м «Клятва мести»

 

 

  
   
 
   
 

 ’ Вонзы Красной Армия очистили
Эт вражьей силы тургеневские ме­ста: Орел, Мценок, Спасское-Луто­ВиНОВЮ.
За под лб своей смерти Тубгенев
исая  Полонскому (в 1888 г.):
‘огда Вы будете в Спасском,
поклонитесь от мёня дому, саду,
„ моему молодому дубу —родиЕ по­ть, которую я уже, веролт­во. никогда че увижу».
ol Сколько в этих простых словах
i шюбви к своему родному гнезду!
’ Природа и люди этого края за.
 уолняли творческую лабораторию
  Тургенева  чачиная < «Записок

     
  
 

„  охотника», кончая «Стихотворения»

i

ми в прозе». Его большие ромачы:

 
  
    
 

oe. «Дворянское гнезд»,
г «Ощы и дети» Tak ae
ыы С этлми родными ему ме­стами, как м его рассказы ий пове­«Фауст», <Три портрета»,
«Степной король Лир».

Жители Орла чтили «лом Лизы
 Калитизюй». разполеженный навы­‘оком берегу ee Орликом = дей­ствыгельно. чудесное «дворянское
й тнеадо». На Аа Спасского­Лутовинова пэказызали  могалу

стенного короля ’Либа—помещика
7 Степана Ивановича Ярышева; 730*
и ‘браженного Тургэчевым в образе
\ Харлова. Наздмо^ильная налаиеь
Эно погоста попала в рассказ
  Т1ыгов». В старом лом Сиабскогб­} Летовинова сохрачялсея портрет.
‘ft пробитый шпагой на месте сердца
  (@Три портрета»). н тот хизан <с-Мо­1 сон», саядя на котором Увар Ива­зюович мефтал о грядущем сильном

 русаком человеке; здесь же хра­\ нилзсь книга «Символы и эмбле­мы» которую любил мальчак
У дя Лавре
р го. Тургенева. И «Вежин ау. и
Е «Красивая Мечь»—все это не вы­} мыслы поэта, а быль близких и от­лаленных окрестностей Спасского:
не.

Тургечев

 

ap

    

 

 

 

    
  
  
 
  
  
  
   

по свидетельству
А. енкина, 4 Pua, Что
+ мажлый кустик в саду Спасского.
дорог ему по воспоминаниям дет
‘ства, что милые образы и события
_} вереницей встают перед ним, ког­ла оч приближается к Спасскому­„утовинову. Здесь протекло
‚ ето детство. В Спасском на­OH желанный этдых
oT своих скитаний по Взрезе.

\ Сюда он был выслан Николаем 1
Ba статью об умершем Гоголе. «До­МИКОМ ссыльного» назызается фли­Песни эти полписаны инициал2-
a ми и именами, потому что авторы’
их —. партизаны. Стихотворные
“тексты, сложенные народными
( метителями, — подаинный Ффольк=

1. ГУЛЯЕТ ОРЛЕНКО

Морозною полночью,
Глядя во мглу,
Гуляет Орленко _
В немецком тылу.

Едет Орленко,
Ночная пора.

 Саблей взмахнет он:-
— Дрожи, немчура.
Будет расплата,
Будут пожары.
Бьют автоматы, —
Сгиньте. мадьяры

Морозною полночью, :
Глядя во мглу,
Гуляет Орленко
В немецком тылу:

 

 

В. К.

   

Гражланоакая лирика с особенной
тлой звучит сейчас в белормсской
`!поэзии. Любовь к. страждущей ро­jaune, страстные призывы к a
\ неугасоимая вера з силу народа, в

эти MOTHBDI

 

    

ie ero бесеомертие—все
‘нашли воплощение в стихах поэ­{  тов-белоруссов. В белорусской во­1% енной поэзии мы наблюдаем новые,
\  художественные черты. Это-—тес­зное органическое слияние личной и
ue рощественной темы, воскрентение и
1 трансформация традиционных на­Hf  родис-поэтических образов.
:й В дни войны судьба нашей  po­РЕ Дины слилась с личной судьбой
iy каждого. поэта. Вот почему любевь
к релной стране к её поонмому,
Kee людям приобрела в поэзии не­и обыкновевную задуипевность и теп­лоту Вот почему ненависть к вра­И у, поработившему наш край, осж­‘Ласт такие мопелеляющие, огнен­у ные слова:
ны Партизаны. партизаны.
Велорусские сыньй
йте ворогов поганых.
сте свору окаянных.
+ черных пвов войны,
` Эти призывные слова Янки Купа­раздаются сеголня в лесах Бе­ор\уесии H еее на SOopboy
Fe ‘sun mote?
С первых А войны по зову
` родины белорусские писатели вме
hme 50 своим народом встали НА ов
: заниту. Многие из них работают
{pO о  незати, сражаются в

 

 

  

  

 
 

  

т

sre

“iamwelon WA РОДИНЕ TPTEIE

в­EERE, KH детства самб­вырублен­Е

Песни украинских партизан

 

 

 

 

A

  гель старово дома, fie Om NOC vt
‘eq » 1853 г. ы посаженная им B STD’
время аллея зосила название «Ал­лен ссыльного». Элесь в 1808 г. в
б-седке под KYMCH старых лип
Тургенев писал  «Рудина». Эдесь
росла старая разлвоенная ель —
`«два брата», испещренчая надли­‘сями, вырезанными в коре­самим
хозяином и его гостями,

 Со смертью Тургенева Счасское­Луловиново было заброшено.

При советской власти оно вчовь
ожило Поавительственным декре­том онб было превращено в Typre­невский заповедник. i экс­курсазтов потянулись к родному
дому любимого писателя. Запу­щенчый парк был приведен в По­рядэк Сохранившиеся постройки.
в том числе «домик изгнанника».
‘отремонтированы. В Музейно-крае­ведческом отделе Наркомпроса
разрабатывался проект к юбилей. !
пой дате 1943 пода— восстановить в
прежнем воде сгоревший главный
дем, подробно описанный А.
Шепкиным. Элесь
создать мемориальный музей Опас­ского-Лутовинова:-

В 19 году сюда пришел враг.
Влагодаря энергии музейных pa­‘бэтников во тлаве с директором.

 

 

mysen Б А -EpmMaxom, вовре­‚мя было BbIBes! Lo все ценное
хак из Орловского музея, так
H из заповедвича В Пензе!

 

Тургеневский музей был восстанов

зей приобрел необычайную попу­лярзюость на чэвом месте.

Родные. 1
мены Е ; :
B селе Спасском не нелело a
ной избы. Здание Тургенелской
колы сожжено фашистами. Пара
‚Два сохранившихся В
заповеднике дома уничтожены.

Когла немцы ворвались в усадь­бу, л=йтенант-фавоист, увидев бюст!
Туреенева, закричал: «Это
гельс» И бюст великого русского’
яисателя был уничтожен.

Смерч пронесся над родными по­лями. Немногое уцелело. Но туо­гечевские места. ставшие одной из

 

 

 

 

рода, сейчас с освобожлением ©»

 

 

В.

  

имую жиз

лор войны, — опубликованы в
©борнике «Иен! з  пограла»,  
выпущенном Укриздатом под ре­лакцией и с предисловием Андрея.
Малышко.  

 . ТАБАЧЕН -

Мы б курили табачек.

Где достать, — кто знает?
Закурили дубнячек, —
Здесь его хватает!
Дубнячек-березнячек,
Мелкую соломину,

Разный пробуем листск,
Чтсб набить оскомину.

Ну-ка сядем за Своё,
За листки лубовые.
Партизанское житье —
Трудное, да новое:

 

СТЕПАН.

_Неревод с унраинского

потек УКизнь и легенда

рядах армии, некоторые были, а
некоторые и дб сих пор находят­ся в партазаноких отрядах. Во сне
и заяву перел ними встаёт обр2в
неацей прекрасной страны. CO 910M
хорошо оказал ЯкуЭ Колас:

Земля моя. Зеленый луг ролной
Под сводом неба свежлосиним!
Влали ветаете вьг передо мной
Сквозь горы и пустыни.
Прозрачность рек. дубов живой
палат,

Весчетных тропок волоконца!

вижу Bat, A слышу голое ва.
Приветливыйй. как соанае.

О чем бы ни писали белорусские
роэты, чувства их неизменно образ
щены к родной Беларуби. полонен­HOH врагом. но He покоренной. В
одчом из своих стихотворений 0
‘Белоруссии Пемен Панченко гово­`рит: «Перанесшая гора 1 катаваны!.
ты: нам стала яшчь ларажьй»,

Именно, сейчас, когда подлый
враг захватил нашу землю, во всем
своем великолепии встаёт перед на:
ми красота родной приролы—бела­русоких полей и лесов. вспомина­ются сльмнанные еще в детстве ле:
генды и думы, песни и сказки
всё богатство народного творчест­ва, выражающего величие челове­ческого духа. И atm воспоминания
отозвались в стихах—у одних пря

мо и непосредственно, у другнх,
как далекий отзвук:

ao Творчество Пимена Панченко
о своей поэтике не связано с
  фольклобом. Однако в таких ero
CTHXOIBOD евиях. «Подбитый

как

 

 

 

2 ЛИТЕРАТУРА и Hoye CTR DS № 39 (91)  

 

 

предполагалось

лен Фовлы сего пополнились, и му   

  
   
  
  

Эн.

  культурных святычь русского нае  

лоззких земель вновь обрели неру-!

Came _ВУРГУН

Tha dati

Партизану Бабашу

Пусть эта весть издалека словами точвыми бедна —
“Нет расстояний для любви... Мы — кровь одна м плоть одна,
Ты партизан, передают, снега глухие — твой приют,
Дыханьем жарким этот снег ты растопил, передают...
Там вьюги, холод, я слыхал, заиндевелый край лесной,
Твоя подушка и постель — земля да камень под сосной...
Когда отряд усталый спит и Ночь как будто бы Тиха,
Когла чуть слышен хвои звон и слабое дыханье мха,
Угадываешь в тишине, где спят спокойные снега,
Звериный крадущийся шаг и тайный замысел врага;
Его петлистые следы прочитываешь на полях,
И сводит хищника с ума преследованья вечный страх!
Ты целишься, не: торопясь, таясь, не вздрагиваешь ТЫ
Тебе на плечи добрый снег ЛОЖИТСЯ тихо, как цветы...
Вдруг слышу, кажется, тебя: «Кровь Кер-оглу не мерзнет,
брат!»
Я отвечаю: «Счастлив тот, кто честью смолоду богат!»
Я слышу снова: «Глындж Мисри сшибает головы врагов,
Тела валяются вдали от покатившихся голов...»
— «Ты-- мужи воин, —& я шепчу, — живым ‘останенться
в огне».
— «Пусть наши сестры, — шенчешь ты, — цветут в родимой
стороне».
«Отчизны тёплый ветерок, — хочу. сказать, — к оба летит
И пальцы твердые твои целует, о родной eran!»
Твой слышу’ зов: «Азербайджан, вставай, всех вОИНоВ ee
Я отзываюсь: «Не лежат — стоят от века горы Tad!»
Ты говоришь: «Когда в лесу, настроив радио, лежу,
Мне слышен Родины напев, я за руку её держу...»
«Нарбда сердце, — говорю, — в твоей груди живёт теперь!
Хлеб-соль, которыми клялись, мы не унизим, брат, поверь!»
Я сердцем слушаю тебя, ты сердцем слушаешь меня,
И мысли-молнии летят во мраке стрелами огня!
Жлдала известий о Тебе, терпела стойко до поры,
Молчала знающая жизнь старуха-мать Тамам-гары.
Теперь, по радио узнав — о славе сына говорят,
Седая в старом сундуке находит свадебный наряд...
Одежду юности надев, сидит — и в доме тишина...
И книгу памяти своей читает медленно она, -
Ив книге памяти цветут картинки смутные... На них...
О, сын, о, взрослый богатырь—мерцанье петских дней твоих,
гордится, радуется мать, что вырос сын богатырём,
И страха нет в её душе: ты неразлучно с ней вдвоём.
Я твердо знаю — у любви таинственная сила. есть: _
Ты к нам верн@нься, милый брат, м принесбшь победы весть,
Прославит подвиги твои красавиц хор, когда придёшь,
И ляжет под ноги тебе цветов козёр, когда придёшь!
Не ты ль, далекий партизан, творишь историю? He ты ль
Во имя солнца клятву дал зло обратить в золу и в пыль?
И ззезды — зерна бытия — тебе сопутствуют в б0ю:
Они всем сердцем за тебя и держат сторону твою!
_От плоти солнца — плоть земля; и землю малую любя,

Вот. это —_ верь, мой ‘брат, всем светлым сердцем 3a тебя.
но с азербайджанского А. АДАЛИС.

Великий поэт Латвии.

 

 

Ф. РОКПЕЛНИС

 

 

Сгинут годы, сгинет юность, решительной схвалки и оконча:
Канут в вечность дни за днями,   тельной победы представить ча­Но парод твой—он ме сбинет,   сильникам счет за все их пре­Вели вотанешь за народ! ступления против народа, совзр­Ян Ранние «Лаугава»   Шеные В течение семи столетий.
Bae ee В долгие годы эмипрации Рай­Ежегодно в затяоре латы­нис пишет свои большие драмы об

ский народ отмечает двз памятные
годовщины — рождения и смерти

исторической борьбе латьниского

народа с немецкими захватчиками,

 

  

 

  ое везикога поэта и трибуна В образе сказочного ‘народного

ng Райниса. богатыря Лачилесися (драма
Значение творчества ое длЯ   «Оволь и ночь») Райние символи­о народа опромих DUE,   чески изображает  необозримую

чем кто-либо другой в латышекой! изшь народа.

м поэзии, Райнис доказал неисчернае­Райние ме соизеваеа в Ом

м С яа­ь м ]

мость TE рческих сил зарода, Tia что латьинам я придется ветре­Be,

мечно утверждал высоки? идеалы ис на

i ърани ico своим
ловечесрваЫ—= ate единение .
человечества—братство и единен   иЗвенным при За,

— немецким зах­народов, славил сояни===источник . Е fas Bee

жизни. любовь—кработу жианй и. ватчиком. Paid” на

вал Против насилия. тиранки  СРАаСТСЯ 9 у О

порабощения нарзла Оз учил! ЗаПоМинает 5 сти; ; КОтЭ­i авидель во имя любви. он приз! РаЯ в6е еще. оне. аатьниек­зывал на борьбу во имя мира. В М ЧТ

Райнис предвидел, “i это: будет
великий бой двух миоов, бой огня
и ночи, в котором решится судьба

Г своем воображения он видел вели­кое государство правды и в свем
твоочестве указывал путь к нему.

Жезнь Райчиса—это целая эпоха
‘в Истории борьбы за свободу ла­тышского народз Начало творче­СКО enTe Яъности айниеа палзет
на 90-6 годы пронглого столетия.
В дни революцеи 1905 года сти­хи Райниса дышат ченавистью к

  

  
 

народ: «Становись ча сторону тзх,
кто борется за торжество правды,
света и жизни. Становись ноогиз
смерти И тьмы, против чэе сйтелей
насилия и бах.  Иди на бой и раз­проми их».

1

поработителям ЭзЗрода—нэмецким Вот почему в наши дни етихи
баронам‘ Когда возглаваяемые­не­Райн-са являются реальной силой,
мешкими баронами  карзтельные   помогающей ковать победу чад
` экспедиции душат в кровя рево­воагом. Латышские стрелки на
люцию. Райцие в CBOHX песнях фронтах, латыши, трудящиеся на

  поелвещает последний бой, в KO,
TOPIM За все будет дана расплата.
Он призывает и Учит Народ накоп.
лять зовые силы, чтобы в день

г *

фабриках и полях в тылу, огнен­зыми словами поэзия Райниса за­каляют. свои берлиа aia борьбы
& ненавистным врагэм

sk а

 

 

 

 

«Рейд конницы»
Картина народного художника Бурят-Монголии

`П.. САМПИЛОВА.

 

поэма Яз\ба Коласа «Сымон My­зыка». Но уобоих авторов всёпо­вествовавие велось в строго реалы­стическом даже несколько быто­‚ вом плане. У Кулешева этот раздел
поэмы написан‘ в стиле легенцы,
котерая совершенно незаметно воз­никает из жизни, переходит в скёз­анк». «Ты скажи мне ‘зязюля»
«Конь» в их эпической повество­Вательной манере есть что-то иду=
щее безусловно от нарочной сказ­KH,

Значитёльно бильнее связь.с Ha­родным творчеством в стихах Ти­Moxa Крысько («Мени половянок»
uw др). Правда, связь этаносит не­сколько внейний характер. А вот
в получивших широкую  извест­ность сихах Апгкадия Кулешева
«Письмо из плена», «Нал братской  

К сожелению, легенда эта являе\ся
только вставным эпизодом, почти
не связанным Е основной темой
поэмы,

Органически внлетена легенла в
сюжет. поэмы Антона Белевича
«Мой маётер». Это чудесная история
осужденного Ha смерть человека,
котерый может спасти @вою жизнь,

 

могилой». «Батька Мичай», впоэме если на ветру донесетодомой 3a*
«Знамя бри-адых связь эта ошу­жжейную свечу В поэме Везевича
щается значательно глубже. Когда. opeuy ~ 1erer пойманная немецкими
LHTECIUD STH промаведения, слы® извергами советская женщина.

ОЕ Что-те очень знакомое, На В ээльшой энической поэме Мак­первый ваглял может казаться, чт6 сима Танка «Янук Сялиба» под
ЭТИМ произведениям присуща   линно народная легенда о полешту:

ритмыка народной поэзеи. Между
тем написаны они Товическим с1м­хем. совебтуеено не свойственным.
белорусском фольхлору. И одна­ко прелесть их в значительной с” =-  
пени заключается в сзоебббазной  
мелодии. рожденной музыкой на­родного стиха.

В п^лэме Аркадия Кулешева «Зна­мя бригады» мы встречаем и дру­гую оссбенность сеголнячитей бело=  
русской поззии, также кобенящу:  
юся в глубинах наролного творчез:  

ке носит уже характер развбрну­того эпиграфа. целого вступления,
которое формулирует
ндею поэмы. Рассказанная комхов­ником. будущим партизаном, она
поветствует о талантливом музы­канте, который понравился и 090-
гу и чорту. Бог хочет забрать егов
в рай а чорт ад, Но музыкант.
вспомнив
и ад и пошел в родзое Полесье.
Вдогонку за ним послали смерть,
Кажльй день она спрашивает, ког

 

 

 

 

ства. Это логендорный образ, ‘в да же ему налоест жить? Но вред­данном случае образ музыканта, ных местах музыкант чувствует се.
OCTEBMBINeTO свои цимбалы и ячед.   бя прокрасно и всё живет и живет.
шего на восток, Любовь к ролине . поичесла ему
Необыкновенным. талантам изна:   бессмертие. Эта мысль проходи!
рода посвящены были многие нНе­через всю поэму.
веллы и повесть покойного Змит­В стихотворении Петруся Бров­рока Бядули, а также прекрасная! ка «Кастусь Калиновский» легенда

О at aM ee о

человечества. И он призывал свой.

KY и GHATS возвращается в жизнь.

COHOBHY10  

родной дом; отверг ирай  

 

Лев КАССИЛЬ «