда» по Горькому, На сюжет взятый из истории граждан­ской войны на Сезерном Кавказе пишется балет «Партизанские дни», о партизанах современной Югославии говорит музыка балета «Милица». Особенно примечательна партитура «Утраченных иллюзий», где Асафь­ев на фоне бальзаковской Франции развивает свои мысли о судьбе ху­дожника, о его творческом пути, о его верности самому себе. Композиторская работа Асафьева не ограничивается только созданием балетной музыки. Одновременно он пишет оперы и симфонии, романсы и камерные инструментальные произ­ведения. И здесь он особенно много внимания уделяет своим любимым русским писателям, На основе лер­монтовской «Казначейши» им написа­на комическая опера, музыкальной драмой становится «Медный всад­ное отображение. ник». Так драгоценные страницы русской и мировой классики рож­дают в душе Асафьева их музыкаль­Ленинградец по своему рождению, по долгим годам жизни, Асафьев провел в родном героическом городе самые трудные месяцы его блокады. Голод и холод не сломили дух му­жественного и стойкого человека Переселившись в стены бывшего Александринского театра, он с утра и до ночи работал над книгами и музыкой. И когда читаешь список со­зданных Асафьевым теоретических и музыкальных произведений, трудно предетавить, как мог все это сделать один человек, да еще работая в полутьме, при мерцающем свете ма­ленькой коптулки, в нетопленном по мещении, при грохоте непрерывных обстрелов и бомбежек; тут были и книги о Чайковском и Глинке, и личные мемуары, и труды о чешской культуре, и множество страниц са­мой разнообразной музыки. В 1943 году народный артист рес­публики, орденоносец Асафьев был удостоен Сталинской премии. Док­тор музыковедческих наук, он был избран действительным членом Ака­демии наук СССР. Перед выборами в Академию выдающийся представи­тель молодого композиторского по­коления Дмитрий Шостакович писал ном кантов нашелс Шостакович говорил, что работы Асафьева, по­священные музыкально-историческим проблемам, «давно приобреди пол­лиино классический характер и миро­ную известность». Он подчеркнул неистошимость творческой энергии Асафьева, его совершенное владе­ние техникой созлания самых разно­образных музыкальных форм, Свое шестидесятилетие Борис Вла­димирович встречает как художник, для которого не существует возра­ста. Каждый прожитый им день яв­ляется для него шагом вперед, все к новым высотам музыкальной куль­туры. Горячий патриот, он утверж дает всей своей «жизнью в музыке» славу русского народа, ныне творя­щего новую, величайшую богаты­скую симфонию в бессмертных под вигах на полях битв.



в. иоГАнсон Репин и советское искусствонаволков В знаменательные дни победонос­ной борьбы нашего великого народа и всего передового человечества неслыханным мировым злом - фа­шистской чумой наша страна торже­ственно отмечает столетие со дня рождения величайшего русского ху­дожника Ильи Ефимовича Репина. Прекрасное репинское творчество близко нашей современности. Советское искусство прочно ут­вердилось на позициях социалисти ческого реализма, художественного ческ стиля, способного выразить нашу эпоху и стремления нашего народа­И вполне понятен величайний подем, с которым мы, художники, приходим к чествованию гениально­го русского живописца, ярчайшего представителя идейной реалистиче­ской живописи Национальной особенностью и вы­соким достоинством русской худо­жественной культуры всегда было сочетание глубины мысли, идейно­сти с высокой художественной формой. Эти черты, особенно прису­щие творчеству Репина, привлекают к нему внимание и любовь нового советского поколения художников. Искусство Репина, живое, страст­ное, талантливое, необычайно разно­стороннее, неповторяющееся, вечно новое, мастерское по выполнению и форме подлинно русское, нацио­нальное искусство. Живопись нашу так же трудно представить себе без Репина, как русскую литературу без Толстого, русскую музыку без Му­соргского, Чайковского. Его искус­ство было подвигом всей его жизни. Оно было необходимоему,как дыха­ние, почти с детского возраста и до конца его долголегней жизпи. Понять размах и значительность его творчества можно только изучив ис­торию его жизни, его эпоху, окруже­ние и школу (в частности, Академию художеств его времени, обычно не­дооцениваемую, которой Репин обя­зан многим: в ней он усвонл несб­ходимые знания, дисциплину рисун­ка и начала мастерства). Нас поражает необычайная плодо­витость Репина Он создал сотнише­В девров живописи, тысячи рисунков. мировой живописи непревзойден­ным по плодовитости считается Ру­бенс;но продуктивность его творче­ства скорее укладывается в сознании, если учесть его «специализацию» преимущественно на обнаженном те­ле, на выработанном им излюбленном типе женщины (к тому же у Рубенса была подсобная сила в лице десятков учеников его мастерской). Размах творческой деятельности Репина н не может не вызвать изумления. Нужно обладать гигантским талантом и трудолюбием, чтобы написать такое количество замечательных произведе­ний, не похожих друг на друга: «Воскрешение дочери Иаира» «Бур­лаки на Волге», «Не ждали», «Сад­ко», «Крестный ход в Курской гу­бернии», «Арест пропагандиста», «Дуэль», «Иван Грозный», «Испо­ведь», «Сходка», «Проводы ново­бранца», «Вечерныци», «Запорожцы», множество разнообразныхдругиххол стов, вплоть до «Государственного со­вета», громадное количество портре­ов с блистательно острыми харак­пейзажи, натюрморты, огромное количество замечательных рисунков. Все это было возможно непрерывном горении при под­отношении своему при вижническом к труду. Для Репина жить значило непре­рывно творить. Его творчество явля­ет пример исключительной разносто­ронности русского таланта и, глав­ное, чуткой отзывчивости на явления и события своего времени. Творческое наследие Репина - это гигантская эпопея о современной ему действительности. Перед нашими пла­зами проходят типизированные порт­реты царских сановников-бюрократов, приставов, полицейских, кулаков-ми­роедов, угнетенного крестьянства, офицеров, чиновников, интеллигенции, адвокатов, монахов, куппов и купних, актеров, писаИвана ученых, музыкантов, поэтов -- пред­ставителей всех классов и слоев по­реформенной России. Вспомните хо­тя бы образы крестьян, блестяще Заметки художника > охарактеризованные в «Крестном де», - от кулаков-старост до бого­молок, прибавьте портреты «Мужи­чок из робких», «Мужик с дурным глазом», … это целая повесть русском крестьянстве при царизме. Таких повестей у него немало: по­весть о реводюмонном интеллигенте в картинат Не алитАреет про­пагандиста», «Отказ от исповеди» и множество других. Изучение творчества Репина и раз­витие его лучших традиций - важ­ные условия роста молодого искусст. ва социалистического реализма. За двадцать шесть лет после Ве­ликого Октября в нашей стране про­изошли такие события, такие сдвиги, которые в корне изменили весь облик русской действительности. Иными стали крестьянин, рабочий, интелли­гент, иной стала психология челове­ка. Изменился облик всей советской земли. Новое проникло во весь уклад ния, новые дела, новые подвиги! На­и обстановку жизни. Новые стремле­конец, в последние годы народ наш немеркнущей славой в борьбе за честь и свободу покрыл себя вечной, своей советской родины. В Отечест­венной войне возмужало и закали­лось новое поколение героев. Весь мир удивляется мужеству советского человека, его гуманизму, неколеби­мой воле к победе. Какой океан чувств -- гнева, люб­ви, самоотвержения, патриотизма -- бушует сегодня в душе советского человека! Как прекрасны его духов­ные черты! Была ли во всей мировой истории эпоха, столь наполненная материалом для творчества художни­ка? бы но И невольно думаешь подчас: «Нам теперь советского Репина; худож­ника-гражданина, увлекающегося, за­горающегося новой, большой темой!» Странными, нелепыми кажутся сей­час рассуждения о так называемом «чистом» искусстве. А они еще су­ществуют, эти жалкие «теории», если не на словах, то на практике. Смеш­доказывать, что высокой форме искусства нисколько не противоречит идейная направленность и что они связаны неразрывным единством. Разумеется, всякий жанр нужен и по-своему труден Трудноорошо написать петют морт, Но все же, положа руку на сердце, сознаемся, что картину глу­боко содержательную напи­сать сложнее. Очень много труда и волнений, Спокойнее писать пей­зажи на лоне природы, не так хло­подно. Вот тут-то и встает перед нами во весь гигантский рост Ре­пин. Он не думал о трудностях, а преодолевал их. Несправедливо было бы обвинять в равнодушии и безыдейности худож­ников специфического жанра, напри­мер «органических» пейзажистов­им природа отпустила свой особен­ный дар, Не о них я говорю, а о тех, кто уходит в пейзаж от большой со­временной темы и кто не умеет са­мый пейзаж одухотворить новыми чувствами, новым содержанием, Вособенностинестерпимы заядлые эстеты. Ну если ты уж такой «при­рожденный эстет», упражняйся на своих холстах Ноони пытаются рас­суждать о Репине! «Тенденциозное искусство», «литературщина», гово­кое и А рят эти жалкие пигмеи о гиганте творческой мысли. Известно, что вся­идейное искусство тенденциозно, но, в этом слове нет ничего зазорного. термин «литературщина» никак не­применим к Репину, Литературщина­это вид слабой живописи, возникаю­щий, когда художник не в состоянии понияться до больного обобщения его удачно найденной темой. Это можно сравнить с исполнением хоро­шей роли беста. есталанным актером. Мож­но ли сказать что-либо подобное о вдохновенном Репине? Я утверждаю, революционнойональной антевещает Грозного.которые Ивана Грозного. Исключительным, почти мым свойством репинского дарования является «тайна движения» челове­ческого лица. Это редкостный дар. Лицо в движении - его нельзя на­писать с натуры. Исступленное лицо Ивана Грозного поразительно по сво­ей экспрессии. И какую бы картину хо-Репина мы ни взяли, везде мы увидим тончайшую передачу движений чело­веческой души, Как сложны, напри­мер,оттенки человеческой улыбки­от заразительного хохота в «Запо­рожцах», от предсмертной прощаю­уьюки офицера в «Дуэли», от улыбки сына гимназиста, узнающего отца в картине «Не ждали», до под­лейшей улыбки сыщика в картине «Арест пропагандиста». Нечего, ко­нечно, говорить о том, что худож­ник, обладающий таким редкостным дарованием психолога, должен был стать замечательным портретистом. Художник, способный написать чело­веческое лицо в движении, легко будет справляться с лицом в относн­тельной статике. Глаз и рука Репина создали серию блистательных характеристик людей его эпохи. Репинский портрет Мусоргского вызывал изумление такого мастера рисовальшик Крамской долго сидел портрета, как Крамской. Безупречный перед этим портретом, сознавая, что, есть еще особенный дар, благодаря кроме мастерства формы и рисунка, начинает которому лицо на холсте жить второю, вечною жизнью, соз­данною чудотворною рукою подлин­ного таланта. Воздействие картин и портретов Репина было бы неполным, если бы он не обладал качествами прирож­денного живописца, необычайной спо­собностью переплавлять в краски живую плоть и кровь тела, живую ткань вещей. Это и есть искусство подлинного реалиста-колориста. Это и есть волшебная магия колориста­психолога, которая чарует зрителя, делает картину убедительной, за­ставляет верить в подлинность ху­дожественного образа. Талант Репина глубоко самобытен. Он во многом не был похож на дру гих. Вот рядом с ним Серов - ум­ный, вдумчивый, медлительный, тя­желоватый, А Репин - сама стихия, Он, по-моему, сам не отдавал себе полного отчета, чем он является, На мой взгляд, он самый талантливый русский художник. Художник со срывами, мятущийся. И вместе с тем все в его творчестве необычайно ос­мысленно, целеустремленно. Развитие и расцвет творчества Репина были тесносвязачыс пробуж­дением революционной мысли интел­лигентов-разночинцев, с идеями Бе­линского, Добролюбова, Чернышев­ского, с поэзией Некрасова, с пере­движниками. Оно питалось пере­довыми идеями среды, в кото­рой вращался Репин. Художни­ки на С и литераторы этого были проникнуты сознанием граж­данской миссии художника. И не удивительно, что в живописи карти­стала основной формой искусства. уходом со сцены Сурикова и Ре­пина и с усилением, в годы полити­ческой реакции, западных декадент­ских влияний, упадочныхформалист­ских течений-высокое мастерство идейной картины в большой мере было утеряно, хотя все эти годы v нас продолжала плодотворно рабо тать большая группа художников­реалистов. посылки реалистической развитие Репина так Советская эпоха создала все пред­для возрождения идейной ой картины. Дальнейшее советской живописи идет по этому пути. Вот почему творчество так живо, так современно, близко нам, советским худож­написаны Товарищ Сталин в числе величай­ших представителей русского народа да назвал Сурикова и Репина. Их имена на знамени нашей наци­культуры. Гений Репина ос­путь советским художникам, создают великое социалисти­неповтори-усство, смело открывая новое и развивая лучшие традиции прошлого.

бывали периоды, прикасался к нотной

Автопортрет, Уголь, 1899 г. *

И. Е. Репин.

*

дня рождения

К столетию со

И. Е. Репина

Широко отметит 100-летие со дня рождения Репина Всероссийская ака­демия художеств. В юбилейные дни в Академии состоится торжествен­ное заседание Ученого совета. В домах культуры, городском лек­тории, на предприятиях, в учебных заведениях, в частях Ленинградско­го фронта и на кораблях Красно­знаменной Балтики организуются лекциио жизни и творчестве Репина. **1 ХАБАРОВСК. (По телеграфу от наш­корр-). Краевой художествен­ный музей организовал выставку в связи с праздно зднованием юбилея И. Е. Репина, на которой представ­лено несколько оригинальных про­изведений великого художника, ко­пии и репродукции. Намечено провести ряд докладов и лекций в воинских частях, на предприятиях, в учебных заведениях. Большая выставка к репинским дням открыта в читальном зале крае­вой научной библиотеки. Союз советских художников Ха­баровского края отмечает репинские дни торжественным заседанием. НА РОДИНЕ ХУДОЖНИКА область), заседание ЧУГУЕВ (Харьковская Состоялось обединенное исполкома районного Совета депута­тов трудящихся и бюро Чугуевского райкома партии. Член областного комитета по проведению 100-летия со дня рождения Репина секретарь районного комитета КП(б)У тов. Палилов сообщил о мероприятиях по увековечению памяти земляка--вели­кого русского художника. Решено воздвигнуть памятник Репину, восстановить домик, в кото­рсм он родился, организовать музей, сосредоточив в нем материалы о жизни и творчестве художника в Чу­гуеве. В Харьков выехала бригада ху­дожников, сделавшая здесь зарисов­ки для альбома «На родине Репина». Среди художников - ученик Репи­на, заслуженный деятель искусств проф. Прохоров.

ЮБИЛЕЙНЫЕ ИЗДАНИЯ K юбилейным дням издатель­ство «Искусство» выпускает ряд изданий Репине. Выходит альбом красочных и фототи­пических репродукций произведе шого формата) с лучших ний Репина. Альбом состоит из 60 таблиц. Печатается серия юбилей… ных открыток. В массовой библиотеч. ке готовится к изданию монография A. Лебедева о творчестве Репина. Издается книга И. Зильберштейна «Репин и Горький». Среди иллюстра­ций к книге впервые публикуются три неизвестных репинских портре­та Горького.



Новым изданием, значительно до­полненными исправленным, выходит обширный том «Далекое-близкое», в котором собрано богатейшее литера­турное наследие Репина - мемуа­ры, статьи и письма, раскрыва­ющие эстетические воззрения велико­то художника-реалиста. В книге да­ны яркие литературные портреты современников и друзей Репина Крамского,олстого, Серова, Ф. Васильева, Гаршина, Ге, Анто кольского, Куинджи и др. Отдельным изданием выходит книга «Бурлаки на Волге» воспо­о поездке с худож­минания Репина ником Ф. Васильевым по Волге в связи с работой над картиной «Бур­лаки на Волге», В книге воспроиз­ведены многочисленные наброски и этюды, сделанные художником к этой картине.

ВЫСТАВКИ, ЛЕКЦИИ, КОНЦЕРТЫ ЛЕНИНГРАД. (ТАСС). Началась подготовка к 100-летию со дня рож­дения великого русского художника И. Е. Репина, Председатель Ленин­градской комиссии по проведению юбилея художник В. Серов сообщил: - В Русском музее организуется выставка произведений И. Е. Репи­на. В недавно отремонтированных за­лах будет экспонировано более 150 работ из музейных фондов и из кол­лекции художника Бродского, Здесь же будут выставлены материалы, на­ходившиеся в «Пенатах».

МЕЧ ные в железо полки Тевтонского ор­дена. Слава этой всеславянской по­бедной битвы не меркла в веках, не она ли поднимала дух чехов в их борьбе с Габсбургами? И не эту ли славную страницу истории сла­вянства вспоминали в тяжкие мину­ты испытаний польские патриоты, которые в тылу врага, не жалея жиз­и ни, ведут неравную борьбу с немец­кими злодеями. Но среди всех звезд истории, на которые может с гордо­стью взирать человек-борец, есть ярчайшая, ни с чемне сравнимая звез­да - Красной Армии, звезда, что го­рит на груди каждого Героя Совет­ского Союза, звезда, что пламенеет на развевающихся знаменах советских дивизий. Над измученной, окровавленной Польшей встает заря нового Грюн­вальда, но для немцев это повторе­чие истории тысячекратно страшнее: тогда, сильные своей гневной обеди­ненной силой и правотой, русские, польские, чешские, литовские воины бесстрашно шли на закованных в железо рыцарей, - а теперь велико­лепно оснащенное советской военной техникой польское войско в союзе с Красной Армией, армией-освободи­тельницей, закаленной в подвигах бо­гатырских, вступило на родную свою польскую землю, чтобы на-смерть поразить, уничтожить ненавистных гитлеровских насильников и палачей вольного польского народа. Советские и польские знамена шу­люто,рядом в сражениях, которые происходят уже на полях дорогахи в городах Польши, Она встает изпепла и смерти, непокоренная и страстно жаждущая жить, расти, двигаться вперед - и она будет жить, она 

ких захватчиков и восстановления независимой сильной вадостноке читать те заявле­ния, которые сделал Польский Коми­тет Национального Освобождения в первом номере газеты «Речь Поспо­лита», вышедшем 23 июля в осво­божденном городе Хелм. Это не только гордые слова патриотов и славных подпольных борцов за сча­программа будущего жизнеустройства своей родины, Надо обладать узким и тупым умом немца, чтобы в угаре дешевых побед пытаться похоронить веками складывавшееся славянское государство с богатыми культурными и историческими традициями. Надо обладать короткой памятью и исто­рической безграмотностью немца, что­бы забыть и пренебречь и таким фак­тором, как международные дружеские связи. А как много их между поль­ской и русской культурой! Лучшие люди Польши всегда чутко воспри­нимали передовые идеи русской об­щественности во всех областях жиз­ни. Еще в XV в. первый польский историк Ян Длугош изучил русский язык, чтобы читать в оригинале ле­топись Нестора, без знания которой не мог обойтись в своей работе. В XIX в. огромное значение для идей­ного и художественного роста твор­чества Мицкевича имело его пребы­вание в России. Большую роль сы­грало в развитии польской музыки влияние на нее Чайковского, «могу­чей кучки» и Скрябина, что особенно ярко отразилось в творчестве компо­зиторов из группы «Молодая Поль­ша» (Мечислав Карлович и Кароль Шимановский). Исключительно вели­ко значение русского революционного возродится, свободная, демократиче­ская, независимая Польша!… Наше советское правительство за­явило на весь мир: «Советские вой­ска вступили в пределы Польши, преисполненные одной решимостью - разгромить вражеские германские ар­мии и помочь польскому народу в де­ле его освобождения от ига немец-



движения для польских революцио­неров, борцов за счастье своей страны. В свою очередь польская культура близка нам, русским. Польская поэ­зия дорога и близка нам в творчест­декабристов. Сколько поколений и на лучшших произведениях польской ского, Элизы Ожешко, Серошевско­го… Шопен для нас родной и с дет­ства созвучный душе гений музыки, ве Адама Мицкевича, друга Пушкина и так женеувядаемо молоды для нас Монюшко и Венявский. Мы беско­всем деятелям польской культуры, которые способ­ствовали дружественной связи сла­вянских народов, как в наше время поработал в этом направленни, напри­мер, поэт Ю. Тувим, превосходный переводчик Пушкина и Маяковского. Мы давно полюбили творчество Ванды Василевской, и нам, советским литераторам, особен­но приятно видеть теперь ее имя в числе членов Польского Комитета Национального Освобождения. с Истерзанная, но не смириз­шаяся Варшава ждет своих освобо­дителей, и недалеко то время, когда на варшавских улицах зазвучит поль­ский национальный гимн. Ты прой­дешь по широкому мосту Станислава Понятовского. польский соллат!… Всюду увидишь ты, боец поль­ского войска, следы страшных злодейств, смерти и опустошений, но не плачь, а учись прятать горе глубоко в сердце, как это всегда делали мыы. русские, мы, советские люди. Ты пройдешь по мосту Стани­слава Понятовского, боец польского войска, - и пусть вольный ветер широкой Вислы скорей осушит твои глаза, пусть крепче сжимают винтов­ку твои руки - яростная ненависть к проклятому врагу-немцу и любовь к отчизне сильней, чем личное горе!… Да и сколько еще работы предетоит Идя рядом с Красной Армией освободительницей и че­устанно учась у нее великому бое­вому мастерству и отваге, перейдешь ты, польский соллат, границу раз­бойничьего гнезда - гитлеровской Германии, залившей кровью всю Ев­ропу, Доведется чванному Берлину услышать музыку славяиской речи, увидеть развевающиеся знамена дивизий и полков армий-освободи­тельниц.

СЛАВЯНСКИЙ Анна КАРАВАЕВА ветерок развевал девичьи пышные Чему смеялись, чему радо­вались эти две девушки, сестры или подружки, -- может быть, просто ми­лаяюность их радовалась самой себе, своему чудесному цвету? Им мало дела было до этой тишины, напротив - все, казалось, дышало и жило для них: и эта полночная, безбрежно-ши­рокая Висла, и засыпающая Варшава, летнее, звездно-зеленое небо, Где­и то теперь эти девушки-варшавячки? Что сталось с ними? Может быть они погибли среди неисчисли­мых ужасов немецко-фашистского на­шествия, или еще томятся среди многих тысяч таких же опозоренных, растоптанных молодых жизней, где­нибудь в солдатском притоне или за колючей проволокой неме немецких конц­лагерей? Увы, Варшава, которую я тогда узнала, была слишком спокойна и не замечала черных туч, которые уже густели над ее красивой, бес­печальной головой. Миллионы людей не думали о фашистской опасности и --- будем говорить прямо! -- чаще внимали усыпляющим речам о мни­мом благополучии, чемслушали прав­дивый и мужественный голос страны Советов, призывавший бороться с гит­леровской шайкой поджигателей вой­ны. Кто из нас, русских людей, не вспоминал доблестной многовековой борьбы славянства с исконными вра­гами его - немцами, которые зверино ненавидели славян? Кто больше всех страдал от набегов, пы­ток и грабежей стародавних убийц своих - немцев? Кто больше всех народов Европы пролил своей крови, борясь за свою свободу, честь и не­зависимость? Славяне. И кто отбил разбойничью длань Тевтонского орде­на? Славяне, идя богатырским путем, проложенным воинами Александра Невского, разбившими псов-рыцарей на льду Чудского озера, обединенные славянские народы разгромили B 1410 году при Грюнвальде закован­Летом и осенью 1935 года по пути во Францию и Чехословакию мне довелось четыре раза побывать в Варшаве. Я видела столицу Польши и в ранний час и вечером, когда золотые и розовые полосы еще когда золотые и розовые полосы сще дымкой небе. Я помню широкую, за­литую малиновыми, зелеными и жел­тыми огнями витрин Маршалковскую улицу, разноцветные блики на темном лаке плавно шелестящих по асфаль­ту машин - и говор, насышенный смехом, непринужденный, многоголо­сый говор, который услышишь толь­ко на улицах больших городов. Пом­ню Уяздовскую аллею с ее старыми могучими деревьями, которые, навер­но, видели под своей сенью Тадеуша Костюшко, Адама Мицкевича и Фре­дерика Шопена, Но всего чаще вспо­минается мне мост Станислава По­нятовского. В последний свой приезд в Варша­ву я видела мост Станислава По­нятовского вечером, когда затихают шумы столицы. На мосту было почти пусто, и только чьи-то неторопливые шаги раздавались на дальнем его конце. На противоположном берегу, где густо темнели заросли какого-то парка, огней почти не было, и потому Висла казалась здесь очень широкой и словно безбрежной. Не видно было, где именно льнут к берегам ее воды, что отсвечивали застывшей в спокой­ствии вороненой сталью. Ничто не нарушало этого спокойствия: ни од­чугунный узор решеток моста, а большие круглые фонари разливали всюду ровное серебристое сняние, как сказочные жемчужины. Было тихо, торжественно тихо -- над Варшавой вдруг… будто дерзкая, веселая птица своевольно нарушила торжественную тишину: на мосту раздался молодой заливчатый смех. Две девушки, держась за руки, шли по мосту и смеялись чему-то очень веселому и радостному, о чём знали только они. Подойдя к пери­лам моста, обе наперебой и опять расхохотались, ного всплеска на реке, ни стука на берегу, - как будто величавая Вис­ла, как и весь огромный город со всеми его заводами, фабриками, куль­турными учреждениями, памятниками истории и жилыми кварталами B спокойной уверенности славно порабо­тавшего человека отходили ко сну, В лунном свете четко кудрявился заговорили Мягкий

Асафьев владеет талантом быть

мужественное современником того, о ком он пишет. Занимаясь творчеством Глички, он дышит воздухом глинкинской поры. Говоря о Чайковском, он выступает, как живой свидетель трудов и дней Петра Ильича. Воображение ева полно драматической силы. Исследовательская и критическая работа не заглушила в Асафьеве его композиторского

Чествование академика Б. Асафъева Сегодня исполняется 60 лет со дня рождения и 30 лет научнойдея­тельности народ­музыковеда и композитора, выступили В. Гроссман, В Яков­лев, Т. Ливанова, Л. Мазель. После торжественной части состоялсякон­церт из произведений Б. Асафьева, в котором приняли участие квартет им. Бетховена, Н. Дорлиак, Б. До­брохотов, В. Доброхотова. Завтра Комитет по делам искусств при СНК СССР и Оргкомитет Союза советских композиторов ор­ганизуют в Центральном Доме ра­ботников искусств вечер чество­вание Б. Асафьева. После вступи­тельного слова со­концерт из произведении в котором примут участие Государственный симфонический Оркестр СССР н. Аносова, Н. Дорлиаю. под управлением квартет им. Бетховена

ного артиста РСФСР, лауреата Ста­линской премии, академика Б. Асафьева (Игоря Глебова). 27 нюля состоялось торжествен­ное заседание президиума Оргкоми­тета Союза советских совместно с активом ССК. Заседа ние открыл А. Хачатурян, тепло приветствовавший юбиляра. Д. Ди­о сделал доклад томирский

Юлиан Тувимрусским писателям Находящийся в настоящее время в Нью-йорке крупнейший польский к русским писателям и персонально к телеграммой: «Несколько лет назад, в самые тяжелые часы героической борьбы ветского парода, я обратился к русским писателям со словами, тевтонскими варварами Сегодня, светлый час исполнения нашей мечты, когда несокрушимая Красиая Армия приближается сердцу Польши и несет огромную радость торжество правого Дружески ваш Юлнан ТУВИМ» моему народу, во мне вызывает дела над здом.

жизни и творчестве Б. Асафьева, Затем вы­ступили В. Яковлев, Г. иванова, И. Бэлза и другие. Научно-исследсвательский каби­нет при Московской консерватории отметил юбилей Б. Асафьева тор­жественным заседанием, которое со­стоялось вчера в Малом зале кон­серватории. С щенными творчеству Б. Асафьева,

В начале августа выйдет из печа­ти специальный сборник, посвящен­ный юбиляру.

2 Литература и Искусство № 31 (135)