c. ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ Вечер киргизской Музыки Прошедшие в Москве вечера киргизского искусства продемонст… рировали творческий рост компо. зиторских и исполнительских кад­ров Киргизской республики. В про грамме симфонического концерта, организованного Московской госу… дарственной ффилармонией 27 июняв Кэлонном зале Дома союзов-Госу. дарственный симфонический ор кестр СССР (дырижер --- заслужен­ный деятель каскусств Киргизской ССР В. Целикавский) с большим успехом испольил увертюрук опе­ре «Патриоты», написанную в дни Отечественной войны композитора­ми Власовым, Малдыбаевым и Фе… рe. Эта опера поставлена недавно Киргизским музыкальным театром. Исполненные в концерте «Киргиз­ская увертюра» и отрывки из пер­вого киргизского балета «Анар» (тех же авторов) ещё раз под­твердили глубокое пониманиеком­позиторами подленного духа кир­гизской народной музыки. Фрагменты оперы «Кокуль» М. Раухвертера -- «Сон Кокуля», «Та­нец чудищ» и «Танец девушек» … интересный опыт художествен­дий. ного претворения народных мело­жал ордуна»). творчества. Высокой оценки заслуживают исполнители концерта. Прекрасно исполнила патриюти­ческие песни народная артистка Киргизской республики Анвар.Куг­тубаева, Кстати сказать, эта ар­тистка пришедшая одной из пер­вых на сцену молодого киргизско го музыкального театра, создала в нём множество замечательных сце­нических образов (напомним, на­пример, её работу над ролью Зу­лайхи в музыкальной драме «Ад­Выступление заслуженного арти­ста республики, акына Муса Ба­етова с «Песней Токтогула» (муз. Баетова) и другими народными песнями было тепло встречено мо­сквичами, по достоинству оценив­шими этого замечательного пред­ставителя киргизского народного Талантливой певицей, владеющей сильным и чистым гэлосом, пока­зала себя молодая артистка Марьям Махмутова. Особого внимания заслуживает, конечно, народная артистка респуб­лики Сайра Киизбаева, Обладая прекрасным голосом (лирическое сопрано) и большим актёрским да­рованием, Киизбаева с интунцией большого художника умеет пере­дать национальные черты в испол­нении киргиэских мелодий, отбра­сывая многие наносные и случай­ные элементы. Создательница пленительного об­раза киргизской девушки в опере следения тзамен выросла. Мы имеем в виду испол­нение ею роли Татьяны в опере Найковского «Евгений Онегин», где сна показала глубокое понимание пушкинского образа и музыки Чайковского, Сайра Киизбаева ис­полнила в концерте сцену письма (на родном языке). Постоянно совершенствуя своё мастерство, не снижая требований к своей творческой работе, компо зиторы и музыканты Советской Киргизии смогут создать прочную основу для дальнейшего развития молодого киргизского искусства, ФРОНТОВЫЕ БРИГАДЫ Для обслуживания Действующей ар­мии выехали артистические бригады В 70 Ленинградского Малого оперного театра. Ташкентской филармонии, театров Свердловска и Архангельска, коллектив артистов Эстонской ССР, народный хор Воронежской области, бригада украин­ского днепропетровского театра им. Заньковецкой и др. течение июля на фронте побывают артистических бригад.

E. БОЛЬСКИЙ ПОЭТ БЕЛОРУССИИ НАРОДНЫЙ К партизанской борьбе призывал Купала и в своих публицистических выступлениях: «Если враг сорвет яблоко, созрезшее в лашем саду, оно разорвётся в его руках грана­той! Если он сожнет горсть наших тяжелых колосьев, зёрна вылетят и поразят его свинцовым дождём. Если он подойдет к нашим студе­ным крыницам, они пересохнут, чтобы не дать ему воды!». Поэт твердо верил в неизбежную победу над врагом, В его чоэти­ческом предвиденьи встаёт образ ссвобождённой Белоруссии, вос­прянувшей из огня и пепла, воэро­ждёлной к жизни: Своих лесов, полей разлолье Очистим мы от грязной своры. Вернутся счастье, мир и воля На белорусские просторы. Забудутся лихие беды, Застроятся все непелища. Наш юный край в лучах победы Дорогу к счастью вновь отыщет. (Перев, М. Зенкевича). Поэзия Янки Купалы всеми сво­ими корнями связана с родной бе­лорусокой почвой. Устноетворчест­во белоруюского народа, незабы­ваемые образы родного края все­гда ярлятись для Купалы чистым и неисчерпаемым источником вдохно. вения В стихотворении «Моя нау… ка» Купала писал: с детства, с годов невеселых Служил мне простор в белорусском краю, И веходы на нивах и говорпо селам Мне в дар приносили науку свою. (Перев. М. Исаковского). В поэтических особенностях бе… дорусской народной песни нахо­дил Купала форму и ритмику своих мелодичных, ясных и искренних строк: И мельницы шум над рекою бурливой, И грохот, и говор, и веплески реки Давали мне песенных ритмов извивы, Давали мне ходы для каждой строки. B произведениях Купалы по­новому раскрываются перед чита­телем сокровища народной поэзии, По-новому оживают перед ним художественные приёмы и традиции белорусского песенного фолькло­ра, обогащённые великим талантом поэта. В своих песнях и стихах он не­устанно звал белорусский народ к борьбе за волю, за правона жизнь, за лучшее светлое будущее Верой в народ и его силы навеяны про­роческие строки его дореволюци­онных стихов. Такие произведения Купалы как «Ты взойдешь ли на­ше солнце?», «Из песен К ГОДОВЩИНЕ СМЕРТИ ЯНКИ КУПАЛЫ

Богдан ИСТРУ Будет день Я знаю, будет ясный день, и в счастьи безграничном светлее вспыхнет небосвод. речь станет громче птичья и в каждом доме звонкий смех перелетит плетечь, мы будем встречных обнимать, настанет этот день. В тот день и мы издалека придем, однополчанин, вся ярость и гроза боев за нашими плечами, кровавых не забудем ран и верности ружью, и нежной девушки лицо, убитой не в бою. Быть может, по лицу у нас в короткое мгновенье тяжелого крыла тоски молькиут косые тени, но полон гордости солдат. он должен быть суров. и как на фронге, по…мужски, обнимемся мы вновь. В походных флягах кровь-вино поднимем мы, солдаты, и чоннемся под горна гром, как чокались когда то, когда свинцовым утром шли в атаку под огнём, и сухари скрипят в мешке, гранаты за ремнем, И мы расстанемся с тобой. Шагая через степи, в долину Рэута приду. Охватит душу трепет, И в сумерках, весельем поли, дорога недолга,- шагну через родной порог: … Я победил врага! Перевел с моллавского Николай АСаНов. 



Мысли читателя Уважаемый товарищ редактор!   Мне нередко приходилось слы­шать горячие споры бойцов и команлиров о прочитанных ху­дожественных произведениях вышедших B свет во время Отечественной войпы, Недавно я прочел три первые книги «Нового мира» за 1943 г. Я не литератор, Я командир погран­войск, Быть может ве многом я ошибась, но мне кажется, журнал не удовлетворит совре­менного читателя-бойца. Это об­стоятельство побудило меня на­писать настоящую статью. чук Но прежде нужно, чтобы Жора рассердился на Бондарчук, что­бы он и не предполагал, что она ему помогает И вдруг она опасает его, Получается очень эффектно. Остается выяснить: кто же Жо­ра трус или герой? Очень трудно. Это затрудияет даже самого авто­ра, Ибо, когда внезапно перед Жорой появляется девушка, «Жора стве, о людях, которые нечеловс­ческими усилиями в самые сжатые сроки создали там боевой про­мышленный лагерь, превратили Урал в главную кузницу советского оружия. обомлел от неожиданности, но за­мешательство было не в правилах коренного балаклавца». Понимае­те,-обомлел, но не растерялся. Вот это характер, попробуй тут разбе рись, А язык? «Может быть, целый взвод гансов пялит на него бурка… лы» (!). Победа над врагом куётся не только на фронте, в окопах, но и в глубоком тылу,героическим тру­дэм нашего народа, Фронт и тыл слились у нас в единый боевой лагерь. Нужно отметить, что рабо­та тыла недостаточно отражена в нашей литературе. «Люди Урала»-так назвал свои очерки Федор Панферов, Не слу­чайно автор избрал эту тему, Ког­да мы слышим смертоносные зал­пы наших орудий, видим советские танки или краснозвёздных птиц, от… куда-то из самой глубины души всплывает краткое, весомое, стал­ное слово «Урал», Еще не один том будет написан об Урале, об этом золотом крае, о его богат Автор хорошо рассказывает природных богатствах края, Гназ­ный герой - народ, люди, которые невзирая ни на какие трудности и лишения, выполняют свой долг пея ред родиной, «Тяжко А тем, кто на фронте, не тяжкот» Рабочий Лазарев не уходит от станка трое суток подряд, чтобы сделать нуж­ную деталь, без которой может остановиться весь завод. Разве это не героизм? Автор видит, как лс­маются характеры и сознание лю­дей. Война заставила многих поду­мать Бывший разгильдяй Завьялов выходит в ряды стахановцев, Но почему это происходит? Автор не даёт на этот вопрос никакого этве­та. Он преподносит чигателю Урал и его людей с точностью добросо­вестного фотографа. Мы видим то, что могло нопасть в его обектив, А глубина явлений, сущность и причина их не раскрыты, Это снижает ценность очерков, Кроме того, есть ряд отдельных недора­боток, небрежностей, Интересно, как можно поздним летом увидеть в тайге «следы тетерева, рябчика и глухаря», А советский инженер­патриот высказывает свою нена­висть к чемцам, в следующих сло­вах ам весной новую корзинку приготэвил, вот, мол, по грибы скоро пойду. А только боль что-то уж очень велика на серяце: бан дюги какие-то на Москву лезут, бы на Север да лес пи­лить( )… а они…». Хорошо написан рассказ «Гэры и ночь» Владимира Козина, Простой, понятный, сочный язык, плавное развитие действия, правдивое со­держание всё это, несомненно, заслуга автора. Но всё же и в этом рассказе чувствуется какая-то не­доработка, чего-то нехватает, У чи­тателя появляются вопросы, на ко торые должен был бы ответить автор Ведь это рассказ, это вполне замостоятельное, законченное про­изведение, имеющее начало и ко­нец. Но вот в середине действия главный герой куда-то исчезает возвращается к читателю уже ра­неным. «Где, почему, а главное, как этослучилось?» волнуясь спра­шивает читатель. Автор молчит. - Вот те замечания, которыми хо­телось поделиться мне, читателю. Разговор, вероятно, можно продол­жить. И здесь слово за критикой.

Капитан И. ШевЦов В первых трех номерах «Нового мира» за 1943 г., кажется, есть всё, что нужно журналу: стихи, пове­сти, рассказы, очерки, критика, публицистика, мемуары Казалось бы, что ещё нужно? Но прочтешь это, и остаешься недоволен жур­налом в целом. Первая книга начинается циклом стихов А. Суркова «Военная осень» и «Мы наступаем», Поэт-воин, все­цело связавший свою литературную деятельность с фронтом, естествен­но, посвящает своё творчество Фронту Сурков талантливый поэт. Нельзя забыть его лирику о гра­жданской войче, довоенные стихи о социалистическом строительстве. И мы ждём сейчас от А. Суркова поэзии большой, сильной. Стихинам, же, опубликованные в журнале, вялы, не соответствуот теме. Илья Эренбург широко популя­рен в читательских кругах нашей страны и за её пределами, Он за­служенно пользуется славой писа­теля-бойца, Мы помним тревожные дни лета 1942 года, когда миллио­ны советских читателей, получив свежую газету и, просмотрев сооб­щения Совинформбюро, сразу же искали очерк Ильи Эренбурга и, найдя его, читали, не отрываясь, залпом, на ходу, в землянках, в трамвае, в танке, за рулём ком­байна, на рыбацких промыслах, Читали вслух и чувствовали, как растут их собственные силы, их энергия. Голос писателя-бойца, полный гнева и мести, звучал при­зывно

 

«Чайная роза» ＿ так называется рассказ Б. Лавренева, Тема его участие женщин в Огечественной войне Женщина командир, требо­вательный мастер вождения войск. военным, это не представ­ляется какой-то диковинкой, всего рассказа веет фальшьюина­думанностью, (Ух, эта фальшь! Её­то читатель не прощает никаким авторитетам). Герои рассказа краснофлотец Жора и начальник снайперских сборсв девушка, сержант Бондарчук не живые, не настоящие люли Какими красками их ни рисовали, какими бы диалогами ни снабжали, всё равно, они остаются куклами, иду­щими на поводке автора, Перерви­те поводок, и они перестанут дей­ствовать, вы сразу убедитесь, что это куклы, безжизненные, беспо­мощные. От - ст. бы О Бондарчуке мы сразу узчаём, Жоры, так он вообще-то парень что это человек строгий, любящий дисциплину, Вот она какая! Имен­но она, а не он, как предполагал вначале Жора. На фамилии Бен­дарчук, одинеково подходяшей мужчине и женщине, аэтор и «за­вязал» свой рассказ. Ну,а «развязать»-то куда проше, Стоило только Жоре встретиться с Бондарчук, как он воочию убедил­ся, что Бондарчук - это не он, а она, А что же касается самого хоть куда, А главное, ему повезло, у него есть азтор, который не даст его в обиду, И Жора спокоен Ему даже приятно от авторских забав. Пули? Ну и пусть, Убьют? Чорта с два-аетор спас г. А в таком слу­чае можно и героя разыграть И Жора действует. Не жизнь, а ма­лина. Что ещё нужно Укрыться Пожалуйста - на тебе воронку, а вот и кустик. Что ещё угодно? Иг­рушек? Можно, Получай собачку, набитую ватой. Она маленькая, бе­ленькая, с голубой ленточкой на шее, Точно, с голубой, Жора свои­ми глазами видит. Значит, собачка недалеко, почти рядом, ну не да­лее 30 метров. А находчивый б­лаклавец настолько наивен, что не может и на этой дистанции отли­чить настоящую собачку от чучела. собачка подпрыгивает, играет. Играет и автор. Смеются ученики I класса, когла им читают этот эли­зод В ус улыбаются бойцы, читая рассказ. Но не собачка их смешит, а неправда, выдумка, Удивитель­ный человек этот Жора, Для него всё возможно, Оч даже может лвите жемы чат ора стреляет в собачку и ви­дит, как «из её пробитого тела клочьями полетела ватная начин­ка» Он видит эти клочья, Вот до чего близко была собачка. по­том немцы стреляют по смешно обманутому Жоре И, конечно, не убизают, На помощь приходит ка­ска, её пробивает пуля, но Жора спасён, Он, как ни в чем не быва­ло, защищенный авторской броней, вертится и наблюдает, по нему бьют, а он невредим А вот Жора, хотя он ещё и не снайер, но бьет врага с первого выстрела. Вот так. Хочешь быть героем, молодой бо­ец, учись у Жоры. Все мы любим жизнь, Что может быть выше, дороже и прекраснее её? Ведь за эту жизнь мы и оо­ремся, идём на лишения и смерть. Жора тоже не хочет умирать, У него на это своя причина, Он не хочет умирать потому, что слиш­ком мало попил кислого вина и ма… ло любил девушек. Ну, а дальше что ? А дальше на выручку Жоре автор должен пос­лать его ангела-хранителя Бондар­или английского писателя нашего времени, котэрый не испытал бы себе благотворного вияния Толстого, Достоевского, Чехсва. Русская музыка от Мусоргокого и Чайковского до Шостаковича была неоценимым вкладом в мировую музыку, Наш театр на рубеже двух столетий произвел революцию в сценическом искусстве Европы. Наш балет повсеместно возродил хореографию. В эпоху зарождения кино фильмы Эйзенштейна Пудэв­кнна, Довженко, наравне с амери­канскими, определили характер но всго искусства, Передвижение сти­хов затруднено особенностями пе­ревода. но Маяковский обошел всю землю. Мы знаем наши сады, знаем и наши пустыри, Мы знаем, что если живописцы, современники Толстого и Достоевского, не отразились на развитии пластических искусств других стран, то, конечно, не по­тому, что живопись менее доступ­на чужеземцу, нежели роман. Мы знаем, насколько наше театральное искусство значительнее нашей дра­матургии, Мы знаем, что деревян­ная архитектура нашего Севера са­мостоятельнее дворцов Гатчины или Петергофа Мыникогда не счи­тали зазорным учение, Мы некри­чим «мы первые» хэтя во мноних областях мы действительно первые, Мы сознаем что мы можем много­му каучиться у художников и скульиторов Франции или у архи­текторов и кинематографистов Аме­рики, Мы не выкидываем картин и не сжигаем книг. Мы знаем, что искусство связано с землёй, с её солью, с её запахом, что вне национальной культурынет искусства Космополитизм это мир, в котором вещи теряют цвет и форму, а слова лишаются их зна­чимости, Можно на эсперанто на­писать трактат, меню, расписание, чельзя написать на эсперанто 1а­млет» или «Медный всадник». Ошибочно воспринимать нацио­нальные особенности, как сущность национальной культуры. Пушкин столь же национален в «Пире во гремя чумы», как и в сказках Поэ­тика Кольцова может показаться более самобытной, нежели поэтика Тютчева но вчитьваясь в стихи Тютчева, мы чувствуем, насколь­ко они передают - образами, ритмом, отбором слов затаенную страсть русского сердца, Вель Рос­сия это не только избяная Русь, это не только поле, перелесок, реч­ка, это и Нетербург, иадмиуалтей­ство, и гранит набережных Повер­хностному классификатору Лесков может показаться более националь-аши 1ным, нежели Тургенев, но в исто-

В вышедшем на-днях, прекрасно издааном однотомнике Купалы представлены его основные, наибо­тее известные произведения в пе­реводе на русский язык В. Брюсо­ва А. Коринфского, С. Городец­кого, М. Светлова, М Голодного, М. Исаковского, В. Рождественско­го, Д Бредского и многех других, Сборник открывается стихотворе­нием «А кто там ндет» в переводе Максима Горького. Общеизвестна высокая оценка, данная в 1911 г. этому произведению Горьким, наз­вавшим его «красноречивой и су-

На страницах «Нового мира» И. Эренбург выступил как поэт, «Стихи о войне» говорят о том, что журналист взял верх над по­этом, Но среди громких фраз его стихов теряется основная мысль автора, Сошлюсь на следующие строки: далекого Днепра моя семья, Киев,--говорил он,--родина моя». Часто просыпаясь от лихой тоски, Видел он большие белые нески, Бил он немцев девять месяцев подряд. На десятый разорвал его снаряд. Много лет танкист в Сибири тихо жил. он танкистам перед боем говорил; «Два стихотворення» С. Щипа­чева, то может дать читателю несколько «ландышевых строк» о паровозном гудке на станции? Го­ворят, лирика греет душу, Но эта лирика пройдет стороной от чита­теля, ничуть не заденет его души. на грустна, а мотив её даже не­сколько сентиментален Мы не тре­буем крикливых слов, налыщенных фраз Мы хотим живой, пламенной лирики, зажигающей наши сердца; не торжественно нарядной, вирту­сзной, а простой, содержательной, кристаллически чистой лираки.А чем бы ни говорил поэт: о курских соловьях, или о запахе сирени, за­несённом в окопы, о прострелен­ном бушлате или горячем поцелуе любимой всё равно, его стихи должны быть действенными, остав­лять озой след в душе читателя Поиному звучит стихотворение В дни жестакой бо нашей родины поэт воспевает ге­роическое прошлое своего народа, его борьбу с чужеземным пришель… цем Он видит связанных историче­скими узами дружбы Киев и Моск­ву. Не сон вабытый, величавый, Преданий смолкнувших навек, Челны дружины Святослава И хищноглазых печенег. И скрип батыевых повозок. И села, города в огне. Кочующий в дыму и грозах Казак-бродяга на коне. Рассказ, вслед за очерком, яв­ляется сейчас одним из наиболее раопространённых видов художе­ственного произведения, Рассказа­ми заполнены страницы чуть ли не всех журналов, они выходят от­дельными сборниками, их читают по радио, в газетах, Можно ска­зать без преувеличения, что за по­следнее время наша литература из­рядно обогатилась прекрасными, переживут рассказами, которые своё время, те рассказы, упомянутых полноценными намного

безземель­ного», «Косцу», «Расшумелся лес туманный», явились ценнейшим вкладом в революционную лирику. Поэзия Янки Купалы проникну­ровой песнью». «гимном белорус­сов», Составленный по хронологи­ческому принцину, сборник даёт представление о всём творческом пути поэта, начиная со стихотво­та чувством величайшей любви к родине, к народу, Заветной мечтою поэта было ви­деть свой народ вольным и счаст­ливым, занимающим почетное ме­сто в дружной семье свободных народов. В одном из своих ранимх дореволюционных стихотворений Купала писал: Песню сдружил он с той речью убогой, Которая только наемешки снискала. со налженно строго, Попросту верен ей Янка Купала. Счастье так редко над миром воеходит, Все ж его знаем мы­много иль мало. Счастье увидев в родимом народе Сам бы стал счастлив Янка Купала. (Перев, В. Рождественского). Творчество Янки Купалы глубоко   национально. Когда чипаешь его стихи, кажется, что устами поэта говорит сам народ. Именно поэтому оно далеко перерастает рамки бе­лорусской литературы, приобретая общечеловеческое значение, Неда­ром лучшие произведения Купалы переведены на русский, украин­ский, чещский, польский, француз­ский, аллийский, литовский, ла­тышский, еврейский, грузинский, татарский, армянский, узбекский, чувашский языки. Много прекрасных стихотворе­ний написал Купаля в советские го­ды о човой белорусской деревне («Лён», «Вечеринка», «Гости»), о молодежи («Алеся», «Сыновья», «Орлята», «Мальчик летчик»), о Красной Армии Лучшие свои про­изведения последнего времени поэт посвятил 14. В. Сталину: Тебе, наш учитель, все мои желанья, и и песни, думы, и сердца порывы! Кому ато снилось, кто знать мог заране. Что стану я вольным, что стану счастливым?  (Перев. М. Исаковского). рений, написанных в 1905 г., и до последних вещей, помеченных 1942 годом. Значение творчества Купалы для белорусокой культуры неизмеримо. В стихах его живёт подлинная Бе­лорусь: белорусская природа и бе­лорусский народ, со всеми его думами, надеждами, стремлениями, радостями и печалями. Поэзия Янки Купалы будет жить, пока живет пароде в среде которо­го возник и развился его чудесный, своеобразный талант.

КАРПАТСКОГО КУЙБЫШЕВ. (От наш, корр.). Вышла из печати книжка стихов известного карпато-украинского писателя Миколы Карпатского «Батькивщина кличе до бою», в дела. Книжка содержит несколько сти­хотворений и поэму, овеянные пла­менной любовью поэта к далёкой родине и глубокой ненавистью к её извечному врагу - венгеро-не­мецким оккупантам. Написанные народным песенным стилем, произ­ведения М. Карпатского рассказы­вают о борьбе, которую ведёт кар­пато-украинский народ, уверенный конечной победе своего правого

Янка Купала. Избранные произве­дения. Переводс белорусского под общей редакцией Якуба Коласа и Е. 

Верный сын своего народа, пла­менный патриот, Янка Купала пе­реживал временный захват и пора­бощение родной Белоруссии гит­леровскими бандитами, как боль­шое личное горе. Он страстно ненавидел немецких фашистов Он прославлял подвиги белорусских партизан. До последних дней своей жизни, пока билось его сердце, Кугала призывал белорусский на­род к жестокой и беспощадной борьбе с захватчиками: За сестер, за братьев милых, За сожженный хлеб и кров Рвите из проклятых жилы. В пущах ройте им могилы­Смерть за смерть и кровь за кровь! (Перев. М. Голодного).

Хочется разобрать ксторые помещены в книгах журнала.

Рисунок л. бродаты, Для альбома «Не забудем, не простим».

«Рынок

рабов».

Гейнц Эверса Такчванство породи­ло нищету, народ, завопивший «я­первый», стал войстину последним. Гитлеровские эстеты любят гово­рить о традчциях, Наследство на­следству рознь, Можно унаследо­вать цветущий сад и кучу мусора, дом и задолженность, Слепое прия­тие прошлого столь же нелено, как и огульное его отрицание Мы зна ем, что каждая эпоха, проходя по музею, задерживается в том илли ином зале. Для художников XVIII века греческая архаика была вар­варством, готика­уродством, жи­гопись Джотто - детской мазней. Пушкин, этот тончайший ценитель французской поэзии, пренебрежи­тельно отозвался о Франсуа Вильоне: того требовала эпо­ха. Современники Некрасова недолюбливалидержавинский нафос, a современники моло дого Брюсова оставались нечувст­вительными к прелести Некрасова, Что взяли гитлеровцы из прошьло­го? Дуэль на молотах Уродливые аксессуары древности без ее душев­ного горения. Гитлеровцы попыта­лись воскресить в индустриальной Германии старые крестьянские ко­стюмы времен барокко, Гаглюр обо­жает ониматься с девушками, на­ряженными в эти маскарадные облачения Таков в стране эрзацев заменитель народности, В немец­ких журналах можно увидеть ри­сунки художников-фронтовиков, сделанные в духе гравюр XV века, причем танки напоминают ге­ральдических единорогов, Особен­но комично гитлеровское зодчест­во: восстановлены формы средне­вековья, Слов нет, очаровательны дома какого-нибудь Гильдесгейма с многоэтажными коышами, Но у каждой эпохи есть свои нормы, свой дух, своя эстетика, Вокзал в готическом стиле это нелепость и уродство Одняко гитлеровские ар­мы экспорта, щение хитекторы должны были строить такие вокзалы, ибо современная ар­хитектура была обявлена «амери­канской и антинемецкой». Сражаясь против чванливых вар­варов, мы отстаиваем не только родную землю, но и нечто боль­шее: всечеловеческие ценности,гу­манизм, искусство, Наш патриотизм лишен кичливости. Мы знаем, что взяли у других и что мы дру­гим дали. Мировая культуране бухгалтерия не подсчет импорта и а живой организм, Ощу­нашего превосходства вод­ном роде нокусства или прево­сходство наших друзей в дру­гом не делает нас ни приниженны­ми ни заносчивыми, Русский роман XIX века видонемечия мироную ли­тературу, Я не эчаю французского 

ИСКУССТВА Воздействие гения одного народа на творцов другого сохраняется века и века, Данте, Петрарка, Сер­вантес, Кальдерон, Шекспир до на­ших дней не перестали вдохнов­лять писателей различных народов, Основоположник французского сим­волизма Малларме учился у старо­го испанского поэта Гонгора Девятнадцатый век принес новое доказательство всечеловечностиис… кусства Как очистительная буря, романтизм пронесся над Европой. Одним воздухом овободы дышали Байрон, молодой Гюго и Пушкинв Бессарабии. Когда к теорчеству прикладывают руки таможенные чиновники, творчество умирает. Есть в судьбе каждого народа длительные периоды, когда один вид июкусства поглощает его в ущерб другим видам. Рембраедт был окружен плеядой прекрасных живописцев, но Ролландия в то вре­мя не родила ни одного выдающе­гося поэта, Германия при Гете и Шиллере не могла похвастать свои­ми живописцами, В девятнадцатом веке Франция дала миру Бальзака, Гюго, Бодлера, Флобера, она дала также Делакруа, Курбе, Манэ, Се­занна, но она не родила ни одного композитора, равного ее худож­никам и писателям, Мы знаем, что Германия некогда была страной музыки и поэзии, Но уже много веков, как она не создала ничего ценного в жи вописи. Начав гочение на «чуждое немецкому духу», гитлеровцы вы­кинули из немецких музеев карти­ны больших французских мастеров: Сезанна Ренуара, Матисса, Пикае­со. Тем самым молодые немецкие живописцы лишились живых при­меров пластического восприятия мира, Я не поклончик немецкой живописи догитлеровского периода, но все же она была живее уродли­вых полотен, которыми наполнева современная Германия, Что такое живопись гитлеровцев? Пошлый натурализм, мнимая монументаль­ность построенная на масштабе, на «коллюссальном» колоссальные вои­ны или производительницы, спесь невежестветной кисти. Приведу другой пример: немец­кий ромьн, В Германии не было классического романа, У кого учи­лись неменкие писатели до того, как Гитлер опозорил Германию? У Толстого, Достоевского, Бальзака, Дикженса, Отлученные от великих писётелей молодые немешкие авто­ры принуждены учиться у Ганс-

ДОЛГ

 рии нашей страны Тургенев сыграл роль не меньшую, чем Лесков, Нациснальная культура малень­кого государства иногда выражает­ся в непрерывном всепоглощающем России всегда мнилась лучшим сынам рус­ского народа в утверждении брат­ства, добра всечеловеческих идеа­лов Мы недаром выбрали своим литературным знаменем оветлый гений Пушкина, Он был русским в лучшем смысле этого слова. Он слы­шал биение родной речи, он вдох­новлялся русской природой, рус­ской историей, русскими доброде­телями. Одновременно он был пе­редовым умом человечества. Его волновала судьба Европы, Он восхищался поэзией других наро­дов. Он написал «Онегина» и «Мо­царта и Сальери», «Полтаву»и«Ка­менного гостя», «Медного всадни­ка» и «Пир во время чумы», Корни искусства уходят глубоко в нацио нальную почву, Купа деревьев вы­сится над всеми праницами Испа­нец поймет лучше, чем француз или англичанич, как родился «Дон Кихот». Но кто теперь зачислит рыцаря печального образа в поддан­ные двадцатимиллнонного государ­ства? Дон Кихот давно принадле жит всему человечеству, В дни глубоксго духовного затемнения, которое принёс миру фашизм, не­обходимо с особенной страстью говорить о всечеловеческом значе… нии искусства. Мы любим в нашем прошлом всё, что мы считаем родным, прекрас­ным и справедливым . Мы многое отвергаем, Любя страстно Пушки­на, мы не жалуем ни Аракчеева, ни Бенкендорфа, ни литераторов­конформистов пушкинской эпохи, вроде Фадея Булгарина. Мы не можем воспринимать прошлое рав. нодушно, оно для нас не мёртвые камни, но живая земля Я горжусь тем что даже в са­мые горькие дни испытаний наш народ не перенёс своей справедли­вой ненависти к создатам Гитлера на Гете или на Бетховена Мы хо­тим покарать преступников, залив­ших нашу землю кровью, Это не только наше право, это и наш долг, Но никто из нас не хэчетсжечь до­микГете в Веймаре или уничтожить музей, гле хранятся картины Дю­рера, Кранаха, Гольбейна, На мерз­кие немецкие тирады «мы народ госпол» мы отвечаем пулемётной очерельо и артиллерийским огнём, Мы не отвечаем тирадами: «Нет, мы народ господ», Наш патрио­тизм чист, он лишен чванства, не­терпимости, зоологического начала, писатели, художники, музы­канты, актеры, носители националь-

хи му ного гения, остаются преданными высоким кдеалам всечеловеческого и вечного искуюства. Наша держава-Россия, Совет­ский Союзобразец национального многообразия, Если узбеки и каза­хи, татары и армяне, грузины и башкиры героически сражаются ру­ка об руку с русскими, то это по­тому, что наша родина осуществи­ла чудо, о когором мечтали фило­софы и подвижники всех времен: идея братства вошла в плоть и кровь каждого гражданина, Жи­вопись грузинских художников, мелодни Армении, театральное искусство украинцев, танцы узбе­ков и таджиков--это цветы нацио­нального искусства, выросшие на большой и разноликой земле. Тай­на одного советского народа рас­ширяет душу другого Для насбы­ли откровением поэма Руставели и «Джангар», Стихи Исаакяна и Рыль­ского обогатили русскую поэзию, как русская поэзия обогатила соз­нание всех советских народов. Рус­ский народ-первый в нашей семье, потому что он первый на перед­нем крае свободы, Это место он завоевал не самообожествлением, а самоотверженностью. Злобе и уны­нию фашизма мы противопостав­ляем человечность, любовь и внут­реннее единство в великолепном многообразии языков, форм чувств. Мы делжны неустанно видеть пред собой облик гитлеровца; это та мишень, в которую нужно стре­лять без промаху, этоолицетвора­ние ненавистного нам, Нет и не может быть среди нас ничего на­поминающего спесивый и мерзкий расизм. Мы, люди искусства ответ­ственны за многое, мы тесно свя­заны с совестью народа, Фронтовнк глядит на пейзаж, читает сти­или слушает симфонию по-ино­чем три года тому назад, Его сердце теперь защищено броней эт сомнений и страха, но оно обнаже­во для цветов, звуков и слов, которые потрясают человеческую совесть. Наш долг­разжигать не­ва и нависть к злу и укреплять жажду прекрасного, доброго, справедли­вого Не раз в истории человечест­искусство принижалось, стано­вилось драпировщиком в доме зла развлекателем на пифу тиранов. Подлинное искусство подвит мис сия, горение, Теперь, когда наш народ впереди других народов, друзей волььности, сражается про­тив варварства, против бесчелове ности гитлеровской Германии, музы ссеняют передний край, оси по держивают и вдохновляют солдата. Идет смертный бой за свободу, человеческое достоинство, за кра соту, за искусство.



Предо мной книжка, выпущенная издательством Карла Зандера в Магдебурге, Она снабжена эпигра­фом из гетевского «Гетц фон Бер­лихинген», В предисловии сказано: «Имеется одно выражение, прили­чествующее в обращении к воен­нопленным и способное облегчить наши взаимоотношения с населени­ем как оккупированных стран, так и тех, которые нам предстоит ок­купировать». В книге приведено это выражение - грубая фраза, при­зывающая сорок пять народов на сорока пяти языках боготворить не­мецкий зад, на албанском, на ти­бетском, на португальском и т. д., Ничего другого в книге нет Вы­глядит она, как научный трактат, и свидетельствует о сложной работе составителя-нужно было раздо­быть лингвистов, способных пере­вести заборную фразу на бирман­ский или армянский языки, В дневнике студента историче­ского факультета, унтер-офицера немецкой танковой дивизии Ру­дольфа Штрассера я нашел следу­ющую запись: «Карл говорит, что лучший художник мира Рафаэль. Не энаю, правильно ли это, вообще меня живопись мало интересует, но в одном я убежден: если Карл прав, то Рафаэль был немцем», Вот образцы мироощущения гит­леровцев. Можно, конечно, сказать, что солдаты Гитлера - дикари, по­тому что они жгли замки Луары, грабили мувеи Афин, бесчинствова­ли в Яоной Поляне, Но не вернее ли оказать, что они так вели себя во Франции, в Греции, в России, потому что они дикари, растеряв­шие вседостояния подлиннойкуль­туры Нам, музыкантам, художникам, поэтам, ревнителям правлы и со­вершенства, необходимо отчетливо увидеть, против чего мы сражаем­ся, противопоставить одичанию и низости наши великие идеалы Вра­осквернили искусство своим чванством, сзмообожествлением, зо­ологической расовой теорией, ложью, Мы твердо верим в гений различных народов, в многоббразие мира и в торжество всечеловечес­кого начала, Эта вера должна вдох­новлять нас в нашем творчестве, ибо искусство не ремесло, не де­корирование жизаи, но служение народу, истине и красоте. № 27 (79) ЛИТЕРАТУРА

Гитлеровцы приписывают крови различные теннстзенные свойства. Я люблю собак, но меня смешат страстные диспуты иных собаково­дов, котерые способны забраковать умнейшего и добрейшего пуделя за то, что у него неверный прикус. Что же сказать о гитлеровских фи­лоссфах, которые подходят к че­ловеческому гению с критерием подобных собаччиков? Гитлеровцы лишили Германию одного из источ­ников лирического вдохновения только потому что в жилах Гейне текла еврейская кровь, Мне прихо­дилось разговаривать с немецкими студентами, которые не верили что был на свете поэт по имени Гейне. Легко себе представить, как бымы приняли «литературоведа», который стал бы рассматривать поэзию Пушкина и Лермонтова с точки зрения их генеалогии. Художук Эль Греко изумительно передал особенности испанской души, А Эль Греко-это прозвище грека Теотокопули Таких примеров в истории искусств немало. Трудно подходить к творчеству с родо­словной и с пробиркой для иссле­дования крови. До того, как Гитлер разорилбиб­лиотеки и музеи Европы, он обо­крал неменкий народ, Изолировав немцев от культуры других наро­дов, он обрёк Германию на духов ное одичание, Нужно ли доказы­вать, что культурная автаркия оз­начает вырождение? Во времеса средневековья, когда пространство казалось неодолимым препятствием, темы и образы искусства обходили Ееропу, «Песнь о Роланде» вдох­новляла фламэнддев и чехов, Ба­рельефы готических соборов были энциклопедией эпохи, философией, космографией, историей из камня. Опыт Шартра обогащал строите­лей Бургоса и Кельна. Арабы и ев­реи внесли в испанскую поезию «гномические стихи» сжатые, пол­ные глубокой мысли четверости шия, Возрождение разлилось из Италии по всей Европе, оно стало новой молодостью мира, Конечно, бледные бегинки Мемлинга, среди нежнозелечых лугов Фландрии, не похожи на подвижных красоток Гирлянлайо, для которых кипарие или лавр не бутафория, а дерево в садике, но это сестры во вре мени, рожденные тем же подемом, 2 И ИСКУССТВО

C B B H

Ч б 3 K