И.

МОСКВИН,

Н.

ХМЕЛЕВ,

Е.

МЕСХЕТЕЛИ работы Художественного



3.кедриНа Очерк в военной газете  ал (Е. Катерли «Предатели»), то показ военной работы встречается лишь как случайная удача, К ду таких немногих и неполных Эта дорога прустрелевается, и днём ходить по ней избегают, есть другая, обходная, через лес, вниз по теченио». Происходит взрыв, сапера обстреливают. чис-«Герячей волной взрыва Шебали­выбросило из лодки, Он упал в воду, затем всплыл, и вновь его перевернуло и бросило вниз. Он с трудом выбрался. Вода казалась ему непомерно тяжелой, густой, как смола, Шебалин доплыл до берега и сноза пошел по сырей болотистой топи, качаясь и падая от усталости, Он вошел в зомлянку мокрый. продрснон Поронным станьми слом улал на них, А через час его разбудили. Майор отдал новый праказ и, глядя прямо в глаза са­пера сжимая его большую потре­скакную руку, сказал: Идите. И сашёр пошёл». Для того чтобы нарисовать об­раз герся, автору не понадобились «красивые слова», Характер Шеба­вый, раскрылся в конкретном и точном описании его подвига. Здесь авторская удача находится в тесной связи с непосредственным знанием военного материала. В самом деле, как может напи­сать о подвиге командира человек, не способный вникнуть в суть его тактического замысла? Как можно пропагандировать подвиг бойца не представляя себе, какими средст­вами подвиг осуществлен? А там, где нет глубокого знания, появля­ются общие слова и пышные фра­зы. Виталий Василевский - профес­сиснальный литератор, ему пре­красно известны приёмы ремес­эту пору, что двумя пальцами под­нимал двухпудовую гирю», Герой ленной обрисовки литературного образа, но ему, видимо, недоступ­на военная специфика материала. И вот он пишет плохой очерк об отличном, комбате капитане Ва­сильеве, подменяя раскрытие вну­трекнего мира героя «философиче­ским» изложением его биографии, а конкретную пропаганду военно­го нзкусства - пышной «словесно­стью», «Есть необычайно счастли­вые жизни резонёрствует автор с первых же строк своего повест­возания. Гакова жизчь двадца­титрёхлетнего гвардейца, канита­на, дважды орденоносца Виктора Васильева, Он рэдился в Тамбов­щине щине, был щедро одарен силой, умом и талантом» Дальше описываются таланты ге­кончает летную школу, но в дни вонны, по невещомым читателю причинам вровращается в пехо­тинца, хотя в авиации учился «на пористо, жадно, страстно, а вскоре познал счастье полёта в вышине неба», Стоило прирождённому лёт­чику попасть на пехотные курсы, как психологический облик его ко­ренным образом меняется. «Теперь сн был пехотинцем по образова­по уму, по призванию», Опн­сание подвига героя увенчивается гаубскомысленной сентенцией безропотно покоряется простран­ство самолёту, медленно идет пе­хотинец по земле». Почему же получается так, что писатель не голько не влияет на качество обработки материала в газете а, напротив, сам подвер­гается дурным влияниям газетного шаблона? К ссжалению, редакции военных газет часто смотрят на писателя, как на репортера, не пытаясь да­же использовать его особых про­фессиональных навыков и не тре­буя от него приобретения новых военных знаний. Военный писатель существует в газете как бы «сам сит успешность его работы в ка­честве военного очеркиста В луч­шем случае ему «не мешают» Меж­ду тем только настоящая хорошая требовательность руководителей армейских газет по отношению к военным писателям, основанная на правильном понимании роли и ме­ста литератора в газете, помогла бы разрешить проблему создания потноценного военного очерка,

Ближайшие





театра



От нас ушли Константин геевич

Сер-

ва. В. И. Немирович-Данченко меч­спектакль, как известно, сыграл большую роль во всем творческом развитии Художественного но если армейская газета прибыла сестры», и «Вишневый сад» Чехо­анив несут на пере­довую кратчайшим путём. Здесь, на передовой, своя, ар мейская газета заменяет многое: удач можно отнести очерк Павла Лукницкого «Люди у гаубицы», Рассказ в нём ведётся от лица мо­лодого командиоа орудия Моисеен­ко и в чести, повествующей о при­ма отличной театра, МХАТ егопоэтиче­- эмблема его он был весной ской молодостью, машем изобретательной работы молодого артиллериста, счень интересен, Но стоит автору сбратиться к интимному миру ге­может, не только на карточке, ла в сердце сна будег со мной!» тейливс вздыхает герой Лужней кого. Уменьшительные и ласка­тельные, как конфетти, усыпают газетный столбец, общие слова и громкие фразы подменяют харак­тер героя и деяния, Не лучше обстоит дело и в дру­гих газетах. Поэт Вадим Шефнер, например, своем очеркеазвечик Аверья­нов» (газета «Знамя победы») пы­тается показать, как можно стать отличным разведчиком Но он оби­вается не риторический тон, ха­рактеризуя качества которыми должен обладать разведчик, «Раз­ведчиками не родятся ими стано­вятся, Не стать разведчиком, тем более хорошим, не легко, Когда о солдате говорят, что он храбр, как лев, это высшая похвала, но раз­ведчик должен быть храбрее са­мого храброго льва и хитрее са­мой хитрой лисы, Он должен напа­дать, как обел. А главное, он дол­жен обладать человеческим упор­ством». Когда же В. Шефнер ка­сается свецифики военной подго­и радстон не находит гичего, кроме скудных слов о том, что «две недели они практикова­лись бесшумно ползать, резать ко­лючую проволоку». Вот тут-то во­енному пасаталю следует поучить­ся у военного корреспондента­практика изсреды строевых комен­дирое или бэйцов. здесь кснкретно, Самый характер повествования, последовательный, несколько медлигельный проясня ет смысл событий, Автор показы­вает м героя в самомротес процесс точными, найденными именно ными именно для круто повернул лодку и направил её прямо к мосту. Долго виесл он над темной водой, старательно заправляя под ферму заряд тола. Потом в темноте вопыхнула спичка по шнуру побеанию, ры В то игновение ворно соскочил в лодку и, со всей силей налегая на весла, почёсся   радио, «большую» газету, письма родных. Это дружеский голос, до­ходящий до людей, месяц десяцами отор­от вольной тают группами, в одиночку, вслух и про себя. если эти заполняют­Тем обиднее бывает, драгоценные страницы ся общими словами. театральномнжесе, ченко на заре жизни театра, вно­вой постановке должен занять по­чётное место в репертуаре. Говорят, что «Чайка» - пессимистическая песа, Но ведь её герои стремятся к лучшему, сложным, трудным пу­ем дут к своим идеалам, И в этом заключены и большая ственность, и сила, и оптимизм,  бокое содержание. Во всех

Станиславский и Владимир Иванович сожественм румоводитело жиссёрская коллегия, куда входят М. Кедров В. Станицын, М. Пруд­кин, В. Сахновский и П. Марков. Коллектив Художественного театра сстался без свбих учителей и ос­рователей, Для руководства теат ром создана дирекция в составе И Москвина (лиректор), Н. Хмелева Каждый из нас, работников теат­ра, должен отдать все свои си­лы, знания и талант для того чтобы и без наших учителей МХАТ занимал в стране такое хтоотение пользовался такой же любовью народа, ккак было при их жизни. Владимир Иванович часто гево­еатра Попрежнему мы не мыслим своего, искусства без связи с большой ли­ратурой. Как же будет строить­репертуар Художественного те­атра в ближайшее время? Прежде мы осуществим все те рабо ты, которые были начаты или за думаны В. И. Немировичем Дан­ченко, Будет завершена постанов­ка пьесы К. Симонова «Русские олих Работу над этой пьесой мы заканчиваем тогда, когда она уже прошла во многих театрах Совет ского Союза. Это ещё повышает наши требования к качеству спек­такля. Мы должны показать рус­ских людей такими, какие они на самом деле в наши дни - сильные, мужественные закалённые испыта­ниями, Нам хотелось бы вскрыть глубокую поэтическую основу пье­сы Симонова, Работа над этой пье­сой ведётся В. Станицыным и М. Кнебель. Более двуч лет Владимир Ива­нович с присущим ему увлечением работал над «Гамлетом» Шекспи­ра. Он создал режисебрский штаб во главе с В. Сахновским, глубско и проникновенно проработал все ооновные линии этой постановки. С режиссурой и участниками слек­такя неодноюратно обсуждался план постановочной работы, была занятьми в этой работе, наш учи­шой транической силы, сочетаемой с простотой живой психологии прекрасной театральностью. Он стремился к тому, чтобы в спек­такле чувствовалась суровая атмос­фера действия и был вскрыт глу­бочайший человеческий философ­ский смысл трагедии Гамлета, Вла­димир Иванович не опраничился только разработкой плана и бесе­дами с участвующими в спектакле артистами. Оа провел с ними го репетиций, приглашая их к се­бе даже на дом в те днин когда чувствовал себя плохо, Особенно много внимания он уделил работе c Б. Ливановым исполнителем ро­ли Гамлета, Эта работа не прекра­щелась до самых последних  дней его жизни. Он принял и ут и вердил спектакль эскизы костю­мов, написанные художником B. Дмитриевым. Без всякого пре­увеличения можно утверждать, что замысел этой постановки принад­лежит к кручнейшим и интересней­шим работам великого мастера русской сцены, И сейчас задача всего нашего коллектива наших мастерских, всего театра - вопло­ить в сценическое создание за­мыслы нашего учителя и сделать спектакль «Гамлет» достойнымего светлой памяти. Владимкр Иванович в неодно­кратных своих беседах с нами подчеркивал, что репертуарное ли­цо Художественного театра долж­на спределять русская драматур­гия (эта мысль давно занимала его, еще до Великой Октябрьской рево­люции). В первую очередь это дол­жны быть пьесы Чехова, Горького, Островского. В нашем репертуаре есть ряд пьес Горького, идут «Три





  





«Конец лета»

Картина С. ГЕРАСИМОНА.

муже-людей, В очерках о героизме наших спубликованных в армей­ских и фронтовых газетах, часто нет конкретных лин, событий, Один герой (имя рек) «полз, скрытно пробираясь в распо­ниедрагойв птретий Пер­вый услышал, как «захлебываю­щейся нереной скороговоркой за­строчил пулемёт», и второй мог и должен был услышать то же са­мое, Ведь сходны положений на войне аого, Ка отличить одного героя от другого? Как увлечь чи­тателя подвигом, который в дей­ствительности в каждом отдельном случае индивидуален? Казалось бы

Выставка произведений шести мастеров * «МИССИЯ В МОСКВУ» фа необходимость обединения всех демскратических стран против шизма, Чтобы вынести полное сбективное суждение о ст Дэвис совершает поездку по СССРI На экране короткие кадры, ри, сующиeвстречи его с советскиут людьми самых разнообразных про фессий в Донбассе. Баку, н Днепрогэсе, на Харьковском трак торном заводе… Я твердо уверен, что русский народ как и его руководители скренно стремится к миру, фор мукрует Дэвис свеи впечатления ческим и культурным прогрессом страны стмечает мощь Красной Армин и подготовленность всегс советского народа к возможным неожиданностям. Длительная беседа с товарищем Сталаным производит большое впечатление на Дэвиса. Несмотря на то, что формально поездкаегс скончена он заявляет: - Я понял, что моя миссиятель. ко начинается. Борьба протиз фашистских аг рессоров становится жизненной массией Дэвиса по приезде на ро Дэвис пытается сломить упорст американцев-изоляционистов, от махивающихся от необходимост актино вмешаться в судьбу Евро пы и дать отпор гитлеровским Развертывающиеся событи доказывают направоту изоляцио нистов -Первая наша задача: выиг рать войну, говэрит Дэвис, отра жая взгляды большинства своия состечественников. Таковы общие очертания этой картины, проникнутой духом дру желюбия и симпатии к советокому народу. Недостаток её - местами крайа каивная трактовка советского быта Режиссеры И. Копалин и П. Ата шева применили в работе изд рус ским вариантом новый принцип сохраниз звучание английской ре чи, сни записали одновременно не пленку голос диктора-переводчика В нексторых сценах фильма это голос диктора заменен субтитрами Сохраненная английская речь позволяет зрителю до конца ошу тить характер актерского исполне ния. Американские артисты вкладыва ют в исполнение ролей советских государственных деятелей художе ственный такт, который позволяев простить отсутствие точного порт ретного сходства. Артиста Уолтера Хюстон в рол Дэвиса отличает сдержачная мане ра игры, помогающая мспелвите Русский текст фильма, благодаря серьезной художественной работ A. Шеарца и Л. Хмара, удачно пе редает все отгенки содержания фильма.   в соз Фильм «Миссия Москву»,

* На экраны выпущен американ­ский фильм «Миссия в Москву». к осинов Поставленный студией бр. Уорнер, фильм интересен, оригинален, сво­еобразен по жанру: режиссер Майкл Кэртиц убелительчо пока­зал, что публицистический матери­ал можно переносить на экран в увлекательной форме Особое значение имеет фильм для американского и вообще иностранного зрителя, Героическая борыба советского народа протв фашистов пробудила в самых ши­роких сферах дружественных нам государств огромный интерес к СССР к нашему уозяйстзу и куль­туре, Недаром в Англии популяр­нейшей книгой является «Война и мир». Английские и америктн­ские сбщественные круги горячо интересуются своим могучим со­юзником, несущим сейчас главное бремя борьбы сгитлеревской агрес­сней и наносящим сокрушительные удары общему врагу свободолюби­вых стран. Фильм «Миссия в Москву» отве­чает назревшей потребности демо­кралического зригеля мира ближе узнать Советский Союзвидет хотя бы в отдельных штрихах, облик нащей страны­В основ фи положенаво га бывшего посла США в СССР Джозефа Дэвиса которой от е­стрит я эти списания серией ди­пломатических документов, повест­вует о предвоенной Европе. Мы видим на экране иностран­ных государственных деятелей и дипломатов, предвоенный быт не­ксторых европейских государств сбстановку дипломатических кон­ференций. Постановщики фильма начина­ют с показа фашистской Германии, через которую довелось проезжать Дэвису, Дэвис посещает руково­дителя Рейхсбанка Шахта и изла­гает ему план разоружения. Он просит Шахта помочь ему встретиться с Гитлером. Но фюрер не желает принимать посла заоке­анской державы Германияувлечеча бредовой идеей о мировом влады­Совет­честве Война неизбежна… ский Сою3. Авгоры фильма праз­диво показали теплоту и сердеч­ность, встретившие путешественни­ков одва только они перещагнули советскую праницу. Они нашли удачный принцип со­четания хроникально-документаль­ного материала со сценами, в ко­сни, не отягощая повествования, срганически вливаются в общую ткань фильма. Дэвис астречается с представи­телями советского правительства. В ясных выражениях они изла­тают перед американским послом внешнеполитическую программу  Советского Союза. Исторический ход событий целикем подтвердил основной тезис этой программы: Гударов

мировича-Данченко о пьесах Ост­ровского всегда сквозила мысль о том, что в произведениях велико­го русского драматурга, помимо яркого внешнего быта, есть глубо­кий психологический второй план. Вокрыть его в образах Островско­го Владимир Иванович считал чрезвычайно важным, Пьесу сн воспринымал, как одно из самых романтических произведений Ост­ровсксго с огромным психологиче-

ским содержанием, Мы ключаем «Лес» в свой репертуар, поручая роль актёра Несчастливцева наше­му замечательному артисту В. ответ может быть только один: показать человека, Не рассказы­вать о его подвиге общими, раз И. навсегда пригнанными друг к дру­гу словами, а раскрыть характер героя и характер его деяния. Жанр военного очерка имеет специфику, своё определён­ное назначение, Он призван пропа­гандировать не только идею под­вига, но и его технику, т. е. воен­ное искусство. Раскрытие характе­ра героя, его моральной и соци­аьной сущности здесь не само­цель, оно служит пропаганде во­енной доблести и военного умения, конкретно помогает разить врага именно этим определённым спосо­бомм. Поэтому хороший военный очеркиет должен рескрывать ха­рактер человска в его конкретном енным очеркам. военном деянки, Вот этого-то уме­Красноармейская газета «На стра­же родины» располагает сильным авторскимколлективом. В газете по­стоянно печатаются: Ник. Тихонов. Ал. Прокофьеe. Мих, Дудин, Вл. Лифшин, Ал. Флит, Виталий Васи­левский, Елена Катерли, изредка Вера Инбер, Борис Лихарев. Но если в очерке, помещенном в этой газете, можно ещё увидеть живой образ воина (Вит, Василев­ский «Однажды ночью») ейти блестящий военный пейзаж (Тихо­нов «Дорога»), или искусно обра­ботанный документальный матери­* Качалову Одновременно мы про­должаем репетицуи «Последней жертвы» (постановка Н. Хмелева) с А. Тарасовой в роли Юлии и И. Москвнным в роли Фрола Феду-овою лыча. Художественный театр ведет творческую рабэту с рядом совет­ских драматургов и рассчитывает получить новые пьесы о героике нашей эпохи, о храбрости и стой­кости русского народа в сражени­Ях Великой отечественной войны. Темы пьес, над которыми для нас работают Н Вирта Н. Погодин, B. Войтехов, А. Крон, значительны актуальны, Мы с нетерпением ждом окенчания их работы. Недавно мы получили талантли­Толстой отдал нам свою новую мно-Однсй годы») о великом русском царе, создателе русского национального государства, реформаторе и полко­водце, Роль Ивана Грозного пору­чена Н. Хмелеву. Для постановки этой пьесы по желанию В. И. Не­мировича-Данченко приглашен на­родный артист РСФСР Алексей Попов, по своим творческим мето­дам и воззрениям близкий нашему театру художник. из больших работ театра будет инсценировка романа Л. Тол­стого «Война и мир», над ко­торой сейчас работает Н. Вол­ков. Эта постановка была задума­на В. И. Немировичем-Данченко. Спектакль будет занимать два ве­чера. Работа над ним будет осуще­ствтена В. Сахновским. У нас предстоит реорганизация труппы театра, Будет создана сту­дия-школа Художественного театра с двумя группами старшей и младшей. В старшую группу будет включена наиболее талантливая наша молодёжь, которая получит все всзможности для того, чтобы вырасти в настеящих актёров Ху­дожественного теагра. Большую роль в жизни театра играет пра­вильное понимание всемч членами нашего коллектива вопросов этики, творческой и внешней дисципли­ны, закулисной атмосферы Всё это значительнейшие проблемы мимо которых не будет проходить руко­водство театра. И мы надеемся, что коллектив театра справится с этими задачами, если мы все отдадим родному Художественному театру самое дра­гоценное, обладает советский таланты, свои силы и свою волю.

данный передовыми кинодеятелями Америки,- это призыв к едино­душному обединению сил друже­ственных наций для решающих по Германин гитлеровской

Акварель б. преображенского. военныххудожников имени Грекова.

«Почта пришла» Выставка работ Студии

дело домашнее. Французы к чему так же привыкли, как мы, скажем, к некрасовской ритмике или че­тырехстотному ямбу, Так что ни­коим образом нельзя поставить знак равенства между тем как ощущалась поэтическая форма во Франции XVII века, и тем, как ощущается она современными со­ветскими гражданами. Что важнее всего в Мольере? Конечно, его безудержный смех, уже четвертое столетие сотрясаю­щий здания театров всего мира Так что наиболее точным из этих двух переводов Мольера мы дол-

у Именно эти стихи я услышал им. как старым друзьм, хотя, при­знаться мне было немного завид­но, что под столом уже не я, а Топорков. Итак. это оказался древ­ний перевод В Лихачева, удо­стоенный, насколько я помню, ака демической премии, Перевод этот нельзя назвать точным, уже хотя бы потому, что весь «Тартюф» написан александрийским стихом, а Лихачева - разностопный лер­монтовский ямб. Подлинник весь состоит из двустиший, рифмы ко­торых чередуются в строгом по-

так как никакой дословный пере­вод невозможен, ибо в каждом данном языке с каждым стовом связаны совсем иные ассоциации, чем в другом языке. Возьмём хотя бы слово «попу_ гай». В нашем языке это слово презрительное: «болтаешь как по­пугай», «попугайничаешь» - a в узбекской поэзии это каноническое любовное обращение к девушке. Там постоянно: «ты мой обожае­мый попугай», «я готов умереть за один твой взгляд, о, жестокий ко мне попугай», Такчтов данном случае дословный перевод уж по-

почти

метафизическое.

Каким

раз-

к чуковский Хартия вольностей пе I. он готов был вопить от гнева, когда народу навязывали департамент­ского пошлеца Бенедиктова Он радостно встречал переводы Шек спира, сделанные замечательным переводчиком А Кронебергом, и готов был растерзать Полевого за искажение «Гамлета». А наши критики только отмал­чивались когда я осмелился громко сказать, что косноязычные пере­воды «Отелло» и «Макбета», сде­ланные разрекламированной невеж­дой Радловой, предательски иска­жают шекспировский текст, чтовсе они - клевета на Шекспира, что русский театр необходимо очи­стить от этой постыдной вульгар­щины. Я говорю не о теоретиках, та­ких, как П. Скосырев, Корнелий Зелинский, А. Смирнов, В. Ней штадт, Л. Боровой, Виктор Голь­цев, а о тех, которые обращают­сяк широким читательским массам. Именно к этим массам и обраще­на моя книга «Высокое искусство». Тема этой книги очень важная, коренная, насущная! Она лежит в основе главнейших проблем свя­занных с нашей нынешней пере­водческой практикой. Вся моя кни­га посвящена этой единственной теме, которая сейчас представляет­ся мне еще более жгучей, чем прежде. Чтобы эта тема встала Я перед нами наиболее рельефно, я должен вернуться к мхатовской постановке «Тартюфа». II. Хотя имя переводчика пьесы бы­ло, как я уже сообщил, засекре­нено, я узнал его после первых же ов так как с самого раннего етства я знаю этот перевод на­изуусть. не весь а кое-какие от­рывки.ело в том, что по этому револу я больше полувека назад, когда мне было пять лет или шесть, ралартюфа» вместе со своей семилетней сестрой. Во всей этой жея конечно, ценил главным то, что Оргон прячется пол стол прикрывается скатертью потом внезапно выскакивает и набрасывается на злодея Тартюфа. был уверен, что именно в этом Бе-тся всё содержание пьесы, Выскакивая из-под стола, я вся­кий раз говорил: Нv, прианаюсь: изрядный негодяй! И кто поверил бы тому, что усльшал? А моя сестра говорила: мой друг, ты слишком рано вышел Скорей опять туда же полезай. приветствовал этот талант, кто вы­ремесленников? делил его из толпы Ачитательисовсем без руковод ства. Его никто не научил разби­раться в качестве работы перевод­чика, никто не указал ему, какими критериями должен он для этого пользоваться Наравне с критиками здесь, ко­нечно, виновата и школа. Месяца четыре назад здесь, в Москве, в девятом классе однойиз наших школ, на уроке русской словесности, разбирали «Евгения Онегина»и сравнивали его с «Чайльд Гарольдом» И тут же чи­тали,- конечно, по-русски, до­вольно большие отрывки из этой поэмы. Ясидел вклассе и мучился. С упругими, мускулистыми стихами «Онегина» сравнивали какой-то жидкий словесный кисель. Всякий раз прочитавши отрывок из Пушкина, учительница говорила учащимся: - А вот как то же са е самое чувст­во изображается Байроном. И читала жалкие вирши Козлова. -В этих переводах нет и тени настоящего Байрона. закричал я довольно бестактно учащим­ся­Пожалуйста, не верьте, что Байрон такой. Если бы он был такой, неужели его любили бы Пушкин и Лермонтов! Но так как школьников никогда не учили волноваться вопросами литературного качества, моё вол­им даже чуть­нение показалось чуть смешноватым. Учительница же заявила что, раз перевод на­печатан в учебнике, значит, этот перевод вполне правильный И я понял, что недаром на театраль­ных афишах, где отмечают даже заведующих фонарями и лампами, так часто забывают указывать, кто переводчик пьесы. Если даже для словесников качество перево­да почти безразлично, то что требовать от рядового читателя?!образом. Совершенно забыто главное че­му учил нас, например, Белинский, - страстно волноваться литера­турными качествами того или ино­го произведения словесности. линокий зачастую ошибался, нове­личайшая его заслуга заключается втсм, что ондо неистовства вол­новался вопросом, будет ли у на шего народа достойная его лите­ратура. Он задыхался от счастья, когда вдруг обнаруживалось, что у нашего народа есть Лермонтов;

мером, например, переводить уз. бекам стихотворения Лермонтов если четырехстопный ямб для них экзотика, совершенно чуждая их стиховому мышлению? Тут ника. кая эквиритмия немыслима, пото му что в богатой, утонченной сложной поэтической традиции уз­беков четырехстопному ямбу нет места, и узбеки, которые в течение многих столетий накопили огром­ный поэтический опыт, восприни­мают европейскую форму стиха со­вершенно иначе, чем мы, Поэто­му когда пришлось, например, пе­ревести на узбекский язык лер­монтовского «Хаджи Абрека», два замечательных узбекских поэта. Гафур Гулям и Шейхзаде, даже не пытались передать его тем же размером Гафур Гулям перевел че тырехстопный лермонтовский ямб 13-сложным бармаком (т. е. силла­бическим размером), Шейхзаде­9-сложным, что на традиционном фоне узбекской поэзии и является эквивалентом 4-стопного ямба. И они севершенно правы, ибо только в оснастке такого размера стихотворение Лермонтова вызо­вет в узбекском читателе прибли­зительно то впечатление, которое в русском читателе вызывает оно в оснастке 4-стопного ди Всё это вселяет в меня твердую уверенность, что из нашей пере­будут вскоре практики водческой

Не так давно в Художественном театре был очень пышно постав­лен «Тартюф». В программах театра подробно указывалось, как зовут заведующего осветительной частью, как зовут декораторов, портных, парикмахеров, драпиров­щиков, мебельщиков оформивших этот спектакль. Одно только забы­ли указать: кто перевёл эту пьесу. И что всего замечательнее, B многочисленных статьях о спек­такле никто из критиков даже не задал вопроса, чьи же слова про­звучали со сцены. И это не единственный случай. Недавно по всей Москвебылирас­клеены афиши о «Валенсианской вдове» Ставит «Вдову» тоже под­линно культурный театр -- имени Ленинского комсомола . И на афише опять-таки парад всевоз­можных имен, но имя переводчика отсутствует. И, должно быть, пуб­лике это кажется совершенно ес­тественным. Она смотрит испан­скую пьесу, переведенную вирту­озными стихами на русский язык. наслаждается звучанием этих сти­хов целый вечер и даже не спро­ит да кто же он, этот сильный талант заставивший так велико­лепн ленно звучать испанского поэта по-русски? Публику я здесь не виню. Вино­ваты критики, которые до сих пор не приучили её уважать твор­ческий, вдохновенный ответствен­ный труд переводчика. ри года тому назад в русской литературе случилось событие: по­явитась новая версия дантова Ада» в могучем переводе Михаи­ла Лозинского. Только предста­вить себе, как обрадовался быэто му переводу Белинский, с каким ллубоким сочувствием знатока и ценителя смаковал бы каждую терцину Дружинин. И все поняли бы, что русский народ стал бога­че, что за это обогащение народа мы все должны быть благодарны Лозинскому. И тогда же у нас на глазах возникло полнокровное да­рование Левика, которому одинако­во доступны все жанры, все эпохи, все стили: и гейневский сарказм и сложная патетика Робеота Брау­нинга и строгий канон Востока, и гривуазная изысканность француз­ской эротики Но кто из критиков В порядке обсуждения.

по то ли рядке, а в переводе этот порядок нарушен, и рифмованные строки, прихоти автора, то сходятся, разбегаются врозь. Между тем совсем недавно поя­вился в печати другой перевод - Михаила Лозинского гораздо более точный, где полностью вос­произведены и однообразная рит­мика подлинника и характер че­редования рифм. Ивот спрашивает­ся почему же театр с такой силь­ной литературной традицией, театр, славящийся своим бережным отношением к писательским тек­стам, почему он отказался от точ­нейшего перевода Лозинского и предпочел ему менее точный пере­вод Лихачева? Ведь в переводе Ло­зинского на лицо все показате­точности: он эквиритмичен в жны признать не тот, где педан­тически переданы и строфика и ритмика подлинника, и его цезу­ры, и его система рифмовки, но тот, в котором как и в оригинале. звучит озорной. молодой, бес­смертно веселый, заразительный мольеровский смех Убедительнейшим доказательст­ром того, как неточна бывает внешняя точность, являются пере­воды Диккенса сделанные A. Кривцовой, и Евгением Ланном: Переводы эти очень добросовест­ны. Они в тысячу раз точнее, чем переводы пресловутого Иринарха Введенского который, как мы зна­ем. был самым неряшливым пере­водчиком в тогдашней России. И все же, когда мне понадобилось недавно дать одному школьнику тому не будет точным, что то сло­во, которое, так сказать, в атмо­сфере одного языка вызывает умиление и нежность в атмосфере другого - презрительное фыр­канье и злую насмешку. Или возьмем например, слово «тетя». По-английски это слово ней­тральное, такое, которое при слу­чае может стать и торжественным словом, а по-русски оно уже са­мым своим звучанием относится к разряду комических. Так что если дословно перевести из Бея Джонсона: И тетя у меня - графиня Эсмонд! - дословностьокажется весьма иллю­зорной потому что стиль од­ного и того же слова в двух раз­ных языках совершенно различен. Это еще больше расшатывает уже нём же что вчность дана то же количество строк, та система рифм, те же цезуры, в подлиннике, и даже арха­мольерозской речи пере­в нем вполне точно: Я ухожу от вас, обиженная кровно, Все, что я ни скажу, встречают прекословно… Он все как есть блюдет, сей преусердный муж, И все, что он блюдет, блюдомо пользе душ. При всём моем пиэтете к Лозин­скому толжен сказать, что впол­не понимаю, почему Художествен­ный театр предпочел его новому переводу старый перевод Лиха­чева. Потому что этот старый пе­ревод при кажущихся своих не­точностях есть, по крайнемумоему разумению, наиболее точный, наи­более близкий к французскому подлиннику хотя в нем и отсут… ствуют те показатели точности, ко­торые есть в переводе Лозинско­го Ведь когда современник Моль­ера смотрел эту пьесу на сцене. «Пикквика», я долго отыскивал для него перевод Иринарха Введен­ского. Потому что раньше всего, «Пикквик» в переводе Иринарха Введенского гораздо смешнее, чем впереводе Кривцовой и Ланна,т чего это происходит, не знаю Мо­жет быть оттого, что Иринарх Введенский работал над своим пе­Гоголя, когда реводом в эпоху к и без того вконец раздребез женный принцип механистиче­ского формалистского подхода к определению степени точности тех или иных переводов «удожествен­ной прозв истиков Конечно, вре мя кустарщины, дилетантизма и переводческого самоуправства про­шло, То варварское пренебрежение форме переводного текста, кото­рое пслновластно царило унас, на­чиная с восьмидесятых годов, больше уже никогда

из яты послелние остатки форма­лизма, и редакторы и критики да­дут переводчикам ту хартию воль­ности, которую им давно уже пре­доставил читатель. Предвижу, что эта статья вызо­вет самые бурные споры: Скажут: это противоречит тому, что ты сам проповедывал все эти двадцать лет. Но то будут возражения дог­матиков, не способных ни к какой

только что вышедшие «Мертвые души» не могли не повлиять на его тон, на его

фразеологию, на при­сущее ему чувство комизма и юмо­ра, как они влияли в то время на всех его сверстников, Может Стремление переводчика к эквили­неарности, к эквиритмии, к смысло­вому и стилистическому тождеству диалектике. Когда во «Всемирной литературе» 23 года назад, на нас нахлынули потоки дилетантщины,   бесшабашно разнузданного отно­шения к форме когда отсебятина утверждалась, как норма перевод­ческой практики, нужно было ка­леным железом выжигать это по­стыдное наследие прошлого. Но теперь, когда советский период пе­реводческого искусства внедрил в нашу литературу суровую дисцип­лину поэтического мастерства на­стало время синтеза обеих систем, ибо теперь наши переводчики про­шли такую великолепную школу, что вольность не будет у них оз­начать своеволия и влохновение не превратится в анархию. ИСКУсСТВО З  гордостью вспомнить что в тех сражениях и стычках которые привели к этому завоеванию, десятки раз участво­вал и я. Но теперь, когда то, за быть оттого, что по природе он, как и Диккенс, был человек санг винический, а может быть - и это вернее всего, - оттого, что он был талант.   В моей книжке ятысячу разпов­торяю, что наиболее точным пере-

водом должен быть назван не тот, который передает слова оригинала, что мы сражались, уже стало до стоянием середняка переводчика, пора уже редакторам и критикам осознать до конца, что далеко не всегда точность перевода коре­нится во всех этих внешних пока­зателях точности. Кстати сказать, эквиритмия есть зыбкое, тоже понятие условное,

она не звучала для него архаично. Между ним и Мольером не было этой стены условной реставриро­ванной, стилизованной речи, зву… чащей в переводе Лозинского. И кроме того, на фоне фран­а тот, который передает его обая­ние, его поэтичность, хотя конкрет ное значение этих терминов не поддается никакой формулировке, имеющей мало-мальски наукооб­разную видимость.  так называе­словесная точ­Тем более, что мая буквальная, цузских традиций поэзии алексан­дрийский стих отнюдь не кажется чем-то напыщенным; для французов он-

№ 31 (83) ЛИТЕРАТУРАИ

исть есть тоже иллюзия, неосуще­ствимая в писательской практике,