Выс сахновский О театральности Сим ПОДЛИНнОЙ И мНИМОЙ гоя Ибсена, Шиллера или Серван. теса,-заключены истоки той или иной театральности, О чем пишут видевшие постанов ку Н. Охлопкова «Сирано де Бер­жерак»? О повышенно театральных приёмах режиссёра, стремящегося воздействовать на зрителя через декорации, мизансцены, световые эффекты, жесты­всеми средства­ми сценической кухни, Мы знаем приёмы мастерства Н. Охлопкова. Он всегда шероко пользуется всем что эффективно и сценически вы­разительно, Можно ли возражать против того, чтобы у нас появля­лись все новые и новые театраль­ные жанры? Конечно, нет. Зриель непременно заскучает, если на сце… не постоянно будет все показы­ваться однимч и теми же приёма­ми. Но говорить по существу о последней работе Н. Охлопкова мы будем в состоянии только тог­да, когда её увидим. Сейчас же дискуссия может, повидимому, но­сить общий характер, и предметом проблема театральности. Гамлет перед торжественным спектаклем в Эльсиноре в беседе с актёром говорит: «Каждое нару­шение меры отступает от назначе­ния театра, цель которого во все времена была и будет: держать, так сказать, зеркало перед приро­дой, показывать доблести её ис; тинное лицо и её истинное низо­сти, каждому возрасту истории - её неприкрашенный облик. Если тут перестараться чли недоусерд ствовать, непосвященные будут смеяться, но знаток опечалится… Мне попадались актеры, и среди них прославленные, которые голо­сом и манерой не были похожи ни на крещеных, ни на нехристей, ни на кого бы то ни было на свете. Они так двигались и завывали, что брало удивление, какой же это по­денщик природы смастерил лю­дей, и притом так неважно, до ого чудовищным изображали они человечество» (перевод Б. Пастер­нака). Пожалуй, из этого следует, что Шекопир - против театральности, кэторую защищает т. Васильев, что Шекопир -за естеств ественность, за то, чтоб слушаться внутреннего голо­са, чтобы всё было в меру, легко и стройно. Но что считать естественным? Как повернуть зеркало искусства к природе ? Как сообщить всему «неприкрашенный облик»? Задача актёра непрерывно всматриваться в природу вообще, и, главное, в свою собственную природу, Чем он пытливее и дуб. же сам, тем шире сн захватывает мир Но быть простым-не значит быть простоватым. Быть безыскус­ственным-не эначит быть неискус­чит быть скучным, Если художник в погоне за правдоподобием всё упростит и из многогранности сложного станст добывать одни тран тусклой празды, он легко со­ры пошлости и общих мест. Мы стараемся порою на сцене прикрыть свою слабость мысля и скудость темперамента забавными неожиданностями, внезапными вы­думками вплють до полной потери какого-либо правдополобия, Или, наоборот, мы переносим на сцену будни, интимные крупицы затхлого быта и называем это правдой, Ино­гда мы говорим: «Вот театрально воставленный опектакль», а. ока­зывается, что по существу речь идет о представлении, в котором бутафория, эффектные костюмы и стилизованные жесты преоблада­ют над всем, В другом случае мы говорим: «Это настоящее театраль­ное зрелище», но опять-таки глав­ного недоговариваем: что же имен… но выражает эта театральность? Подлинчая театральность обусло­влена драматической конценцией произведения, поэтическим обаяни­ем его образов. Театральность Горького иная, чем Толстого, Те­атральность Шекспираиная, чем Чехова. Театральность Сухово-Ко­былина-иная, чем Островского. В особенностях драматургии каждого автора, в оообенностях актёрского творческого дара, глубоко засмат­ривающего внутрь человека, пе­В порядке обсуждения, См. газету «Ли­тература и искусство» №N 5. 7. 11.

дрепденибирь театральная … пИсЬМО … ПЕРВОЕ обострило у каждого сибиряка чувство личной моральной, полити­ческой ответственности Актёры, художники, писатели, не ограни­чиваясь своей «стационарной» ра ботой, пошли на шахты, в рабочие общежития, в цехи и депо. Актёры «Красного факела» стали выезжать на раскомандировки со специаль­ным обозрением «Шахтёрский глаз», насыщенным «именами отче ствами» конкретных виновников невыполнения плана. Новосибир­ский Тюз поставил обозрение «На пушку», по ходу которого «старый шахтёр», ведущий вместе с «пио­неркой-внучкой» конферанс, огла­шает не только последнюю сводку Совинформбюро, но и сегодняш­нюю оводку выполнения плана на шахтах. Агитаторы Кузнецкого металлур­гического комбината имени Сталина иопользуют «кава­лерию острот» оружие смеха, са­тиры. Во втором мартеновском пехе появиля «босвой подрочнй сталевара Ваня Плавкин», ежед­невный стихотворный фельетон, рабк, эпиграммы котороге отзыва­лись новыми тоннами металла. Вскоре в цехах показался и живой «Ваня Плавкин», «фирму» которого нопользовали для шефских высту­плений актёры Московской оперет ты, играющей в Сталичске. Нако­нец, в стремлении помочь своим «зрителям» выпольить план и не желая быть в этом движении толь­ко зрителями, работники театров Прокопьевска, Сталинска, Анжер­ки, Киселевска Кемерова, Ленин­ска, в решающиe дни, вместе со всем населением города выходили на погрузку, на «аврал» и здесь могли мерить результаты своего труда не только зрительскимиап­лодисментами, но и вагонами, на. груженными тем, что так необхо­димо фронту. Стремление личным трудом по­мочь оборонному производствувы­соко и благородно. Но истинная сфера искусства люди, их души, их чувства и мысли. Воспитаниече­ловеческих душ,укрепление мо­рально политической мощи фронта и тыла, единых в устремлении к победе, вот задача, которая может быть решена только средствами большого, настоящего, одухотво­ренного высокой патриотической идеей искусства, Театры, «рассре… доточившие» все свои силы након­цертные бригады и забывшие об основном своём оружии, масштаб­ном спектакле, также односторон­не поняли свое «место в строю», как и те кто отгородился от тивного участия в окружающей театр жизни, академически «выси­живая» и в больщинстве подобных сучаев так и не «высидав» свою Вонну и мир». И неслучайнолуч­шис, передовые театры Сибири вправе рапортовать народу не только полнокровной, кипучей художественнойо дах и шахтах, и в госпиталях, в воинских частях), но и большими, яркими спектаклями. Одно подкре­наяет, оплодотвобяет прувое, за время во теллвителю ской области показали зрителю «Русские люди» в Ленинградском театре им. Пушкина, «Олеко Дуа­дич» и «Петр Крымов» в «Красном факеле» «Слуга двух господ», «Па… рень из нашего города», «Король­колдованный портной» в Белорус ском государетвенном сврейском театре, «День живых» и «Далекий край» в Ленинградском новом Тю­зе, «Большие надежды» и «День живых» в Центральном детском, «Табачный капиган» и «Дочь там­бур-мажора» в Московской оперет. те, оборонные опектакли-концерты тическом театре, «Паречь из наше. го города» в Кемеровоком, «Наше­ствие» в Ленинск-Кузнецком теат­рах, здесь перечислено далеко не всё из наиболее значительного, свособразного среди спектаклей, осуществлённых театрами Новоси­бирской (а ныне и Кемеровской) области в дни вэйны. Не все театры оразу же поняли, что никакой ссылкой на «военные трудности» не оправдать работу ремесленную и небрежную, пос­пешную, безличную. Не осознав­ших это было меньшинство, Но они были, И с каким трудом при­шлось таким театрам и актёрам чуть ли не год навёрстывать потом упущенное, растапливать ледок, ими же наращенный на сердцено­вого своего эрителя… копьевск, а теперь возвращается в изобретательно крупнейшее Кривощёково, города, ни­Новосибирск, в его рабочее предместье Молодые шактёрские когда не знавшие постоянной теат­ральной труппы, Анжеро-Судженск, Киселевск, Прокопьевск, обзаве лись своими театрами. Приехали прославленные мастера сценическо­го, музыкального искусства, Неис­сякаемая теплота образов Корча­гиной-Александровской, великолеп­ная чеканность героического слова Юрьева, духовное богатство и кра­сота национальных образов Скоро­богатова, тонкоеи умное мастерст­во белорусского артиста Глебова, драгоценное нскусство оркестра Ленинградской филармонии­всё это из далекой и прекрасной «си­ней птицы» театральной славыста­лосвоим, «домашчим», сибирским. сплошную «культурную тайгу», где Было бы наивно, да и просто глупо, полагать, что эвакуирован ные мастера искусств попали в любое их слово, выступление, опек­такль должны были явиться откро­вением. Старый университетский город Томск издавна гордился сво… им драматическим театром. Ново­сибирский «Красный факел» по праву считался одним из интерес­нейших коллективов театральной «периферии» Постачовка «Гамле та», осуществленная в этом театре до войны режиссёром незадолго с С. Иловайским роли Гамлета, интересное явление в созвездии советских шекспиров­ских опектаклей, Многому могли бы научиться столичные передвиж­вые коллективы у энтузиастов Но­восибирокого совхозно-колхозного в театра, мастеров политически насы­щенной и остро театральнойаги. тации. На всесоюзном смотре дет­ских театров почетное место за­воевал Новосибирский ТЮЗ, блес­пувший темпераментным молодёж­ным спектаклем «Как закалялась сталь» (в постановке Р. Сусловича). IIII.

I.

и вая лах Начиналась пурга, Взвивалась и рвалась куда-то вдаль снежная позёмкa. И как в хорошей теат­ральной феерии, сквозь трепетанье снежных хлопьев, по отлогам стромной чёрной горы вопыхивали перебегали голубоватые огоньки, тлели гигантские жаровни, попыхи­раскалённым до пламени углём На восторженное воскли­цанье кого-то из актёров Какая красота!» наш спутник сумрачно заметил: «Кому-красота, а кому­хвороба… Когда были пробные ученья ПВО, нам с этой красотой самовозгоранием угля на отва­шлака пришлось немало пово­зиться, пока не научились маскиро, вать…». Продолжая втихомолку любо­раться «красотой» ваться «красотой», й», мы, проби обираясь обираясь по снежным сугробам, всё дальше отходили от шахтёрского клуба, где только что закончился очеред­«Вечер классического моноло­га» Ю. Юрьева… «Эгмонт», «Отелло», «Маскарад», «Лес» едва ли не впервые засвер­кали эти названия на афише клу. ба, возникшего на месте, где еще несколько лет назад, каквамнапе­ребой рассказывают, «ничего не было» ни шахт, ни домов, ни го­рода. …На бой, крабрый народ! Победой ты водим… жадно вслушивались горняки в речь народ­ного артиста, говорившего языком бессмертной классики о сегодняш­нем, животрепещущем, о чести и достоинстве нарсда, борющегося за свою свободу. Днем на раскомандировке Ю Юрьев читал монолот Эгмонта Юрьев читал монолог Эгмонта горнякам, готовившимся спуститься в шахту, Едва прозвучали послед­ние слова монолога, на импрови. зированную эстраду поднялся пар­торг на шахте и от имени всей омены покклялся дать сверх плана чтолько-то тонн угля: Каждыйзащищает свой народ, свою семью по-своему Вы, товари­щи артисты, словом художника. аитатора мы кайлом, врубовкой, стбойным молотком… Выступление закончено, но ста­рый русский актёр, уже который раз выезжающий к шахтёрам Кув­басса металлиоа Стаиска ста хановцам Кемерова, остаётся для беседы по душам с людьми шахты, эказавшейся в долгу стране. Каза. лось бы, разговор людей столь разныхх поколений профессий пойдёт, если только сдвинется с места, скорее на общие театраль­ные темы, чем на местные шахтёр­ские, Но Юрьев с таким непод­дельным волнением говорит олич. ной ответственности каждого рус­ского человека за разпром врага, так жадно, пытливо расопрашивает о жизни шахты, ставя перед собе­седниками вопросы в лоб, что не­вольно возпиклетсвособразноеВ колючее, вгрызающееся в сутьне… достатков производственное сове­щание, И когда наутро на копре посте горыких дней пере­шахты, постя торрасная няков шахта, выполнившая плая зажигает звездочку вышшко, вой победы была и капля горячей крови художника-патриота, много II. Война нового в театральную жизнь Новосибирской *

области, На второй год войны в области вместо семи театров насчи­тывалось уже семнадцать. Семья старых сибирских театров попол­нилась художествен­ными коллективами Москвы, Ле­нинграда, Украины, Белоруссии. Двинулись с места не только театры, эвакуированные с запада.  В канун своего десятилетия театр имени Серго Орджоникидзе ро весник города! переехал из Ста­линска в Ленинск-Кузнецкий, Том­ский в Кемерово, новосибирский «Красный факел» отдал своё зда­ние ленинградцам-пушкинцам и выехал в металлургический Ста линок, оттуда в шахтёрский Про-

Театральности «вообще» нет, а осли опектакль «вообще» театра­лен, ему прозят бессодержатель ность и пустота театральность не в эффектах света, позы или декоративного пятна, театраль­ность не в условности сценическо­го поведения действующихлиц не в хитроумной расстановке предметов на сценическом пространстве, а в верно схваченном и в верно выра­женном переживании актера. Актер заражает своей фантазией, заражает действительным и непов­торимым переживанием. Что в бо­катейшем мире чувети, дум, ощу­рбненной венно верно? Ничего и всё. Всё ново и неизведано, если со внима­нием и страстностью подойти к живым страданиях родостав че ловеческой жизни Какими же при­емами это показывать? Какая си­стема театральных призмоспосоо на это наиболее полно раскрыть? Все системы, все приёмы, кроме сдного. Не кривляться, не пред­ставлять, не позировать для зани­мательности и, следовательно не унижать в пустых хлопотах того серьёзного дела, которым зани­мается театр, «цель которого во все времена была и будет: держать зеркало перед природой пока зывать доблести её истинное лицо, и её истинное - низости», А как держать зеркало? Каково должно быть само зеркало, отра­жающее природу? Как показывать нстинное лицо доблести и нивости? В этом театр авободен, потому что театр искусство, и он должен обладать бесчисленными постано­вочными жанрами, зависяшими от преломления поэзии автора в ис­кусстве актёра. Только так рож­дается подлинная театральность. Можно ли сказать, что спектакль «Три сестры» в Художественном театре нетеатрален? Хотя задача режиссёра и ансамбля заключалась в том, чтобы на сцене «не играли», этот спектакль, по существу, теа­трален, причем он театральнее спектакля «Три бестры», постав­енного в МХАТ в 1901 г. А про­ииоошао это потому, что в сцениче­ском действии живет аромат че­ховской поэзии и глубинный смысл его творчества, Поэзия и мысль Чехова оказались здесь театрально выраженными. Это театральность проявляется и в искусстве реализ­и на простоты Такая театраль  ские особенности позлнесковоного автора, В этом случае на сцене со­блюдены все подробности жизни, но они призваны только помочь и способствовать созданию＿ чехов­ской атмосферы, выражению че… ховской поззии, которую эри­телю доносит актёр черезпоэтиче… ски отобранные состояния, пере­живания, движения, интонации. Театральность здесь не в пре­увеличении, не в неожиданных пят­нах, не в нарушении правдоподо­бия, не в эффектах и в условно­сти поведения действующих лиц, а в стремлении показать истинное лицо жизни, описанной автором. Ни от чего не «брало удивление», как говорит Гамлет, все знакомо но театрально в той значительно­сти, в какой значителен мир обра­зов Чехова. Если актёр глубоко веритв дей­ствительность того, чем он живет, всё вокруг него становится теа­тральным и горы и море, и ска­лы, Он видит себя в лохмотьях или в короне, безумным или стра­стно влюблённым, и всё вокруг него становится таким, каким он это видит. Так спектакль становит­ся театральным, Но плохо, как го. ворит Гамлет, перестараться или недоусердствовать, так как тогда «непосвященные» примутся хло­пать, а «знаток опечалится», тог­да театральность окажется соусом, приготовленным театральной кух­ней, но есть будет нечего.

Картина Ю. Балановского, государственного художествен­*

«Проводы в Узбекскую дивизию» Выставка дипломных работ Московского ного института и Украинского отделения. *



Лев оБОРИНмечательный пианист рожденеобычайно инициативен, Его трак­товка всегда оригинальна, порой неюжиданна Вспоминается, как од­нажды на заседании пленума его кафедры в Мэсковской кэнсерва­тории мы обсуждали разные «ис­полнительские редакции» этюдов Скрябинa. Сравнивались возмож­ные варианты исполнения этих прекрасных произведений, Споров было много­Но когда Константин Николаевич подходил к роялю и предлагал своё толкование тогс или иного фрагмента, становилось ясно, что это решение не только самое верное, но и такое, какое, при всей своей простоте и очевид­ности, вероятно, все же никому из нас в голову не пришло бы, В обширном репертуаре Игумно­ва совмещается едва ли не вся фортепианная литература - наша русская и западноеврюпейская. Игумнову принадлежит заслуга восстановления в пианистическом обиходе многих превосходных ве­щей, давно почему-то исчезнувших с эстрады Так, именно он своей замечательной интерпретацией по­ложил начало возрождению форте­пианного Чайковского в нашей концертной практике, После долго­го перерыва, Игумнов первый на­чал вновь играть в своих програм­мах незаслуженно забытые произ­ведения Мендельсона, Шуберта. то что характеризует Игумнова­артиста, типично для него как для педагога. Игумнов … крупнейшее явление в современной русской фортепианной школе­Он воспитал множество пианистов, в том числе таких, которые завоевали мировое признание, Среди своих сверстни­ков и тех, кто уже в последние го­ды учился у Игумнова, упомяну Я. Флиера, М. Гринберг, И. Мих­новского. неста-Игучногпобиталанат ученикам свою художественную том направлениии которое всего соответствует особенностим дарования данного ученика Отто­го-то все питомцы из игумнсв­ской школы так отличаются друг от друга, Но при этом обаяние и игумновского артистивма, сила убедительность его художествен­принципов непрездолимы. Его воздействие на ученика в годы учения может показаться не­приметным На проходит какое-то время, и пианист чем дальше, тем всё отчетливее начинает ощущать себя именно «игумновцем». Он краски игумновского пианизма. Он смотрит на свои руки и узнает знакомые ему движения игумновских рук на клавиатуре­Игумнов никогда не останавли­вается в своем развитии, Я знаю его вот уже более двадцати лет. За это время он и как педагог и как интерпретатор прошел громад­ный путь, Он стал ещё строже, требовательней к себе и к другим как музыкант, Еще более целеуст­ремлённым сделались в нём поиски больших форм, целостных линий, которые раскрывали бы произведе­ние в его художественном единстве­Семидесятилетие застает Илум­нова активным, жизнедеятельным художником И хочется верить, что ещё долгие годы будет этот заме­чательный музыкант трудиться во славу рюдного искусства. русский Семидесятилетие со дня ния Константина Николаевича Игум­нова -- крупная дата в нашей му, зыкальной жизни. Замечательный музыкант, Игумнов является про­должателем лучших традиций рус­ского пианизма. Точнее говоря, мооковокого пианизма, В его игре воплотились глубокое и тонкое знание мира человеческой души, высокая человечность, которые так характерны для творчества имен­но московской русской компози терской школы, И не случайно Игумнов является вдохновенным интерпретатором фортепианных произведений Чайковского, Рахма­нинова Артистической натуре Игумнова присуше свойство, непремечное для подлинных бэльших художников, - творческая неповторимость. Безу­пречный вкус, чувство меры, раз­носторонняя культура всеми эти­ми качествами Игумнов наделён в полной мере, И все они лишь со­путствующие особенности его яр­кого и своеобразного таланта. Играет ли Игумнов пленительныеи бесхитростные миниатюры изцик­ла «Времена года» Чайковского или погружается в романтические глубины монументальных послед­них сонат Бетховена, сонат Листа, фантазии С-dur Шумана, всегда и неизменно у него на первом плане стремление постигнуть то филосо­фоки-поэтическое начало, которое составляет самую сущность музыки. Общеизвестно, что Игумнов-соз­латель новой школы фортепианно­го эвука, Его звуковая палитрабо­гата, пожалуй, как ни у кого из пианистов, которых мне когда-ли­бо доводилось слыш . Ей прису­щи и мощные контрасты звучно­стей и тончайшие нюансы, переда­ющие все движения человеческого сердца, Но никогда краска новится целью для Инова Меньше всего он художнак-им рия» музыкального произведения. Он неизменно старается проник­нуть в самые тайники, в «святое святых» композиторского замысла. Он решительно этметает внешние при­носат исполнитело носят исполннтелю бурный Его бурный, ско успех публики­бы то ни было внешней аффекта­ций Это цувство мыслслив шиеся воедино и подчиненные од­ной лишь цели раскрытию выс… шей красоты накусства. Строжайший самоконтроль, чёт… разительных средств придают трак­товке Игумнова черты лаконизма,



культурной жизни Сибири, как и в любой дру­гой области труда теперь новые масштабы, Замстно выросли и ус­ложннлись задачи, раздвинулись вопрос настигает вас ежеминутно на улнце и в цехе, будоражит язы­ком плаката, голосом радно, совом конце агитатора. в прошлого года плана, суро­указание ЦК

Когда не вынолнил вое и оправедливое *



даже некоторой аскетичности, Это столь умное немногословие, которое даёт лучшие результаты в творчестве. Многое в трактовке Игумнова осталось незабываемым на долгие годы Достаточно напомнить пора­жающее силой проникновенности исполнение им знаменитой второй части сонаты ор 111 Бетховена, или h-moI ной сонаты Шопена, целой вереницы «Песен без слов» Мендельсона, второго рахманинов­ского концерта, fis-moll_ного вальса Чайковокого. Ученик Пабста и Зилоти, Игум­нов-верный храчитель и продолжа­тель классических традиций рус ской фортепианной школы. И. как художник, вместе с тем, он,

На борту вспомогательного судна 

Из фронтового альбома К. ДОРОХОВА. 1943 г.

Корнов чУКоВСКия Воспитание совести I Все это, конечно, превосходно, Это показывает, как пластична, гибка и податлива психика совет­ских детей, как много заложено в ней здоровых социальных инстинк­тов и навыков, и как легко педа­гогу пробудить эти инстинкты и навыки в любой самой тяжелой  обстановке. дцать четыре часа, И возле огоро­да соседей была поставлена не­усыпная стража, состоявшая из чех же сорванцов, которые только вчера так усердствовали в расхи­щении помидоров и моркови. II Но почему они так благородны в отлестиве а как отдельные лич­коллективе, а как отдельные лич­ности так слабо сопротивляются элу? Не виноваты ли мы, поэты, бел­летристы, педагоги, что мы ни ра­зу не показали им на уроках и в книгах обаяния доброты, человеч­ности, нежности, всего того, что называется нравственной красотой человека? Попытались ли мы сделать их зорче и внимательнее к чужому страданию? Вооружили ли мы их ираведной ненавистью к тому, что встарину называлось порсками? дети не так легко полдавались сболазнам кубения, сквернословия, разгильдяйства? Кто из нас сказал им, что у че­ловека есть долг перел собствен­ной совестью? Совесть надо смолоду развивать и растить, как и всякое ценное ка­Что сделали мы для того, чтобы чество человеческой пеихики и на ши Толстые, Некрасовы, Чеховы, ленных ссор,-а осорились они  ежеминутно, и юный сад, уже по­крывшийся первой листвой, почти весь превратился в пустырь.  Тут я не выдержал, позвал их к себе и вместо всяких нотаций де­ловито сказал: С нынешнего дня вы вступае… те в мою антифашистскую лигу, В лиге будет восемь бригад. Я председатель лиги, Мною назна чаются бригадиры такие-то. Пер­вая бригада должна к послезавтре… му вычистить блосейн фонтана и налить его чистой водой. Вторая ремонтирует скамейки. Третья про­всдит арыки к уцелевшим фрук­товым деревьям, Четвёртая следит, чтоб никто не ругался. И т д и т. д. и т. д. Вот тут и случилось чудо, Те са­деоторые казалюсь бы, мые дети, которые, казалось бы, целью овоей жизни поставили портить, вредить, разрушать, стали тотчас же состяваться друг с дру­гом в созидательной общеполезной работе! Их пионерская природа просну­лась в них сразу, и было забавно следить, какими ревнителями об­щего блага сделались эти вчераш­ние «преступники». Дедушка Булатов, ну как вам не стылно! Зачем вы льёте помои в арык?-закричал двенадцатилет… ний Юра Брук одному седому не­ряхе, забывая, что вчера сам же без удержу пачкал этот самый арык. Словом, едва эти расхлябанные дети, стоявшие на грани хулиган­ства, попали в привычное для них русло привычной пионерской си­стемы труда, все случайные на­слоения безнадзорности, базара и улицы. омылись с них легко и мгновённо, И они тотчас же пре­вратились в нормальнейших совет­ских ребят.

На психику маленьких детей, как известно, больше всего влия­ют волшебные сказки, ещё недавно столь недооцененные нами. Это подтверждается тысячелетним пе… дагогическим опытом. Ибо вол­шебная сказка наиболее приспособ­лена к образному первобытному мышлению пятилетних, шестилет­них, семилетних детей, Для них она не лакомство, а хлеб,--найбо­лее питательная и здоровая пища, И меня, особенно после того, как я соприкоснулся с «гайдаров­цами»,--больше всего удручало, что разрозненные, клочковатые от­звуки военных событий, заполня­ющих все их чувства и помыслы, не приведены при помощи поэти­ческой сказки в некое стройное целое, Почему в самом деле среди пастете натнось ксто, кто, воспользовавшись фор­мою сказки, вскрыл бы перед ма­лыми детьми моральную основу войны, наглядно обнаружил бы перед ними ее высокогуманные цели, показал бы им, что уничто­жение фашизма есть раньше всего торжество человечности, любви, сострадания, нежности, что во всех наших жертвах и подвигах есть та же воля к победе добра над злом и правды над кривдою, какою из­давна славится весь русский фоль­нор та воля к победе добра наиболее понятна ребенку, когда она воплощается в образах сказки Словом, моим «гайдаровцам» ни стало понадобилась ная посп увлекатель время найти книги, служащие тем воспитательным целям, о которых я сейчас говорил, но маленькие дети, дошкольники, оставлены без всякой литературной опеки.

Она делает вид, будто сна мечает этих свихнувшихся,

на поведение сотен тысяч совет­ских детей, мобилизовав их для помощи фронту и тылу, и тем со­служила нашему народу немало­важную службу, Книга Гайдара «Тимур и его команда» была един­ственной книгой, которая во все эти месяцы оказывала мне практи­ческую помощь в нравственном оз­доровлении одичалых детей. Но книга Гайдара написана ещё до войны, Когда же я для овоих гайдаровцев искал в книжных лав­ках какие-нибудь новые стихи или повести, могущие способствовать моральному воспитанию детей в той обстановке, в которой они сейчас очутились, я находил глав ным образом лишь такую зали­хватскую чушь: Немец мертв. Мы обыскали И машину и его. Все бумаги отобрали, Не оставив ничего.

детей, эвакуированных полосы, я фронтовой узнал, как далеко отстает наша от их нынешних насущных потреб­ностей. Больше, чем когда бы то ни было, необходимо теперь укре­пить моральную стойкость детей, поднять их этический уровень, а детские книги говорят им о нормах поведения по отнюшению к врагу (и конечно, это естественно), но ни слова - о нормах поведения по отношению друг к другу, к роди­телям, к каждой человеческой лич­ности, которая встречается им на пути. И в журнале «Пионер», и в га­школьной трудовой дисциплины. зете «Пионерская правда», и во всех книгах, изданных московским Детгизом, всюду выведены только паиньки, идеально благородные от­роковицы и отроки, вместилища всех добродетелей, И это отчасти понятно! в стране Зон Космодемь­янской и Александра Чекалина не могут не бросаться в глаза, еже дневные факты детского герой­ства, детских подвигов, Но нужно быть слепыми, чтобне видеть, что наряду с этими бессмертными под­виами, наряду с той массовой по­мощью, которую миллионы само­отверженных созетских детей ор­ганизованно оказывают нашему фронту и тылу, у нас, по усло­виям военного времени, запущенные, одичалые дети, ото­рванные от твёрдых моральных устоев, от книг, от семьи от Достойно удивления не то, что у нас есть эти беспутные подрост­ки и дети, а то, что их всё же так мало, Их гораздо мельше, чем было бы во веякой другой -- не советской - стране. Но деле не в нх количестве, а в том, что они являются заразой для всех не­устойчивых, морально шятких де-

при-

не за­будто

вокруг неё одни только панньки, которыми нужно без конца уми­ляться. (и Она словно забыла что в СССР есть миллноны детей и дростков, которых нам доверила бойцы, ухо… дя на передовые позилии, что мы ответственны за них перед Крас­ной Армией что эти дети и эти подростки очень скоро, кто в 1948, кто в 1950 году станут полно правными хозяевами нашей стра­ны, что в них наше ближайшее бу­душее, что судьба нашей родины значит, всего человечества) за­висит от того, будут ли эти за… втрашние строители жизни достой­тех громадных задач которые на их плечи возложит история, бу­дут ли они совестливы, благород­и нравственно стойки. Я не сомневаюсь, что они такими будут в огромном своем боль­шинстве, но что сделали мы, пи­сатели чтобы помочь им в труд­нейшую эпоху их жизни и под­ны ны и кренить более слабых из них? III Ничего или почти ничегэ. Спешно требуется ельная книга о том, как хорошо быть правдивым, деликатным, отзывчи­появилисьтобрымк отвратитель ны грубияны, лгуны, хвастуны, ку­рильшики, торгаши. Было бы противоестественно, ес­ли бы детские писатели не стре­мились к тому чтобы воспитать в наших детях военную храбрость. Военная храбрость великая духов­ная сила, с ней всегда сочетаются другие высокие проявления души. Но большинство наших детей наших т обходимы ещё многие блатородные качества, о воспитании которых мы должны позаботиться, Между тем детская литература сбросила со своих плеч всю ответ…  ственность за этическое воспита­ние этих детей, Созданный в нашем дворе кол-



Впервые я увидел это чудо из окна своей комнаты. Окно выходило на нестерпимо горячий двор где с утра до ночи барахтались крикливые южные де­ти, эвакуированные в тыл страны Отцы их ушли на войну, матери ра­ботали на оборонных заводах, и дети, предоставленные собственной праздности, росли анархической вольницей. Они не давали прохода девчон… кам из соседнего двора они бро­сали камни в проходящий мимо трамвай, они грабили и разоряли огород, устроенный жильцами на задворках. Стояло знойное ташкентское ле­то. Среди двора был прохлалный фонтан, окружённый широким бас­сейном. Они стали выливать туда якую дрянь, и по двору пошел отвратительный смрад, Они иска лечили четыре скамьи, что спокон века окружали фонтан, И разгово­ры их мало по малу превратились в олнообразный поток скверносло­ВИЯ. Еща нелавно они были нисколь­ко не хуже других, Но отрыв от семьи, от школы, растлевающее влияние соседних мальчишек, ску­ка безделья, отсутствие книг, лю­тый зной, парализующий волю, все это в краткий срок исковер­нало их нразственный облик. Правда порой в них всё ещё сказывались проблески прежних пионерских традиций, но пробле­ски эти были случайны. Особенно обеспокоила меня та­кая история Каждому из них ешё ранней весной было подарено горсоветом ю фруктовому деревцу, Они по­садили эти тонкие деревца невда­леке от фонтана, и дня четыре гордились, что у них вырастут собственные абрикосы и персики, которые они пошлют бойцам на фронт, но потом сами же вырвали эти деревца с корнем, на зло друг другу, во время одной из бесчис-

Стишки эти сочинил А. Иванов, и напечатаны они в прошлом году кабррдетек издательством». Все они звучат, как пародия на бесчисленные стихи, которые в те­чение войны передавались нашим детям по радио, пелись на эстра­дах, воспроизводились в газетах. Именно потому что фронтовые подвиги Кому это нужно, чтобы дети и подростки глубокого тыла, нуж­дающиеся в том, чтобы мы воз­можно скорее привили им тысячи навыков скромности, дисциплины, работоспособности, терпения, упэр­ства, будничного героизма в буд­ничном незаметном труде, кому ки воспитывались исключительно на подобных стихах и рассказах о фееричных эффекстных и неверо­детейвсваткамалых детей в немцев.





дечества, но и те нравственные начала, о которых мы сейчас го­советских детей пюэтичны ворили, Эта сказка разгрузила бы их слишком отягощённую психику величественны, мы не можем дю пустить, чтобы повествования о них превращались в равнодушный шаблон. Ещё для детей среднего и стар­шего возраста можчо в последнее № 19 (71) ЛиТЕРАТУРА и окрылила бы их тем оптимиз­мом, который нужен каждому ре­бёнку. как воздух. Но детские поэ­ты молчат, как немые, и дети оста­З ются без сказок. И

мотучие аккумуляторы русской на… тей, родной совести, могли бы хорошо И наша литература могла бы научить нас этому трудному делу. сыграть здесь великую роль: она Но мы современные писатели, по­могла бы обличить всю эту вредо­чему-то перестали учиться у них, носную нечисть, показать её анти иоо какая же из нынешних кни советское нутро, отнять у нео тот для детей может назваться «учеб­ником совести?». Только теперь, когда жизнь на­толкнула меня на необходимость воспитывать большие коллективы

Поразительна быстрота этого пе­рерождения: уже через день в вы­мытом ими бассейне заструилась ключевая вода, гле они целыми ча­сами плескались по очереди, Ска­мьи были реставрированы в два-

лектив, о котором я сейчас гово­рил, я назвал тайдарозцами в честь чезабвенного писателя Гай­дара, непритязательная повесть ко­ореол молодечества, который вле чёт к ней молодые сердца, и тем самым до известной степен, обез вредить ее. Но на предпочитает молчать и привриться слечой.  торого так чудотворно повлияла  

ИСКУССТВО